Система устойчивых мотивов личности это: Система устойчивых мотивов и способов поведения, образующих поведенческий тип личности.

Система устойчивых мотивов личности это: Система устойчивых мотивов и способов поведения, образующих поведенческий тип личности.

Содержание

Что такое система устойчивых предпочтений и мотивов личности

Жизнью любого человека, его действиями, поведением руководит система мотивов личности. Ты выбираешь университет, рабочее место, решаешь, выйти ли замуж, и все это делаешь под влиянием целостной системы, включающей желания, потребности, влечения, установки. Некоторые ее компоненты меняются, теряя актуальность, другие остаются с тобой на долгие годы.

В этой статье:

Что такое система мотивов личностиМотивы, потребности и целиЧто еще включает система мотивовКонфликт в системе мотивов

Что такое система мотивов личности

Фото Marcos Paulo Prado on Unsplash

Мотивационная сфера – невероятно сложный механизм. Практически ежеминутно человек принимает какое-то решение, совершает то или иное действие. Тебе кажется, что твой коллега сидит и работает, но понаблюдай за ним внимательно.

Вот он переключил программы, зашел в соцсети, проверил телефон, пошел выпить чай, опять окунулся с головой в работу, задал тебе вопрос, посмотрел новости. Все это он может сделать за час. В процессе совершения этих действий им руководят внутренние побуждения, потребности, влечения, интересы, внешние факторы, т.е. все, что входит в систему мотивов личности.

Часть составляющих системы носит устойчивый характер, другие меняются под влиянием внешних обстоятельств, возраста человека, его предпочтений.

Новости СМИ2

Мотивы, потребности и цели

Говоря о том, что движет человеком, чаще всего вспоминают о его потребностях, целях и мотивах. Под мотивом понимают внутреннее побуждение, заставляющее действовать, поддерживать и контролировать поведение. Но чтобы этот импульс возник, необходима потребность, т.е. то, в чем каждый человек нуждается. Кроме того, важно и наличие цели – то, ради чего он действует, идет на работу, занимается спортом.

Теория мотивации Абрахама Маслоу

Потребности и цели носят достаточно устойчивый характер, хотя на протяжении жизни они меняются. Вспомни пирамиду А. Маслоу:

  • Сегодня все твои действия направлены на удовлетворение физиологических потребностей. Среди них – голод, недосып.
  • Завтра актуальность их снизится, появится ощущение необходимости большей безопасности.
  • Удовлетворив и эту нужду, ты начнешь обращать более пристальное внимание на то, кто находится вокруг тебя, есть ли друзья, которым ты можешь доверять, любимые люди.
  • Получив удовлетворение от общения, социального признания, будешь стремиться к дальнейшему развитию – познанию нового, исследованиям, наслаждению красотой.
  • Наивысшая потребность связана с реализацией себя, как целостной, высокоэффективной личности.

По пути движения к вершине пирамиды ты будешь удовлетворять потребности поступательно. Но, возможно, в некоторых случаях столкнешься с необходимостью перейти не на высший уровень, а на более низкий. В такой ситуации говорят о фрустрации потребности. Представь, что у тебя есть стабильная зарплата, квартира, ты прекрасно проводишь время в компании друзей, свободное время посвящаешь хобби.

Но в какой-то момент ты увольняешься с работы и теперь не можешь найти достойную альтернативу. Денег нет, платить за еду, коммунальные услуги нечем, ты ограничиваешь свои занятия любимым делом. Медленно, но верно сползаешься вниз пирамиды, где опять приходиться начинать все сначала – заботиться о еде, не допускать недосыпа, искать способы закрыть ипотеку и т.д.

По мере того, как твои потребности становятся более изысканными, твоя мотивация меняет направления от самосохранения к личностному развитию, взаимодействию с окружающими, деловой активности. И обратно – при сворачивании потребностей к удовлетворению голода, мотивы обретают направленность в сторону сохранения тебя, как живого организма.

Что еще включает система мотивов

Однако структура, приведенная выше, будет неполной, если проигнорировать другие компоненты системы мотивов.

Среди важных элементов, имеющих устойчивый характер, можно выделить:

  • Установки. Формируются в череде ситуациях, на которые ты, сама того не осознавая, реагируешь определенным образом. И если в самом начале, наличие выбора было осознанным, то с течением времени твои действия приобрели автоматизм, бессознательный характер.   Например, ты столкнулась с бездомным – от него пахнет грязью и алкоголем, он просит у тебя деньги.

У тебя возникла острая негативная эмоциональная реакция. Несколько таких встреч могут привести к тому, что в будущем ты будешь отрицательно реагировать не только на бездомных, но и на обычных людей, которые попросили у тебя деньги взаймы. Два элемента слились и сформировали единую установку.

Image by mohamed Hassan from Pixabay
  • Влечение. Представляет собой бессознательное переживание, ощущение необходимости удовлетворения какой-либо потребности. З. Фрейд говорил о влечении к жизни и смерти, понимая под этим, с одной стороны инстинкты, связанные с размножением, стремлением к самосохранению, с другой, – направленные на разрушение. Но есть и более простая трактовка – человек может испытывать непонятную страсть, желание к другому человеку или объектам окружающего мира.

Влечение носит эмоционально насыщенный характер и часто противоречит сознательным интересам. Вспомни, как по необъяснимым причинам тебя когда-то влекло к какому-либо молодому человеку из параллельного класса. С точки зрения логики, чувство было необъяснимо и, возможно, даже раздражало тебя. Но ты бежала взглянуть на него на переменах, хотела выступить лучше всего, чтобы он заметил тебя, совершала несвойственные себе поступки.

  • Интересы. Могут быть заряжены как эмоциональной энергией, так и стремлением узнать новое, разобраться в проблеме. Они всегда осознанны, их можно обсудить, объяснить, ими можно поделиться с друзьями. Отдыхая на море, ты заметила черепашку, копошащуюся в песке. С чем были связаны ее действия, ты так тогда и не разобралась, но, вернувшись домой, начала читать про черепах и однажды стала зоологом.
  • При наличии устойчивых интересов часто говорят о появлении склонности. Однако склонность включает не только стабильную заинтересованность, но и определенные способности. Даже если тебе очень интересна математика, но ты просто не можешь считать или с трудом применяешь формулы, о склонности говорить не приходится.
Image by ShonEjai from Pixabay
  • Убеждения. Эта категория полностью противоположна влечениям и носит сознательный характер. Мало того, человек, убежденный в правильности какого-либо действия или поведения, будет шагать в строго избранном направлении.

Кроме перечисленных элементов, в систему мотивов входят желания, намерения, ценности, мировоззрение.

Конфликт в системе мотивов

Было бы очень легко жить, если бы система мотивов имела строго очерченную иерархию и подчинялась определенным правилам, которые ты сознательно можешь регулировать.

Но с учетом того, что влечения, установки, некоторые потребности формируются и влияют на тебя бессознательно, сознательный контроль над мотивационной сферой установить сложно. Мало того, в каждый момент времени меняются ведущие импульсы, побуждающие тебя к деятельности.

Только что ты была настроена на работу, как вдруг вспомнила, что еще не поговорила с подругой, забыла спросить, как она вчера сходила в ресторан. И вот вместо того, чтобы поддаться устойчивому, стабильному, сознательному побуждению работать, ты болтаешь и сплетничаешь, а потом сожалеешь о потерянном времени.

Чтобы избежать подобных конфликтов, рекомендуется четко планировать свой день с учетом мотивов, потребностей, целей, интересов, которые имеют важнейшую актуальность на данный момент. При этом важно уменьшать влияние установок и бессознательных влечений – для этого живи осознанно.

4 Направленность личности

Вопросы:

1.Понятие направленности личности, ее виды и формы.

2.Мотив и мотивация личности.

Ведущий компонент структуры личности – направленность – система устойчивых мотивов, доминирующих потребностей, интересов, склонностей, убеждений, идеалов, мировоззрения, определяющих поведение личности в изменяющихся внешних условиях.

Направленность оказывает организующее влияние на компоненты структуры личности, на психические состояния и познавательные, эмоциональные, волевые психические процессы.

Направленность наряду с доминирующими мотивами имеет различные формы протекания

: ценностные ориентации, привязанности, симпатии (антипатии), вкусы, склонности. Она проявляется не только в различных формах, но и в различных сферах жизнедеятельности человека.

Специалисты выделяют несколько ключевых видов направленности, которые охватывают основные сферы жизни человека:

Личная направленность. Эта направленность выстраивается на мотивах личного благополучия, стремления к победе, первенству. Такой человек мало интересуется другими людьми и их чувствами, все, что его интересует – осуществить свои потребности и желания. Чаще всего, им свойственны такие черт характера, как концентрирование на себе, попытки навязывать свою волю другим, тенденция делать поспешные и неоправданные виды о других.

Направленность на взаимные действия. В этом случае речь идет о личности, поступки которой определяются потребностью в общении, стремлением поддерживать хорошие отношения с людьми.

Этому человеку интересны совместные проекты, взаимоотношения. Обычно этот тип людей избегает прямого решения проблем, уступает давлению группы, отказывается от высказывания идей и не стремится руководить.

    Деловая направленность. Такая личность легко увлекается процессом деятельности, стремится к познанию, овладению новыми навыками. Этот человек обязательно выскажет свою точку зрения, если она важна для решения задачи. Обычно такой тип людей помогает других сформулировать идею, поддерживает группу, легко излагает свои мысли, может руководить, если того требует решение задачи.

    Эмоциональная направленность личности. Такой человек направлен на чувства и переживания. Такая направленность может соответствовать потребности в славе, и потребности в помощи другим, и интересу к борьбе и первенству. Кроме этого, такие люди нередко любят решать разного рода сложные интеллектуальные задачи.

    Социальная направленность личности. Этот тип склонен к служению отечеству, развитию науки и т.д., стремится максимально реализовать себя, поскольку это принесет пользу его стране. Такие люди могут быть направлены по интеллектуальному типу (на открытия, достижения), по предприимчивому типу (из таких людей получаются прекрасные бизнесмены) и т.д.

Существуют и дополнительные аспекты направленности:

1)Уровень значимости общественных ценностей для личности.

2)Целеустремлённость личности, которая зависит от разнообразия потребностей личности, круга интересов и т.д.

3)Цельность личности, которая зависит от степени устойчивости отношений, а также последовательности и принципиальности.

Такие особенности дополнительно характеризуют общую направленность личности и придают определенные черты характеру.

Направленность личности всегда социально обусловлена и формируется в процессе воспитания. На направленность большое влияние оказывают свойства личности, которые проявляются в следующих формах:

Влечение – наиболее примитивная, биологическая форма направленности. С психологической точки зрения влечение является психическим состоянием, выражающим недифференцированную, неосознанную или недостаточно осознанную потребность. Обычно влечение является преходящим явлением, поскольку представленная в нем потребность либо угасает, либо осознаётся, превращаясь в желание.

Желание – осознанная потребность и влечение к чему-либо определённому. Желание, будучи достаточно осознанным, имеет побуждающую силу, проясняет цели будущего действия и построение плана этого действия.

Стремление – желание, подкреплённое волей, определённое побуждение к деятельности.

Интерес – специфическая форма проявления познавательной потребности человека. Интерес обеспечивает направленность личности на осознание смысла и целей деятельности, тем самым способствует ориентировке личности в окружающей действительности. Различают: 1) непосредственный интерес, вызываемый наглядной привлекательностью объекта; 2) опосредованный интерес к объекту как средству достижения целей деятельности.

В динамике интерес порождает склонность. Интерес – это сравнительно пассивное созерцание объекта интереса, склонность – активное созерцание, стремление связать свою деятельность или свою жизнь с этим объектом. Основой склонности является глубокая устойчивая потребность индивида в той или иной деятельности.

Идеал – конкретизируемая в образе или представлении предметная цель; то, к чему человек стремится, на что ориентируется в отдалённой перспективе.

Мировоззрение – модель (картина) мира. Целостное мировоззрение позволяет рассматривать мир как сложную систему причинно-следственных связей и позволяет человеку планировать свою деятельность.

Убеждение – система мотивов личности, побуждающих её поступать в соответствии со своими взглядами, принципами, мировоззрением. В основе убеждений лежат осознанные потребности, которые побуждают личность действовать, формируют её мотивацию и деятельность.

Становление направленности студентов на безопасность профессиональной деятельности

Библиографическое описание:

Каскина, Д. К. Становление направленности студентов на безопасность профессиональной деятельности / Д. К. Каскина, В. Н. Казагачев, А. К. Куржембаев, Асылбек Отепбергенулы Жалгас. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2016. — № 3 (107). — С. 117-120. — URL: https://moluch.ru/archive/107/25528/ (дата обращения: 16.09.2022).

&nbsp

Казахстан — это государство, находящееся на определенном этапе развития в различных его направлениях, будь это политика, экономика, культура или образование. В связи с развитием государства происходит и развитие общества, и новому Казахстану нужно новое поколение людей с инновационным интеллектуально-творческим потенциалом, с новым продуктивным характером, с новым мышлением, конкурентоспособных не только в Республике Казахстан, но и за ее пределами.

С нашей точки зрения становление высококвалифицированного специалиста в условиях индустриально-инновационного развития государств, требует активного привлечения всего потенциала профессиональной подготовки студентов, что сопровождается не только развитием личностных структур, но и специфической интеграцией свойств и качеств студента, формированием его как целостной системы [1].

По мнению авторов научных трудов по данной проблеме в обеспечении интеграции личности обучаемого, ведущую роль играет ее направленность, выступающая в роли «побудительной системы», определяющей избирательность отношений к активности личности.

Впервые понятие направленности в научный оборот ввел С. Л. Рубинштейн, отмечая, что мотивы и цели деятельности как таковой, в отличие от мотивов и целей отдельных действий, носят обобщенный, интегрированный характер, выражая общую направленность личности, которая в ходе деятельности не только проявляется, но и формируется.

В соответствии с таким толкованием данного понятия, ученый рассматривает «направленность» как характеристику основных интересов, потребностей, склонностей и устремлений человека [2].

В справочной психологической литературе под «направленностью» понимается интегральное генерализованное свойство личности, совокупность устойчивых мотивов, ориентирующих деятельность личности, относительно независимых от текущих ситуаций. Она выражается в гармоничности и непротиворечивости знаний, отношений и господствующих мотивов поведения и действий личности [3].

Следует отметить, что под «направленностью личности» ученые понимают совокупность или систему мотивационных образований и явлений. При этом, если у К. К. Платонова это «совокупность влечений, желаний, интересов, склонностей, идеалов, мировоззрений, убеждений» [4], то у Л. И. Божович и Р. С. Немова это совокупность устойчивых и относительно независимых от наличных ситуаций динамических тенденций (тенденций влечения и тенденций долженствования), воплощающихся в мотивах, ориентирующих, направляющих деятельность личности [5, 6].

Таким образом, в различных трактовках личности направленность раскрывается по-разному, но все исследователи связывают ее с мотивационно-потребностной сферой личности. Так, по мнению С. Л. Рубинштейна, направленность на соответствующий предмет порождает испытываемая или осознаваемая человеком потребность или заинтересованность. Автор отмечает, что проблема направленности — это, прежде всего, вопрос о динамических тенденциях, которые в качестве мотивов определяют человеческую деятельность, сами, в свою очередь, определяясь ее целями и задачами [2].

Из динамических тенденций ученый выделяет такой особый момент как установка, отмечая, что она заключает в себе избирательное отношение к чему-то значимому для личности. Особую роль он отводит потребностям, интересам и идеалам, которые составляют различные стороны или моменты многообразной и вместе с тем единой направленности личности, выступая в качестве мотивации ее деятельности [2].

А.  Г. Асмолов рассматривает установку как фактор, обеспечивающий стабильность деятельности в непрерывно изменяющейся среде, что находит выражение в сохранении ее направленности. Особо отмечая тот факт, что без таких факторов деятельность не могла бы существовать как самостоятельная система, способная сохранять устойчивое направленное движение [7].

Д. Н. Узнадзе трактует установку индивида как специфическое состояние готовности к определенной активности, возникновение которой зависит от наличия потребности, актуально действующей в данном организме, и от объективной ситуации удовлетворения этой потребности. Ученый полагал, что поведение индивида происходит, во-первых, на импульсивном уровне под воздействием актуальной потребности. При наличии условий удовлетворения последней, возникает актуальная установка и происходит неосознанное поведение. Во-вторых, на уровне осознанного поведения: под воздействием актуальной потребности индивид осуществляет акт объективации (отражение в сознании внешней ситуации), «задерживая» в сознании будущее поведение, обосновывая его целесообразность, осознавая свою потребность как мотив действия. Импульсивное и осознанное поведение связаны между собой. Регулятором, механизмом осознанного (мотивированного) поведения служит система фиксированных установок или ценностная ориентация индивида, образуемая из актуальных установок, закрепляющихся благодаря повторению или их значимости для индивида [8].

Л. И. Божович, А. Маслоу и другие исследователи полагают, что наивысшую устойчивость личности обеспечивает определенная иерархия мотивов [9, 10]. При этом мотивы, отвечающие элементарным потребностям, подчиняются высшим социальным и духовным мотивам, так что при определённых условиях человек способен жертвовать материальными благами и даже самой жизнью во имя идеальных побуждений [11].

Современные ученые — педагоги В. А. Сластенин, Г. И. Чижакова подчеркивают, что направленность личности определяет цели, которые ставит перед собой человек; стремления, которые ему свойственны; мотивы, в соответствии с которыми он действует [12].

По мнению Б.  Ф. Ломова, направленность — это системообразующее свойство личности, в котором выражаются цели, мотивы и субъективные отношения к различным сторонам действительности. Он подчеркивает, что в свою очередь субъективные отношения базируются на когнитивной и рефлексивной сферах личности.

Таким образом, направленность, как феномен, связана с широким кругом понятий, но базовым понятием являются потребности, определяемые в специальной литературе как состояния нужды человека в определенных условиях жизни и деятельности или материальных объектах [13].

С точки зрения современной психологии, «потребность» определяется, как «исходная форма активности живых существ, как динамическое образование, организующее и направляющее познавательные процессы, воображение, поведение. Благодаря потребностям, жизнь приобретает целенаправленность». В основе целенаправленности лежит удовлетворение потребности или предотвращение неприятного «столкновения» со средой [3].

В своих первичных биологических формах потребность есть состояние организма, выражающее его объективную нужду в дополнении, которое лежит вне его. Потребность активизирует организм, стимулирует его поведение, направленное на поиск того, что требуется. Предметное содержание потребностей — совокупность объектов материальной и духовной культуры, с помощью которых данная потребность может быть удовлетворена. К этим объектам человек относится как к ценностям [11].

Изменение и развитие потребностей происходит через изменение и развитие предметов, которые им отвечают и в которых они «опредмечиваются» и конкретизируются. Наличие потребности составляет необходимую предпосылку любой деятельности, однако потребность сама по себе еще не способна придать деятельности определенную направленность. Предмет потребности — материальный или идеальный, чувственно воспринимаемый или данный только в представлении, в мысленном плане, А. Н. Леонтьев называет мотивом деятельности [11].

Существенной характеристикой потребности является ее предметное содержание, то есть совокупность тех объектов, с помощью которых данная потребность индивида удовлетворяется. Поэтому потребность, которая ощущается в организме, но не направлена на конкретный объект, который может ее удовлетворить, неосознанна, может проявляться в том, что субъект испытывает состояние напряжения, неудовлетворенности. Такое состояние выражается в беспокойстве, поиске, переборе различных предметов. Данный этап заканчивается, когда в ходе поисков происходит встреча потребности со своим предметом. Так рождается мотив потребности. Дальнейшее поведение меняется, поскольку вслед за этим деятельность приобретает направленность [14]. Соответственно, в психологии под «мотивом» понимается побуждение к деятельности, связанное с удовлетворением потребностей субъекта; совокупность внешних и внутренних условий вызывающих активность субъекта и определяющих направленность этой активности [3].

Источниками развития мотивов являются присущие данному обществу ценности, интересы, идеалы. Эти мотивы выполняют функцию смыслообразования, то есть придают любой деятельности личностный, значимый смысл. Данная функция является определяющей в контроле над общей направленностью личности.

Для понимания феномена направленности личности важно понятие цели — осознаваемого результата, на достижение которого в данный момент направлено действие, связанное с деятельностью, удовлетворяющей актуализированную потребность. Психологически цель есть то мотивационно-побудительное содержание сознания, которое воспринимается человеком как непосредственный и ближайший ожидаемый результат его деятельности [14].

Принято различать цель конкретной деятельности и жизненную цель. Жизненная цель выступает в качестве обобщающего фактора всех частных целей, связанных с отдельными деятельностями. Реализация каждой из целей деятельности есть частичная реализация общей жизненной цели личности. В жизненных целях личности находит выражение сознаваемая ею «концепция собственного будущего». Осознание человеком не только цели, но и реальности ее осуществления рассматривается как перспектива личности [15]. Направленность непосредственно связана с жизненными (обобщенными) целями, которые реализуются через конкретные, в том числе, профессиональные цели.

Многие исследователи мотивационно-потребностной сферы личности отмечают значительную роль в определении направленности деятельности личности потребности личности в безопасности [16]. Потребность в безопасности является одной из базовых потребностей личности и на ее основе вырабатывается система мотивов, определяющих направленность личности на безопасную деятельность, в том числе и профессиональную.

Динамизм современных экономических и демократических преобразований в обществе вызывает потребность в специалистах, умеющих анализировать постоянно меняющиеся социальные тенденции, активно включаться в процессы общественного развития, принимать и реализовывать нестандартные решения.

В своем исследовании мы придерживаемся того, что большое значение в структуре личности специалиста имеет взаимосвязь профессиональных и жизненных целей, которая выражается в направленности на достижение жизненных целей через достижение профессиональных. И, если в числе жизненных целей присутствуют цели обеспечения безопасности, то и профессиональная деятельность будет осуществляться на основе учета безопасных способов работы.

Понятия ценностей и ценностных ориентаций непосредственно связаны с понятием направленности, они открывают причины той или иной направленности личности, являющейся, по существу, ценностной направленностью, т. е. направленностью на определенные ценности. Ценностные ориентации определяются как избирательное отношение человека к материальным и духовным ценностям, система его установок, убеждений, предпочтений, выражающиеся в поведении [15].

Непосредственно с понятием «ценность» связано понятие «ценностные ориентации», которые, согласно точке зрения А. В. Кирьяковой, отражают индивидуальные или групповые представления о системе значимых ценностей, определяющих наиболее общие ориентиры жизнедеятельности людей. Эти представления формируются в процессе социализации путем интериоризации групповых и общекультурных ценностей [17]. При этом каждой личности присуща специфическая иерархия ценностей. Ценности выступают связующим звеном между культурой общества и духовным миром личности, между общественным и индивидуальным бытием. Личностные ценности отражаются в сознании в виде ценностных ориентаций, которые включают в себя также широкий круг социальных ценностей, признаваемых личностью, но не всегда принимаемых ею в качестве собственных целей и принципов. Поэтому возможно как неполное, неадекватное отражение личностных ценностей в сознании, так и ориентация в плане сознания на ценности, не являющиеся реальными мотивами деятельности личности. В структуре зрелой личности ценности определяют перспективные стратегические жизненные цели и мотивы жизнедеятельности.

Развитые ценностные ориентации — признак зрелости личности, показатель меры ее социальности. Устойчивая и непротиворечивая совокупность ценностных ориентаций обусловливает такие качества личности, как цельность, надежность, верность определенным принципам и идеалам, способность к волевым усилиям во имя этих идеалов, активность жизненной позиции. Противоречивость в ценностных ориентациях порождает непоследовательность в поведении. Неразвитость ценностных ориентаций — признак духовного инфантилизма, господства внешних стимулов во внутренней структуре личности, непосредственного воздействия объектов стремления на потребности [18].

Поскольку направленность личности является динамичным образованием, изменяющимся под действием внешних и внутренних факторов, то кроме ее мотивационно-потребностных и ценностных компонентов, большое значение для ее развития имеют когнитивные и рефлексивные компоненты. Когнитивные компоненты связаны с процессами познания, ориентировки в окружающем мире, выработке определенной стратегии поведения. Рефлексивные — позволяют личности на основе самоанализа избрать наиболее приемлемые варианты приспособления, реализации и удовлетворения собственных потребностей [11].

Таким образом, резюмируя положения, изложенные выше, можно заключить вслед за С. Л. Рубинштейном, что в основе направленности лежит, во всем своем многообразии, потребностно-мотивационная сфера личности, включающая в себя потребности, интересы, склонности, идеалы, ценностные ориентации, мировоззрение, убеждения и установки и являющаяся одним из основных компонентов в структуре личности, системообразующим свойством личности (Б.  Ф. Ломов), тесно связанным с мировоззрением.

 

Литература:

 

  1.                Лешер, О.В, Каскина, Д. К. Тенденции развития личности безопасного типа в системе высшего профессионального образования / О. В. Лешер, Д. К. Каскина.- Вестник ЧГПУ, 2009. — 81 с.
  2.                Роджерс, К. Р. Становление личности. Взгляд на психотерапию / К. Р. Роджерс / Пер. с англ. М. Злотаик. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001. — 416 с.
  3.                Словарь практического психолога / Сост. С. Ю. Головин. — Минск, 2001. — 800 с.
  4.                Платонов, К. К. Структура и развитие личности. М.: Наука. 1986. С. 122–141.
  5.                Божович Л. И. Устойчивость личности. Процесс и условия ее формирования. — М.: Работник просвещения, 1966.  — 35 с.
  6.                Немов, Р. С. Психология: Словарь-справочник: В 2 ч./ Немов Р. С. — М.: Изд-во ВЛАДОС-ПРЕСС, 2003. — Ч.2. — 352 с. С.171–172.
  7.                Асмолов А. Г. По ту сторону сознания: методологические проблемы неклассической психологии. М.: «Смысл», 2002. 480 с.
  8.                Узнадзе, Д. Н. Общее учение об установке //Хрестоматия по психологии: Учебное пособие для студентов пединститутов./ Сост. В. В. Мироненко; Под ред. А. В. Петровского. -М.: Просвещение. — 1978. — с.101–108.
  9.                Божович, Л. И. Социальная ситуация и движущие силы развития ребенка / Л. И. Божович // Психология личности в трудах отечественных психологов. СПб., 2002
  10.            Маслоу, А. Мотивация и личность. / Маслоу А. Г. — М.:Питер, 2003–351
  11.            Леонтьев, А.  Н. Потребности, мотивы и эмоции. / А. Н. Леонтьев — М., 1971. 40 с.
  12.            Скибицкий, Э. Г. Обобщенная модель процесса обучения / Э. Г. Скибицкий, А. Г. Шабанов // Инновации в образовании. — 2004. — № 1. — С. 61–70.,
  13.            Общая психодиагностика / под ред. Бодалева А. А., Столина В. В. М., 1987. — 303с
  14.            Берулава, М. Н. Интеграция естественно-научных и профессионально-технических дисциплин / М. Н. Берулава // Сов. педагогика. — 1987. — № 8. — С. 82.
  15.            Леонтьев, Д. А. Ценность как междисциплинарное понятие: опыт многомерной реконструкции. / Д. А. Леонтьев // Вопросы психологии, 1996, № 4.
  16.            Маслоу, А. Мотивация и личность. / Маслоу А. Г. — М.:Питер, 2003–351 с.
  17.            Кирьякова, А. В. Теория ориентации личности в мире ценностей / А.  В. Кирьякова. — Оренбург, 1996. — 188 с.
  18.            Полат Е. С. Новые педагогические и информационные технологии в системе образования: Учеб. пособие для студентов пед. вузов и системы повыш. квалиф. пед. кадров. / Полат Е. С. — М: Издательский центр «Академия», 2003. — 272 с.

Основные термины (генерируются автоматически): потребность, деятельность, направленность, направленность личности, ценность, Казахстан, мотив, ориентация, актуальная потребность, общая направленность личности.

16. Направленность личности. Психология личности

16. Направленность личности. Психология личности

ВикиЧтение

Психология личности
Гусева Тамара Ивановна

Содержание

16. Направленность личности

Под развитием мотивационной сферы можно понимать развитие и изменение самих мотивов по их содержанию, силе, напряженности, действенности. В процессе жизни какие-то мотивы приобретают первенствующее значение, другие отходят на второй план. По мере развития личности какие-то мотивы начинают доминировать, подчиняя себе действия всех остальных. У одних людей доминирующие мотивы имеют относительно устойчивый характер; у других они легко меняются в процессе жизни.

Иерархические структуры мотивов у ребенка складываются очень рано. Вначале они основаны на доминировании непосредственных побуждений, подчиняющих себе все другие мотивы (структуры первого вида). Характеризуются доминированием органических потребностей (пищевых, половых, двигательных) или небиологических потребностей (любовь к искусству, семье, нравственные чувства).

Мотивационная структура второго вида имеет произвольный характер. Она предполагает наличие у человека идей, ставших мотивами поведения. Организованная таким образом мотивационная сфера составляет основу зрелой личности. Эта структура дает субъекту возможность управлять своим поведением и быть относительно независимым от внешних влияний. По мере развития личности эти мотивы становятся непосредственно действующими потребностями.

Мотивационная структура такого типа возникает лишь на основе опыта, приобретаемого субъектом, в процессе его развития. Произвольная или непроизвольная иерархия мотивов и создает направленность его личности.

Направленность личности является показателем наличия устойчивости иерархической структуры мотивов.

Существует и так называемая ситуативная направленность, связанная с удовлетворением каких-либо жизненно важных потребностей.

Потребности же, определяющие направленность личности, практически ненасыщаемы. Они действуют все время, определяя и все остальные потребности, и в частности – способы их удовлетворения. Различают три вида направленности: коллективистскую, личную и деловую.

Личная направленность имеется тогда, когда в системе мотивов преобладают мотивы собственного благополучия.

Если поступки человека определяются в основном интересами других людей, т.  е. преобладают коллективистские мотивы, мы говорим об общественной направленности.

Если интересы дела преобладают над всеми другими, можно говорить о деловой направленности.

Конечно, доминирование или преобладание – величина статистическая и сама относительна, но даже ее относительная устойчивость – это уже новое качество мотивационной сферы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

ЛЕКЦИЯ № 9. Направленность личности

ЛЕКЦИЯ № 9. Направленность личности Главным в формировании личности является развитие моти-вационной сферы. Под развитием мотивационной сферы можно понимать развитие и изменение самих мотивов по их содержанию, силе, напряженности, действенности. Эта сторона развития

Направленность человека, его установки и ценности

Направленность человека, его установки и ценности В ряде работ, посвященных спортивному стрессу, было показано, что в ситуациях, обусловливающих возникновение психического стресса, мотивация достижения успеха оказывает на личность действие, противоположное

16.

 Направленность личности

16. Направленность личности Под развитием мотивационной сферы можно понимать развитие и изменение самих мотивов по их содержанию, силе, напряженности, действенности. В процессе жизни какие-то мотивы приобретают первенствующее значение, другие отходят на второй план. По

12. Направленность на себя и направленность вовне

12. Направленность на себя и направленность вовне Экстраверсия и интроверсия – это два типа восприятия окружающего мира, выражающиеся в направленности человека вовне или внутрь самого себя. Экстраверта можно отличить от интроверта практически с первого же взгляда и

36. Антисоциальная направленность личности преступника

36. Антисоциальная направленность личности преступника Главной составляющей любой личности является мировоззрение (система взглядов по основным вопросам общественного бытия, жизни и деятельности). При изучении личности преступника обращают внимание

19. СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ. НАПРАВЛЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ

19. СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ. НАПРАВЛЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ Направленность личности – это система побуждений, определяющая избирательность отношений и активность человека.Она имеет определенные формы и характеризуется некоторыми качествами.Уровень – это общественная

Направленность вашей жизни

Направленность вашей жизни Эгоист — это очень плохой человек. Это человек, который постоянно думает не обо мне! Амброз Бирс. «Словарь Сатаны» Итак, можно строить свою жизнь и свой успех за свой счет, можно — искать возможность сделать это за счет окружающих. Но второй,

Восприятие и направленность личности

Восприятие и направленность личности Становясь все более сознательным и обобщенным, наше восприятие приобретает вместе с тем все большую свободу по отношению к непосредственно данному. Мы все более свободно можем расчленять непосредственно данное, выделять в нем

5. Направленность

5. Направленность Направленность личности — это свойства личности, характеризующие ее влечения, желания, интересы, склонности, которые определяют избирательность активности человека, а также базирующиеся на них убеждения, идеалы и мировоззрение. Влечения, желания,

Глава 6. Направленность и способности

Глава 6. Направленность и способности Мы узнали, что такое личность, каковы ее взаимоотношения с обществом, как общаются люди в группах и коллективах. Перейдем далее к анализу внутренней психологической структуры личности.«Изучение психического облика личности, –

8.8. Направленность личности

8.8. Направленность личности По мнению большинства психологов, направленность личности является сложным мотивационным образованием. Понятие «направленность личности» ввел в научный обиход С. Л. Рубинштейн как характеристику основных интересов, потребностей,

Методика «Направленность личности»

Методика «Направленность личности» Авторы В. Смейкал и М. Кучер.Эта методика, имеющая еще название «Ориентировочная анкета», позволяет выявить три вида направленности личности: на себя, на взаимоотношения и на задание (деловая направленность).Направленность на себя

Методика «Направленность на отметку»

Методика «Направленность на отметку» Методика предложена Е. П. Ильиным, Н. А. Курдюковой.ИнструкцияДается ряд вопросов. Ответьте на них, поставив в соответствующей ячейке знаки «+» («да») или «-» («нет»).Текст опросника Обработка результатовНачисляется по 1 баллу за ответы «да»

§ 3. Направленность личности

§ 3. Направленность личности Направленность личности — ценностно-ориентационная система личности, иерархия ее базовых потребностей, ценностей и устойчивых мотивов поведения, основное системообразующее качество личности.Система ценностной ориентации личности

Направленность личности. Справочник школьного психолога

Направленность личности

система устойчивых мотивов, относительно независимых от наличных ситуаций, которые ориентируют и регулируют активность человека и позволяют удовлетворить определенные потребности. В разных концепциях характеристика направленности личности раскрывается по-разному. С. Л. Рубинштейн определяет ее как «динамическую тенденцию», А. Н. Леонтьев – как «смыслообразующий мотив», В. Н. Мясищев – как «доминирующее отношение».

Направленность личности отражает внешнюю сторону ее поведения, выделяет человека как индивидуальность, как персону. Направленность личности всегда социально обусловлена и формируется путем воспитания. Она выступает в качестве системообразующего свойства личности, определяющего ее склад.

? О. Н. Афанасьев (1990, с. 32) выделяет следующие типы направленности личности:

1) альтруистический с ярко выраженной в содействии и покровительстве другим;

2) коммуникативный со значимой и преувеличенной потребностью в общении;

3) праксический с усиленным стремлением к достижению цели и получением удовольствия от движения вперед;

4) гностический, которому свойственно постоянное стремление нечто понять, проникнуть в сущность явления;

5) глорический с преувеличенной потребностью в восхищении и преклонении других людей;

6) пугнический, отличающийся в неудержимом влечении к опасности, борьбе с ней, риску;

7) акизитивный с преувеличенной склонностью к накоплению и получению от этого наслаждения;

8) романтический со стремлением ко всему необычному, неизведанному, чудесному;

9) гедонический со склонностью к получению удовольствий и наслаждений на основе удовлетворения чисто органических или близких к ним потребностей в физическом и духовном комфорте.

Направленность включает в себя несколько связанных иерархических форм: влечение, желание, стремление, интерес, склонность, мировоззрение, убеждение.

? Влечение – наиболее примитивная, биологическая форма направленности. Это часто неосознаваемое побуждение что-либо сделать.

? Желание – состояние актуализированной, т. е. начавшей действовать осознанной потребности, сопровождаемой стремлением и готовностью сделать что-либо конкретное для ее удовлетворения.

? Стремление – готовность действовать для удовлетворения желания определенным образом, возникает при включении в структуру желания волевого компонента.

? Интерес – эмоционально окрашенное, повышенное внимание к какому-либо объекту или явлению. Это познавательная форма направленности.

? Склонность – предрасположенность к чему-либо, возникает при включении в интерес волевого компонента.

? Мировоззрение – система философских, эстетических, этических, естественнонаучных и других взглядов на окружающий мир.

? Убеждение – высшая форма направленности – система мотивов личности, побуждающих ее поступать в соответствии со своими взглядами, принципами, мировоззрением.

Все формы направленности личности одновременно являются и мотивами ее деятельности. Таким образом, именно мотивационно-потребностная сфера является фундаментом направленности личности. На этом фундаменте формируются жизненные цели человека.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

9. ФАКТОРЫ И МЕХАНИЗМЫ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ. ТЕОРИЯ личности ЗИГМУНДА ФРЕЙДА

9. ФАКТОРЫ И МЕХАНИЗМЫ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ. ТЕОРИЯ личности ЗИГМУНДА ФРЕЙДА Личность формируется в условиях общественного, конкретно-исторического существования человека, его обучения и воспитания. Если говорить о движущих силах развития личности, то следует выделить

11.

 НАПРАВЛЕННОСТЬ И ЕЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ

11. НАПРАВЛЕННОСТЬ И ЕЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ Направленность на соответствующий предмет порождается испытываемой или осознаваемой человеком зависимостью его от того, в чем он нуждается и чем заинтересован. Так зарождается сначала достаточно неопределенная,

7. КОНЦЕПЦИИ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ. ТЕОРИЯ ЛИЧНОСТИ ЗИГМУНДА ФРЕЙДА

7. КОНЦЕПЦИИ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ. ТЕОРИЯ ЛИЧНОСТИ ЗИГМУНДА ФРЕЙДА Личность формируется в условиях общественного, конкретно-исторического существования человека, его обучения и воспитания. Если говорить о движущих силах развития личности, то следует выделить

2. ВЛИЯНИЕ ЛИЧНОСТИ НА ОП

2. ВЛИЯНИЕ ЛИЧНОСТИ НА ОП ОП основывается на ряде базисных идей о природе человека и организаций.Основные понятия, характеризующие любого индивида. Индивидуальные особенности. Каждый человек уникален, причем концепция его индивидуальных особенностей имеет строгие

13. СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ

13. СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ Индивидуальность человека определяется его жизненным опытом, преломляемым через особенности личности и проявляемым путем его отношения к окружающим явлениям и своеобразия его внутренних психических функций.Личность – системное качество,

Яконцепция личности

Яконцепция личности относительно устойчивая, не всегда осознаваемая система установок относительно собственной личности, на основе которой он строит свое взаимодействие с другими. Чаще всего другими людьми она фиксируется через отношение школьника к самому себе, т. е.

III Направленность личности и специальные способности учащегося

III Направленность личности и специальные способности учащегося А.  Диапазон интересов учебной и общественной жизни (перечислить все, что интересует учащегося; ограничивается ли рамками класса или имеет дополнительные занятия в кружках, секциях и т. д.).Б. Активные

30. ФОРМИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ. СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ

30. ФОРМИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ. СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ Существует два основных научных подхода к формированию личности:1) личность формируется и развивается в соответствии с ее врожденными способностями, которые играют доминирующую роль;2) личность – это продукт в первую

9. СОЦИАЛЬНЫЕ РОЛИ ЛИЧНОСТИ КАК МЕХАНИЗМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЙ ЛИЧНОСТИ И ОБЩЕСТВА

9. СОЦИАЛЬНЫЕ РОЛИ ЛИЧНОСТИ КАК МЕХАНИЗМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЙ ЛИЧНОСТИ И ОБЩЕСТВА Социальная роль – способ поведения, который соответствует принятым в данном обществе нормам и правилам и зависит от социального статуса человека. Впервые определение социальной роли

Развитие его личности

Развитие его личности В конце первых шести месяцев своей жизни, в течение которых малыш существует исключительно посредством матери, к нему начинает приходить сознание, что он автономное существо, отличное от той, что подарила ему жизнь. И он выходит во внешний мир.Второй

Любовь Личности

Любовь Личности Людмила Резниченко.Слово «личность» — личина, маска, ненастоящее, неестественное, а что-то придуманное. Всякая маска — достаточно яркое пятно, обращающее на себя внимание.Понятно, что любовь личности — это любовь к себе, и первое доминирующее качество —

Любовь Личности

Любовь Личности Людмила Резниченко Слово «личность» – личина, маска, ненастоящее, неестественное, а что-то придуманное. Всякая маска – достаточно яркое пятно, обращающее на себя внимание. Понятно, что любовь личности – это любовь к себе, и первое доминирующее качество –

Культ личности

Культ личности Выражение (в его политическом смысле) вошло в русский язык, после того как лидер КПСС Н. С. Хрущев в ночь с 24 на 25 февраля 1956 г. сделал свой доклад «О культе личности и его последствиях» на XX съезде КПСС. В этом докладе он осудил нарушения «социалистической

Характер – система устойчивых мотивов и способов поведения, образующих поведенческий тип личности — Мегаобучалка

Формируясь в социальных условиях, испытывая влияние требований социальной среды, характер в своих динамических проявлениях связан с генетическими особенностями индивида, типом его высшей нервной деятельности. Однако из генетического арсенала индивид черпает лишь то, что необходимо для разрешения устойчивой системы жизненных задач.

В отличие от понятия «личность» понятие «характер» охватывает как социально значимые, так и социально нейтральные стороны его поведения. Механизмом формирования социально существенных поведенческих особенностей индивида является обобщение тех способов поведения, которые дают наилучший приспособительный эффект в данной социальной среде. Динамические же особенности реализации поведенческой стратегии связаны с природными конституционально-функциональными особенностями индивида.

Поведение человека не предопределяется врожденными инстинктами. Но его жизнь была бы в опасности, если бы ему приходилось постоянно обдумывать каждый свой шаг. Многие его действия должны совершаться с устойчивой направленностью и операциональной определенностью. Система свойств характера индивида как бы замещает у него систему инстинктов животных, обеспечивая стабильную цельность и последовательность, адаптивность поведения личности. Характер – мера уравновешенности внутреннего и внешнего мира, особенности адаптации индивида к окружающей его действительности. Включая в себя природные задатки (тип высшей нервной деятельности, темперамент), характер определяет тип взаимодействия данного индивида с внешним миром.



Характер – социально сформированная поведенческая схема личности, система его поведенческих стереотипов, поведенческий синдром. Единство характера не исключает, однако, того, что в различных жизненных обстоятельствах у одного и того же индивида реализуются различные и иногда даже противоположные его качества.

В становлении характера, различных его сторон существенную роль играют критические требования среды, решающие обстоятельства, возникающие на жизненном пути человека, особенно в детские и юношеские годы. Однако поскольку характер связан с мировоззрением личности, интенсивное целенаправленное его формирование осуществляется и в зрелом возрасте. В раскрытие сущности и типологии характера существенный вклад внесли 3. Фрейд и Э. Фромм.

До Фрейда характер представлялся как устойчивый образец поведения, присущий данному индивиду, как волевая особенность поведения. Фрейд развил теорию характера как систему стремлений индивида, обосновал динамическую концепцию характера. Фрейд утверждал, что характер индивида – это определенная направленность его жизненной энергии (либидо). Одна и та же внешне выраженная форма поведения может иметь различную мотивацию. Устойчивые способы поведения определяются устойчивой системой мотивации. («При изучении характера, – заметил Бальзак, – имеешь дело с побуждающими человека силами».)

Характер – это судьба, устойчивое личностное санкционирование своего поведения. Отсюда непреодолимое стремление людей «показать» характер.

Итак,характер – это система устойчивых, обобщенных способов поведения, обусловленная жизненной стратегией индивида. Характер – это печать ориентационно-операционных особенностей психики индивида.

Проблема характера – проблема целостного охвата психических особенностей индивида. «…Всякий отдельный человеческий организм имеет особый, ему одному присущий способ и характер поведения в целом и эти особенности поведения, несмотря на их индивидуальные различия, могут быть все же сведены к известным типам. .. все многообразие таких особенностей может быть исчерпано некоторыми основными классами типических случаев».*

* Выготский Л. С. Педагогическая психология. М., 1991. С. 325.

Физиологическая основа поведения индивида охватывается понятием «темперамент», социально обусловленная же сфера его поведения – понятием «характер». Темперамент более соотнесен с природно-бессознательной сферой, со сферой эмоций, характер – с волевой сферой. Однако это взаимосвязанные сферы человеческой психики. Отличительные черты, свойственные индивиду от природы, накладывают отпечаток и на его характер, т. е. и на социально сформированные способы его поведения. Анализируя характер человека, необходимо различать его эндогенные (внутренне обусловленные) и экзогенные (внешне обусловленные) особенности. Но эти группы характерологических особенностей взаимосвязаны. Социальное наследование коррелирует с биологическим наследованием. «Смысл социального воспитания с научной точностью определяется как известный социальный отбор, который воспитание производит из множества возможностей, заключенных в ребенке, предоставляя осуществляться только одной»*. Из «кипящего котла» органических сил индивида высвобождаются те, которые затребованы социально обусловленной необходимостью.

* Выготский Л. С. Указ. соч. С. 342.

 

Характер человека – обобщенный итог его жизнедеятельности в условиях определенной социальной среды. Человек вынужден вести себя в соответствии с внешними условиями. И наиболее устойчивые и значимые из них «выковывают» соответствующие черты характера индивида. Удачные и неудачные способы его поведения со временем обобщаются, стереотипизируются и выступают как особенности характера человека. Воспитание человека, формирование его характера – это отвержение одних форм поведения для закрепления других, наиболее приемлемых в данном социокультурном контексте.

В характере закрепляются социально типическое и индивидуальное своеобразие человека, особенности его социализации, воспитания.

Одни черты характера выступают как ведущие, определяющие характерологический облик личности. Другие могут быть второстепенными. Существенным качеством характера является сбалансированность его черт –цельность, устойчивость, уравновешенность. Гармоническому характеру свойственны реалистический уровень притязаний, уверенность индивида в своих силах, последовательность и настойчивость в достижении основных жизненных целей.

Многие черты характера формируются у человека очень рано. Сензитивным (наиболее чувствительным) периодом формирования базовых качеств характера является возраст от 2 до 10 лет. Этот период в жизни человека связан с интенсивным процессом его социализации на основе подражания социально одобряемым эталонам поведения. Положительный пример является здесь важнейшим средством формирования характера. Этот возрастной период отличается и высокой поведенческой активностью. Дети стремятся к формированию своих поведенческих возможностей. В связи с этим существенное воспитательное значение приобретает метод упражнения.

Условия среды, одобрение и порицание различных форм поведения микросредой образуют при этом основное русло формирования характера. Но характер – это и способность индивида отстаивать свой стиль жизнедеятельности и свою жизненную позицию. Природа каждого индивида вступает в свои «сцепления» с действительностью. В этом взаимодействии внутреннего и внешнего возможны различные противоречия, внутриличностные конфликты. Только учитывая специфику взаимодействия внутреннего и внешнего у данного индивида, можно создать эффективные условия, направленные на мобилизацию положительных и подавление отрицательных качеств индивида. Иногда внешне ничтожное вмешательство в жизнедеятельность индивида приводит к кардинальным сдвигам в его поведении. «Никакого непосредственного вмешательства в образование характера не может быть… Непосредственное воздействие воспитателя на образование характера было бы так же нелепо и смешно, как если бы садовник вздумал содействовать росту дерева тем, что стал бы его механически тащить из земли вверх. Но садовник влияет на прорастание растения не непосредственно, вытаскивая его за верхушку из земли, а косвенно через соответствующие изменения среды»*. Люди таковы, каковы устойчивые требования среды.

* Выготский Л. С. Педагогическая психология. М., 1991. С. 344.

 

При коррекции негативных качеств характера воспитатель встречается с сопротивлением не только природы, но и затвердевшего пласта поведенческих реакций, приобретенных индивидом в предшествующем опыте, со сферой его подсознания. Ломка сложившихся стереотипов – это тяжелый нервно-психический труд. При этом возможны эмоциональные срывы и конфликты. Только глубокие жизненные кризисы, интимные процессы покаяния, внутреннего самопостроения ведут к кардинальным изменениям в характере человека.

Не существует среднего стандарта индивидуального поведения. Поведение каждого человека в тех или иных его проявлениях значительно отклоняется от средней нормы. Многие умственно одаренные и даже гениальные люди признавались в детстве малоспособными, людьми со странностями в поведении. Человек с большими способностями в одной сфере деятельности нередко бывает малоприспособленным к другим сферам. Люди стремятся самореализоваться в наиболее подходящих для их характера сферах общения и деятельности.

Характер нельзя рассматривать лишь как систему закрепленных в опыте индивида исполнительских приемов поведения. В характере интегрируются все его психические осо-, бенности. Какие формы поведения отбираются индивидом? Это зависит не только от среды, но и от его эмоциональной и интеллектуальной организации. Затормаживаются и угасают те поведенческие проявления, которые попадают в сферу индивидуального самоосуждения. «Утверждаются» приемы, содействующие самореализации индивида.

Важнейшим качеством характера является способность индивида адекватно оценивать поведенческие ситуации, принимать оптимальные решения. Формирование характера связано со способностью индивида к научению, с реальными возможностями научения в различных возрастных периодах, на различных этапах его психического созревания.

В характере проявляются закономерности функционирования навыков и привычек. При этом существенное значение приобретает механизм переноса навыков, их упрочнения в результате систематического функционирования, противодействия (интерференция) упрочившихся навыков формированию новых.

В поведенческом опыте индивида могут накапливаться как адаптивные, так и дезадаптивные формы поведения (например, приобретенная беспомощность). А под культурными напластованиями в психике человека всегда «дышит» незатухающий вулкан древнейших природных образований. И чем сложнее для данного индивида поведенческая ситуация, тем выше вероятность извержения этого вулкана. Нередко проявления характера индивида настолько видоизменяются под воздействием его психического состояния, что человек не узнает сам себя.

Человек способен регулировать свой характер, погружая себя в психические состояния, адекватные текущей поведенческой ситуации. Отдельные особенности, черты характера – это лишь элементы психической структуры личности. В каждой значимой поведенческой ситуации происходит функциональная интеграция всех поведенческих механизмов данного индивида. Лишь с учетом этого обстоятельства можно перейти к классификации и систематизации характерологических свойств человека.

Стабильность личности – Баланс личности

Это отредактированная и адаптированная глава из книги Donnellan, MB (2019) из серии NOBA по психологии. Полную атрибуцию см. в конце главы.

В этом модуле описываются различные способы решения вопросов о стабильности личности на протяжении всей жизни. Даются определения основных типов стабильности личности и анализируются данные, касающиеся различных видов стабильности и изменений. Выявлены и объяснены механизмы, которые, как считается, обеспечивают стабильность личности и изменение личности.

Цели обучения

  • Объясните зрелость, кумулятивную преемственность и соответствующие принципы развития личности.
  • Объясните трансакции человек-среда и различайте активные, реактивные и вызывающие воспоминания трансакции человек-среда.
  • Определите четыре процесса, которые способствуют стабильности личности (привлечение, отбор, манипулирование и истощение). Приведите примеры этих процессов.
  • Опишите механизмы возможности трансформации личности.
Насколько ваша личность была определена в детстве? Насколько он развился с возрастом? Из каких аспектов себя вы благодарны тому, что «выросли»? [Изображение: Ah Wei, https://goo.gl/nD3y7q, CC BY-SA 2.0, https://goo.gl/rxiUsF]

Психология личности — это то, чем люди отличаются друг от друга характерным способом мышления, чувство, и поведение. Некоторые из наиболее интересных вопросов о личностных качествах связаны с вопросами стабильности и изменений. Суждено ли застенчивым детям стать застенчивыми взрослыми? Отличаются ли типичные черты личности взрослых от типичных черт подростков? Становятся ли люди более самоконтролируемыми и способны лучше справляться со своими негативными эмоциями, когда становятся взрослыми? Какие механизмы объясняют стабильность личности и какие механизмы объясняют изменение личности?

Что-то разочаровывает, когда вы пытаетесь узнать о стабильности личности[1]: как и во многих областях психологии, существует ряд различных способов концептуализации и количественной оценки стабильности личности (например, Caspi & Bem, 1990; Roberts, Wood, & Каспи, 2008). Это означает, что существует несколько способов рассмотрения вопросов о стабильности личности. Таким образом, простой (и, очевидно, разочаровывающий) способ ответить на большинство общих вопросов о стабильности личности состоит в том, чтобы просто ответить, что это зависит от того, что мы подразумеваем под стабильностью личности. Чтобы дать более удовлетворительный ответ на вопросы о стабильности, я сначала опишу различные способы, которыми психологи осмысляют и оценивают стабильность личности. Я проведу важное различие между гетеротипической и гомотипической стабильностью. Затем я опишу абсолютную и дифференциальную устойчивость, два способа рассмотрения гомотипической устойчивости. Я также обращу ваше внимание на важную концепцию индивидуальных различий в развитии личности.

Гетеротипическая стабильность  относится к психологической согласованности мыслей, чувств и поведения человека в процессе развития. Вопросы о гетеротипической стабильности касаются степени постоянства основных личностных качеств. Сложность изучения гетеротипической стабильности заключается в том, что лежащий в основе психологический признак может иметь разное поведенческое выражение в разном возрасте. (Возможно, вы уже знаете, что приставка «гетеро» в переводе с греческого означает что-то вроде «другой».) Застенчивость — хороший пример такого качества, потому что застенчивость проявляется у малышей и маленьких детей по-разному, чем у взрослых. Застенчивый малыш может цепляться за воспитателя в многолюдной обстановке и разрыдаться, когда его разлучают с этим воспитателем. Застенчивый взрослый, с другой стороны, может избегать зрительного контакта с незнакомцами и казаться отчужденным и отстраненным на общественных мероприятиях. Было бы очень необычно наблюдать, как взрослый расплакался в людном месте. Наблюдаемое поведение, обычно связанное с застенчивостью, «выглядит» по-разному в разном возрасте. Исследователи могут изучать гетеротипную преемственность только тогда, когда у них есть теория, определяющая различные поведенческие проявления психологического атрибута в разные периоды жизни. В нынешнем виде есть свидетельства того, что такие атрибуты, как застенчивость и агрессия, проявляют гетеротипическую стабильность на протяжении всей жизни (Caspi, Bem, & Elder, 19).89). Люди, которые ведут себя застенчиво в детстве, часто ведут себя застенчиво и во взрослом возрасте, но степень соответствия далека от идеальной, потому что между детством и взрослой жизнью может вмешаться много вещей, чтобы изменить то, как развивается личность. Тем не менее важно то, что модели поведения, наблюдаемые в детстве, иногда предвосхищают черты взрослой личности.

Гомотипическая стабильность относится к степени сходства одних и тех же наблюдаемых характеристик личности во времени. (Приставка «гомо» в переводе с греческого означает что-то вроде «тот же самый».) Например, исследователи могут задаться вопросом, проявляет ли реакция на стресс или склонность легко расстраиваться из-за обычных жизненных проблем гомотипическую устойчивость в возрасте от 25 до 45 лет. предположение состоит в том, что этот признак имеет одинаковые проявления в этих разных возрастах. Исследователи проводят дополнительные различия между абсолютной стабильностью и дифференциальной стабильностью при рассмотрении гомотипической стабильности.

Рассматривая стабильность личности, исследователи могут рассматривать ее на индивидуальном уровне (например, чем вы 18-летний отличается от 38-летнего?) или на уровне группы (например, чем наиболее 18-летние отличаются от большинства 38-летних?). [Изображение: Кен Уайток, https://goo.gl/G1qfcO, CC BY-NC 2.0, https://goo.gl/VnKlK8

Домены Большой пятерки включают экстраверсию (такие атрибуты, как напористость, уверенность, независимость, общительность, и общительность), приятность (такие качества, как сотрудничество, доброта, скромность и доверчивость), добросовестность (такие качества, как трудолюбие, послушание, самообладание и целеустремленность), невротизм (такие качества, как тревожность, напряженность, капризность, и легко раздражается) и открытость (такие качества, как артистизм, любопытство, изобретательность и непредубежденность). «Большая пятерка» — один из наиболее распространенных способов организации широкого спектра личностных качеств, которые, кажется, отличают одного человека от другого. Эта организационная структура позволила Roberts et al. (2006), чтобы сделать общие выводы из литературы.

В целом средние уровни экстраверсии (особенно атрибутов, связанных с уверенностью в себе и независимостью), покладистости и добросовестности, по-видимому, увеличиваются с возрастом, в то время как нейротизм, по-видимому, снижается с возрастом (Roberts et al., 2006). Открытость также снижается с возрастом, особенно после среднего возраста (Roberts et al., 2006). Эти изменения часто рассматриваются как положительные тенденции, учитывая, что более высокий уровень доброжелательности и добросовестности и более низкий уровень невротизма связаны с, казалось бы, желаемыми результатами, такими как повышение стабильности и качества отношений, больший успех на работе, лучшее здоровье, снижение риска преступности и психических расстройств. проблемы со здоровьем и даже снижение смертности (например, Kotov, Gamez, Schmidt, & Watson, 2010; Miller & Lynam, 2001; Ozer & Benet-Martínez, 2006; Roberts, Kuncel, Shiner, Caspi, & Goldberg, 2007). Этот паттерн положительных средних изменений в личностных качествах известен как принцип зрелости развития взрослой личности (Caspi, Roberts, & Shiner, 2005). Основная идея состоит в том, что атрибуты, связанные с позитивной адаптацией, и атрибуты, связанные с успешным выполнением взрослых ролей, имеют тенденцию к увеличению во взрослом возрасте относительно их среднего уровня.

Робертс и др. (2006) обнаружили, что юношеская взрослость (период между 18 и 20 годами) была наиболее активным периодом жизни для наблюдения за средними изменениями, хотя средние различия в личностных качествах наблюдались на протяжении всей жизни. Такой результат может показаться неожиданным в свете интуитивных представлений о том, что подростковый возраст — это время изменения личности и созревания. Однако юношеская взрослость, как правило, представляет собой период в жизни, который включает в себя ряд изменений в жизни, таких как окончание школы, начало карьеры, вступление в романтические отношения и родительство (Donnellan, Conger, & Burzette, 2007; Rindfuss, 19).91). Обнаружение того, что юность является активным временем для развития личности, дает косвенные доказательства того, что роли взрослых могут оказывать давление на определенные модели развития личности. Действительно, это одно из возможных объяснений принципа зрелости в развитии личности. Этот паттерн повышения стабильности с возрастом называется принципом кумулятивной непрерывности развития личности (Caspi et al., 2005). Эта общая закономерность справедлива как для женщин, так и для мужчин и применима к широкому спектру различных личностных качеств, от экстраверсии до открытости и любопытства. Однако важно подчеркнуть, что наблюдаемые корреляции никогда не бывают совершенными ни в каком возрасте (т. е. корреляции не достигают 1,0). Это указывает на то, что изменения личности могут произойти в любой момент жизни; только кажется, что в детстве и юности наблюдается большая противоречивость, чем во взрослом возрасте.

В целом картина, которая вырисовывается из литературы, такова, что личностные черты являются относительно устойчивыми атрибутами, которые становятся более стабильными от детства до взрослой жизни. Тем не менее стабильность личностных качеств не является совершенной в любой период жизни. Это важный вывод, поскольку он бросает вызов двум крайним точкам зрения, оказавшим влияние на психологические исследования. Более 100 лет назад известный психолог Уильям Джеймс заметил, что характер (личность) у большинства людей к 30 годам «застывает, как пластилин». Эта точка зрения подразумевает почти полную стабильность личности во взрослом возрасте. Напротив, другие психологи иногда вообще отрицали существование какой-либо стабильности личности. Их точка зрения состоит в том, что индивидуальные мысли и чувства являются просто реакцией на преходящие ситуационные влияния, которые вряд ли проявят большую постоянство на протяжении всей жизни. Текущие исследования не поддерживают ни одну из этих крайних точек зрения. Тем не менее существование некоторой степени стабильности поднимает важные вопросы о точных процессах и механизмах, которые обеспечивают стабильность личности (и изменение личности).

Довольно легко представить: «Когда мне исполнится 30 лет, я женюсь и у меня будет семья, я останусь этим человеком на всю оставшуюся жизнь». Но исследования показывают, что, хотя некоторые черты остаются стабильными, другие продолжают развиваться и приспосабливаться к новым условиям. [Изображение: общественное достояние CC0, https://goo.gl/m25gce]

Стабильность личности является результатом взаимодействия между человеком и его/его окружением. Психологи используют термин трансакции между человеком и окружающей средой (например, Roberts et al., 2008), чтобы охватить взаимопреобразующее взаимодействие между людьми и их контекстуальными обстоятельствами. Исследователи-психологи описали несколько различных типов этих транзакций. Активные транзакции человека и среды происходят, когда люди ищут определенные виды среды и опыта, которые соответствуют их личностным характеристикам. Люди, склонные к риску, могут проводить свободное время совершенно иначе, чем более осторожные люди. Некоторые предпочитают экстремальные виды спорта, тогда как другие предпочитают менее интенсивные занятия. Реактивные транзакции между человеком и средой возникают, когда люди по-разному реагируют на одну и ту же объективную ситуацию из-за своей личности. Большое общественное собрание представляет собой психологически иной контекст для высоко экстравертного человека по сравнению с высокоинтровертным человеком. Вызывающие воспоминания трансакции человек-среда происходят всякий раз, когда люди вызывают или вызывают определенные виды реакций в своем социальном окружении из-за своих личностных качеств. Теплый и безопасный человек вызывает иные ответы от сверстников, чем холодный и отчужденный человек.

Современные исследователи проводят различие между механизмами, которые могут обеспечить стабильность личности, и механизмами, которые могут вызвать изменения (Roberts, 2006; Roberts et al. , 2008). Брент Робертс придумал полезную аббревиатуру ASTMA, чтобы помочь запомнить многие из этих механизмов: влечение (A), отбор (S), манипуляция (M) и истощение (A) имеют тенденцию вызывать стабильность личности, тогда как трансформация (T) объясняет изменение личности. .

Подумайте о своих предпочтениях в отношении хобби и работы. Как эти действия отражают основные черты вашей личности? [Изображение: Дэйв Скривен, https://goo.gl/4g9tCz, CC BY-NC 2.0, https://goo.gl/VnKlK8]

Люди иногда выбирают карьеру, друзей, социальные клубы и образ жизни из-за своих личностных качеств. Это активный процесс привлечения: людей привлекает окружающая среда из-за их личностных качеств. Ситуации, которые соответствуют нашему характеру, кажутся нам «правильными» (например, Cesario, Grant, & Higgins, 2004). С другой стороны, привратники, такие как работодатели, сотрудники приемной комиссии и даже потенциальные партнеры по отношениям, часто выбирают людей из-за их личности. Экстравертные и общительные люди, скорее всего, станут лучшими продавцами, чем тихие люди, которым неудобно общаться с людьми. В общем, привратники «допускают» определенных людей в определенные среды из-за их личности. Точно так же люди с характеристиками, которые плохо подходят для конкретной среды, могут покинуть такие условия или получить просьбу о выходе со стороны привратников. Ленивый сотрудник долго не протянет на ответственной работе. Эти примеры отражают процесс отсева (выбывания). Процессы отбора и отсева отражают вызывающие воспоминания взаимодействия человека и окружающей среды. Наконец, люди могут активно манипулировать своим окружением, чтобы соответствовать своей личности. Коммуникабельный человек найдет способы ввести больше социальных взаимодействий в рабочий день, в то время как застенчивый человек может избегать общеизвестного кулера с водой, чтобы избежать контакта с другими.

Эти четыре процесса привлечения, отбора, истощения и манипулирования объясняют, как у многих индивидуумов происходит некое соответствие между личностными качествами и условиями окружающей среды. Это позитивное сопоставление обычно приводит к постоянству личности, потому что «давление» ситуации усиливает качества человека. Это наблюдение лежит в основе принципа соответствия развития личности (Caspi et al., 2005; Roberts, Caspi, & Moffitt, 2003). Ранее существовавшие личностные качества и контексты окружающей среды работают вместе, чтобы способствовать преемственности личности. Идея состоит в том, что окружающая среда часто усиливает те качества личности, которые в первую очередь частично ответственны за исходные условия окружающей среды. Например, амбициозные и уверенные в себе люди могут быть привлечены к более ответственной работе и отобраны для них (Roberts et al., 2003). Эти виды работ часто требуют драйва, самоотверженности и стремления к достижениям, тем самым подчеркивая диспозиционные тенденции к амбициям и уверенности.

Дополнительные соображения, связанные с транзакциями человека и окружающей среды, могут помочь в дальнейшем объяснении стабильности личности. По мере перехода от детства к взрослой жизни люди получают больше автономии в выборе собственного окружения (Scarr & McCartney, 1983). Это может помочь объяснить, почему дифференциальная стабильность личностных качеств увеличивается от подросткового возраста к взрослому. Реактивные и вызывающие воспоминания взаимодействия человека с окружающей средой также способствуют стабильности личности. Общая идея состоит в том, что личностные качества формируют то, как люди реагируют на ситуации, и формируют виды ответов, которые люди вызывают в своем окружении. Эти ответы и реакции могут порождать самореализующиеся циклы. Например, агрессивные люди, по-видимому, интерпретируют двусмысленные социальные сигналы как угрожающие (что-то, называемое враждебной атрибуцией атрибуции или враждебной атрибуцией намерений; см. Crick & Dodge, 19).96; Orobio de Castro, Veerman, Koops, Bosch, & Monshouwer, 2002). Если на вас наезжает незнакомец, и вы проливаете свой горячий кофе на чистую рубашку, как вы интерпретируете ситуацию? Вы верите, что другой человек был агрессивен, или вам просто не повезло? Грубый, едкий или агрессивный ответ может спровоцировать аналогичную реакцию человека, который столкнулся с вами. Основная идея заключается в том, что личностные качества помогают формировать реакции на социальный мир и отклики со стороны, и эти процессы часто (но не всегда) заканчиваются усилением диспозиционных тенденций.

Несмотря на то, что ряд механизмов объясняет преемственность личности, создавая соответствие между характеристиками человека и окружающей средой, тем не менее, изменение или трансформация личности возможны. Напомним, что дифференциальная устойчивость не идеальна. Простейший механизм изменения является краеугольным камнем бихевиоризма: модели поведения, вызывающие положительные последствия (удовольствие), повторяются, в то время как модели поведения, вызывающие негативные последствия (боль), уменьшаются (Торндайк, 19).33). Социальные условия могут иметь силу трансформировать личность, если человек подвергается различным вознаграждениям и наказаниям, а окружение накладывает ограничения на разумное поведение человека (Caspi & Moffitt, 1993). Например, контексты окружающей среды, которые ограничивают свободу действий и имеют очень четкие структуры вознаграждения, такие как армия, могут быть особенно мощными контекстами для создания устойчивых изменений личности (например, Джексон, Томмес, Йонкманн, Людке и Траутвайн, 2012).

Также возможно, что люди могут изменить свои личностные качества, активно стремясь изменить свое поведение и эмоциональные реакции с помощью посторонних. Эта идея лежит в основе психотерапии. В настоящее время условия, вызывающие устойчивые изменения личности, являются активной областью исследований. Исследователи личности исторически стремились продемонстрировать существование стабильности личности, и теперь они обращают все свое внимание на условия, которые способствуют изменению личности. В настоящее время имеется несколько примеров вмешательств, которые приводят к краткосрочным изменениям личности (Jackson, Hill, Payne, Roberts, & Stine-Morrow, 2012), и это захватывающая область для будущих исследований (Edmonds, Jackson, Fayard, и Робертс, 2008). Информация об изменении личности важна для создания эффективных вмешательств, направленных на позитивное развитие человека. Поиск способов развития самоконтроля, эмоциональной стабильности, творчества и доброжелательного нрава, вероятно, приведет к улучшениям как для отдельных людей, так и для общества в целом, поскольку эти качества предсказывают ряд последующих жизненных результатов (Ozer & Benet-Martínez, 2006; Roberts и др. , 2007)

Наша личность является результатом нашего взаимодействия с окружающей средой. Кто вы есть, помогает определить, что вы делаете и что вам нравится, а то, что вы делаете и что вам нравится, помогает определить, кто вы есть. [Изображение: Ник Ширбарт, CC0 Public Domain, https://goo.gl/m25gce]

Существует несколько способов оценки стабильности личности. Существующие данные свидетельствуют о том, что личностные качества являются относительно устойчивыми атрибутами, которые показывают предсказуемые изменения среднего уровня на протяжении всей жизни. Стабильность личности создается сложным взаимодействием между людьми и их социальным окружением. Многие личностные качества связаны с жизненным опытом во взаимно усиливающемся цикле: личностные качества, кажется, формируют окружающий контекст, и эти контексты часто затем подчеркивают и усиливают те самые личностные качества. Тем не менее, изменение или трансформация личности возможны, потому что люди реагируют на окружающую их среду. Люди также могут захотеть изменить свою личность. Исследователи личности в настоящее время начинают решать важные вопросы о возможности устойчивых изменений личности посредством интервенционных усилий.

 

Видео: Брайан Литтл, доктор философии, на тему «Кто вы на самом деле?» Брайан Литтл — многолетний исследователь личности и автор.

Словарь

Активные сделки между человеком и окружающей средой
Взаимодействие между людьми и их контекстуальными обстоятельствами, которое происходит всякий раз, когда люди играют ключевую роль в поиске, выборе или ином манипулировании аспектами своего окружения.
Принцип соответствия
Идея о том, что черты личности часто совпадают с условиями окружающей среды, так что социальный контекст человека действует, чтобы подчеркнуть и усилить его личностные качества.
Принцип кумулятивной непрерывности
Обобщение о том, что личностные качества демонстрируют возрастающую стабильность с возрастом и опытом.

Гетеротипическая стабильность: эффекты фундаментальных тенденций темперамента меняются с возрастом, но темперамент и личность остаются прежними. Другими словами, поведение, связанное с чертами, проявляется по-разному, но черта остается одинаковой у каждого из нас.

Принцип зрелости
Обобщение о том, что личностные качества, связанные с успешным выполнением взрослых ролей, увеличиваются с возрастом и опытом.

Практический тест

 

Ссылки

  • Анусик, И., Лукас, Р. Э., и Доннеллан, М. Б. (2012). Поперечные возрастные различия личности: данные национально репрезентативных выборок из Швейцарии и США. Журнал исследований личности, 46 , 116–120.
  • Каспи, А., и Бем, Д. Дж. (1990). Преемственность и изменение личности на протяжении всей жизни. В Л. Первин (ред.), Справочник по личности: теория и исследования (стр. 549–575). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press.
  • Каспи, А., и Моффит, Т. Е. (1993). Когда индивидуальные различия имеют значение? Парадоксальная теория когерентности личности. Психологическое исследование, 4 , 247–271.
  • Каспи, А., Бем, Д. Дж., и Элдер, Г. Х., младший (1989). Преемственность и последствия стилей взаимодействия на протяжении всей жизни. Journal of Personality, 57 , 375–406.
  • Каспи, А., Робертс, Б.В., и Шайнер, Р.Л. (2005). Развитие личности: стабильность и изменение. Ежегодный обзор психологии, 56 , 453–484.
  • Чезарио, Дж., Грант, Х., и Хиггинс, Э. Т. (2004). Регуляторное соответствие и убеждение: переход от «чувствовать себя хорошо». Журнал личности и социальной психологии, 86 , 388–404.
  • Коэн, Дж. (1988). Анализ статистической мощности для поведенческих наук  (2-е изд.). Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум.
  • Крик, Н. Р., и Додж, К. А. (1996). Механизмы обработки социальной информации при реактивной и проактивной агрессии. Развитие ребенка, 67 , 993–1002.
  • Доннеллан, М.Б., Конгер, Р.Д., и Бурзетт, Р.Г. (2007). Развитие личности от позднего подросткового возраста до юношеской взрослой жизни: дифференциальная стабильность, нормативная зрелость и доказательства гипотезы зрелости-стабильности. Журнал личности, 75 , 237–267.
  • Эдмондс, Г.В., Джексон, Дж.Дж., Файард, Дж.В., и Робертс, Б.В. (2008). Это судьба персонажей, или еще есть надежда изменить свою личность? Социальный и личностный компас, 2 , 399–413.
  • Фергюсон, CJ (2010). Метаанализ нормальной и ненормальной личности на протяжении всей жизни. Журнал личности и социальной психологии, 98 , 659–667.
  • Джексон, Дж. Дж., Хилл, П. Л., Пейн, Б. Р., Робертс, Б. В., и Стайн-Морроу, Э. А. Л. (2012). Может ли старая собака выучить (и захотеть испытать) новые трюки? Когнитивная тренировка повышает открытость к опыту у пожилых людей. Психология и старение, 27 , 286-292.
  • Джексон, Дж. Дж., Томмес, Ф., Йонкманн, К., Людтке, О., и Траутвайн, У. (2012). Военная подготовка и развитие личностных качеств: военные делают человека или человек делает военных? Психологические науки, 23 , 270–277.
  • Джон, О.П., Науманн, Л.П., и Сото, К.Дж. (2008). Сдвиг парадигмы к интегративной таксономии черт Большой пятерки: история, измерение и концептуальные вопросы. В О. П. Джон, Р. В. Робинс и Л. А. Первин (ред.), Справочник личности: теория и исследования  (3-е изд. , стр. 114–158). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press.
  • Котов Р., Гамез В., Шмидт Ф. и Уотсон Д. (2010). Связь «больших» черт личности с тревожными, депрессивными расстройствами и расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ: метаанализ. Психологический бюллетень 136 , 768–821.
  • Лукас, Р. Э., и Доннеллан, М. Б. (2011). Развитие личности на протяжении всей жизни: продольный анализ национальной выборки из Германии. Журнал личности и социальной психологии, 101 , 847–861.
  • Лукас, Р. Э., и Доннеллан, М. Б. (2009). Возрастные различия личности: данные репрезентативной в национальном масштабе выборки австралийцев. Психология развития, 45 , 1353–1363.
  • Маккрей, Р. Р. и Коста, П. Т., младший (2003). Личность во взрослом возрасте: перспектива пятифакторной теории  (2-е изд.). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press.
  • Миллер, Дж. Д., и Линам, Д. (2001). Структурные модели личности и их отношение к антиобщественному поведению: метааналитический обзор. Криминология, 39 , 765–798.
  • Мрочек, Д.К., и Спиро, А., III (2007). Изменение личности влияет на смертность пожилых мужчин. Психологические науки, 18 , 371–376.
  • Оробио де Кастро, Б., Веерман, Дж. В., Купс, В., Бош, Дж. Д., и Моншоувер, Х. Дж. (2002). Враждебная атрибуция намерений и агрессивного поведения: метаанализ. Развитие ребенка, 73 , 916–934.
  • Озер, Д. Дж., и Бенет-Мартинес, В. (2006). Личность и предсказание последующих результатов. Ежегодный обзор психологии, 57 , 401–421.
  • Риндфусс, Р. Р. (1991). Молодые взрослые годы: разнообразие, структурные изменения и рождаемость. Демография, 28 , 493–512.
  • Робертс, Б.В. (2006). Развитие личности и организационное поведение. Исследования организационного поведения, 27 , 1–40.
  • Робертс, Б.В., и ДельВеккио, В.Ф. (2000). Постоянство личностных черт в порядке ранжирования от детства до старости: количественный обзор лонгитюдных исследований. Психологический бюллетень, 126 , 3–25.
  • Робертс, Б.В., и Мрочек, Д. (2008). Изменение черт личности во взрослом возрасте. Современные направления психологической науки, 17 , 31–35.
  • Робертс, Б.В., Каспи, А., и Моффит, Т. (2003). Опыт работы и развитие личности в юношеском возрасте. Журнал личности и социальной психологии, 84 , 582–593.
  • Робертс, Б.В., Кунцел, Н., Шайнер, Р.Н., Каспи, А., и Голдберг, Л. (2007). Сила личности: сравнительная достоверность личностных качеств, социально-экономического статуса и когнитивных способностей для прогнозирования важных жизненных результатов. Перспективы психологической науки, 2 , 313–345.
  • Робертс Б.В., Кунцел Н., Шайнер Р.Н., Каспи А. и Голдберг Л. (2007). Сила личности: сравнительная достоверность личностных качеств, социально-экономического статуса и когнитивных способностей для прогнозирования важных жизненных результатов. Перспективы психологической науки, 2 , 313–345.
  • Робертс, Б.В., Уолтон, К., и Фихтбауэр, В. (2006). Модели среднего уровня изменения личностных черт на протяжении всей жизни: метаанализ лонгитюдных исследований. Психологический бюллетень, 132 , 1–25.
  • Робертс, Б.В., Вуд, Д., и Каспи, А. (2008). Развитие личности. В О. П. Джон, Р. В. Робинс и Л. А. Первин (ред.), Справочник по личности: теория и исследования (3-е изд., стр. 375–398). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press.
  • Скарр, С., и Маккартни, К. (1983). Как люди создают свою собственную среду: теория генотипа → эффекты среды. Развитие ребенка, 54 , 424–435.
  • Сото, Си Джей, Джон, О. П., Гослинг, С. Д., и Поттер, Дж. (2011). Возрастные различия в личностных чертах от 10 до 65 лет: домены и аспекты Большой пятерки в большой поперечной выборке. Журнал личности и социальной психологии, 100 , 330–348.
  • Шпехт, Дж., Эглофф, Б., и Шмукле, С.К. (2011). Стабильность и изменение личности на протяжении всей жизни: влияние возраста и основных жизненных событий на стабильность среднего уровня и ранжирования Большой пятерки. Журнал личности и социальной психологии, 101 , 862–882.
  • Шривастава, С., Джон, О.П., Гослинг, С.Д., и Поттер, Дж. (2003). Развитие личности в раннем и среднем взрослом возрасте: пластырь или стойкое изменение? Журнал личности и социальной психологии, 84 , 1041–1053.
  • Terracciano, A., McCrae, R.R., Brant, L.J., & Costa, P.T., Jr. (2005). Иерархическое линейное моделирование анализирует шкалы NEO-PI-R в Балтиморском лонгитюдном исследовании старения. Психология и старение, 20 , 493–506.
  • Торндайк, Э. Л. (1933). Доказательство закона эффекта. Наука, 77 , 173–175.
  • Вайдья, Дж. Г., Грей, Э. К., Хейг, Дж. Р., Мрочек, Д. К., и Уотсон (2008). Дифференциальная стабильность и траектории индивидуального роста Большой пятерки и аффективные черты в молодости. Журнал личности, 76 , 267–304.
  • Вортман, Дж., Лукас, Р. Э., и Доннеллан, М. Б. (в печати). Стабильность и изменения в личностных областях Большой пятерки: данные лонгитюдного исследования австралийцев. Психология и старение .

Эта глава представляет собой отредактированную версию, адаптированную из проекта NOBA, которую можно найти здесь:

Доннеллан, МБ (2019). Стабильность и изменение личности. В книге Р. Бисвас-Динера и Э. Динера (редакторы), серия учебников Noba: Психология.  Шампейн, Иллинойс: издательство DEF. Получено с http://noba. to/sjvtxbwd

.

Благодарность авторам за то, что они сделали эту главу общедоступной. Первоначальные авторы не несут ответственности за эту отредактированную и адаптированную версию.

Creative Commons Attribution NonCommercial ShareAlike

 

Стабильная черта личности — обзор

ScienceDirect

Зарегистрируйтесь, войдите в систему

Это стабильная черта личности, и люди с высокими показателями этой черты активно ищут возбуждения и стимуляции и имеют более высокую терпимость к негативным жизненным событиям (Zuckerman, 1979).

Источник: Performance Psychology, 2016 г.

PlusAdd to Mendeley

Дж. Бегган, С. Эллисон, в Encyclopedia of Human Behavior (Second Edition), 2012 г.

Определение социальных ценностей

Социальные ценности относятся к устойчивой черте личности, предполагающей предпочтение определенных моделей распределения результатов между собой и другими. Социальные ценности использовались для объяснения поведения в различных ситуациях переговоров и принятия решений, когда людям необходимо координировать свои действия. Социальные ценностные ориентации, которые отражают компромисс между личными интересами и коллективными интересами, можно разделить на две широкие категории. Люди с ориентацией на себя сосредотачиваются на выгодах, которые они могут получить для себя, тогда как люди с просоциальной ориентацией сосредотачиваются на том, чтобы сбалансировать свои собственные выгоды с выгодами других.

Наиболее распространенными ориентациями на себя являются индивидуализм и конкуренция. Индивидуалист пытается максимизировать свою собственную выгоду, практически не заботясь о благополучии других. Конкуренты сосредотачиваются на максимизации собственной выгоды по сравнению с другими. Чтобы увидеть разницу между этими двумя ориентациями, рассмотрим Таблица 1 . Человек должен выбирать между различными денежными выигрышами, обозначенными буквами от A до G. Выбор определяет его или ее выигрыш, а также то, что получает другой. Вариант C обеспечивает наибольшую выгоду для себя (60) и будет тем, что предпочитает индивидуалист. Напротив, конкурент предпочел бы вариант B, даже если он обеспечивает меньшую выплату в долларах, чем вариант C, потому что он обеспечивает относительное преимущество в 25 долларов, а не 20 долларов, обеспечиваемое вариантом C9.0003

Table 1. Different social value orientations

A B C D E F G
.0331 50 5 40 50 55 0 15

Наиболее обычной проскацией. Кооператор фокусируется на совместной выгоде и поэтому предпочитает максимизировать совместную выгоду между собой и другим. Кооператор предпочитает от 55 до 60 долларов, потому что вариант А также дает 50 долларов другому человеку, что дает общую сумму в 105 долларов по сравнению с меньшими общими суммами для других вариантов. Другой просоциальной ориентацией является эгалитаризм, предпочтение равенства между собой и другим. Выбор D из Таблица 1 представляет собой эгалитарное предпочтение, поскольку сводит к минимуму разницу между собой и другим человеком. Сторонники эгалитаризма предпочли бы вариант D варианту A из-за ценности, которую они придают равенству результатов, в то время как кооператоры предпочли бы вариант A варианту D из-за ценности, которую они придают совместной выгоде. Недавние исследования показали, что люди, которых традиционно называют «кооператорами», могут быть более мотивированы максимизировать равенство, чем совместную выгоду.

Ряд других возможных социальных ценностных ориентаций не проявляются у населения с большой частотой. Альтруист предпочел бы вариант Е, который дает другому наибольшую отдачу, даже ценой для себя. Агрессор предпочел бы вариант F, который дает другому наименьший возможный выигрыш, хотя он также стоит и ему самого и дает относительное преимущество только в 15 долларов по сравнению с относительным преимуществом в 25 долларов, обеспечиваемым вариантом B. Наконец, мазохисты намеренно снижают свои собственные результаты и, следовательно, сочли бы вариант G наиболее привлекательным.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780123750006003372

E.U. Вебер, в Международной энциклопедии социальных и поведенческих наук, 2001 г.

Существует давнее и стойкое убеждение, что склонность к риску является устойчивой чертой личности, которую часто называют отношением к риску. Убеждение подразумевает, что данный человек будет брать на себя одинаковый риск в различных ситуациях и что некоторые люди будут более избегать риска (или больше стремиться к риску) в разных ситуациях, чем другие. В статье рассматриваются различные определения отношения к риску, которые демонстрируют кросс-ситуативную согласованность в разной степени. Отношение к риску, определенное в рамках ожидаемой полезности, сильно различается в зависимости от ситуации в зависимости от содержания решения и структуры результата. Другая концептуализация принятия риска в рамках системы оценки риска моделирует принятие риска как функцию (а) восприятия лицами, принимающими решения, рискованности и отдачи от различных вариантов действий, и (б) их отношения к воспринимаемому риску, т.е. , фактор компромисса между риском и стоимостью. При моделировании в рамках этой структуры ситуационные различия в принятии риска, как правило, являются результатом различий в восприятие риска в разных ситуациях, а не различия в готовности взять на себя (воспринимаемый) риск, тем самым восстанавливая доверие к понятию отношения к воспринимаемому риску (PRA) как стабильной черте. Индивидуальные различия в PRA существуют, но они меньше и менее систематичны, чем индивидуальные и групповые различия в восприятии риска. Хотя детерминанты восприятия риска относительно хорошо известны на данный момент, мало что известно о детерминантах АФР. Личностные различия в переменных, которые, как известно, связаны с принятием риска, по-видимому, оказывают свое влияние через различия в восприятии риска.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B0080430767017824

Нейротизм и негативное влияние

Некоторые люди в целом более склонны к стрессу, чем другие. Психометрические и экспериментальные исследования выявляют устойчивые черты личности, которые связаны с предрасположенностью человека к переживанию отрицательных эмоций. Айзенк определил параметр невротизма, связанный с низким порогом эмоционального возбуждения. Подобная размерность соответствует одному из факторов, описываемых пятифакторной моделью личности. Исследования темперамента у младенцев и детей, основанные на наблюдениях за поведением, также определяют негативную аффективность или склонность к дистрессу как фундаментальное измерение.

Нейротизм предсказывает негативное настроение, такое как депрессия и тревога, хотя сила связи зависит от ситуационных стрессоров. Это также предсказывает уязвимость к беспокойству и нарушениям познания. Связь между невротизмом и дистрессом подтверждается как контролируемыми экспериментальными исследованиями, так и полевыми исследованиями повседневного настроения с использованием методов дневника или выборки опыта. Нейротизм также повышен у больных, страдающих эмоциональными расстройствами. Продольные исследования показывают, что невротизм является фактором, предрасполагающим к клиническому расстройству, хотя существует некоторая реципрокность между чертой личности и расстройством. Повышенный невротизм также может быть следствием или шрамом психического заболевания. Кроме того, и модель Айзенка, и пятифакторная модель включают фактор экстраверсии-интроверсии. Экстраверсия в первую очередь связана со счастьем и положительными эмоциями, но также в некоторой степени отрицательно коррелирует с показателями стресса. Одна влиятельная точка зрения состоит в том, что невротизм, по сути, является измерением негативной аффективности, тогда как экстраверсия может быть отождествлена ​​с позитивным аффектом, хотя эта точка зрения может быть чрезмерно упрощена.

Нейротизм также связан с самоотчетом о соматическом дистрессе и медицинских симптомах, включая различные психосоматические состояния. Остается спорным, действительно ли более невротические люди более склонны к болезням или они просто склонны жаловаться на физические симптомы. Тем не менее, причинная роль невротизма подтверждается растущим числом свидетельств того, что различные негативные аффекты, включая депрессию, гнев и тревогу, действуют как факторы риска заболеваний, включая ишемическую болезнь сердца, хотя величина эффекта связи между дистрессом и болезнью часто маленький.

Современные модели личности обычно принимают интеракционистскую или диатезно-стрессовую точку зрения, так что реакция на дистресс зависит от взаимодействия личных и ситуационных факторов. Следовательно, хотя более невротические люди более уязвимы для дистресса, степень, в которой они испытывают больший дистресс, чем менее невротические люди в данном случае, зависит от ситуационных факторов. Исследования жизненных событий также предлагают более тонкий взгляд на невротизм. В соответствии с гипотезой негативной аффективности, более невротические люди, по-видимому, воспринимают жизненные события как более тревожные. Тем не менее, невротические люди также, по-видимому, испытывают более высокую частоту жизненных событий, что может отражать поведенческие трудности в адаптации к жизненным обстоятельствам. Например, невротизм связан с более высокой частотой межличностных конфликтов. Таким образом, существует по крайней мере три причинно-следственных связи, которые могут связать невротизм с дистрессом: (1) тяжелые невротики могут быть вообще склонны к дистрессу, независимо от внешних обстоятельств; (2) тяжелые невротики могут реагировать на внешние события повышенным дистрессом; и (3) высокие невротики могут вести себя таким образом, что вызывают более высокую частоту неприятных событий. Динамический характер реакции на дистресс демонстрируется и при изучении темперамента у детей. Чрезмерно склонные к стрессу младенцы могут восприниматься как плаксивые или прилипчивые, вызывающие у родителей раздражение или пренебрежение, что провоцирует дальнейшие дизрегуляторные реакции со стороны ребенка.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать всю главу

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780123739476001276

L.H. Powell, K. Williams, in Stcycloconress Edition) , 2007

Концептуализация

Враждебность – негативное отношение к другим, состоящее из вражды, очернения и недоброжелательности. Это устойчивая черта личности с коэффициентами устойчивости 0,85 в течение 1 или 4 лет, 0,67 в течение 5 лет и 0,40 в течение 24 лет. Враждебность представляется многомерной чертой, состоящей из двух-четырех анализируемых компонентов. Существует общее мнение, что двумя ключевыми компонентами являются цинизм, или вера в то, что другие мотивированы эгоистичными заботами, и недоверие, или вера в то, что другие могут быть провоцирующими и причинять вред. Другие компоненты включают такие вещи, как враждебный атрибутивный стиль, который представляет собой тенденцию истолковывать действия других как агрессивные намерения, и враждебный стиль взаимодействия, характеризующийся тенденцией бросать вызов другим, уклоняться от вопросов и легко раздражаться. Смит выступал за транзакционный взгляд на враждебность, который включает аспекты как человека, так и окружающей среды. Когда и враждебность, и социальная поддержка рассматриваются вместе, возникают три отдельных компонента: (1) невраждебные и сильно социально поддерживаемые здоровые люди, (2) крайне враждебные и мало социально поддерживаемые покорные индивидуумы и (3) крайне враждебные и высоко социально поддерживаемые агрессивные индивидуумы. .

Хотя враждебность часто связывают с факторами риска гнева и агрессии, она отличается от них тем, что относится к когнитивной черте личности. Гнев — это эмоция, которая включает в себя реакции от легкого раздражения до сильного гнева и может быть временным эмоциональным состоянием или устойчивой предрасположенностью. Агрессия — это поведение, определяемое как нападение или оскорбительные действия по отношению к другим, будь то физический или словесный вред. Корреляция между этими характеристиками умеренная, что позволяет предположить, что они связаны, но, тем не менее, различны.

Исследования, в которых изучались социально-демографические корреляты враждебности, показали, что она увеличивается с возрастом, выше у мужчин, чем у женщин, выше у меньшинств, чем у представителей европеоидной расы, и выше у лиц с более низким социально-экономическим статусом, чем у лиц с более высоким социально-экономическим статусом. Более того, существуют убедительные доказательства того, что враждебность связана с курением, повышенным индексом массы тела и чрезмерным употреблением алкоголя. Поскольку эти корреляты сами по себе являются факторами риска заболевания, они могут служить помехой для любой связи между враждебностью и болезнью. Смешение в этом случае означало бы ошибку, что истинная связь существует между враждебностью и ишемической болезнью, тогда как на самом деле истинная связь на самом деле существует между одним или несколькими из этих установленных коронарных факторов риска (которые связаны с враждебностью) и ишемической болезнью. Важно контролировать эти потенциальные искажающие факторы при разработке или анализе исследований, оценивающих воздействие враждебности на здоровье.

Посмотреть главуКнига покупок

Читать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780123739476002026

R.F. Баумейстер, Дж. М. Твенге, в Международной энциклопедии социальных и поведенческих наук, 2001 г.

1 Вызов Мишеля личности

Мнение о том, что социальное поведение проистекает из личности, глубоко укоренено в здравом смысле и традиционных взглядах. Широко распространено мнение, что люди обладают устойчивыми личностными чертами, которые объясняют легко различимые закономерности в их поведении. Действительно, само понятие личности обычно понимается в терминах системности. То есть люди якобы последовательны в своих мотивах и действиях.

Уолтер Мишель (1968) оспорил это предполагаемое постоянство личности в влиятельной книге. Мишель предположил, что если бы личность состояла из стабильного, последовательного набора черт, то психологические измерения черт должны были бы эффективно предсказывать социальное поведение с достаточной точностью. Однако из обзора опубликованных исследований он пришел к выводу, что личностные черты не оказывают сильного влияния на поведение. Вместо этого он обнаружил, что корреляция между чертами и поведением обычно была небольшой: обычно корреляция составляла от 0,20 до 0,30 из максимально возможной 1,00. Он использовал термин «коэффициент личности» для обозначения небольших корреляций, которые обычно обнаруживались.

Таким образом, Мишель пришел к выводу, что ситуация гораздо более мощная, чем личность как причина социального поведения. Следуя стандартной статистической практике, он указал, что на корреляцию 0,30 приходится только 9 % вариаций поведения, а остальные 91 % оставляются ситуации. Проще говоря, ситуация определяла поведение в 10 раз сильнее, чем личность.

Эта точка зрения была немедленно признана бросающей вызов точке зрения о том, что личность является важной причиной социального поведения. Не только психологи верили в личность, поскольку широкая публика также давно и твердо верила в личность. Коллега Мишеля Ли Росс (1977) ввел термин «фундаментальная ошибка атрибуции» для обозначения склонности людей интерпретировать чье-то поведение как вызванное личностными чертами этого человека и недооценивать важность ситуации, вызывающей поведение. Например, люди, которые наблюдают вспышку гнева, склонны делать вывод, что разгневанный человек имеет враждебный или агрессивный характер, в то время как на самом деле истинной причиной вспышки гнева, вероятно, является плохой день, провокация, разочарование или что-то другое. причина коренится в непосредственной ситуации. Известная работа Джонса и Нисбетта (1971) указал, что люди склонны приписывать свое поведение ситуации, в которой они оказались (например, «я только выполнял приказы» или «я просто реагировал на то, что вы сделали»), в то время как они интерпретируют поведение других людей с точки зрения личности. черты.

Книга Мишеля и его поразительные выводы оказали большое влияние на психологию. Одно из следствий заключалось в том, что психологи должны сосредоточиться на анализе ситуации, а не на индивидуальной личности, чтобы иметь возможность понимать и предсказывать поведение. Социальные психологи, специализирующиеся на изучении силы ситуаций, приняли этот вывод в ущерб психологам личности. Эта атака на личность совпала с периодом быстрого роста факультетов психологии в США, и в результате многие университеты наняли социальных психологов, а не психологов личности, в результате чего социальная психология продолжает оставаться гораздо более обширной областью, чем психология личности, даже несколько десятилетий спустя.

Недавний анализ полемики, проведенный Фандером (1997), резюмировал аргумент Мишеля как состоящий из трех основных частей. Во-первых, обзор литературы показывает, что существует верхний предел того, насколько хорошо можно предсказать чье-либо поведение от одной ситуации к другой, и этот верхний предел невелик (корреляция примерно от 0,20 до 0,30; Нисбетт, 1980, позже пересмотрел этот показатель в сторону увеличения). до 0,40). Во-вторых, ситуации более важны, чем черты в объяснении поведения. В-третьих, бесполезно измерять личность, а общепринятое и традиционное представление о людях как о последовательных, движимых личностью существах неверно.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B0080430767017794

ХиСун Чой, Наоми Суонсон, Человек-Робот21, Доверие, бездействие

Индивидуальные характеристики

Одним из видов факторов, связанных с человеком, являются индивидуальные характеристики, которые включают склонность человека к доверию, отношение, личностные черты и демографические факторы. Некоторые люди в целом более доверчивы, чем другие, и эта склонность к доверию является устойчивой чертой личности (Lee & See, 2004). Вполне вероятно, что склонность отдельного работника к доверию определяет исходный уровень доверия человека к промышленным роботам (Lee & See, 2004; Schaefer et al. , 2016). В дополнение к общей склонности на доверие может влиять отношение и восприятие отдельного работника в отношении технологий на рабочем месте и роботов. В отличие от бытовых роботов, которые выбираются и внедряются теми, кто будет использовать роботов, роботы на рабочем месте часто внедряются в рабочую среду работодателями независимо от принятия или предпочтений отдельных работников, которые работают с роботами. Таким образом, общее отношение рабочих к роботам может оказать существенное влияние на их доверие. Например, многие работники могут воспринимать роботов как угрозу, потому что они опасаются замены рабочих мест роботами на рабочем месте, что может привести к низкому восприятию роботов на рабочих местах (Sanders, Kaplan, Koch, Swartz, & Hancock, 2019).). Когда у работников негативное отношение, они с меньшей вероятностью будут доверять роботам и полагаться на них.

Определенные черты личности также влияют на доверие человека к системам и технологиям. Предыдущие исследования показали, что пользователи с большей вероятностью будут доверять автоматизированным системам или полагаться на них, если они экстравертны, эмоционально стабильны и обладают интуитивным, а не сенсорным характером (Mcbride, Carter, & Ntuen, 2012; Merritt & Ilgen, 2008; Schaefer, 2013; Салма и Тейлор, 2011). Например, Салма и Тейлор (2011) предположили, что черта невротизма коррелирует с более низким уровнем согласия с автоматизированными советами, а Мерритт и Ильген (2008) продемонстрировали, что экстраверты с большей вероятностью доверяют автоматическим машинам, чем интроверты. Хотя основные механизмы этих отношений до конца не изучены, эти результаты могут свидетельствовать о том, что независимо от производительности или функциональности робота уровень доверия человека может определяться его характеристиками.

В дополнение к индивидуальным склонностям, отношению и личности различные демографические факторы, такие как возраст и пол, могут быть связаны с доверием человека к роботам и роботизированной среде. Поскольку разнообразие рабочей силы продолжает увеличиваться, потенциальное влияние демографических факторов на взаимодействие с роботами, вероятно, будет иметь все большее влияние на рабочие места. Например, рабочая сила быстро стареет во многих отраслях, что усиливает влияние возрастных различий на рабочих местах. Одним из вопросов, который может представлять особый интерес для работников старшего возраста, является внедрение новых промышленных технологий. Поскольку новые технологии продолжают внедряться на многих рабочих местах, эти новые технологии должны быть хорошо восприняты всеми пользователями, включая работников старшего возраста, которые могут значительно отличаться от молодых работников. Например, пожилые работники могут иметь разное знание технологий, состояние здоровья или риск получения травм. Хотя роботизированные технологии могут принести большую пользу пожилым людям, которые обычно имеют более сильные потребности в физической, когнитивной и социальной помощи в повседневной деятельности, а также во время работы, предыдущие результаты показывают, что пожилые люди с большей вероятностью будут демонстрировать негативные эмоциональные реакции на роботов и склонны не доверять роботам больше, чем молодые люди (Sanders, Oleson, Billings, Chen, & Hancock, 2011; Scopelliti, Giuliani, & Fornara, 2005). Возрастные различия в отношении и доверии к роботам являются важной демографической детерминантой безопасного и эффективного взаимодействия отдельного работника с роботами на рабочих местах.

Другие демографические факторы менее важны и основаны на ограниченных эмпирических данных (Sanders et al., 2011; Schaefer, 2013). Например, в то время как некоторые исследования не подтверждали гендерные или этнические различия в доверии к роботам (Schaefer, 2013), другие исследования обнаружили значительное влияние таких демографических факторов. Например, женщины проявляли большее недоверие к роботам по сравнению с мужчинами (Scopelliti et al., 2005), а общее доверие к роботам различается в разных культурах (Evers, Maldonado, Brodecki, & Hinds, 2008; Li, Rau, & Li, 2010). ). Необходимы дополнительные исследования для изучения влияния различных демографических факторов на доверие между человеком и роботом, поскольку это может привести к значительным последствиям, учитывая все более разнообразную рабочую среду.

Просмотр книги Глава Чита

Читать полная глава

URL: https://www.sciendirect.com/science/article/pii/b9780128194720000058

EMMA Mosley, Sylvaine Labord, в Performange , , 9027, 9027,

, Emma Mosley, Sylvaine Labord,

. Definition and Background

Поиск ощущений — это «потребность в разнообразных, новых и сложных ощущениях и переживаниях, а также готовность пойти на физический и социальный риск ради таких переживаний» (Zuckerman, 19).79, с. 10). Это устойчивая черта личности, и те, у кого эта черта высока, активно ищут возбуждения и стимуляции и обладают более высокой терпимостью к негативным жизненным событиям (Zuckerman, 1979). Кроме того, искателей острых ощущений привлекает соревновательное или оппортунистическое поведение, не принимая во внимание непредвиденные обстоятельства наказания (Ball & Zuckerman, 1990). Это влечение к этим ситуациям также сочетается со склонностью к риску (например, к безрассудному вождению, экстремальным видам спорта), поскольку оно приводит к чувствам, усиливающим физиологические реакции, которые переживаются как желаемые ощущения (Zuckerman, 2007). Это, в свою очередь, может привести к вероятности успешной работы под давлением.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780128033777000181

C.J. Whitlatch, L.S. Noelker, в Энциклопедии геронтологии (второе издание), 2007 г.

Гендерная теория

С 1980-х годов расширилось применение гендерных теорий ухода. Этот объем работ был в значительной степени основан на феминистских исследованиях и уходит своими корнями в структуру гендерной социализации и перспективу социальной роли. Гендерная социализация предполагает, что гендерные роли усваиваются как стабильные черты личности и являются результатом гендерных различий в социализации в детстве. Напротив, точка зрения социальной роли объясняет гендерные различия в поведении как результат текущего и непрерывного конструирования человеком социальных реальностей и связанных с ними ролевых требований этих реальностей. Используя структуру гендерной социализации для понимания гендерных различий в уходе и заботе, можно было бы ожидать, что ранняя ролевая социализация и личностные факторы будут связаны с более широким вовлечением женщин в задачи по уходу. Напротив, с точки зрения социальной роли женщины больше, чем мужчины, вовлечены в деятельность по уходу, потому что у женщин меньше альтернативных ролей из-за их ограниченного доступа к разнообразным социальным ресурсам. Однако исследования отошли от этих двух взглядов на гендер, сосредоточившись вместо этого на вопросах, связанных с неравенством и идентичностью. Это перенаправление отчасти связано с тем, что женщины по умолчанию выполняют больше задач по уходу, чем мужчины, и, в свою очередь, выражают большее беспокойство. Более того, различные стрессоры воздействуют на женщин, ухаживающих за больными, которые часто обеспечивают уход как на работе, так и дома, что повышает их уязвимость к стрессу. В целом ученые-феминистки не продвигают взгляд на заботу как на универсальный элемент женской идентичности или как на человеческое качество, отдельное от культурных и структурных обстоятельств, которые ее создают. Для ученых-феминисток забота — это процесс, который поддерживает и восстанавливает наш мир и, в свою очередь, должен высоко цениться в нашем мире.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать всю главу

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B0123708702000317

WILLEM J. KOP, NICHOLAS COHEN Edition, in Psychoneurology, in Psychoneurology 2007

1. Связь с ишемической болезнью сердца

Психологические исследования сердечно-сосудистых заболеваний широко изучали враждебность и, ранее, поведенческий паттерн типа А. Влиятельные исследования Фридмана и Розенмана в конце XIX в.50-е годы по поведению типа А документально подтвердили, что эта антагонистическая черта личности связана с возникновением инфаркта миокарда, а также с соответствующими сердечно-сосудистыми факторами риска (Friedman and Rosenman, 1959; Suarez et al. , 1991; Welin et al., 1985). Более поздние исследования показали, что враждебность является токсичным компонентом поведения типа А. Предполагается, что враждебность является устойчивой чертой личности, характеризующейся циничным недоверием, агрессивным реагированием и общим антагонистическим отношением (Barefoot et al., 19).83; Энгебретсон и Мэтьюз, 1992). В большинстве исследований сообщается о связи между враждебностью/поведением типа А и тяжестью основной коронарной болезни (Siegman et al., 1987; Williams et al., 1988), а также первым инфарктом миокарда (Barefoot et al., 1983; Meesters and Smulders, 1994; Шекелле и др., 1983). Исследования на приматах подтверждают связь между враждебным поведением и тяжестью ИБС (Manuck et al., 1995). Напротив, 90 102 рецидивирующих 90 103 коронарных синдромов менее последовательно предсказываются враждебностью/поведением типа А (Ragland, 19).89; Шекелле и др., 1985). Более того, связь между враждебностью и ИМ более выражена у молодых (<55 лет), чем у пожилых мужчин (Meesters et al. , 1994; Siegman et al., 1987; Williams et al., 1988), что позволяет предположить роль враждебность на ранних стадиях прогрессирования ИБС.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780120885763500514

R.C. Маннелл, С. Дюпюи, в Энциклопедии геронтологии (второе издание), 2007 г.

Личность и стили совладания

Об исследованиях связей между более устойчивыми диспозициями, такими как личностные различия, только начали сообщать. Было обнаружено, что невротизм и экстраверсия положительно и отрицательно коррелируют с удовлетворенностью жизнью соответственно. Компетентность и мотивация достижения, которые являются устойчивыми индивидуальными различиями, положительно коррелируют с удовлетворенностью жизнью, как и способность испытывать внутреннее удовлетворение от досуга.

Стиль совладания, типичные стратегии, которыми люди реагируют на негативные внешние события, также могут влиять на удовлетворенность жизнью. Эмпирические исследования показывают, что стиль совладания, как и стабильные черты личности, мало меняется во взрослом возрасте. Данные свидетельствуют о том, что существует несколько существенных возрастных различий в общем уровне эффективности преодоления трудностей. Влиянию стилей совладания на субъективное благополучие пожилых людей уделялось мало внимания. Среди пожилых пациентов с раком и ортопедической болью стиль преодоления в значительной степени связан с качеством жизни, даже с учетом продолжительности и тяжести заболевания. Пассивные и ориентированные на эмоции стратегии преодоления связаны с негативной реакцией пожилых пациентов на соматическое заболевание. Было обнаружено, что воспринимаемый контроль и локус контроля здоровья косвенно (через их влияние на уровни активности/упражнений) и прямо связаны с удовлетворенностью жизнью. Более высокая самоэффективность в ряде областей функционирования предсказывает удовлетворенность жизнью среди вдов и вдовцов, хотя важными областями для мужчин были финансы, инструменты и здоровье. Для женщин важными функциональными областями жизни, в которых более высокая самоэффективность способствовала удовлетворенности жизнью, были межличностные, эмоциональные, социальные и духовные.

Просмотреть главуКнига покупок

Прочитать главу полностью

URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B0123708702001128

Стабильность и изменения имплицитных мотивов. Нарративный обзор эмпирических исследований

«Когда вы закончите изменяться, вам конец»

— Бенджамин Франклин

Приведенная выше цитата показывает, что вся наша жизнь характеризуется различными и неизбежными изменениями, такими как жизненные переходы. , критические жизненные события или возрастные психологические и физиологические изменения. Исследователи в области психологии личности признали, что такие изменения также влияют на характеристики личности. Они пришли к выводу, что личностные черты (например, большая пятерка) не так стабильны, как считалось долгое время. Недавние исследования показали, что они меняются в течение жизни (обзор см. в Roberts et al., 2006; Specht et al., 2011). Метаанализ на основе 92 исследования изменений личностных черт показали существенные изменения различных личностных диспозиций, например, снижение открытости и повышение добросовестности на протяжении жизни (Roberts et al., 2006). Однако такие изменения затрагивают не только большую пятерку, но и другие характеристики личности, такие как уверенность в себе, самоконтроль и интеллект (например, Verhaeghen and Salthouse, 1997; Roberts and Mroczek, 2008). Таким образом, есть эмпирические доказательства того, что характеристики личности действительно меняются.

Исследователи предложили различные показатели для оценки и описания стабильности и изменений личностных характеристик (например, Caspi and Roberts, 2001). Часто исследователи называют постоянство среднего уровня и ранжирования двумя показателями стабильности и изменения. Согласованность среднего уровня также может быть описана как нормативная стабильность. Этот показатель «отражает сдвиги групп людей к более высоким или более низким значениям признака с течением времени» (Specht et al., 2011, стр. 863). Примером может служить снижение открытости у стареющих взрослых (Roberts et al., 2006). Согласованность порядка рангов также называется дифференциальной устойчивостью. Он касается индивидуальных отклонений от таких нормативных тенденций и, например, обычно указывается с помощью коэффициентов корреляции, таких как коэффициент стабильности при повторном тестировании (Caspi and Roberts, 2001). Оба индекса представляют интерес и могут возникать независимо друг от друга. Представляется вероятным, что такие изменения на протяжении жизни затрагивают не только указанные выше черты личности, но и базовые мотивационные установки, такие как имплицитные мотивы. Их можно считать еще одной ключевой частью личности (Винтер, 19 лет).96), который охватывает другой его аспект, а также предсказывает другое поведение, чем такие черты, как большая пятерка (Winter et al. , 1998). Имплицитные мотивы определяются как бессознательные мотивационные установки, которые активируются посредством аффективно заряженных стимулов, влияющих на спонтанное поведение (McClelland, 1985; Schultheiss, 2008). Исследователи постулируют, что они приобретаются на ранней стадии довербальной жизни в результате повторяющегося опыта стимулов, удовлетворяющих мотивы (McClelland and Pilon, 19).83). Несмотря на растущее понимание изменений в характеристиках личности (например, Roberts et al., 2006), имплицитные мотивы часто по-прежнему считаются относительно стабильной частью личности человека, которая формируется исключительно в раннем детстве (McClelland and Pilon, 1983). ; Макклелланд, 1985). Хотя исследования имплицитных мотивов начались более 60 лет назад, допущение об устойчивости имплицитных мотивов редко подвергалось сомнению, и по этому вопросу проводилось очень мало исследований. Цель этой статьи — предложить обзор существующих эмпирических данных и связанных с ними теоретических предположений о стабильности и изменениях имплицитных мотивов. Исследования имплицитных мотивов в настоящее время переживают возрождение (например, Schultheiss and Brunstein, 2010). Таким образом, чрезвычайно важно получить общее представление о различных положениях и теоретических точках зрения относительно устойчивости и изменения имплицитных мотивов, поскольку это откроет новые возможности для будущих исследований.

Неявные мотивы и их происхождение

Неявные мотивы: теоретические основы, определение и измерение

Неявные мотивы — это устойчивые предпочтения «достижения определенных классов стимулов и избегания определенных классов сдерживающих стимулов» (Schultheiss, 2008, p. 603). Таким образом, они влияют на восприятие и оценку конкретных ситуаций (Heckhausen, 1977). Эти мотивационные диспозиции индивидуально ориентируют и активизируют поведение человека в отношении ситуаций, которые уже переживались или, по крайней мере, ожидаются как вознаграждающие (McClelland, 19).85). Например, некоторые люди могут испытывать положительные эмоции в групповом обсуждении, оказывая влияние на других, в то время как другие люди могут быть счастливы в той же ситуации, заводя новых друзей.

Неявные мотивы труднодоступны для сознательного разума и, следовательно, не поддаются оценке с помощью самоотчетов о личных потребностях (McClelland et al., 1989). Вместо этого они в первую очередь оцениваются с помощью косвенных показателей, основанных на проективных методах, которые инструктируют людей создавать воображаемые истории на основе неоднозначных графических стимулов, изображающих людей в разных ситуациях (например, пара, сидящая на скамейке у реки, или капитан корабля, разговаривающий с другой мужчина; Pang, 2010). Проективные методы измерения имплицитных мотивов основаны на исходном предположении, что неоднозначные образы-подсказки вызывают определенные потребности. Они влияют на содержание фантазии индивида и проецируются на персонажей рассказов, которые индивид пишет об этих картинах (Макклелланд, 19).85; Панг, 2010). Следовательно, эта мотивационная реакция возникает через содержание письменного воображаемого материала и может быть закодирована для его мотивных образов с использованием стандартизированных и проверенных систем кодирования содержания (например, McAdams, 1980; Winter, 1991). Наиболее часто используемая мера имплицитных мотивов — это Упражнение «История в картинках» (PSE, McClelland et al., 1989; Pang, 2010), основанное на тесте тематической апперцепции (TAT, Morgan and Murray, 1935). Тем не менее, исследователи также разработали другие методы измерения мотивов, такие как полупроективная мультимотивная сетка (MMG; Sokolowski et al., 2000), тест оперантных мотивов (OMT; Kuhl et al., 2003), предметно-ориентированные подходы, такие как как Тест на отношения с партнером и общность (PACT; Hagemeyer and Neyer, 2012), несколько показателей, основанных на тесте имплицитных ассоциаций (IAT; Brunstein and Schmitt, 2004; Slabbinck et al., 2011), а также на физиологических показателях ( Дафнер и др., 2015). Эти тесты отличаются, например, форматом ответа (например, открытый, структурированный и полуструктурированный формат) и способом кодирования содержания мотива (например, ОМТ дополнительно оценивает стратегии реализации для удовлетворения имплицитных мотивов).

«Большая тройка»

С 1950-х годов исследователи интересовались «большой тройкой» имплицитных мотивов. McClelland (1985) назвал их потребностью в достижениях ( n Ach), потребностью во власти ( n Pow) и потребностью в принадлежности ( n Affiliation). Мотив достижения — это потребность выполнить что-то сложное в соревновании с высоким и требующим мастерства стандартом. Мотив власти – это потребность в опыте влияния на других. Мотивом принадлежности является потребность устанавливать и поддерживать позитивные отношения с другими (Макклелланд, 19 лет).85; Шультайс, 2008). Неявные мотивы в этих трех разных областях представляют собой способность получать удовлетворение от достижения вышеупомянутых стимулов, специфичных для области (например, решение проблемы; Schultheiss, 2008). Множество исследований продемонстрировало, что имплицитные мотивы являются хорошим предиктором индивидуального поведения во всех областях мотивов, и впоследствии подчеркнули важность имплицитных мотивов для жизни человека (например, DeCharms et al., 1955; McClelland, 19).61, 1965, 1987; Макклелланд и Бояцис, 1982 г. ; МакАдамс и Константиан, 1983 г.; Бернат, 1989; Дженкинс, 1994; Брунштейн и Хойер, 2002 г.; Шультайс и Брунштейн, 2002 г.; Хагемейер и др., 2016).

Однако имплицитные мотивы связаны не только с поведением индивидуума, но и с психофизиологическими реакциями, такими как выброс гормонов (имплицитный мотив власти: тестостерон и эстрадиол; имплицитный мотив достижения: кортизол и вазопрессин; имплицитный мотив принадлежности: допамин и прогестерон). ; Макклелланд и др., 1987; Шультайс и Роде, 2002 г.; Шультайс, 2013; Шультайс и др., 2014; Ян и др., 2015). Кроме того, неявные мотивы связаны с конкретными последствиями для здоровья, такими как стресс, изменения артериального давления и иммунных параметров (McClelland, 1989; Baumann et al., 2005; Schüler et al., 2009; Job et al., 2010; Brandstätter et al. др., 2016). Таким образом, неявные мотивы являются неотъемлемой частью человека. Они влияют на индивидуальное поведение и тесно связаны с различными психологическими и физиологическими процессами.

Краткосрочные изменения в мотивационных состояниях как предварительное условие для изменения диспозиции

Как упоминалось выше, индивидуальный показатель имплицитных мотивов выводится из воображаемых историй, написанных людьми в ответ на определенные образные реплики. Макклелланд и др. (1953) предположили, что содержание фантазий индивидов отражает их действительное состояние мотивации, возникающее в результате взаимодействия мотива диспозиции человека (например, имплицитного мотива достижения) и ситуационных сигналов, релевантных мотиву (например, ситуационных сигналов, интерпретируемых с точки зрения вызова и совершенство; см. различие между мотивом и мотивацией: Rheinberg, 2008). На основе этого принципа мотив-мотивация McClelland et al. (1953) разработал неявную систему кодирования мотивов. Они выбрали экспериментальный подход для получения категорий кодирования конкретных имплицитных мотивов: например, для мотива достижения одну группу участников попросили написать свои воображаемые истории в нейтральных условиях тестирования (отсутствие ситуационных сигналов, имеющих отношение к мотиву), в то время как мотивационные состояния другой группы участников вызывались заранее (например, путем имитации тестовой ситуации). Следовательно, последние рассказы были полны содержания, соответствующего конкретному имплицитному мотиву. После этого истории двух условий сравнивались, и возникающее содержание, связанное с мотивом, использовалось для формирования категорий кодирования для этого конкретного имплицитного мотива на основе предположения, что истории были написаны в нейтральных условиях. Макклелланд (1985) описывал содержание воображаемых рассказов, тематически соответствующих мотиву, как «своеобразное действие мотива и […] как показатель силы мотива» (с. 185). Следовательно, если люди пишут истории, полные содержания, соответствующего определенному мотиву, без предварительного мотивационного возбуждения, люди, по-видимому, получают очень высокие баллы в отношении этого конкретного имплицитного мотива (Schultheiss and Brunstein, 2010).

Таким образом, чувствительность к экспериментальному возбуждению была важным критерием для измерения имплицитных мотивов (McClelland, 19).58, 1985; Зима, 1998). Schultheiss and Brunstein (2010) также описали это как общий принцип исследования имплицитных мотивов. В результате этого экспериментального вывода измерения и категорий кодирования ТАТ/ПСЭ удовлетворяет критерию чувствительности достоверного показателя мотива (МакКлелланд, 1985), поскольку возбуждение мотива должно увеличивать соответствующий показатель мотива. Эта ситуационная восприимчивость подчеркивает характер имплицитной мотивации как состояния. Как используют теоретики личности, термин «состояние» соответствует пробужденному мотиву, а термин «черта» соответствует лежащей в его основе мотивационной диспозиции (McClelland, 19).85).

На сегодняшний день существует огромное количество исследований по экспериментальному пробуждению имплицитных мотивов. По сути, можно выделить два различных вида исследований: (а) исследования с целью проверки с использованием методов, которые теоретически должны вызывать определенное мотивационное состояние (например, McClelland et al., 1953; Veroff, 1957; Uleman, 1972) и б) исследования по оценке мотивационного значения конкретных ситуаций, веществ и методов лечения. Многие исследователи пробуждали неявные мотивы посредством конфронтации со специфическими для мотива сигналами, такими как визуализации, задачи воображения или ситуационно обусловленное поведение, релевантное мотиву. В целом они продемонстрировали, что эти сигналы окружающей среды влияют на оценку имплицитных мотивов. Например, исследователи демонстрировали людям отрывки из фильмов, вызывающих мотивы, продолжительностью от получаса до одного часа (например, отрывок из фильма «Крестный отец II», чтобы пробудить имплицитные мотивы власти; Schultheiss et al., 2004; или отрывок из фильма о деятельности Матери Терезы, чтобы пробудить имплицитные мотивы аффилиации; Макклелланд и Киршнит, 1988) и зафиксировали значительное увеличение соответствующих оценок имплицитных мотивов после того, как люди посмотрели отрывки из этих фильмов (McClelland and Kirshnit, 1988; Schultheiss et al., 2004; Wirth and Schultheiss, 2006). Кроме того, в недавнем исследовании изучалось влияние управляемой визуализации, призванной пробудить мотив достижения, на имплицитный мотив достижения (Rawolle et al. , 2016). В этой обстановке участники должны были закрыть глаза и слушать яркое описание сценария, связанного с достижением (например, о выпускной церемонии). Авторы сообщили о более высоких показателях мотива достижения после возбуждения (Rawolle et al., 2016).

Некоторые исследователи также использовали определенные поведенческие задачи, чтобы пробудить неявные мотивы. Хабер и Альперт (1958) использовали специальные ориентированные на достижение инструкции для ТАТ-оценки неявного мотива достижения (например, они инструктировали участников делать все возможное и подчеркивали ситуацию тестирования), а также заранее проводили тесты достижений, чтобы вызвать неявный мотив достижения. мотив достижения. Они обнаружили значительное увеличение воображения достижений по результатам измерений до и после задания на поведенческие достижения. Другая группа исследователей использовала стресс-тест, который надежно увеличивает концентрацию кортизола и, следовательно, (связанный с властью) психосоциальный стресс, чтобы пробудить неявные мотивы (Wiemers et al. , 2015). Они инструктировали своих участников выступить перед судейской коллегией, которой было дано указание сохранять нейтральное выражение лица во время выступления, и дополнительно снимали их на видео. Они обнаружили, что этот стресс-тест, связанный с властью, увеличил неявный мотив власти, но не неявные показатели мотива достижения и принадлежности (Wiemers et al., 2015). Макклелланд и др. (1972) обнаружили аналогичные результаты при исследовании влияния потребления алкоголя на имплицитный мотив власти. Они приглашали мужчин в определенные естественные социальные условия (например, на вечеринку, в местный бар) и оценивали их неявные мотивы до и после заказа и употребления алкогольных напитков. Исследователи обнаружили, что употребление алкоголя, как правило, увеличивает общую обеспокоенность властью и, в свою очередь, оценку имплицитного мотива власти.

Аргументы авторов о ситуационной восприимчивости имплицитных мотивов в основном основаны на фундаментальных теоретических предположениях о действии имплицитных мотивов, которые кратко изложены в главе книги Schultheiss (2008). Помимо прочего, эти предположения подразумевают, что люди чувствительны к определенным мотивам, связанным с сигналами. Эти сигналы способны вызвать неявный мотив, поскольку они указывают, например, на возможное аффективное вознаграждение и, таким образом, активизируют поведение для обеспечения вознаграждения. Как упоминалось выше, предполагается, что воздействие специфических для мотива сигналов способствует специфическому для мотива содержанию фантазий (например, Wirth and Schultheiss, 2006; Wiemers et al., 2015; Rawolle et al., 2016). Эти образные ментальные репрезентации релевантных мотиву ситуаций в потоке мыслей людей облегчают доступ к эмоциональным и мотивационным системам, связанным с имплицитными мотивами, и могут задействовать эти системы, вызывая возбужденные мотивационные состояния (Schultheiss et al., 2004; Вирт и Шультейс, 2006). Макклелланд и его коллеги утверждают, что столкновение со специфическими мотивами также приводит к физиологическому возбуждению, которое влияет на мотивационные состояния (McClelland et al. , 19).72; Макклелланд и Киршнит, 1988). Например, они предположили, что потребление алкоголя стимулирует симпатическую нервную систему (например, выброс адреналина, повышенная бдительность, учащение пульса, притупление боли), что может вызвать усиление мыслей о силе и силе и «заставить человека чувствовать себя сильнее» (Макклелланд). и др., 1972, стр. 282). Кроме того, люди с высоким имплицитным мотивом власти эмоционально возбуждаются фильмами, связанными с властью (например, они злятся), и входят в состояние симпатического возбуждения. Это, в свою очередь, влияет на производство их фантазий, увеличивая показатель мотива имплицитной силы. В том же духе фильм, вызывающий привязанность, приводит к большей релаксации и положительным чувствам у людей с аффилиативной ориентацией, что, в свою очередь, увеличивает показатель имплицитного мотива принадлежности.

Подводя итог, можно сказать, что исследователи смогли пробудить неявные мотивы, дав испытуемым сигналы, специфичные для мотива (например, задачи воображения, предшествующее поведение). Они утверждали, что изменения в оценках имплицитных мотивов происходят из-за возбуждения мотивационной системы. Это возбуждение может иметь место на физиологическом уровне через специфические физиологические изменения (например, выделение гормонов), а также на психологическом уровне через облегченный доступ к мотивационно-эмоциональной системе после восприятия релевантных для мотивов сигналов. Оба эффекта приводят к улучшению доступности и прочности ассоциативной сети неявных мотивов. Вышеупомянутые исследования свидетельствуют о том, что специфические сигналы окружающей среды влияют на мотивационное состояние. По-видимому, экспериментальное возбуждение и кратковременная смена мотивационных состояний важны для долговременных изменений имплицитной мотивационной диспозиции, поскольку эта базовая ситуационная восприимчивость имплицитных мотивов может быть предпосылкой длительных воздействий на имплицитные мотивы. Представляется важным рассмотреть этот вопрос в начале данного обзора, поскольку долгосрочные изменения имплицитных мотивационных диспозиций могут происходить через повторяющиеся изменения мотивационных состояний.

Происхождение и развитие имплицитных мотивов

Имплицитные мотивы существуют у всех людей, но в разной степени выражены у каждого человека. Исследователи пришли к выводу, что способность развивать неявные мотивы является врожденной и что индивидуальные различия в основном связаны с ранним (доязыковым) опытом обучения (Weinberger and McClelland, 1990; недавние обзоры взаимодействия между неявными мотивами и обучением/памятью см. Schultheiss and Köllner, 2014; Шультейс и Шультейс, 2014). Макклелланд (1985) утверждал, что имплицитные мотивы — это автоматические импульсы, вызванные переменными среды (например, прикосновение матери к ребенку) к определенным действиям (например, поиску контакта), которые повышают вероятность приятных аффективных переживаний (например, чувство принятия). . Он назвал этот опыт «естественными стимулами» (McClelland, 1985, стр. 136).

Наличие и переживание таких естественных стимулов может служить предварительным условием для вышеупомянутых процессов раннего обучения имплицитным мотивам. Макклелланда (1985) предполагает, что индивидуальные различия в имплицитных мотивах возникают в соответствии с процессами раннего обучения, подобными оперантному обусловливанию. Возникновение определенного поведения в ответ на определенные (естественные) стимулы усиливается или ослабляется положительными или отрицательными последствиями соответствующего поведения. Например, если человек реагирует на определенные сигналы в окружающей среде (например, вызов) и испытывает положительные последствия этого поведения (например, вознаграждение родителей за преодоление вызова), чувство удовольствия у человека будет увеличиваться. Впоследствии человек будет вести себя аналогичным образом, чтобы снова испытать положительный аффект. Это поведение и стремление к этим специфическим удовлетворяющим стимулам будут закрепляться посредством частого повторения вышеупомянутого процесса (McClelland, 19).85). До настоящего времени окончательно не установлено, на каком этапе развития происходят эти процессы обучения и в каком возрасте они перестают работать. Одни исследователи утверждают, что эти процессы происходят уже с ранней довербальной неонатальной фазы (McClelland, 1985), другие утверждают, что процессы развития происходят с годовалого возраста (Veroff, 1959) или даже с трехлетнего возраста (Heckhausen, 1967). ).

Исследователи предполагают, что эти процессы обучения являются результатом специфической родительской практики воспитания детей (McClelland and Pilon, 1983; Макклелланд и др., 1989). Первые эмпирические данные были получены в нескольких исследованиях, в которых изучалась взаимосвязь между конкретными родительскими практиками в детстве и имплицитными мотивами во взрослом возрасте (например, Winterbottom, 1958; Rosen and D’Andrade, 1959; Rosen, 1962; McClelland and Pilon, 1983). . Например, McClelland и Pilon (1983) провели дополнительное исследование детей, чьи матери были опрошены об их методах воспитания детей, когда их детям было пять лет. Исследователи связались с этими детьми более 25 лет спустя и оценили их скрытые мотивы. Они обнаружили, что строгое приучение к туалету и кормление по расписанию в детстве было связано с высоким неявным мотивом достижения. Предположительно, это вызвано сильной ориентацией на мастерство и самостоятельность в родительской практике воспитания детей. Они также обнаружили, что материнская снисходительность в отношении агрессивных и сексуальных импульсов в первые годы жизни была связана с мотивом высокой имплицитной власти. Данные о неявном мотиве аффилиации были менее четкими. У детей, которые испытывали неуверенность в своих ранних партнерских отношениях (например, матери не реагировали на плач своего ребенка), по-видимому, развился сильный страх быть отвергнутым, что является гранью сильно выраженного имплицитного мотива привязанности (McClelland and Pilon, 19).83). Подводя итог, можно сказать, что определенные методы воспитания детей могут позволить детям испытывать определенные естественные стимулы (например, решение проблемы или влияние на других) как вознаграждение. Повторное выполнение действий для получения конкретных наград усиливает соответствующую мотивационную предрасположенность.

Исследователи утверждают, что такой аффективный опыт обучения закрепляет сильную и довольно устойчивую мотивационную установку исключительно в раннем детстве (McClelland et al., 1989) и что специфический опыт в более поздней жизни не обязательно влияет на имплицитную мотивационную диспозицию (Weinberger and McClelland, 19).90). Однако в основном это теоретическое предположение. Процесс научения имплицитным мотивам, сравнимый с методом оперантного обусловливания, может происходить и в школьном возрасте, и даже во взрослом возрасте. Теоретически возможно, что неявные мотивы приобретаются и даже изменяются в более позднем возрасте в результате сопоставимых аффективных переживаний и процессов обучения (McClelland, 1958; McClelland and Pilon, 1983; McClelland et al., 1989; Duncan and Peterson, 2010). Вполне возможно, что воздействия окружающей среды, такие как специфические изменения в жизни человека (например, усиление конфронтации с новыми ситуативными стимулами, переходы, критические жизненные события), вызывают аффективный опыт обучения. Кроме того, недавние исследования даже показали, что неявные мотивы могут иметь корни не только в пренатальном периоде (Schultheiss and Zimni, 2015), но и в пубертатных организующих эффектах гонадных стероидных гормонов (Janson et al., 2018). Исследователи в области психологии личности уже выявили важную роль среды (помимо созревания в соответствии с темпераментом или генетическими факторами) как основной причины изменения большинства характеристик личности (например, Коган, 19).90; Робертс и др., 2006 г.; Спехт и др., 2011; Хадсон и Фрейли, 2015 г.; Анусик и Шиммак, 2016). Они предположили, например, что индивидуальный опыт в (новых) социальных ролях (например, отцовстве) и связанные с ним ролевые ожидания других влияют на индивидуальную личностную диспозицию посредством процессов, сходных с вышеупомянутым оперантным обусловливанием (например, посредством многократного наказания, вознаграждения, или социальное подкрепление ожидаемых поведенческих и аффективных паттернов; Roberts et al. , 2006; Specht et al., 2011; Hudson and Fraley, 2015). Однако считается, что на характеристики личности влияют не только ожидания в отношении социальных ролей, но и нормативные изменения и основные жизненные события (Specht et al., 2011). В целом «изменение обстоятельств может способствовать изменению личности» (Анусик и Шиммак, 2016, стр. 774).

Таким образом, влияние окружающей среды также следует рассматривать как важный фактор, который может быть ответственным за изменения в индивидуальной имплицитной мотивационной диспозиции. Сначала мы дадим краткий обзор исследований, в которых изучались интервенционные программы по обучаемости этих личностных характеристик. На втором этапе мы опишем исследования, в которых изучалась диспозиционная стабильность и изменения имплицитных мотивов в «реальном мире» на протяжении жизни человека. Сюда входят исследования, в которых анализировалось влияние факторов окружающей среды, таких как конкретные жизненные обстоятельства (например, переходы), на показатели имплицитных мотивов в течение жизни с использованием перекрестного и лонгитюдного подходов с повторением измерений с интервалом в несколько недель. , месяцев, лет или даже десятилетий.

Более детальное изучение литературы по этой теме выявляет разнородные теоретические взгляды и объяснительные подходы к связанным с изменением процессам имплицитных мотивов. К сожалению, большая часть этих исследований уже сильно устарела, и многим исследованиям препятствуют методологические проблемы (например, небольшие размеры выборки). Ввиду этой теоретической неоднородности и методологических недостатков было бы нецелесообразно обобщать и сравнивать эти исследования статистически (например, сравнивать величины эффекта). Однако в настоящее время возрождаются исследования имплицитных мотивов (например, Schultheiss and Brunstein, 2010). Таким образом, не только полезно, но и крайне необходимо подвести итоги предыдущих исследований устойчивости и изменения имплицитных мотивов. Цель этой статьи — обобщить эмпирические данные по этому вопросу, а также предоставить обзор текущих теоретических предположений об основных процессах. Кроме того, дорожная карта для будущих исследований будет выведена из ограничений предыдущих исследований.

Этот обзор имеет большое теоретическое и практическое значение: он описывает фундаментальные процессы, связанные с функционированием имплицитных мотивов, и дает обзор предпосылок, касающихся активации и развития имплицитных мотивов. Понимание, полученное из этого обзора, может быть полезным при разработке мотивационных тренингов или даже мероприятий по снижению стресса, например, путем уменьшения несоответствия мотивов и целей.

Методика

Поиск литературы проводился с использованием баз данных PsychINFO, PsychARTICLES, PsychBOOKS, PSYNDEX и поисковой системы Google Scholar с использованием различных комбинаций следующих ключевых слов: имплицитные мотивы, изменение, стабильность, повторное тестирование, обучение, возрастные различия, надежность , PSE, TAT, OMG, MMG, PACT, IAT, развитие, продолжительность жизни и продольное. Ни даты публикации, ни географическое расположение исследований не ограничивались. Кроме того, мы использовали метод предков и проверили ссылки на все найденные статьи для дополнительных исследований. Чтобы ответить на вопрос нашего исследования, мы включили только те исследования, которые соответствовали следующим критериям: во-первых, неявные мотивы (достижения, власть, принадлежность) должны оцениваться с использованием показателей, основанных на фантазии, а именно теста на тематическое апперцептивное восприятие (ТАТ) и рассказа с картинками. Упражнение (PSE). Эти меры должным образом подтверждены для измерения имплицитных мотивов в традиции Макклелланда-Аткинсона (McClelland et al., 19).89; Смит, 1992а; Шультайс, 2008). Однако, как уже упоминалось, недавно исследователи разработали новые и очень многообещающие подходы к измерению неявных мотивов. Для полноты и для учета этих недавних событий мы будем рассматривать исследования с использованием таких подходов отдельно в конце раздела результатов. Во-вторых, неявные мотивы должны быть проанализированы с использованием общих и стандартизированных правил кодирования [например, Руководство Винтера (1994) по подсчету мотивов в бегущем тексте]. В-третьих, исследования должны быть опубликованы в научных журналах или книгах. В-четвертых, исследования должны соответствовать следующим типам исследований: (а) исследования, которые изучают изменения имплицитных мотивов, вызванные обучением имплицитным мотивам, и которые оценивают показатели имплицитных мотивов в пре- и постусловиях. Исследования, которые (б) анализируют стабильность и изменение имплицитных мотивов с помощью поперечных планов или (в) с помощью лонгитюдных планов в течение нескольких недель, месяцев или лет. Всего мы отобрали 33 исследования, которые соответствуют нашим критериям для этого обзора. Кроме того, мы выбрали шесть дополнительных исследований, в которых используются альтернативные меры. В следующем разделе мы суммировали эти исследования в соответствии с вышеупомянутой процедурой.

Результаты

Данный обзор литературы построен следующим образом: для начала кратко остановимся на исследованиях, в которых изучалась возможность тренировки имплицитных мотивов. Затем мы даем обзор исследований, в которых анализировалась устойчивость и изменения имплицитных мотивов с помощью кросс-секционного и лонгитюдного методов. В каждой части мы кратко описываем соответствующие исследования и подводим итоги, затем сообщаем теоретические предположения авторов об устойчивости и изменении имплицитных мотивов (например, как они объясняют результат изменения модели имплицитных мотивов? ).

Исследования, изучающие возможность тренировки неявных мотивов

В таблице 1 представлен обзор исследований, в которых изучалась возможность тренировки неявных мотивов. Тренировочная программа, разработанная Макклелландом и Винтером (1969), по-видимому, была первой явной попыткой изменить неявные мотивы личности в долгосрочной перспективе. В исследованиях обучения мотивации изучалось влияние определенных упражнений (например, теоретических материалов, упражнений на самосознание) на имплицитные мотивы достижений и власти в контексте экономического роста (Макклелланд и Винтер, 19). 69) и мотивации в классе (deCharms, 1976a). В то время как McClelland и Winter (1969) описали общее увеличение неявных мотивов достижения и власти, а также повышение экономической активности через 2 года после обучения, deCharms (1976a) сообщил об увеличении неявных мотивов достижения только у мальчиков, прошедших обучение в шестом классе. класса, но не для девочек, и ни для мальчиков, ни для девочек, прошедших обучение в седьмом классе. Авторы пришли к выводу, что эти результаты объясняются двумя причинами: Измерение мотивации достижения девочек не было надежным, поскольку вариабельность их данных оказалась сниженной. Кроме того, обучение в седьмом классе не подчеркивало мотивацию достижения. Однако авторы признали, что их результаты в отношении тренировочных эффектов не очень убедительны.

Таблица 1 . Исследования, изучающие обучаемость имплицитных мотивов.

Исследователи, изучавшие эффекты тренингов имплицитных мотивов, предположили, что имплицитные мотивы можно в определенной степени изменить. Имплицитные мотивы они считали аффективно настроенными ассоциативными сетями, которые формируются и стабилизируются в детстве как базовая часть личности (McClelland, Winter, 1969). Они пришли к выводу, что влияние окружающей среды и интенсивный опыт обучения (например, посредством специального обучения) многократно активируют эти сети и, таким образом, могут увеличить доступность и силу скрытых мотивов. Дечармс (1976b) разработал свой тренинг мотивации достижения на основе своей теории личной причинности с целью дать людям возможность контролировать свое поведение (стать «Истоками»). Он предположил, что концепция мотивов достижения очень похожа на его представление о Происхождении, которое можно изменить посредством специальной подготовки.

Cross-Section Analysis

В первой части было показано, что неявные мотивы — это характеристики личности, подверженные влиянию факторов внешней среды. Теперь мы сосредоточимся на исследованиях, которые особенно интересовались стабильностью неявных мотивов на среднем уровне. В перекрестных исследованиях, о которых сообщается в этом разделе, изучались оценки неявных мотивов у людей разных возрастных групп. Хотя эти исследования не анализировали показатели неявных мотивов с повторными измерениями в течение десятилетий, они весьма актуальны, поскольку некоторые авторы сделали сложные предположения об изменениях неявных мотивов.

В таблице 2 представлен обзор исследований, в которых изучалось влияние возраста на показатели имплицитных мотивов. Во-первых, мы кратко опишем исследования и подведем итоги; затем мы сообщим о предположениях авторов и интерпретациях возрастных различий в имплицитных мотивах.

Таблица 2 . Поперечные исследования, изучающие оценки неявных мотивов.

Denzinger et al. (2016) провели перекрестное сравнение оценок имплицитных мотивов в 9 баллов.0261 N = 735 человек в возрасте от 20 до 80 лет и обнаружили более низкие оценки имплицитных мотивов власти, достижений и принадлежности у пожилых людей по сравнению с более молодыми людьми. Другая группа исследователей исследовала имплицитные мотивы в двух выборках двух разных возрастных когорт, которые были репрезентативны для американского населения, и также зафиксировала значительные возрастные различия в имплицитных мотивах власти, достижения и принадлежности (Veroff et al., 1960, 1980, 1984). Они обнаружили сниженные баллы за неявный мотив достижения у стареющих взрослых, более низкие баллы за неявный мотив принадлежности у пожилых женщин и высокую надежду на власть у мужчин в среднем возрасте, которая также снижается в более старшем возрасте. Салили (1996) сообщил об отрицательной связи между возрастом и имплицитным мотивом достижения в исследовании 764 китайских студентов в возрасте от 13 до 55 лет. В исследовании, сравнивающем оценки имплицитных мотивов двух возрастных групп (молодые взрослые, N = 77, 25–40 лет; пожилые люди, N = 76, 65–87 лет), другие исследователи сообщили о более низких показателях для имплицитные мотивы власти и принадлежности у пожилых людей по сравнению с более молодыми людьми, но не имплицитный мотив достижения (McClelland et al. , 19).98). Schultheiss и Brunstein (2001) не интересовались в первую очередь возрастными различиями в имплицитных мотивах в своем исследовании, но тем не менее они исследовали корреляцию между возрастом и показателями имплицитных мотивов у 428 студентов колледжей в возрасте от 18 до 36 лет. Они обнаружили отрицательную корреляцию между возрастом и имплицитным мотивом власти и принадлежности, но не между возрастом и имплицитным мотивом достижения. Однако исследование Pang and Schultheiss (2005) обнаружило только отрицательную связь между имплицитным мотивом достижения и возрастом в выборке из 322 студентов в возрасте от 18 до 35 лет. Другое исследование обнаружило тенденцию к отрицательной связи между возрастом и имплицитными мотивами власти, достижений и принадлежности в 9 случаях.0261 N = 201 человек в возрасте от 20 до 66 лет, но без существенных эффектов (Thielgen et al., 2015). Дальнейшее исследование даже выявило положительную связь между возрастом и имплицитными мотивами достижения и принадлежности, но не между возрастом и имплицитным мотивом власти у 90 261 N 90 262 = 108 человек в возрасте от 18 до 86 лет (Valero et al. ., 2014).

Подводя итог, можно сказать, что перекрестные результаты по стабильности и изменениям имплицитных мотивов кажутся неоднозначными, но в основном предоставляют статистические данные о значительных изменениях среднего уровня (возрастных различиях) имплицитных мотивов. В одном исследовании была обнаружена только тенденция к отрицательной связи между возрастом и показателями имплицитных мотивов (Thielgen et al., 2015), а в другом исследовании даже сообщалось о положительной связи между возрастом и показателями имплицитных мотивов (Valero et al., 2014). Тем не менее, в большинстве исследований сообщается об отрицательной связи между возрастом и показателями имплицитных мотивов (Veroff et al., 19).60, 1980, 1984; Салили, 1996; Макклелланд и др., 1998 г.; Шультайс и Брунштейн, 2001 г.; Панг и Шультайс, 2005 г.; Дензингер и др., 2016).

Как авторы соответствующих исследований интерпретируют эти результаты? Большинство авторов исходили из того, что имплицитные мотивы могут изменяться в течение жизни, однако исследователи придерживаются различных теоретических взглядов на механизмы и направление изменений. Некоторые исследователи предполагали, что неявные мотивы могут меняться с возрастом в соответствии с изменениями жизненных обстоятельств, а также обязательств на работе и в семье (Veroff et al., 19).60, 1980, 1984; Салили, 1996). Эти факторы могут влиять на оценку имплицитных мотивов в дополнение к различиям между поколениями и когортным эффектам (Veroff et al., 1960). Очевидно, что человеческая жизнь проходит через разные этапы (например, детство, трудовая жизнь, создание семьи, выход на пенсию). Неявные мотивы можно понимать как функциональную адаптацию к вызовам конкретных этапов жизни. Например, поступление в колледж или трудовая жизнь могут поддерживаться высоким имплицитным мотивом достижения, в то время как имплицитный мотив достижения может стать менее важным при выходе на пенсию (Veroff et al., 19).60, 1980, 1984; Салили, 1996; Макклелланд и др., 1998). Кроме того, критические жизненные события и конкретные жизненные обстоятельства также могут влиять на оценку имплицитных мотивов (Veroff et al. , 1960; Salili, 1996). Например, Верофф и др. (1960) представили доказательства того, что потеря супруга связана со снижением показателей имплицитных мотивов. Они утверждали, что такие мощные жизненные события могут снизить общую мотивационную озабоченность у большинства людей и, следовательно, также их оценки имплицитных мотивов.

Другие исследователи утверждали, что изменения в индивидуальном восприятии старения и в перспективе будущего времени (Valero et al., 2014; Thielgen et al., 2015) могут вызывать изменения имплицитных мотивов по мере старения людей. Валеро и др. (2014) предположили, что перспектива будущего во времени уменьшается с возрастом, что приводит к усилению стремления удовлетворить неявные мотивы и, следовательно, к более высоким показателям неявных мотивов у стареющих взрослых. Например, Тильген и его коллеги пришли к выводу, что «уменьшение перспективы в будущем увеличивает воспринимаемую важность социальных отношений, а также благосостояния за счет развития социальных контактов» (Thielgen et al. , 2015, стр. 19).6). Таким образом, эти исследователи предположили, что такая деятельность становится все более полезной и, следовательно, активирует соответствующие имплицитные мотивы (Valero et al., 2014).

Denzinger et al. (2016) придерживались другой теоретической точки зрения: они утверждали, что оценки имплицитных мотивов тесно связаны с аффективными и нейроэндокринологическими системами. Авторы предположили, что у людей с возрастом происходят некоторые изменения в регуляции аффектов (например, пожилые люди менее сильно реагируют на аффективные стимулы, чем молодые люди, потому что они, вероятно, стремятся к эмоциональной стабильности) и в их гормональном балансе (например, менопауза). Они предположили, что эти изменения влияют на возбуждение имплицитных мотивов и ответственны за общее снижение показателей имплицитных мотивов.

Подводя итог, можно сказать, что неявные мотивы подвержены возрастным изменениям. Исследователи предположили, что критические жизненные события, смена ролей, изменение восприятия старения и перспективы будущего времени, а также взросление влияют на индивидуальную имплицитную мотивационную диспозицию. Конечно, когортные эффекты могли также повлиять на результаты вышеупомянутых исследований. Однако это было бы также свидетельством подверженности имплицитных мотивов историческим или социально-структурным обстоятельствам.

Продольный анализ

Исследования в этом разделе неоднократно анализировали оценки имплицитных мотивов в течение нескольких дней (например, Winter, 1991) или даже десятилетий (например, Skolnick, 1966). Такие лонгитюдные исследования позволяют проводить не только методологически правильное исследование межиндивидуальных различий в стабильности и изменении, но также исследовать внутрииндивидуальную стабильность и изменение. В таблице 3 представлен обзор исследований, в которых измерялись баллы неявных мотивов в продольном направлении. Эти исследования обычно различаются по исследовательским вопросам, потому что одних авторов интересовали вопросы, связанные с теорией измерения (например, коэффициенты стабильности показателей неявных мотивов), тогда как других интересовали факторы, влияющие на неявные мотивы во времени. Таким образом, в первой части мы сосредоточимся на исследованиях, которые в первую очередь интересовались ретестовой корреляцией имплицитных мотивов. Во второй части мы даем обзор исследований, в которых эксплицитно изучалось изменение имплицитных мотивов во времени в зависимости от конкретных влияющих факторов.

Таблица 3 . Продольные исследования, изучающие оценки неявных мотивов.

Исследования, в которых изучались повторные корреляции

Многие из исследований в таблице 3 в первую очередь интересовались методологическими вопросами надежности при измерении неявного мотива. В этих исследованиях используется подход, основанный на классической теории тестирования. Их цель состоит в том, чтобы проверить качество меры неявного мотива. Таким образом, общим исходным положением исследователей, проводящих такие исследования, является высокая устойчивость имплицитных мотивов. Следовательно, соответствующие авторы редко обсуждали факторы, которые могли бы повлиять на имплицитные мотивы. Фактически эти исследования указывают на разумные ретест-корреляции и, следовательно, на некоторую устойчивость имплицитных мотивов. Schultheiss and Pang (2007) провели мета-анализ, включающий несколько исследований ретестовой корреляции имплицитных мотивов, которые также упоминаются в таблице 3, и кратко обобщили результаты в главе книги. Они сообщили о математически спроецированном среднем коэффициенте стабильности от 0,71 для интервала повторных испытаний в один день до 0,25 для интервала повторных испытаний в десять лет. Очевидно, что коэффициент корреляции уменьшается с увеличением интервала повторного тестирования. Эти результаты указывают на первоначальную высокую стабильность оценки имплицитных мотивов, но уменьшающийся коэффициент корреляции также сигнализирует о том, что со временем происходят какие-то изменения.

Как исследователи объясняют и интерпретируют изменение показателей имплицитных мотивов в своих лонгитюдных исследованиях? Как упоминалось выше, многие ученые предполагали, что скрытые мотивы остаются стабильными с течением времени, как и устойчивые черты личности (например, Morgan, 1953; Haber and Alpert, 1958; Heckhausen, 1963; Winter and Stewart, 1977; Schultheiss et al. , 2008). . Эти авторы связывают низкие коэффициенты стабильности со специфическими проблемами измерения. Они пришли к выводу, что различия в оценках имплицитных мотивов с течением времени связаны с использованием разных форм тестов и графических подсказок (Морган, 19).53; Винтер и др., 1977; Lundy, 1985), к адаптации участников к процедуре тестирования (Haber and Alpert, 1958), к имплицитному спросу на новые истории во втором тестировании (Winter and Stewart, 1977) или к влиянию ситуации на измерение ( например, авторы полагали, что не все ситуации одинаково хороши для удовлетворения мотивов; Birney, 1959; Heckhausen, 1963; Schultheiss et al., 2008). В своем мета-анализе Schultheiss and Pang (2007) также предположили, что разные ситуации тестирования (например, инструкции, позволяющие написать один и тот же рассказ снова) и материалы тестирования (например, разные картинки-подсказки при оценивании), а также стрессовые или — вызывающие жизненные события могут снизить стабильность при повторном тестировании. К сожалению, авторы этого метаанализа не вдавались в подробности и не обсуждали факторы, которые могут быть ответственны за устойчивость имплицитных мотивов. Бирни (1959) утверждал, что имплицитные мотивы (например, имплицитный мотив достижения) носят в высшей степени ситуативный характер и со временем могут подвергаться влиянию изменений в академических и социальных интересах. Индивидуумы могут быть подвержены высокой изменчивости мотива-пробуждающих ситуаций (например, мотив достижения у студентов будет пробуждаться больше во время экзамена, чем во время каникул), что может привести к низким коэффициентам устойчивости при повторном тестировании (Birney, 1959). Однако Винтер (1973) предположил, что более низкий коэффициент стабильности для оценок имплицитных мотивов вызван не только различными ситуационными и контекстуальными сигналами, влияющими на измерение имплицитных мотивов, но и реальным изменением имплицитных мотивов. Он предположил, что неявные мотивы лежат в основе конкретных процессов обучения на протяжении всей жизни.

Исследования, в которых изучались лонгитюдные влияния на имплицитные мотивы

Только несколько исследований были непосредственно связаны с изучением временной динамики имплицитных мотивов с использованием лонгитюдного подхода. Дженкинс (1987, 1994) исследовал влияние конкретных ситуаций на работе на имплицитные мотивы с течением времени. В частности, ее интересовали изменения в имплицитных мотивах достижения и власти у женщин старше 14 лет в зависимости от их занятости на определенных профессиональных должностях, которые могли быть более или менее мотивирующими. Она обнаружила, что профессии, которые стимулируют определенные неявные мотивы через свои задачи и обязанности (например, профессора или учителя), ответственны за усиление этих неявных мотивов 14 лет спустя. Другие авторы также обнаружили значительное увеличение имплицитного мотива достижения в течение десяти лет в зависимости от среды, стимулирующей достижения (например, высокая материнская забота о достижениях детей и высокий уровень образования родителей; Каган, 19 лет). 59; Каган и Мосс, 1959). Результаты этих исследований показывают, что имплицитные мотивы могут быть изучены и усилены посредством постоянного противостояния мотива-специфическим стимулам во взрослом возрасте, вызывая усиление индивидуальной имплицитной мотивационной диспозиции.

Franz (1994) изучал изменения в имплицитных мотивах с интервалом повторного тестирования в десять лет и зафиксировал значительное увеличение имплицитного мотива принадлежности и снижение имплицитного мотива достижения как у женщин, так и у мужчин, но снижение имплицитной власти. мотив только для мужчин. Однако она также сообщила о некоторой дифференциальной стабильности имплицитных мотивов: люди сохраняли свое относительное положение в группе с точки зрения их имплицитных достижений и оценок мотивов близости (высокая ранговая стабильность). Сколник (1966) также сообщили о частичной стабильности имплицитных мотивов в течение интервала повторного тестирования в 20 лет. Она обнаружила значимые корреляции между юношескими (17–18 лет) и взрослыми (20 лет спустя) показателями мотивов имплицитной власти мужчин ( r = 0,34, p < 0,01), а также стабильностью мотивов женщин. имплицитные достижения ( r = 0,24, p < 0,05) и в некоторой степени мотивы женской принадлежности ( r = 0,21, p < 0,10).

Даже исследование, в котором анализировались оценки неявных мотивов в двух или более точках измерения в течение короткого периода времени, дает представление о временной динамике неявных мотивов. Исследователи исследовали влияние гормональных колебаний во время менструального цикла на показатели имплицитных мотивов (Schultheiss et al., 2003; Ball et al., 2014). Исследователи оценивали неявные мотивы женщин в трех точках измерения, соответствующих менструальной, средней и предменструальной фазам женского менструального цикла. Шультейсс и др. (2003) обнаружили зависимые от цикла колебания показателей неявной принадлежности и мотива власти: мотив неявной принадлежности увеличивался, а мотив неявной власти снижался в середине цикла (во время фазы овуляции). Это исследование документирует влияние (ситуационных) изменений гонадных стероидных гормонов на неявные мотивы.

В следующих параграфах мы опишем теоретические предположения и интерпретации, сделанные этими авторами в своих статьях об устойчивости и изменениях имплицитных мотивов. Сколник (1966) утверждала, что неявные мотивы являются стабильными характеристиками личности, но она также предполагала, что они стабильны во времени только в том случае, если они соответствуют преобладающим гендерным ролям в обществе (например, потребность в самоутвержденных характеристиках у мужчин). . Таким образом, социальные роли могут вызывать изменения в индивидуальной имплицитной мотивационной диспозиции. Кроме того, другие исследователи пришли к выводу, что имплицитные мотивы со временем меняются в связи с обучением, возрастными изменениями и нормативным жизненным опытом (например, Каган, 1959; Каган и Мосс, 1959 г.; Зима 1973 года; Дженкинс, 1987, 1994; Франц, 1994). Например, Franz (1994) представил три фактора, которые могут привести к этим изменениям: взросление или личностное развитие; изменения нормативных реакций на индивидуальный социальный контекст; и ненормативные изменения, такие как стресс и критические жизненные события. Она утверждала, что изменения в имплицитных мотивах происходят из-за изменений в индивидуальном стремлении к общению и деятельности. Люди в среднем возрасте испытывают движение к большей заботе о других людях и общении и уменьшению беспокойства о себе. Высшее внутреннее (например, более высокая восприимчивость к внутренним раздражителям, снижение самоутверждения и снижение стремления к вызовам; Розен и Нойгартен, 1964), а адаптация к окружающей среде с возрастом может быть связана с изменением имплицитных мотивов (например, уменьшение имплицитных мотивов достижения).

Однако изменения имплицитных мотивов могут быть связаны не только с индивидуальными процессами развития, но также с характеристиками окружающей среды и соответствующим опытом обучения. Например, Дженкинс (1987, 1994) утверждал, что изменившаяся жизненная ситуация (например, работа, вызывающая определенные мотивы) сопровождается такими факторами, как мотивное удовлетворение и удовольствие, которые могут привести к долгосрочным изменениям в лежащих в их основе мотивационных диспозициях. Она предположила, что определенные жизненные ситуации (например, высокопоставленная работа) создают среду, стимулирующую и укрепляющую мотивы, потому что повседневные жизненные ситуации дают сигналы, которые пробуждают неявные мотивы, подобно лабораторным условиям возбуждения. Другие авторы также утверждали в контексте образования, что усиленные факторы окружающей среды и конкретные требования со стороны окружающей среды влияют на оценки имплицитных мотивов. Эти исследователи предположили, что факторы окружающей среды, такие как требования достижений и воспитание родителей (не только в детстве, но и в подростковом возрасте), стимулируют специфические поведенческие тенденции (например, стремление к достижению целей), которые впоследствии влияют на имплицитную мотивационную диспозицию (Каган, 1959; Каган и Мосс, 1959).

Подводя итог, исследования, изучающие стабильность и изменения имплицитных мотивов в лонгитюдном периоде, показывают, что изменение жизненных ситуаций, экологических и ситуационных факторов, опыта обучения и связанных с возрастом процессов развития влияет на имплицитные мотивы с течением времени. Однако многие исследования интересовались простой стабильностью измерений. Эти исследования указывают на определенную степень стабильности оценок имплицитных мотивов в соответствии с их приемлемыми коэффициентами ретестовой корреляции. Эти коэффициенты стабильности достаточно высоки для коротких периодов повторных испытаний, но уменьшаются при более длительных интервалах повторных испытаний. Авторы связывают ситуационно-временное влияние на инструментарий измерения имплицитных мотивов прежде всего со снижением коэффициентов устойчивости, а в ряде случаев и с изменением имплицитно-мотивной диспозиции индивида.

Исследования стабильности и изменений с использованием альтернативных мер

За последние годы были разработаны некоторые новые способы измерения неявных мотивов, которые частично используют другие подходы к измерению, чем открытый формат, основанный на фантазии. Например, такие меры, как MMG, OMT или PACT, используют подсказки в виде изображений со структурированными или полуструктурированными форматами ответов. Другие разработки сосредоточены на времени реакции и физиологических показателях (например, Dufner et al., 2015). Авторы этих новых и новаторских разработок утверждают, что эти тесты должным образом оценивают неявные мотивы или, по крайней мере, конкретные их аспекты. Однако скептические голоса уже ставят под сомнение достоверность этих тестов как имплицитной меры мотива в традиции Макклелланда-Аткинсона (например, Houwer et al., 2009).). Кроме того, оценки мотивов, оцениваемые с использованием различных показателей (например, PSE, MMG, OMT), по-видимому, лишь слабо связаны друг с другом (Schüler et al., 2015). Следует отметить, что настоящая статья посвящена только вопросу устойчивости и изменения имплицитных мотивов, а не сравнению или критике имплицитных мотивов. Такие вопросы обсуждались в других источниках (например, Schultheiss, 2008; Houwer et al., 2009; Schultheiss et al., 2009; Schüler et al., 2015). К сожалению, лишь немногие исследования с использованием альтернативных показателей имплицитных мотивов исследовали их устойчивость и изменения в них. Кроме того, эти исследования часто касаются только вопросов надежности. Эти исследования обобщены в таблице 4 и кратко описаны в следующем абзаце.

Таблица 4 . Исследования, изучающие стабильность и изменения с использованием альтернативных мер.

По сравнению с несколькими исследованиями, изучающими влияние тренировки на неявные мотивы, измеряемые с помощью TAT/PSE, литература по мотивационной тренировке с использованием MMG как средства оценки показателей неявных мотивов сравнительно обширна. Райнберг и Круг (2017) обобщили эти исследования, посвященные изучению эффектов обучения мотивации в классе. В целом, авторы сообщили о значительном повышении надежды на успех и, особенно, о значительном снижении страха перед неудачей, составляющей имплицитный мотив достижения (измеренный с помощью MMG) после обучения (Heckhausen and Krug, 19).82; Райнберг и Круг, 2017). Райнберг и Круг (2017) использовали объяснение, аналогичное Макклелланду и Винтеру (1969) и деЧармсу (1976а). Они предположили, что мотив достижения представляет собой систему самооценки, которая поддается обучению. Ориентированное на достижение поведение людей (т. е. постановка целей, атрибуция успеха и неудачи; аффект, связанный с успехом и неудачей), по-видимому, управляется их надеждой на успех и страхом неудачи. Изменение в этих процессах самооценки может изменить лежащую в основе мотивацию и, следовательно, мотив достижения (см. обзор также у Heckhausen and Krug, 19).82).

Другая группа авторов использовала дизайн исследования, аналогичный дизайну Schultheiss et al. (2003) для изучения динамической модуляции имплицитных мотивов во время женского менструального цикла. Болл и др. (2014) использовали повторные измерения, чтобы выяснить, влияют ли на экспрессию имплицитных мотивов, оцениваемую с помощью ОМТ, зависящие от фазы цикла колебания половых гормонов. Они сообщили об изменении, связанном с фазой цикла, только в неявном проявлении мотива (зафиксированном как подшкала ОМТ), но не в общей оценке мотивов. В частности, они обнаружили снижение основанного на стимулах ингибирования имплицитного мотива власти в фазе овуляции. Несмотря на то, что авторы не обнаружили никаких доказательств зависящих от фазы цикла изменений в общей оценке двигательной активности, это исследование документально подтверждает влияние гонадных стероидных гормонов на процессы, связанные с двигательной активностью.

Как уже упоминалось, большинство исследований, использующих эти альтернативные меры для оценки неявных мотивов, в первую очередь касаются вопросов надежности и изучения ретестовой корреляции их показателей. Авторы предположили разумную стабильность своих оценок неявных мотивов с течением времени и сообщают о коэффициентах ретестовой корреляции от 0,41 до 0,85 для измерений с помощью OMT, MMG, PAC-AFF (физиологическая мера) и IAT с интервалами от 2 недель до 24 месяцев. (Шмальт, 1999; Шеффер и др., 2007 г.; Бауманн и Шеффер, 2011 г.; Дафнер и др., 2015). В целом, оценки мотивов, оцененные с использованием других показателей, показывают сравнимые коэффициенты ретестовой корреляции с оценками неявных мотивов, оцененными с помощью PSE/TAT.

Обсуждение

Цель этой статьи состояла в том, чтобы дать обзор исследований, которые анализируют стабильность и изменения имплицитных мотивов, а также обобщить основные теоретические положения соответствующих авторов. Сначала мы сосредоточились на исследованиях, в которых изучалась обучаемость имплицитных мотивов. На втором этапе мы представили обзор исследований, в которых используются поперечные и лонгитюдные подходы для изучения стабильности и изменений имплицитных мотивов в течение жизни человека. Мы подведем итоги и обсудим основные результаты этих исследований в следующих параграфах.

Исследования, изучавшие обучаемость имплицитных мотивов

Исследователи, изучавшие обучаемость имплицитных мотивов, предположили, что обучение и упражнения могут усилить предрасположенность к имплицитным мотивам (например, McClelland and Winter, 1969). Они предполагали долгосрочные изменения и свидетельствовали о положительных поведенческих последствиях даже через несколько лет. Действительно, программы обучения использовали ситуационную восприимчивость имплицитных мотивов, но, по-видимому, слишком мало внимания уделяли аффективным (учебным) переживаниям как основе изменения имплицитных мотивов. По-видимому, аффективные переживания имеют первостепенное значение для возбуждения и развития этих ассоциативных сетей (Schultheiss, 2008). Следовательно, может быть трудно укрепить их без сопутствующего аффективного опыта. Это может быть одной из причин, по которой долгосрочные поведенческие изменения программ обучения могут быть в первую очередь связаны с другими факторами, на которые повлияло обучение, такими как улучшение навыков управления жизнью (McClelland, 19).72). Другие авторы даже предполагали, что некоторые программы обучения мотивации достижения не меняют уровень индивидуального имплицитного мотива достижения, а скорее его направление от меньшего страха неудачи к большей надежде на успех (подробное обсуждение мотивационных тренингов см. у Heckhausen and Krug, 1982; Райнберг и Энгезер, 2010).

Cross-Sectional Analysiss

Исследователи, проанализировавшие возрастные различия в показателях имплицитных мотивов, преимущественно пришли к выводу, что изменились жизненные ситуации и переходы (например, выход на пенсию; Veroff et al., 1960, 1980, 1984; Салили, 1996; McClelland et al., 1998), личные взгляды на старение (например, Valero et al., 2014; Thielgen et al., 2015) и взросление (например, Denzinger et al., 2016) могут быть ответственны за какие-то изменения по скрытым мотивам. Конечно, нельзя исключать, что поколенческие эффекты также ответственны за различную силу имплицитных мотивов у стареющих взрослых. Верофф и др. (1960) заявили, что эти когортные эффекты являются возможной причиной изменений в оценках имплицитных мотивов, хотя и являются лишь дополнительной детерминантой к упомянутым выше.

Почему в одних исследованиях была обнаружена значимая взаимосвязь между возрастом и неявными мотивами, а в других — нет? Почему некоторые исследования обнаруживают возрастные различия только в конкретных имплицитных мотивах (например, в имплицитном мотиве аффилиации, но не в имплицитном мотиве достижения или даже только в мотиве достижения)? В ущерб исследованию мотивационная система является динамической системой. Неявные мотивы не являются однородными для разных полов (например, Denzinger et al., 2016; Drescher and Schultheiss, 2016), разных возрастных групп или возрастных когорт (например, Veroff et al., 19).84). Их «стабильность и возрастные сдвиги обусловлены социальными структурными и историческими обстоятельствами» (Верофф и др., 1984, с. 1157). Однако степень и направление изменений «могут зависеть от динамики каждого мотива» (Верофф и др., 1984, с. 1157). Таким образом, результаты исследований сильно зависят от выборки и даже от года измерения.

Лонгитюдный анализ

Некоторые исследователи, неоднократно анализировавшие имплицитные мотивы с использованием лонгитюдного подхода, пришли к выводу, что показатели имплицитных мотивов изменяются в зависимости от ситуационных различий в измерении имплицитных мотивов (например, Морган, 1953; Хабер и Альперт, 1958 г .; Винтер и Стюарт, 1977). Конечно, это может быть одной из причин изменения оценок имплицитных мотивов. Однако исследователи также предполагали, что неявные мотивы меняются в результате обучения (например, работы на влиятельных должностях), возрастных изменений (например, взросления и изменений в гормональной системе) и конкретных жизненных событий (например, потери значимого другого; Каган, 1959; Каган и Мосс, 1959; Винтер, 1973; Дженкинс, 1987, 1994; Франц, 1994).

В некоторых исследованиях делались только предположения о повторной корреляции меры, но не конкретно о факторах, влияющих на неявные мотивы с течением времени (например, deCharms, 1976а; Крайгер и др., 1984; Ланди, 1985 год; Зима, 1991). Эта статья непосредственно не заинтересована в статистическом сравнении коэффициентов надежности 1 , а скорее в выводах от устойчивости этих показателей к устойчивости неявных мотивов. Высокие корреляции при повторном тестировании могут указывать на то, что скрытые мотивы остаются стабильными с течением времени, тогда как низкие коэффициенты могут означать, что скрытые мотивы со временем меняются. Вышеупомянутые исследования и краткий метаанализ Schultheiss and Pang (2007) показали, что ретестовая корреляция показателей имплицитных мотивов снижается по мере увеличения интервалов повторного тестирования. Однако вышеупомянутые общие ретестовые корреляции также следует интерпретировать с осторожностью, поскольку они представляют собой лишь прогнозы, основанные на относительно небольшом количестве исследований с наблюдаемыми ретестовыми корреляциями, которые в основном не очень высоки по общепринятым стандартам. Кроме того, оценка надежности за более длительные периоды времени может быть проблематичной, поскольку низкая корреляция при повторном тестировании связана как с низкой надежностью, так и с дифференциальными изменениями. К сожалению, невозможно разделить относительный вклад ошибки и изменения. Таким образом, низкие повторные корреляции не обязательно означают дифференциальные изменения конструкции. Однако сопоставимые ретестовые корреляции были зарегистрированы и для личностных черт, которые оценивались с помощью анкеты (например, Schuerger et al., 19).89). Таким образом, можно предположить, что стабильность и изменения имплицитных мотивов очень похожи на стабильность и изменение других характеристик личности, таких как характерные адаптации (например, ценности, McAdams and Pals, 2006).

Стабильность или изменение на протяжении жизни?

Предполагается, что индивидуальные различия в имплицитных мотивах развиваются в результате аффективного обучения (McClelland et al., 1989). Предположение, что эти процессы обучения в основном происходят в раннем довербальном детстве, кажется несостоятельным. Некоторые исследователи этой темы даже предполагали, что имплицитные мотивы могут «формироваться в любой момент жизни» (McClelland, 19).58, с. 452) и что их сила может меняться в течение жизни в результате эмоционального научения (Schultheiss and Brunstein, 1999). В течение жизни люди получают много разных переживаний, которые также приносят эмоциональное удовлетворение. Всегда есть новые ситуации, которые вызывают неявные мотивы (например, новая работа в среде с высокими достижениями). Поэтому неудивительно, что аффективные переживания в жизни влияют на силу имплицитных мотивов.

Можно возразить, что детство, в частности, характеризуется сильным опытом обучения и что эти аффективные процессы обучения уменьшаются во взрослом возрасте (аналогичный аргумент см. в McClelland, 19).58). Не исключено, что имплицитные мотивы могут развиваться быстрее в детстве, чем во взрослом возрасте, потому что взрослые часто имеют противоречивые аффективные переживания (например, стремление к влиянию ведет не к благополучию, а к негативным последствиям), которые нелегко разучить и забыть и, таким образом, , может усложнить смену неявных мотивов. Тем не менее, даже характеристики, явно сформированные в детстве и считающиеся очень устойчивыми, такие как стиль привязанности, имеют лишь умеренные коэффициенты стабильности (например, Fraley, 2002), а также изменяются в результате конкретных жизненных событий (например, Гамильтон, 2000; Уотерс и др., 2000). Таким образом, в жизни действительно есть ситуации, которые влияют даже на человеческие качества, которые считаются очень стабильными.

Кроме того, неявные мотивы связаны со многими другими факторами, такими как гормоны (например, Schultheiss, 2013). Возможно, такие элементы влияют на имплицитные мотивы, поскольку эти влияющие параметры зависят от ситуативных (например, стресс) и возрастных изменений (например, менопауза).

Другая проблема заключается в том, что мера неявного мотива на самом деле отображает как стабильность признака, так и изменчивость состояния (ср., Fleeson, 2001). У человека может быть устойчивая имплицитная двигательная установка, подобная черте. Однако фактическая сила соответствующей мотивации также может меняться с течением времени и в зависимости от доступных возбуждающих сигналов. Ярким примером этого явления является аппетит. Например, привлекательность доступной пищи и количество часов, прошедших с момента последнего приема пищи, влияют на аппетит и пищевое поведение. Нельзя исключать, что изменения в оценках имплицитных мотивов связаны только с этим эффектом. Таким образом, необходимо проанализировать временную динамику имплицитных мотивов с учетом исследований, измеряющих имплицитные мотивы в разных возрастных группах и во времени, чтобы сделать более подробные выводы. Однако повышенное возбуждение усиливает значимость соответствующей ассоциативной сети имплицитных мотивов (например, McClelland and Winter, 19).69) и вознаграждающий характер конкретных сигналов. Если изменения в мотивационном состоянии сопровождаются соответствующими аффективными последствиями, это может привести к аффективным эффектам обучения, которые в долгосрочной перспективе влияют на имплицитную мотивационную диспозицию. Таким образом, мы предполагаем, что эти краткосрочные воздействия и изменения состояния могут быть необходимой предпосылкой для долгосрочных изменений имплицитной мотивационной диспозиции.

Как можно обобщить результаты существующего исследования? На первый взгляд, имеются разные и частично противоречивые результаты, а также разные аргументы о влияющих факторах, способствующих этим результатам. Однако при ближайшем рассмотрении обнаруживается много общего. В таблице 5 представлен обзор факторов, которые, как утверждается, влияют на оценку имплицитных мотивов. Очевидно, что не только чувствительность показателя отвечает за изменения оценок имплицитных мотивов (например, ситуационное и временное влияние на производство фантазий), как это часто упоминается. Большинство аргументов ученых основаны на базовых теоретических идеях, предполагающих, что в силу своей индивидуальной мотивационной предрасположенности люди очень чувствительны к определенным сигналам, которые позволяют получить аффективное удовлетворение (Schultheiss, 2008). Индивидуальный опыт использования различных сигналов приводит к возникновению ассоциативной сети имплицитных мотивов (McClelland and Winter, 19).69). Столкновение с соответствующими сигналами (физиологически и психологически) активирует и пробуждает эту сеть. Доступ к этой сети может быть облегчен, а ее сила увеличена, если человек постоянно сталкивается с такими сигналами в долгосрочной перспективе. Кроме того, изменившаяся жизненная ситуация (например, в связи с переходом на пенсию) может повлиять на вознаграждающий характер конкретных сигналов. Следовательно, это может изменить имплицитную мотивацию в долгосрочной перспективе. Даже возможные когортные эффекты являются индикатором этой динамической системы. Короче говоря, люди приспосабливаются к требованиям жизни.

Таблица 5 . Факторы, которые могут повлиять на оценку имплицитных мотивов.

Тем не менее, есть много вопросов без ответов для будущих исследований. Например, до сих пор точно неясно, сколько времени требуется для изменения неявных мотивов. Можно ли изменить имплицитную мотивационную установку одним критическим жизненным событием или для этого требуется несколько лет или десятилетий? Насколько сильным должен быть аффективный опыт обучения? Зависит ли от специфических предрасположенностей индивида, таких как высокая открытость опыту или высокое самосознание, поддаются ли изменениям неявные мотивы? Как знания об изменениях имплицитных мотивов в течение жизни можно использовать в практических целях, таких как учебные программы, психообразование или терапия? В общем, работы предстоит много.

Что можно узнать из этого обзора?

В этом обзоре представлен информированный обзор исследований и теоретических предположений об устойчивости и изменениях имплицитных мотивов. Это всеобъемлющий перечень исследований по этой теме. Ученые исследовали многочисленные исследовательские вопросы в этой области, но, к сожалению, не всегда непосредственно интересовались восприимчивостью и временной динамикой имплицитных мотивов. Таким образом, авторы соответствующих исследований выбрали разные исследовательские вопросы (например, достаточна ли ретестовая надежность имплицитной мотивационной меры? Влияет ли выбор карьеры на имплицитную мотивационную диспозицию?), но также и разные методологические подходы. Несомненно, некоторые из этих подходов сопровождаются весьма разнообразными методологическими проблемами. Например, результаты перекрестных исследований также можно объяснить специфическими когортными эффектами. Кроме того, в некоторых исследованиях изучались очень ограниченные выборки или возрастные группы. Несколько более старых исследований могли иметь ограниченную статистическую мощность из-за очень небольшого размера выборки. Это порождает многочисленные проблемы, которые в настоящее время обсуждаются в ходе дебатов о воспроизводимости психологических исследований (например, Maxwell et al., 2008; Open Science Collaboration, 2015; Smaldino and McElreath, 2016). Например, это может быть связано с повышенным уровнем ложных открытий (Ioannidis, 2005) и завышенными оценками размера эффекта (Maxwell et al., 2015). Таким образом, отсутствие статистической мощности является огромной проблемой для объяснительной способности и сравнения результатов. Даже несколько лонгитюдных исследований были проведены в течение небольшого промежутка времени, что ограничивает их результаты. К сожалению, наша база данных очень узкая, что делает статистическое сравнение результатов очень трудным, если не невозможным. Таким образом, данная статья посвящена исключительно нарративному обзору исследований, их результатов и, особенно, рассуждениям их авторов об устойчивости и изменении имплицитных мотивов. Мы обратились к исследованиям с различными исследовательскими вопросами и методологическими подходами, чтобы повысить обобщаемость предположений о стабильности и изменении имплицитных мотивов. Будущие исследования по этой теме должны избегать вышеупомянутых проблем и, например, использовать квазиэкспериментальный лонгитюдный план, следуя за детьми с рождения на разных этапах жизни. Исследования должны анализировать индивидуальные жизненные траектории и обязательно учитывать возможные жизненные обстоятельства и различные контексты, в то же время собирая данные об аффективных и физиологических коррелятах. Кроме того, может быть полезно выявить неявные мотивы в дневниках людей или в их литературных произведениях. Необходимы большие размеры выборки, потому что это поддерживает исследование даже небольших изменений в имплицитной мотивационной диспозиции с высокой статистической мощностью. Имеются убедительные доказательства изменения среднего уровня и порядка изменения имплицитных мотивов. Поэтому будущие исследования должны решать вопросы, касающиеся условий, количества и направления изменений. В заключение, заключительное утверждение этой статьи восходит к начальной цитате Бенджамина Франклина: «Когда вы закончите меняться, вам конец». Рассмотренное исследование свидетельствует о том, что имплицитные мотивы адаптируются к жизненным обстоятельствам.

Вклад авторов

Оба автора разработали и обсудили структуру этого обзора. Первый автор отвечал за поиск литературы и обобщение результатов. Он же написал и первый черновик этой статьи. Второй автор доработал и отточил черновик этого обзора.

Финансирование

Это исследование финансировалось Швейцарским национальным научным фондом (SNSF: CRSI11_133004/1) для Гая Боденманна, Вероники Брандштеттер, Майка Мартина, Фритьофа В. Нуссбека и Томаса Н. Брэдбери. 9Читатели, интересующиеся методологическими вопросами, должны также обратить свое внимание на статьи и обзоры, посвященные надежности измерения имплицитных мотивов (например, Entwisle, 1972; Schultheiss and Pang, 2007), обсуждениям этих вопросов (например, McClelland, 1985; Smith, 1992b). ), а также детерминанты (например, стимулы, прайминг) содержания фантастических историй (например, Klinger, 1971).

Ссылки

Анусик И. и Шиммак У. (2016). Стабильность и изменение личностных качеств, самооценки и благополучия: введение метааналитической модели стабильности и изменения ретестовых корреляций. J. Перс. соц. Психол. 110, 766–781. doi: 10.1037/pspp0000066

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Болл А., Вольф С. К., Окленбург С., Брюн М., Вольф О. Т., Гунтуркун О. и др. (2014). Тип неявного двигательного акта модулируется половыми гормонами у женщин с естественным циклом. Физиол. Поведение 123, 119–126. doi: 10.1016/j.physbeh.2013.09.016

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Бауманн Н., Кашель Р. и Куль Дж. (2005). Стремление к нежелательным целям: стрессозависимые расхождения между явными и неявными мотивами достижения снижают субъективное благополучие и усиливают психосоматические симптомы. J. Перс. соц. Психол. 89, 781–799. doi: 10.1037/0022-3514.89.5.781

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Бауманн, Н., и Шеффер, Д. (2011). Поиск потока в области достижений: мотив потока достижений, стоящий за опытом потока. Мотив. Эмот. 35, 267–284. doi: 10.1007/s11031-010-9195-4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бернат, М. (1989). Мотивы и ценности для достижения: разные конструкции с разными эффектами. J. Перс. 57, 69–95. doi: 10.1111/j.1467-6494.1989.tb00761.x

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Бирни, Р. К. (1959). Надежность мотива достижения. Дж. Ненормальный. соц. Психол. 58, 266–267. doi: 10.1037/h0042715

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Брандштеттер В., Джоб В. и Шульце Б. (2016). Мотивационное несоответствие и благополучие на рабочем месте: соответствие человека работе, выгорание на работе и физические симптомы. Фронт. Психол. 7:1153. doi: 10.3389/fpsyg.2016.01153

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Брунштейн, Дж. К., и Хойер, С. (2002). Implizites und explizites Leistungsstreben: Befunde zur Unabhängigkeit zweier Motivationssysteme. [Неявные и явные стремления к достижениям: эмпирические доказательства независимости двух мотивационных систем]. Zeitschrift für Pädagogische Psychologie . 16, 51–62. doi: 10.1024//1010-0652.16.1.51

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Брунштейн, Дж. К., и Шмитт, С. Х. (2004). Оценка индивидуальных различий в мотивации достижения с помощью теста имплицитных ассоциаций. Дж. Рез. Перс. 38, 536–555. doi: 10.1016/j.jrp.2004.01.003

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Буш, Х., и Хофер, Дж. (2012). Упражнение с фоторепортажем на немецком и камерунском образцах. евро. Дж. Психол. Оценивать. 28, 125–131. дои: 10.1027/1015-5759/a000100

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Каспи, А., и Робертс, Б.В. (2001). Развитие личности на протяжении всей жизни: аргумент в пользу изменений и преемственности. Психология. Инк. 12, 49–66. doi: 10.1207/S15327965PLI1202_01

Полный текст CrossRef | Google Scholar

deCharms, R. (1976a). Повышение мотивации: перемены в классе . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Издательство Ирвингтон.

Google Scholar

ДеЧармс, Р. (1976б). «Истоки и пешки в школе», в Повышение мотивации: изменение в классе , изд. Р. деЧармс (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Irvington Publishers), 3–17.

ДеЧармс, Р., Моррисон, Х.В., Рейтман, В., и Макклелланд, округ Колумбия (1955). «Поведенческие корреляты прямо и косвенно измеренной мотивации достижения», в The Century Psychology Series. Исследования мотивации , изд. DC McClelland (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Appleton-Century-Crofts), 414–423.

Google Scholar

Денцингер Ф., Бакес С., Джоб В. и Брандштеттер В. (2016). Возрастные и гендерные различия имплицитных мотивов. Дж. Рез. Перс. 65, 52–61. doi: 10.1016/j.jrp.2016.09.003

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Дрешер, А., и Шультейс, О.К. (2016). Метааналитические данные о более высоких оценках неявной принадлежности и мотивации близости у женщин по сравнению с мужчинами. Дж. Рез. Перс. 64, 1–10. doi: 10.1016/j.jrp.2016.06.019

CrossRef Полный текст | Академия Google

Дафнер М., Арслан Р. К., Хагемейер Б., Шёнбродт Ф. Д. и Дениссен Дж. Дж. А. (2015). Аффективные контингентности в аффилиативной сфере: физиологическая оценка, ассоциации с мотивом аффилиации и предсказание поведения. Дж. Перс. соц. Психол. 109, 662–676. doi: 10.1037/pspp0000025

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Дункан, Л. Э., и Петерсон, Б. Э. (2010). «Гендер и мотивация достижений, принадлежность — близость и власть», в Справочник по гендерным исследованиям в психологии , редакторы Дж. К. Крислер и Д. Р. МакКрири (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Springer), 41–62.

Google Scholar

Entwisle, DR (1972). Развеять фантазии о основанных на фантазиях показателях мотивации достижения. Психология. Бык. 77, 377–391. doi: 10.1037/h0020021

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Флисон, В. (2001). На пути к интегрированному в структуру и процесс взгляду на личность: черты как плотность распределения состояний. J. Перс. соц. Психол. 80, 1011–1027. doi: 10.1037/0022-3514.80.6.1011

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Fraley, CR (2002). Стабильность привязанности от младенчества до взрослой жизни: метаанализ и динамическое моделирование механизмов развития. чел. соц. Психол. Ред. 6, 123–151. doi: 10.1207/S15327957PSPR0602_03

CrossRef Full Text | Google Scholar

Франц, CE (1994). «Изменяется ли содержание мыслей по мере старения человека? Лонгитюдное исследование взрослых людей среднего возраста», в Может ли личность измениться? eds TF Heatherton and JL Weinberger (Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация), 227–249.

Google Scholar

Хабер Р. Н. и Альперт Р. (1958). «Роль ситуации и изобразительных сигналов в проективном измерении мотива достижения», в Motives in Fantasy, Action, and Society: A Method of Assessment and Study , ed JW Atkinson (Princeton, NJ: Van Nostrand), 644– 663.

Хагемейер, Б., Дафнер, М., и Дениссен, Дж. Дж. А. (2016). Двойная диссоциация между неявными и явными аффилиативными мотивами: более пристальный взгляд на социализирующее поведение в диадных взаимодействиях. Дж. Рез. Перс. 65, 89–93. doi: 10.1016/j.jrp.2016.08.003

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Хагемейер Б. и Нейер Ф. Дж. (2012). Оценка имплицитных мотивационных ориентаций в парных отношениях: тест на деятельность и общение с партнером (PACT). Психология. Оценивать. 24, 114–128. doi: 10.1037/a0024822

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Гамильтон, CE (2000). Непрерывность и прерывистость привязанности от младенчества до подросткового возраста. Детский Дев. 71, 690–694. doi: 10.1111/1467-8624.00177

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Хекхаузен, Х. (1963). Hoffnung und Furcht in der Leistungsmotivation . Мейзенхайм: Хайн.

Хекхаузен, Х. (1967). Анатомия мотивации достижения . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Academic Press.

Google Scholar

Хекхаузен, Х. (1977). Мотивация достижения и ее конструкции: когнитивная модель. Мотив. Эмот. 1, 283–329. doi: 10.1007/BF00992538

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Хекхаузен Х. и Круг С. (1982). «Модификация мотива», в Motivation and Society , ed AJ Stewart (San Francisco: Jossey-Bass), 274–318.

Хауэр, Дж., де, Тейге-Моцигемба, С., Спруйт, А., и Мурс, А. (2009). Неявные меры: нормативный анализ и обзор. Психология. Бык. 135, 347–368. doi: 10.1037/a0014211

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Хадсон, Н.В., и Фрэйли, Р.К. (2015). Волевое изменение черт личности: могут ли люди решить изменить свои черты личности? Дж. Перс. соц. Психол. 109, 490–507. doi: 10.1037/pspp0000021

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Иоаннидис, JPA (2005). Почему большинство опубликованных результатов исследований являются ложными. PLoS Мед. 2:e124. doi: 10.1371/journal.pmed.0020124

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Янсон, К. Т., Блек, К., Фенкл, Дж., Ригль, Л. Т., Ягель, Ф., и Кёлльнер, М. Г. (2018). Заторможенная силовая мотивация связана с соотношением ширины лица к высоте у женщин. Адаптивный шум. Поведение Физиол. 4, 21–41. doi: 10.1007/s40750-017-0075-y

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дженкинс, С. Р. (1987). Потребность в достижениях и карьера женщин старше 14 лет: данные о влиянии профессиональной структуры. Дж. Перс. соц. Психол. 53, 922–932. doi: 10.1037/0022-3514.53.5.922

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Дженкинс, С. Р. (1994). Потребность во власти и карьера женщин старше 14 лет: структурная власть, удовлетворенность работой и изменение мотивов. Дж. Перс. соц. Психол. 66, 155–165. doi: 10.1037/0022-3514.66.1.155

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Джоб В., Ортиг Д., Брандштеттер В. и Аллеманд М. (2010). Расхождения между неявной и явной мотивацией и нездоровым пищевым поведением. J. Перс. 78, 1209–1238. doi: 10.1111/j.1467-6494.2010.00648.x

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Каган, Дж. (1959). Стабильность фантазии ТАТ и неоднозначность стимула. Дж. Консалт. Психол. 23, 266–271. doi: 10.1037/h0048363

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Каган, Дж., и Мосс, Х.А. (1959). Устойчивость и обоснованность фантазии достижения. Дж. Ненормальный. соц. Психол. 58, 357–364. дои: 10.1037/h0047747

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Клингер, Э. (1971). Структура и функции фантазии. Серия Wiley о личностных процессах. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Wiley-Interscience.

Коган, Н. (1990). «Личность и старение», в Handbook of the Psychology of Aging , eds JE Birren and SW Schaie (Сан-Диего, Калифорния: Academic Press), 330–346.

Google Scholar

Крайгер К., Хакель М. Д. и Корнелиус Э. Т. (1984). Исследуя фантазии о надежности ТАТ. Дж. Перс. Оценивать. 48, 365–370. doi: 10.1207/s15327752jpa4804_5

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Kuhl, J., Scheffer, D., and Eichstaedt, J. (2003). «Der Operante Motiv-Test (OMT): Ein neuer Ansatz zur Messung impliziter Motive [Тест оперантного мотива (OMT): новый подход к оценке имплицитных мотивов]», в Diagnostik von Motivation und Selbstkonzept [Диагностика мотивации и самооценки] , ред. Дж. Штиенсмайер-Пельстер и Ф. Райнберг (Геттинген: Hogrefe), 129–150.

Google Scholar

Ланди, А. (1985). Надежность теста тематической апперцепции. Дж. Перс. Оценивать. 49, 141–145. doi: 10.1207/s15327752jpa4902_6

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Максвелл, С. Э., Келли, К., и Рауш, Дж. Р. (2008). Планирование размера выборки для статистической мощности и точности оценки параметров. Год. Преподобный Психолог. 59, 537–563. doi: 10.1146/annurev.psych.59. 103006.093735

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Максвелл, С.Э., Лау, М.Ю., и Ховард, Г.С. (2015). Страдает ли психология кризисом репликации? Что на самом деле означает «невозможность воспроизведения»? утра. Психол. 70, 487–498. doi: 10.1037/a0039400

Полный текст CrossRef | Google Scholar

McAdams, DP (1980). Тематическая система кодирования интимного мотива. Дж. Рез. Перс. 14, 413–432. doi: 10.1016/0092-6566(80)-X

Полный текст CrossRef | Google Scholar

МакАдамс, Д. П., и Константиан, Калифорния (1983). Мотивы близости и принадлежности в повседневной жизни: анализ выборки опыта. Дж. Перс. соц. Психол. 45, 851–861. doi: 10.1037/0022-3514.45.4.851

Полный текст CrossRef | Google Scholar

МакАдамс, Д. П., и Палс, Дж. Л. (2006). Новая большая пятерка: фундаментальные принципы интегративной науки о личности. 902:61 утра. Психол. 61, 204–217. doi: 10.1037/0003-066X. 61.3.204

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия (1958). «Важность раннего обучения в формировании мотивов», в Motives in Fantasy, Action, and Society: A Method of Assessment and Study , eds JW Atkinson (Princeton, NJ: Van Nostrand), 437–452.

Макклелланд, округ Колумбия (1961). Общество достижений . Принстон, Нью-Джерси: Ван Ностранд.

Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия (1965). Достижения N и предпринимательство: лонгитюдное исследование. Дж. Перс. соц. Психол. 1, 389–392. doi: 10.1037/h0021956

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия (1972). Каков эффект обучения мотивации достижения в школах? Учить. Сб. Рек. 74, 129–145.

Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия (1985). Человеческая мотивация . Гленвью, Иллинойс: Скотт, Форесман.

Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия (1987). Характеристики успешных предпринимателей. Дж. Творчество. Поведение 21, 219–233. doi: 10.1002/j.2162-6057.1987.tb00479.x

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия (1989). Мотивационные факторы здоровья и болезни. утра. Психол. 44, 675–683. doi: 10.1037/0003-066X.44.4.675

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

McClelland, D.C., Atkinson, J.W., Clark, R.A., and Lowell, E.L. (1953). Мотив достижения. Серия психологии века. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Appleton-Century-Crofts.

McClelland, D.C., and Boyatzis, R.E. (1982). Модель мотива лидерства и долгосрочный успех в управлении. J. Appl. Психол. 67, 737–743. doi: 10.1037/0021-9010.67.6.737

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия, Дэвис, В. Н., Калин, Р. и Ваннер, Э. (1972). Пьющий мужчина . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Свободная пресса.

Реферат PubMed | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия, и Киршнит, К. (1988). Влияние мотивационного возбуждения через фильмы на иммуноглобулин слюны А. Психол. Здоровье 2, 31–52. doi: 10.1080/08870448808400343

CrossRef Full Text | Google Scholar

McClelland, D.C., Koestner, R. and Weinberger, J. (1989). Чем отличаются самоприписываемые и имплицитные мотивы? Психология. Откр. 96, 690–702. doi: 10.1037/0033-295X.96.4.690

Полный текст CrossRef | Google Scholar

McClelland, D.C., Patel, V., Stier, D., and Brown, D. (1987). Связь аффилиативного возбуждения с выбросом дофамина. Мотив. Эмот. 11, 51–66. doi: 10.1007/BF00992213

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия, и Пилон, Д. А. (1983). Источники мотивов взрослых в моделях поведения родителей в раннем детстве. Дж. Перс. соц. Психол. 44, 564–574. doi: 10.1037/0022-3514.44.3.564

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия, Сиоли, А., и Уивер, С. (1998). Влияние неявной и явной мотивации на припоминание среди пожилых и молодых людей. Междунар. Дж. Стареющий гул. Дев. 46, 1–20. doi: 10.2190/R6N6-PK5V-EGPN-QG2X

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Макклелланд, округ Колумбия, и Винтер, Д. (1969). Мотивация экономических достижений . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Свободная пресса.

Google Scholar

Морган, К.Д., и Мюррей, Х.А. (1935). Метод исследования фантазий: тест тематической апперцепции. Арх. Нейрол. Психиатрия 34, 289–206. doi: 10.1001/archneurpsyc.1935.02250200049005

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Морган, Х. Х. (1953). Измерение мотивации достижения с помощью «интерпретаций картинок». Дж. Консалт. Психол. 17, 289–292. doi: 10.1037/h0056482

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Открытое научное сотрудничество (2015 г.). Оценка воспроизводимости психологической науки. Наука 349:aac4716. doi: 10.1126/science.aac4716

Полный текст CrossRef

Pang, JS (2010). «Методы кодирования содержания в оценке неявных мотивов: стандарты измерения и передовой опыт для упражнений с фоторепортажами», в Implicit Motives , eds OC Schultheiss и JC Brunstein (Oxford: Oxford University Press), 119–150.

Google Scholar

Панг, Дж. С., и Шультейсс, О. К. (2005). Оценка неявных мотивов у студентов колледжей США: влияние типа изображения и положения, пола и этнической принадлежности, а также межкультурных сравнений. Дж. Перс. Оценивать. 85, 280–294. doi: 10.1207/s15327752jpa8503_04

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Раволле М., Шультайс О.К., Штрассер А. и Кер Х.М. (2016). Мотивирующая сила визионерских образов: влияние на мотивацию, аффект и поведение. J. Перс. 85, 769–781. doi: 10.1111/jopy.12285

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Райнберг, Ф. (2008). Мотивация 7-е издание . Штутгарт: Кольхаммер.

Райнберг Ф. и Энгезер С. (2010). «Обучение мотивам и мотивационная компетентность», в Implicit Motives , eds OC Schultheiss и JC Brunstein (Oxford: Oxford University Press), 510–548.

Google Scholar

Райнберг Ф. и Круг Дж. С. (2017). Motivationsförderung im Schulalltag: Psychologische Grundlagen und praktische Durchführung [Повышение мотивации в классе]. Геттинген: Хогрефе.

Робертс, Б.В., и Мрочек, Д. (2008). Изменение черт личности во взрослом возрасте. Курс. Реж. Психол. науч. 17, 31–35. doi: 10.1111/j.1467-8721.2008.00543.x

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Робертс Б.В., Уолтон К.Е. и Фихтбауэр В. (2006). Модели среднего уровня изменения личностных черт на протяжении всей жизни: метаанализ лонгитюдных исследований. Псих. Бык. 132, 1–25. doi: 10.1037/0033-2909.132.1.1

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Рох, Р. М., Рёш, А. Г., и Шультейсс, О. К. (2017). Усиление соответствия между неявными мотивами и явными целевыми обязательствами: результаты рандомизированного контролируемого исследования. Фронт. Психол. 8:1540. doi: 10.3389/fpsyg.2017.01540

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Розен, Британская Колумбия (1962). Социализация и мотивация достижения в Бразилии. 902:61 утра. соц. Ред. 27, 612–624. doi: 10.2307/2089619

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Розен, Б. К., и Д’Андраде, Р. (1959). Психосоциальные истоки мотивации достижения. Социометрия 22:185. doi: 10.2307/2785664

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Розен Дж. Л. и Нойгартен Б. Л. (1964). «Функции эго в среднем и старшем возрасте: тематическое исследование апперцепции», в «Личность в среднем и позднем возрасте: эмпирические исследования 9».0262, изд. BL Neugarten (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Atherton Press), 90–101.

Салили, Ф. (1996). Мотивация достижений: межкультурное сравнение британских и китайских студентов. Учеб. Психол. 16, 271–279. doi: 10.1080/0144341960160304

CrossRef Full Text | Google Scholar

Шеффер Д., Эйхштадт Дж., Хасиотис А. и Куль Дж. (2007). На пути к интегрированному показателю потребности в принадлежности и приемлемости, полученному из теста оперантных мотивов. Психология. науч. 49, 308–324.

Google Scholar

Шмальт, Х.-Д. (1999). Оценка мотива достижения с помощью метода сетки. Дж. Рез. Перс. 33, 109–130. doi: 10.1006/jrpe.1999.2245

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Шуергер Дж. М., Заррелла К. Л. и Хотц А. С. (1989). Факторы, влияющие на временную стабильность личности по опроснику. Дж. Перс. соц. Психол. 56, 777–783. doi: 10.1037/0022-3514.56.5.777

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Шулер Дж., Брандштеттер В., Вегнер М. и Бауманн Н. (2015). Проверка конвергентной и дискриминантной валидности трех неявных мер мотивации: PSE, OMT и MMG. Мотив. Эмот. 39, 839–857. doi: 10.1007/s11031-015-9502-1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шулер Дж., Джоб В., Фрёлих С. ​​М. и Брандштеттер В. (2009). Работа со «скрытым стрессором»: эмоциональное раскрытие как стратегия преодоления негативных последствий несоответствия мотивов для здоровья. Стресс Здоровье 25, 221–233. doi: 10.1002/smi.1241

CrossRef Full Text | Google Scholar

Schultheiss, OC (2008). «Неявные мотивы», в Handbook of Personality: Theory and Research, 3rd Edn ., eds OP John, RW Robins и LA Pervin (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 603–633.

Google Scholar

Schultheiss, OC (2013). Гормональные корреляты имплицитных мотивов. Соц. Перс. Психол. Компас 7, 52–65. doi: 10.1111/spc3.12008

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Schultheiss, O.C., and Brunstein, JC (1999). Образ цели: преодоление разрыва между неявными мотивами и явными целями. Дж. Перс. 67, 1–38. doi: 10.1111/1467-6494.00046

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Schultheiss, OC, and Brunstein, JC (2001). Оценка неявных мотивов с помощью исследовательской версии ТАТ: профили изображений, гендерные различия и отношения к другим личностным показателям. J. Перс. Оценивать. 77, 71–86. doi: 10.1207/S15327752JPA7701_05

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Schultheiss, OC, and Brunstein, JC (2002). Заторможенная силовая мотивация и убедительная коммуникация: анализ линзовой модели. Дж. Перс. 70, 553–582. doi: 10.1111/1467-6494.05014

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Schultheiss, OC, and Brunstein, JC (2010). Неявные мотивы . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Google Scholar

Schultheiss, O.C., Dargel, A., and Rohde, W. (2003). Неявные мотивы и половые стероидные гормоны: влияние фазы менструального цикла, использование оральных контрацептивов и статус отношений. Горм. Поведение 43, 293–301. doi: 10.1016/S0018-506X(03)00003-5

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Schultheiss, OC, and Köllner, MM (2014). «Неявные мотивы и развитие компетенций: модель эффективного круга обучения, управляемого мотивами», в Серия справочников по педагогической психологии. Международный справочник по эмоциям в образовании , ред. Р. Пекрун и Л. Линненбринк-Гарсия (Нью-Йорк; Routledge: Taylor & Francis Group), 73–95.

Schultheiss, O.C., Liening, S.H., and Schad, D. (2008). Надежность фоторепортажа представляет собой меру имплицитных мотивов: оценки внутренней непротиворечивости, ретестовой надежности и ипсативной стабильности. Дж. Рез. Перс. 42, 1560–1571. doi: 10.1016/j.jrp.2008.07.008

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Schultheiss, OC, and Pang, JS (2007). «Измерение неявных мотивов», в Handbook of Research Methods in Personality Psychology , eds RW Robins, RC Fraley и RF Krueger (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 322–344.

Google Scholar

Schultheiss, O.C., and Rohde, W. (2002). Неявная мотивация силы предсказывает изменения мужского тестостерона и неявное обучение в соревновательной ситуации. Горм. Поведение 41, 195–202. doi: 10.1006/hbeh.2001.1745

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Schultheiss, O.C., and Schultheiss, M. (2014). Анализ профиля имплицитных мотивов: ситуационный подход «если-то» к упражнению с картинкой-рассказом. Соц. Перс. Психол. Компас 8, 1–16. doi: 10.1111/spc3.12082

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Шультейс, О. К., Вимерс, США, и Вольф, О. Т. (2014). Скрытая потребность в достижениях предсказывает ослабление реакции кортизола на сложные задачи. Дж. Рез. Перс. 48, 84–92. doi: 10.1016/j.jrp.2013.10.004

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Schultheiss, O.C., Wirth, MM, and Stanton, SJ (2004). Влияние возбуждения мотивации принадлежности и власти на прогестерон и тестостерон слюны. Горм. Поведение 46, 592–599. doi: 10.1016/j.yhbeh.2004.07.005

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Шультейсс О.К., Янкова Д., Дирликов Б. и Шад Д.Дж. (2009 г.). Являются ли неявные и явные показатели мотивов статистически независимыми? честный и сбалансированный тест с использованием упражнения с картинкой и вопросника, соответствующего реплике и ответу. Дж. Перс. Оценивать. 91, 72–81. doi: 10.1080/002238

484456

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Шультейс, О.К., и Зимни, М. (2015). Ассоциации между неявными мотивами и слюнными стероидами, соотношением цифр 2D: 4D, умственным вращением и беглостью речи. Адаптивный шум. Поведение Физиол. 1, 387–407. doi: 10.1007/s40750-014-0012-2

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Сколник, А. (1966). Стабильность и взаимосвязь тематических тестовых снимков за 20 лет. Детская разработка. 37, 389–396.

Реферат PubMed | Google Scholar

Слаббинк Х., Хауэр Дж. и де ван Кенхове П. (2011). Образное отношение ИАТ как мера имплицитных мотивов. евро. Дж. Перс. 25, 76–86. дои: 10.1002/пер.778

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Смальдино, П. Э., и МакЭлрит, Р. (2016). Естественный отбор плохой науки. Р. Соц. Открытая наука. 3:160384. doi: 10.1098/rsos.160384

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Smith, CP (1992a). Мотивация и личность: Справочник по тематическому контент-анализу . Кембридж [Англия]; Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Google Scholar

Smith, C. P. (1992б). «Вопросы надежности», в Motivation and Personality: Handbook of Thematic Content Analysis , ed CP Smith (Cambridge: England; New York, NY: Cambridge University Press), 126–139.

Google Scholar

Соколовский К., Шмальт Х. Д., Лангенс Т. А. и Пука Р. М. (2000). Оценка достижений, принадлежности и мотивов власти одновременно: мультимотивная сетка (MMG). Дж. Перс. Оценивать. 74, 126–145. doi: 10.1207/S15327752JPA740109

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Шпехт, Дж., Эглофф, Б., и Шмукле, С.К. (2011). Стабильность и изменение личности на протяжении всей жизни: влияние возраста и основных жизненных событий на средний уровень и ранговую стабильность большой пятерки. Дж. Перс. соц. Психол. 101, 862–882. doi: 10.1037/a0024950

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Тильген М.М., Крамм С., Раушенбах К. и Хертель Г. (2015). Старше, но мудрее: возраст смягчает влияние конгруэнтности между неявными и явными мотивами на удовлетворенность работой. Мотив. Эмот. 39, 182–200. doi: 10.1007/s11031-014-9448-8

CrossRef Full Text | Google Scholar

Улеман, Дж. С. (1972). Потребность во влиянии: разработка и проверка меры по сравнению с потребностью во власти. Жен. Психол. моногр. 85, 157–214.

Google Scholar

Валеро Д., Никитин Дж. и Фройнд А. (2014). Влияние возраста и временной перспективы на имплицитные мотивы. Мотив. Эмот. 175–181. дои: 10.1007/s11031-014-9453-й

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Verhaeghen, P., and Salthouse, TA (1997). Мета-анализ отношений возраста и познания во взрослом возрасте: оценки линейных и нелинейных возрастных эффектов и структурных моделей. Психология. Бык. 122, 231–249. doi: 10.1037/0033-2909.122.3.231

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Верофф, Дж. (1957). Разработка и валидация проективной меры мотивации власти. Дж. Ненормальный. соц. Психол. 54, 1–8. doi: 10.1037/h0044832

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Верофф, Дж. (1959). «Социальное сравнение и развитие мотивации достижения», в Мотивы, связанные с достижениями у детей , под ред. С. П. Смита, (Нью-Йорк: Фонд Рассела Сейджа), 46–101.

Верофф, Дж., Аткинсон, Дж.В., Фельд, С.К., и Гурин, Г. (1960). Использование тематической апперцепции для оценки мотивации в общенациональном интервью. Психология. моногр. Общее приложение 74, 1–32. doi: 10.1037/h0093760

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Верофф Дж., Депнер К., Кулка Р. и Доуван Э. (1980). Сравнение американских мотивов: 1957 г. и 1976 г. Дж. Перс. соц. Психол. 39, 1249–1262. doi: 10.1037/h0077729

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Верофф Дж., Рейман Д. и Фельд С. (1984). Мотивы американских мужчин и женщин на протяжении взрослой жизни. Дев. Психол. 20, 1142–1158. дои: 10.1037/0012-1649.20.6.1142

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Уотерс, Э., Гамильтон, К.Э., и Вайнфилд, Н.С. (2000). Стабильность безопасности привязанности от младенчества до подросткового и раннего взросления: общее введение. Детская разработка. 71, 678–683. doi: 10.1111/1467-8624.00175

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Вайнбергер, Дж., и Макклелланд, округ Колумбия (1990). «Когнитивные модели по сравнению с традиционными мотивационными моделями: непримиримые или взаимодополняющие?», в Справочник по мотивации и познанию: основы социального поведения , ред. Э. Хиггинс и Р. М. Соррентино (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 562–597.

Google Scholar

Wiemers, U.S., Schultheiss, O.C., and Wolf, O.T. (2015). Публичные выступления перед невосприимчивой аудиторией усиливают имплицитную мотивацию власти и ее характер эндокринного возбуждения. Горм. Поведение 71, 69–74. doi: 10.1016/j.yhbeh.2015.04.007

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Зима, Д. Г. (1973). Мотив власти . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Свободная пресса.

Реферат PubMed | Google Scholar

Винтер, Д. Г. (1991). «Измерение личности на расстоянии: разработка интегрированной системы оценки мотивов в бегущем тексте», в Perspectives in Personality: Approaches to Understanding Lives , eds AJ Stewart, JM Healy Jr. и DJ Ozer (London: Jessica Kingsley) , 59–89.

Google Scholar

Винтер, Д. Г. (1994). Руководство по оценке образов мотивов в бегущем тексте, 4-е изд. Анн-Арбор, Мичиган: факультет психологии Мичиганского университета.

Зима, Д. Г. (1996). Личность: анализ и интерпретация жизней . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: McGraw-Hill.

Google Scholar

Винтер, Д. Г. (1998). Вклад Дэвида Макклелланда в оценку личности. Дж. Перс. Оценивать. 71, 129–145. doi: 10.1207/s15327752jpa7102_1

CrossRef Full Text | Академия Google

Винтер, Д.Г., Джон, О.П., Стюарт, А.Дж., Клонен, Э.К., и Дункан, Л.Е. (1998). Черты и мотивы: к интеграции двух традиций в исследовании личности. Психология. Ред. 105, 230–250. doi: 10.1037/0033-295X. 105.2.230

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Винтер, Д. Г., и Стюарт, А. Дж. (1977). Надежность силового мотива как функция инструкций повторного тестирования. Дж. Консалт. клин. Психол. 45, 436–440. doi: 10.1037/0022-006X.45.3.436

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

Винтер, Д. Г., Стюарт, А. Дж., и Макклелланд, округ Колумбия (1977). Мотивы мужа и уровень карьеры жены. Дж. Перс. соц. Психол. 35, 159–166. doi: 10.1037/0022-3514.35.3.159

Полный текст CrossRef | Google Scholar

Winterbottom, MR (1958). «Отношение потребности в достижениях к опыту обучения независимости и мастерству», в Motives in Fantasy, Action, and Society: A Method of Assessment and Study , изд. Дж. В. Аткинсон (Принстон, штат Нью-Джерси: Ван Ностранд), 453–478.

Вирт, М.М., и Шультейсс, О.К. (2006). Влияние возбуждения от принадлежности (надежда на близость) и стресса от принадлежности (страх быть отвергнутым) на прогестерон и кортизол. Горм. Поведение 50, 786–795. doi: 10.1016/j.yhbeh.2006.08.003

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Ян Ф., Рамзи Дж. Э., Шультайс О. К. и Панг Дж. С. (2015). Потребность в достижениях смягчает влияние мотива на изменения кортизола в слюне. Мотив. Эмот. 39, 321–334. doi: 10.1007/s11031-014-9465-7

PubMed Abstract | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

Мотивация и то, что на самом деле движет человеческим поведением

В нашем мире экспоненциальных изменений и постоянно растущей сложности сила принадлежит тем, кто действует, и особенно тем, кто действует решительно и настойчиво.

Наша мотивация — наш самый ценный товар. Умноженная только на действие, его ценность колеблется в зависимости от того, как мы вкладываем свое внимание.

Почему мы все рождаемся с безграничным потенциалом, но лишь немногие реализуют эти возможности?

Абрахам Маслоу

Некоторые из наших мотивов к действию являются биологическими, в то время как другие имеют личные и социальные корни. Мы мотивированы искать пищу, воду и секс, но на наше поведение также влияют социальное одобрение, принятие, потребность в достижении и мотивация идти на риск или избегать его, и это лишь некоторые из них (Морселла, Барг и Голлвитцер). , 2009).

В этой статье представлены некоторые из основных концепций науки о мотивации, а также ссылки на более подробные обсуждения более тонких тем и конкретных приложений мотивационных теорий к реальным мотивационным проблемам.

Прежде чем продолжить, мы подумали, что вы можете бесплатно загрузить три наших упражнения для достижения цели. Эти подробные научно обоснованные упражнения помогут вам или вашим клиентам поставить действенные цели и освоить методы, позволяющие добиться устойчивых изменений в поведении.

Эта статья содержит:

  • Типы мотивации
  • Мотивация и эмоции
  • Мотивация и личность
  • Мотивация к переменам
  • Мотивация Маслоу
  • Мотивация счастья
  • Сообщение на вынос
  • Ссылки

Типы мотивации

Источники мотивации могут быть либо внутренними в виде мотивации подталкивания, либо внешними, как в случае мотивации притяжения. Мотивация толчка описывается с точки зрения биологических переменных, возникающих в мозге и нервной системе человека, и психологических переменных, которые представляют свойства разума человека, такие как психологические потребности.

Мотивация притяжения понимается с точки зрения переменных среды, которые описывают внешние источники мотивации, такие как стимулы или цели. Наши внутренние источники мотивации взаимодействуют с внешними источниками, чтобы направлять поведение (Deckers, 2014).

Никогда не поздно стать тем, кем ты мог бы быть.

Джордж Элиот

Наша эволюционная история также объясняет аспекты мотивированного поведения, а наши индивидуальные личные истории проливают свет на то, как наш жизненный опыт формирует наши мотивы и определяет полезность целей и стимулов.

Мотивация также зависит от устойчивых индивидуальных различий, таких как черты характера и психологические потребности. Наконец, эмоции также служат мотивами. Каждый из этих источников мотивации более подробно обсуждается ниже, а также в других статьях на эту тему, которые можно найти, набрав мотивацию в нашем меню поиска по блогу.

Вождение Мотивация

Когда симпатическая нервная система вырабатывает гормоны адреналина и норадреналина, они создают энергию для действия. Это объясняет, почему мотивация часто концептуализируется в терминах управляет , также известными как внутренние состояния дисбаланса. Необходимость вернуться к равновесию инициирует стремление к желаемому конечному состоянию, в котором влечение было уменьшено или устранено (Reeve, 2018).

Потребности – это внутренние мотивы, которые активизируют, направляют и поддерживают поведение. Они порождают стремления, необходимые для поддержания жизни, как в физиологических потребностях, и для содействия росту и благополучию, как в психологических и имплицитных потребностях.

Голодный желудок не даст забыть его хозяину, какими бы ни были его заботы и печали.

Гомер, 800 г. до н.э.

Физиологические потребности, такие как голод, жажда или секс, являются биологическими началами, которые в конечном итоге проявляются как психологические побуждения в субъективном сознании человека. Эти биологические события становятся психологическими мотивами. Важно отличать физиологическую потребность от создаваемого ею психологического влечения, поскольку только последнее обладает мотивационными свойствами.

Теория мотивации влечения говорит нам, что физиологические потребности возникают в нашем теле. Когда наша физиологическая система пытается поддерживать здоровье, она регистрирует в нашем мозгу психологическое стремление удовлетворить физиологические потребности и побуждает нас привести систему от дефицита к гомеостазу (Reeve, 2018).

Биологическая потребность превращается в психологический мотив, когда стремление к ее удовлетворению мешает нашему нормальному функционированию, заставляя нас чувствовать нарастающее напряжение до тех пор, пока потребность не будет удовлетворена.

Когда наше тело нуждается в еде, мы описываем это как приступы голода, мы говорим, что чувствуем жажду, или сексуальное разочарование, когда наши потребности в близости не удовлетворяются. Благодаря сложной обратной связи между нашим телом и нашим мозгом эти биологические потребности развивались для нашего выживания и в значительной степени определяли наше поведение, которое мы часто недооцениваем (Reeve, 2018).

Если вы хотите узнать больше об этой теме, ознакомьтесь с нашими статьями о мотивации и теории мотивации.

Цель Мотивация

Говоря о мотивации, неизбежно возникает тема целей. Как когнитивное ментальное событие цель представляет собой «побуждение к действию», которое функционирует как движущая сила, которая заряжает энергией и целенаправленно направляет наше поведение (Ames & Ames, 1984).

Цели, как образ мышления, убеждения, ожидания или самооценка, являются источниками внутренних мотивов и вместе называются познанием. Эти когнитивные источники мотивации включают в себя наш образ мышления и объединяют воедино множество ментальных конструкций, побуждающих нас к действию.

Как ни странно, цели создаются тем, чего НЕТ, или, другими словами, несоответствием между тем, где мы находимся, и тем, где мы хотим быть. Поговорка; « Если вы не знаете, куда идете, любая дорога приведет вас туда » описывает разницу в мотивированном поведении между теми, у кого есть цели, и теми, кто не фокусирует свое внимание на определенном результате (Locke, 1996; Локк и Латам, 1990, 2002).

 

Но не всегда полезно просто сформулировать цели. Как мотивационная конструкция, постановка целей приводит к результатам только тогда, когда цели являются сложными, конкретными и согласуются с личностью.

Мы прилагаем больше усилий для достижения сложных целей (Locke & Latham, 1984, 1990, 2002), сосредотачиваем наше внимание на степени их специфичности (Locke, Chah, Harrison, & Lustgarten, 1989) и черпаем энергию из того, как эти цели отражают наши ценности (Sheldon & Elliot, 1999).

Мотивация в лучшем случае носит спонтанный характер и превращает стремление к цели в образ жизни, в котором самосогласование прокладывает путь к стратегическому использованию внимания, направленного на достижение конечной цели (Koestner et al. , 2008).

Но не будем тут увлекаться, на производительность влияют и другие факторы, такие как способности и ресурсы, а прямого соответствия между целями и производительностью нет.

Когда трудные цели не заряжают исполнителя энергией, конкретные цели не могут направить эту энергию на конкретное направление действий, а согласованные цели не способствуют повышению производительности (Earley, Wojnaroski, & Prest, 1987; Sheldon & Elliot, 1999). пришло время позаботиться об основах и увеличить способности и ресурсы.

Мотивация и эмоции

Концепция мотивации тесно связана с эмоциями. Оба эти слова произошли от одного и того же базового латинского корня movere , что означает «двигаться».

Эмоции считаются мотивационными состояниями, потому что они генерируют всплески энергии, которые привлекают наше внимание и вызывают нашу реакцию на важные события в нашей жизни (Izard, 1993). Эмоции автоматически и быстро синхронизируют четыре взаимосвязанных аспекта опыта:

  • Чувства
  • возбуждение
  • Назначение
  • Выражение

Разные эмоции связаны с разными целями и вызывают разные тенденции действий. Компонент цели придает эмоциям целенаправленный характер и порождает импульс к действию, что объясняет, почему мы предпринимаем действия, необходимые для того, чтобы справиться с имеющимися обстоятельствами (Keltner & Gross, 1999).

Вместе с эмоцией мотивация является частью основного психологического явления, называемого аффектом. Он отличается от рациональных и спокойных когнитивных процессов, поскольку мотивация и эмоции связаны с физиологическими процессами.0102 возбуждение.

Эта телесная реакция, создаваемая симпатической нервной системой, заставляет наше сердце перекачивать больше крови, наше дыхание учащается, наши зрачки расширяются, чтобы мы могли лучше видеть, наша печень выбрасывает дополнительный сахар в кровоток, и мы начинаем потеть, чтобы охладить тело (Reeve, 2018).

Мы чувствуем эти переживания, они мотивируют и направляют наше поведение и принятие решений, но самое главное, они оказывают значительное влияние на наше психическое и физическое здоровье. См. нашу статью о важности и преимуществах мотивации.

Мотивация и личность

Связана ли личность с мотивацией? Мотивированы ли мы по-разному?

Теория личности и исследования показывают, что на самом деле мы по-разному мотивированы в зависимости от наших личностных качеств. Высокий уровень той или иной черты часто заставляет нас действовать так, как предполагает эта черта: мы будем более открытыми опыту, добросовестными, экстравертными, приятными и невротичными. Мы будем мотивированы различными стимулами, целями и действиями, но также будем выбирать различные ситуации.

Задача психологии состоит в том, чтобы определить, что это за ситуации и поведение.

Исследования корреляции черты и среды показывают, что если мы проявляем характеристики на одном конце личностного измерения, мы будем искать, создавать или изменять ситуации иначе, чем люди на другом конце спектра.

В дополнение к каждой из пяти больших личностных черт, наша склонность к поиску острых ощущений играет важную роль в том, насколько мы готовы идти на риск, чтобы испытать разнообразные, новые, сложные и интенсивные ощущения и переживания (Deckers, 2014).

Кибернетическая теория «большой пятерки» связала черты личности с типом целей, которые мы выбираем, и показала, что конкретные цели будут мотивировать соответствующее поведение в состоянии личности, эффективное для достижения этой цели. Например, хотя экстраверты и интроверты одинаково реагируют на стимулы, предназначенные для создания приятного гедонистического настроения, экстраверты более чувствительны к наградам.

Они реагируют более энергичным возбуждением в ответ на погоню за вознаграждением и чаще, чем интроверты, ищут социальную стимуляцию в различных ситуациях (Deckers, 2014).

Гипотеза ченнелинга исследует, как определенные черты определяют, как выражаются и удовлетворяются психологические мотивы, и как мы реагируем и выбираем или модифицируем различные ситуации. Было высказано предположение, что:

  • экстраверты, как правило, делают карьеру с высокой отдачей, чтобы удовлетворить свой мотив власти, и с большей вероятностью, чем интроверты, занимаются волонтерской работой, чтобы реализовать свой мотив принадлежности
  • те, у кого высокий уровень невротизма, легче вызывают плохое настроение, менее удовлетворены своими отношениями и карьерой и с большей вероятностью предпочтут выпить в одиночестве после негативного социального обмена мнениями
  • человек с высоким уровнем добросовестности получают более высокие оценки и с большей вероятностью будут вести себя в целях укрепления здоровья
  • Было обнаружено, что
  • очень приятных людей с большей вероятностью помогут друзьям, братьям и сестрам, попавшим в беду.

Гипотеза отбора предполагает, что часто совокупность уровней признаков будет ассоциироваться с определенным поведением. Многие из этих исследований дали очень интересные результаты, которые показали, что:

  • учащихся с низким уровнем экстраверсии, доброжелательности и добросовестности проводят больше времени в Интернете
  • человек с высоким уровнем открытости опыту больше искали контактов с меньшинствами и в результате сообщали о меньшем предубеждении, чем люди с высоким уровнем покладистости
  • счастье было связано с высоким уровнем экстраверсии и покладистости и низким уровнем невротизма (Deckers, 2014).

Стили совладания также зависят от личностных качеств:

  • люди с высоким уровнем сознательности испытывают меньше стрессоров благодаря планированию
  • люди с высоким уровнем покладистости испытывают меньше межличностных стрессоров, потому что они более склонны к сотрудничеству
  • люди с высоким уровнем невротизма испытывают больше межличностных стрессоров
  • человек с высоким уровнем добросовестности, экстраверсии и открытости новому опыту справляются с помощью прямого взаимодействия со стрессорами
  • люди с высоким уровнем невротизма справляются с помощью отстранения, например, бегства от стрессора или не думая о нем
  • прибавка в весе в течение жизни людей более значительна, когда у них высоки черты невротизма и экстраверсии, а черта добросовестности низка
  • аспектов низкой покладистости также способствуют увеличению веса
  • искатели острых ощущений положительно реагируют на рискованные события, наркотики и необычный опыт и с большей вероятностью будут искать рискованные виды спорта и заниматься ими, предпочитают необычные стимулы и ситуации и экспериментируют с необычными вещами
  • ищущие с низким уровнем ощущений негативно реагируют на рискованные события
  • различных компонентов поиска острых ощущений связаны с предпочтением бессмысленного или сексуального юмора (Deckers, 2014).

Наконец, одно исследование показало, что такие черты личности, как добросовестность, открытость и экстраверсия, положительно связаны с внутренней мотивацией достижения. Но также было обнаружено, что добросовестность, экстраверсия и невротизм также положительно связаны с внешней мотивацией достижения.

Хотя было обнаружено, что уступчивость отрицательно связана с внешней мотивацией достижения, добросовестность была аномальной в том смысле, что она была положительно связана как с внутренней, так и с внешней мотивацией. Эти результаты показывают, что обе формы мотивации могут быть более сложными, чем предполагалось изначально (Stasson, Mahoney, & Story, 2007).

См. нашу статью о важности и преимуществах мотивации, чтобы узнать больше о самомотивации и полном самоопределении.

Мотивация к изменениям

Тема мотивации чаще всего обсуждается в контексте изменений.

Многие из нас ходят в тренажерный зал или на тренировочные программы; другие прибегают к терапии или коучингу, потому что хотят перемен. Но изменение редко бывает простым или линейным процессом. Частично причина связана с тем, насколько сложно найти мотивацию для участия в деятельности, которая не является мотивирующей по своей сути.

Когда деятельность является аутотелической или вознаграждающей и интересной сама по себе, мы делаем ее просто для удовольствия, и мотивация вряд ли необходима (Csikszentmihalyi, 1990).

Некоторые изменения на первый взгляд кажутся негативными, но вскоре вы поймете, что в вашей жизни создается пространство для появления чего-то нового.

Экхарт Толле

Однако чаще всего то, что мы хотим изменить, требует самоконтроля, чтобы воздерживаться от поведения, которое не служит нам, но доставляет удовольствие. Не говоря уже о том, что для выполнения этих часто сложных и неблагодарных действий, которые продвигают нас к ценному результату, требуется приверженность.

Райан и Деси, изучавшие автономную саморегуляцию, предположили, что нам нужно отойти от внешне мотивированных действий, например, когда мы должны что-то делать, потому что боимся последствий, и перейти к интроецируемой и даже полностью самодетерминированной регуляции. , где мы ценим новое поведение и согласовываем его с другими аспектами нашей жизни (1995).

См. запись в нашем блоге под названием «Что такое мотивация», чтобы узнать больше о самомотивации.

«Поэтапные» подходы к поведенческим изменениям оказались особенно эффективными для повышения мотивации к достижению трудных и не мотивирующих целей, поскольку они позволяют реалистично ожидать прогресса (Zimmerman, Olsen, & Bosworth, 2000).

Модель «Этапы изменений» Prochaska, et al. (DiClemente, & Prochaska, 1998), также известная как транстеоретическая модель изменений (TMC), является одним из таких подходов, обычно используемых в клинических условиях. В этой модели изменения рассматриваются как постепенные, последовательные и контролируемые. Его реальное применение можно увидеть в методах мотивационного интервьюирования, ориентированном на клиента методе содействия изменениям.

Здесь мотивация повышается вместе с готовностью к изменениям, которая определяется нашим:

  • готовность к изменениям,
  • уверенность в том, что желание изменилось и
  • действия, предпринятые для внесения изменений.

См. нашу статью о мотивационном интервью для углубленного анализа этой модели изменений и ее многочисленных применений.

Мотивация Маслоу

Тема мотивации чаще всего связана с именем Абрахама Маслоу и его знаменитой иерархии потребностей (1971). Маслоу утверждал, что все мы знаем, что должны есть, пить и спать, но как только наши основные потребности удовлетворены, у нас появляются метапотребности. Они отражают наши высшие ценности, такие как потребность в духовной и психологической реализации.

Маслоу считал, что все психологические проблемы возникают из-за отсутствия смысла и беспокойства по поводу того, что эти потребности не удовлетворяются (Butler-Bowdon, 2007).

В целом я считаю справедливым сказать, что человеческая история — это летопись того, как человеческая природа была недооценена. Высшие возможности человеческой природы практически всегда недооценивались.

Абрахам Маслоу

Наследие Маслоу также включало интересное наблюдение, что мы боимся своего лучшего не меньше, чем худшего. Комплекс Ионы описывает нашу склонность избегать собственных способностей.

Он заметил, что для некоторых иметь идеалы и жизненную миссию просто пугающая перспектива, поскольку она подразумевает, что мы должны отбросить оправдания того, что не можем реализовать свой потенциал. В результате мы сопротивляемся призыву к величию и практикуем то, что Маслоу называет притворным смирением (1971).

Он предупреждает нас, что, когда мы ставим перед собой низкие цели и делаем ровно столько, сколько необходимо для того, чтобы быть компетентными, мы обрекаем себя на глубокое несчастье в жизни. Когда его студенты содрогались от слабости при мысли о том, что станут выдающимися, Маслоу вспоминал идею Ницше о законе вечного возвращения и предположил, что если нам придется проживать свою жизнь снова и снова, мы будем делать только то, что действительно важно (19).71).

Подробнее о Маслоу и иерархии потребностей в нашей статье о теориях мотивации.

Мотивация счастья

Может ли счастье быть мотивирующим фактором? Ответ на эти вопросы зависит как от того, как мы определяем счастье, так и от того, кого мы спрашиваем.

Благодаря быстрому развитию исследований в области позитивной психологии, науки о том, что делает жизнь достойной жизни, мы многое знаем о том, что делает нас счастливыми и что ведет к психологическому благополучию. Существует также множество свидетельств того, что положительный субъективный опыт способствует повышению мотивации или, по крайней мере, того, что психология считает его выражением.

Из исследования Барбары Фредриксон, посвященного тому, как положительные эмоции расширяют наше восприятие и усиливают положительное влияние и благополучие, до исследований Терезы Амабиле, которые показывают, насколько счастливые сотрудники работают более продуктивно, мы видим, как культивирование оптимизма и положительных эмоций может выполнять адаптивную роль и быть полезной. отдельный мотивационный фактор.

Те, кто чувствует себя хорошо или проявляет положительное влияние, более креативны, больше помогают другим, проявляют настойчивость перед лицом неудачи, эффективно принимают решения, демонстрируют высокую внутреннюю мотивацию и так далее. Исследования показывают, что краткосрочное положительное влияние помогает нам добиться успеха во многих областях нашей жизни, включая брак, дружбу, доход, работу и здоровье (Любомирский, Кинг и Динер, 2005).

Модель теории положительных эмоций «расширяй и развивай» Перепечатано с разрешения Guilford Press, Fredrickson, and Cohn (2008, рис. 48.1) [17]. Рисунок 2. Концептуальная основа исследования.

Когда мы объединяем базовые эмоции, когнитивные оценки и познание более высокого порядка (например, самооценку, эмоции, знания), мы получаем то, что психологи называют эмоциональными схемами, которые функционируют как центральный источник человеческой мотивации (Izard, 1993). И вот как мы можем связать мотивацию со стремлением к тому, что делает жизнь достойной жизни.

Хорошая жизнь состоит в том, чтобы получать счастье, используя свои сильные стороны каждый день в основных сферах жизни. Осмысленная жизнь добавляет еще один компонент: использование тех же сильных сторон для распространения знаний, силы или добра.

Мартин Селигман

Мартин Селигман утверждал, что подлинное счастье и удовлетворение жизнью имеют мало общего с удовольствием и во многом связаны с развитием личных качеств и характера. Если познание служит мотивации (Vohs и Baumeister), то развитие личных качеств и характера должно привести к усилению мотивации.

Исследования эвдемонического благополучия, связанного со счастьем, превосходством и процветанием, описывают эвдемоническое поведение, включая совершенство, автономию, подлинность, саморазвитие, вовлеченность и аутотелическую мотивацию.

Говоря об эвдемонии как о форме благополучия, повторяющиеся концепции включают смысл, высшее вдохновение, связь и мастерство (David, Boniwell, & Ayers, 2014) — все атрибуты, связанные с когнитивными механизмами мотивации.

Лучшие моменты в нашей жизни — это не пассивное, восприимчивое, расслабляющее время… лучшие моменты обычно случаются, когда тело или разум человека напрягаются до предела в добровольных усилиях, чтобы выполнить что-то сложное и стоящее.

Mihaly Csikszentmihalyi

Эти высшие мотивы и их поведенческие проявления также могут быть описаны как последствия эвдемонии. Согласно Haidt (2000), возвышающий опыт может мотивировать добродетельное поведение.

Селигман (2002) назвал это высшим удовольствием, а Маслоу (1973) описал эвдемоническую личность как автономную, принимающую себя, позитивно относящуюся к другим и обладающую чувством мастерства во всех областях жизни (Дэвид, Бонивелл и др.). Айерс, 2014). И, как показывает это описание, эти люди будут очень мотивированы.

Позитивная психология смотрит на человека и спрашивает: «Что может быть?» Однако наиболее важно то, что позитивная психология привлекает внимание к активному развитию личных сильных сторон и компетенций, а это не может быть плохим для мотивации.

Важная информация

Понимание принципов мотивации дает нам возможность находить действенные решения реальных мотивационных проблем. Ибо что может быть важнее, чем воодушевлять окружающих на более целенаправленные действия, достижение целей, оптимальный опыт, полноценное функционирование, здоровое развитие и устойчивое чувство собственного достоинства.

Изучение и применение науки о мотивации также может помочь нам обратить вспять или справиться с импульсивными побуждениями, привычным опытом, неудачей в достижении цели, контрпродуктивным функционированием, негативными эмоциями, скукой, неадекватным или дисфункциональным развитием и хрупким чувством собственного достоинства.

Если величайшая победа над собой, то не должны ли мы стремиться подняться над нашими ограничениями?

Оставьте нам свое мнение по этой теме.

Надеемся, вам понравилась эта статья. Не забудьте бесплатно загрузить три наших упражнения для достижения цели.

  • Эймс, К. (1984). Приписывание достижений и самоинструкция в рамках конкурентных и индивидуалистических структур целей. Журнал педагогической психологии, 76 (3), 478-487.
  • Бек, RC (2004). Мотивация: теории и принципы (5-е изд.). Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл.
  • Дэвид, С.А., Бонивелл, И., и Айерс, А.С. (2014). Оксфордский справочник счастья. Оксфорд, Англия: Издательство Оксфордского университета.
  • Деси, Э.Л., Олафсен, А.Х., и Райан, Р.М. (2017). Теория самоопределения в организациях труда: Состояние науки. Ежегодный обзор организационной психологии и организационного поведения.
  • Декерс, Л. (2014). Мотивация: биологическая, психологическая и экологическая (4-е изд.). Бостон, Массачусетс: Аллин и Бэкон.
  • DiClemente, CC, & Prochaska, JO (1998). На пути к всеобъемлющей транстеоретической модели изменений: этапы изменений и аддиктивное поведение. В: У. Р. Миллер и Н. Хизер (ред.). Лечение зависимого поведения (2-е изд.). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Пленум Пресс.
  • Динер, Э., и Селигман, MEP (2002). Очень счастливые люди. Психологические науки, 13 (1), 81–84.
  • Эрли, П. К., Войнароски, П., и Прест, В. (1987). Планирование задач и затраченная энергия: изучение того, как цели влияют на производительность. Журнал прикладной психологии, 72 (1), 107-114.
  • Фишбах, А. , Фридман, Р.С., и Круглански, А.В. (2003). Не вводит нас в искушение: сиюминутные соблазны вызывают первостепенную активацию цели. Журнал личности и социальной психологии, 84 (2), 296-309.
  • Хайдт, Дж. (2000) Положительная эмоция возвышения. Профилактика и лечение, том 3(1), март 2000 г., нумерация страниц не указана, статья 3c
  • Харт, Дж. В., К. М. Ф. Стассон, Дж. М., Махони и Стори, П. (2007). Большая пятерка и мотивация достижения: изучение взаимосвязи между личностью и двухфакторной моделью мотивации. Исследование индивидуальных различий 2007 , Vol. 5, № 4
  • Изард, CE (1993). Эмоции. Издательство Ирвингтон.
  • Келтнер, Д., и Гросс, Дж. Дж. (1999). Функциональные счета эмоций. Познание и эмоции, 13 (5), 467-480.
  • Локк, Э., Ча, Д., Харрисон, С., и Ластгартен, Н. (1989). Отделение эффектов специфичности цели от уровня цели. Организационное поведение и процессы принятия решений человеком . Том 43, выпуск 2, апрель 1989 г. , страницы 270-287
  • Любомирский С., Кинг Л., Динер Э. (2005). Преимущества частого позитивного воздействия: ведет ли счастье к успеху? Психологический бюллетень, том 131 (6), ноябрь 2005 г., 803-855
  • Маслоу, А. (1971). Дальние пределы человеческой природы.
  • Маслоу А. Х. (1973). Доминирование, самооценка, самоактуализация: зародышевые статьи А. Х. Маслоу. Томсон Брукс/Коул
  • Мишель В. и Эббесен Э. Б. (1970). Внимание в отсрочке удовлетворения. Журнал личности и социальной психологии. 16 (2): 329–337.
  • Морселла, Э., Барг, Дж. А., и Голлвитцер, П.М. (2009). Оксфордский справочник по человеческим действиям. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета, США
  • .
  • Рив, Дж. (2015). Понимание мотивации и эмоций (6-е изд.). Хобокен, Нью-Джерси: Wiley.
  • Селигман, Массачусетс (2002). Подлинное счастье: использование новой позитивной психологии для реализации вашего потенциала для постоянного удовлетворения
  • Шелдон, К. М., Эллиот, А.Дж. (1999). Стремление к цели, удовлетворение потребностей и долгосрочное благополучие: модель самосогласования. Journal of Personality and Social Psychology, Vol 76(3) , март 1999 г., 482-497
  • Вальеран, Роберт Дж., Пеллетье, Люк Г., Кестнер, Р. (2008). Размышления о теории самоопределения. Канадская психология / канадская психология, том 49 (3), август 2008 г., 257–262
  • .
  • Vohs, KD, & Baumeister, RF (Eds.). (2011). Справочник по саморегулированию: исследования, теория и приложения (2-е изд.). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, США: Guilford Press
  • Циммерман Г.Л., Олсен К.Г. и Босворт М.Ф. (2000). Подход «Этапы изменений» к помощи пациентам в изменении поведения, , американский семейный врач. 61 , 1409-1416.

Глава 13 Неявные мотивы: взгляд из теории взаимодействия личностных систем | Неявные мотивы

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicНеявные мотивыСоциальная психологияКнигиЖурналы Термин поиска мобильного микросайта

Закрыть

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicНеявные мотивыСоциальная психологияКнигиЖурналы Термин поиска на микросайте

Расширенный поиск

  • Иконка Цитировать Цитировать

  • Разрешения

  • Делиться
    • Твиттер
    • Подробнее

Cite

Baumann, Nicola, Miguel Kaz, and Julius Kuhl,

«Глава 13 Неявные мотивы: взгляд из теории взаимодействия личностных систем»

,

Неявные мотивы

(

Нью -Йорк,

2010;

онлайн Edn,

Oxford Academic

, 1 мая 20109

), HTTPS://doi. org/10.103/acpor: 3/CPOF: 3/CPOF: 3/CPOF: 3/ACPOF: 3/CPOF: 3/CPOF: 3/ACPOF. oso/9780195335156.003.0013,

, по состоянию на 16 сентября 2022 г.

Выберите формат Выберите format.ris (Mendeley, Papers, Zotero).enw (EndNote).bibtex (BibTex).txt (Medlars, RefWorks)

закрыть

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicНеявные мотивыСоциальная психологияКнигиЖурналы Термин поиска мобильного микросайта

Закрыть

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicНеявные мотивыСоциальная психологияКнигиЖурналы Термин поиска на микросайте

Advanced Search

Abstract

В этой главе представлен обзор теории взаимодействия систем личности (PSI) и ее вклада в понимание имплицитных мотивов. Будет доказано, что концепция мотива может применяться на доконцептуальном, концептуальном и саморегулируемом уровнях анализа, которые связаны с тремя различными показателями мотива (т. Тест оперантных мотивов (OMT) Куля и Шеффера (19).99) будет описано более подробно. Недавние результаты по взаимодействию между мотивами и когнитивными механизмами будут функционально проанализированы: (а) соответствие между эксплицитными и имплицитными мотивами, (б) самодетерминированные и сфокусированные на стимулах уровни мотивации, и (в) роль содержания потребности в модуляция когнитивно-поведенческих систем.

Ключевые слова: Теория ПСИ, оперантно-мотивный тест, саморегуляция, самоконтроль, доступ к себе, конгруэнтность мотивов, память расширения, память намерения, интерференция Струпа

Предмет

Социальная психология

В настоящее время у вас нет доступа к этой главе.

Войти

Получить помощь с доступом

Получить помощь с доступом

Доступ для учреждений

Доступ к контенту в Oxford Academic часто предоставляется посредством институциональных подписок и покупок. Если вы являетесь членом учреждения с активной учетной записью, вы можете получить доступ к контенту одним из следующих способов:

Доступ на основе IP

Как правило, доступ предоставляется через институциональную сеть к диапазону IP-адресов. Эта аутентификация происходит автоматически, и невозможно выйти из учетной записи с IP-аутентификацией.

Войдите через свое учреждение

Выберите этот вариант, чтобы получить удаленный доступ за пределами вашего учреждения. Технология Shibboleth/Open Athens используется для обеспечения единого входа между веб-сайтом вашего учебного заведения и Oxford Academic.

  1. Щелкните Войти через свое учреждение.
  2. Выберите свое учреждение из предоставленного списка, после чего вы перейдете на веб-сайт вашего учреждения для входа.
  3. Находясь на сайте учреждения, используйте учетные данные, предоставленные вашим учреждением. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  4. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если вашего учреждения нет в списке или вы не можете войти на веб-сайт своего учреждения, обратитесь к своему библиотекарю или администратору.

Войти с помощью читательского билета

Введите номер своего читательского билета, чтобы войти в систему. Если вы не можете войти в систему, обратитесь к своему библиотекарю.

Члены общества

Доступ члена общества к журналу достигается одним из следующих способов:

Войти через сайт сообщества

Многие общества предлагают единый вход между веб-сайтом общества и Oxford Academic. Если вы видите «Войти через сайт сообщества» на панели входа в журнале:

  1. Щелкните Войти через сайт сообщества.
  2. При посещении сайта общества используйте учетные данные, предоставленные этим обществом. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  3. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если у вас нет учетной записи сообщества или вы забыли свое имя пользователя или пароль, обратитесь в свое общество.

Войти с помощью личного кабинета

Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для предоставления доступа своим членам. Смотри ниже.

Личный кабинет

Личную учетную запись можно использовать для получения оповещений по электронной почте, сохранения результатов поиска, покупки контента и активации подписок.

Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для предоставления доступа своим членам.

Просмотр учетных записей, вошедших в систему

Щелкните значок учетной записи в правом верхнем углу, чтобы:

  • Просмотр вашей личной учетной записи и доступ к функциям управления учетной записью.
  • Просмотр институциональных учетных записей, предоставляющих доступ.

Выполнен вход, но нет доступа к содержимому

Oxford Academic предлагает широкий ассортимент продукции. Подписка учреждения может не распространяться на контент, к которому вы пытаетесь получить доступ. Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому контенту, обратитесь к своему библиотекарю.

Ведение счетов организаций

Для библиотекарей и администраторов ваша личная учетная запись также предоставляет доступ к управлению институциональной учетной записью. Здесь вы найдете параметры для просмотра и активации подписок, управления институциональными настройками и параметрами доступа, доступа к статистике использования и т. д.

Покупка

Наши книги можно приобрести по подписке или приобрести в библиотеках и учреждениях.

Информация о покупке

личности | Определение, типы, природа и факты

Маргарет Мид

Смотреть все СМИ

Ключевые люди:
Зигмунд Фрейд Карен Хорни Вильгельм Райх Гарольд Лассуэлл Уильям Шелдон
Связанные темы:
психологическое развитие эго пятифакторная модель личности расстройство личности высокомерие

Просмотреть весь связанный контент →

Резюме

Прочтите краткий обзор этой темы

личность , характерный способ мышления, чувств и поведения. Личность охватывает настроения, отношения и мнения и наиболее ярко проявляется во взаимодействии с другими людьми. Он включает в себя черты поведения, как врожденные, так и приобретенные, которые отличают одного человека от другого и которые можно наблюдать в отношениях людей к окружающей среде и к социальной группе.

Термин «личность» определялся по-разному, но как психологическое понятие развилось два основных значения. Первый относится к устойчивым различиям, существующим между людьми: в этом смысле изучение личности сосредоточено на классификации и объяснении относительно устойчивых психологических характеристик человека. Второе значение подчеркивает те качества, которые делают всех людей одинаковыми и отличают психологического человека от других видов; оно направляет теоретика личности на поиск тех закономерностей среди всех людей, которые определяют природу человека, а также факторы, влияющие на течение жизни. Эта двойственность может помочь объяснить два направления, по которым пошли исследования личности: с одной стороны, изучение все более специфических качеств людей, а с другой — поиск организованной совокупности психологических функций, подчеркивающей взаимодействие между органическими и психологические события внутри людей и те социальные и биологические события, которые их окружают. Двойственное определение личности переплетается с большинством тем, обсуждаемых ниже. Однако следует подчеркнуть, что ни одно из определений личности не нашло всеобщего признания в данной области.

Можно сказать, что изучение личности берет свое начало в фундаментальной идее о том, что люди отличаются своими характерными индивидуальными образцами поведения — особыми способами, которыми они ходят, разговаривают, обставляют свои жилища или выражают свои побуждения. Каким бы ни было поведение, персонологи — так называются те, кто систематически изучает личность, — изучают, чем люди отличаются в способах самовыражения, и пытаются определить причины этих различий. Хотя другие области психологии изучают многие из тех же функций и процессов, таких как внимание, мышление или мотивация, персонолог уделяет особое внимание тому, как эти различные процессы сочетаются друг с другом и становятся интегрированными, чтобы придать каждому человеку отличительную идентичность или личность. Систематическое психологическое изучение личности возникло из ряда различных источников, включая тематические исследования в психиатрии, посвященные жизни в бедственном положении, из философии, изучающей природу человека, а также из физиологии, антропологии и социальной психологии.

Можно сказать, что систематическое изучение личности как узнаваемой и отдельной дисциплины в рамках психологии началось в 1930-х годах с публикации в Соединенных Штатах двух учебников: «Психология личности» (1937) Росса Стагнера и «Личность»: «Психологическая интерпретация » (1937) Гордона У. Олпорта, за которой последовали « исследования личности » Генри А. Мюррея (1938), содержащие ряд экспериментальных и клинических исследований, а также комплексный и исчерпывающий текст Гарднера Мерфи, Личность: биосоциальный подход к происхождению и структуре (1947). Тем не менее, персонология может проследить свое происхождение от древних греков, которые предложили своего рода биохимическую теорию личности.

Теории физиологических типов

Идея о том, что люди попадают в определенные категории типов личности в зависимости от телесных характеристик, заинтриговала многих современных психологов, а также их коллег в древности. Однако идея о том, что люди должны относиться к тому или иному жесткому классу личности, в значительной степени отвергалась. Здесь рассматриваются два основных набора теорий: гуморальная и морфологическая.

Гуморальные теории

Возможно, самая старая из известных теорий личности содержится в космологических трудах греческого философа и физиолога Эмпедокла и в родственных размышлениях врача Гиппократа. Космические элементы Эмпедокла — воздух (со связанными с ним качествами, теплый и влажный), земля (холодная и сухая), огонь (теплый и сухой) и вода (холодная и влажная) — были связаны со здоровьем и соответствовали (в вышеуказанном порядке ) к физическим юморам Гиппократа, которые были связаны с вариациями темперамента: кровь (сангвинический темперамент), черная желчь (меланхолик), желтая желчь (холерик) и флегма (флегматик). Эта теория, согласно которой химия тела определяет темперамент, существует в той или иной форме уже более 2500 лет. Согласно этим ранним теоретикам, эмоциональная стабильность, а также общее состояние здоровья зависят от надлежащего баланса между четырьмя телесными соками; избыток одного может вызвать особое телесное заболевание или преувеличенную черту личности. Таким образом, человек с избытком крови должен иметь сангвинический темперамент, то есть быть оптимистом, восторженным и возбудимым. Считалось, что слишком много черной желчи (темная кровь, возможно, смешанная с другими выделениями) вызывает меланхолический темперамент. Избыток желтой желчи (выделяемой печенью) приводит к гневу, раздражительности и «желтушному» взгляду на жизнь. Считалось, что обилие мокроты (выделяемой в дыхательных путях) делает людей флегматичными, апатичными и сдержанными. По мере развития биологической науки эти примитивные представления о химии тела были заменены более сложными идеями и современными исследованиями гормонов, нейротрансмиттеров и веществ, вырабатываемых в центральной нервной системе, таких как эндорфины.

Оформите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подписаться сейчас

Морфологические (тип телосложения) теории

К биохимическим теориям относятся те, которые различают типы личности на основе телосложения (соматотипа). Такую морфологическую теорию разработал немецкий психиатр Эрнст Кречмер. В своей книге Телосложение и характер , впервые опубликованной в 1921 г., он писал, что среди его пациентов больным шизофренией часто были свойственны хилое, довольно слабое (астеническое) телосложение, а также мускулистое (атлетическое) телосложение, в то время как невысокий, округлое (пикническое) телосложение часто встречалось у больных маниакально-депрессивным психозом. Кречмер расширил свои выводы и утверждения в теории, которая связывает телосложение и личность у всех людей, и написал, что худощавое и тонкое телосложение связано с интроверсией, в то время как люди с округлыми, более тяжелыми и короткими телами, как правило, циклотимичны, то есть капризны, но часто экстравертны. и веселый.

Несмотря на ранние надежды на то, что типы телосложения могут быть полезны для классификации характеристик личности или выявления психических синдромов, отношения, наблюдаемые Кречмером, не нашли убедительного подтверждения эмпирическими исследованиями. В 1930-х годах более сложные исследования, проведенные Уильямом Х. Шелдоном в Соединенных Штатах, разработали систему для присвоения людям трехзначного номера соматотипа, где каждая цифра находится в диапазоне от 1 до 7. Каждая из трех цифр относится к одному из трех Шелдона. компоненты телосложения: первый к мягкому, круглому эндоморфу, второй к квадратному, мускулистому мезоморфу; а третий — линейному, тонкокостному эктоморфу. Таким образом, у крайнего эндоморфа будет 711, у крайнего эктоморфа — 117, а у среднего человека — 444. Затем Шелдон разработал список черт из 20 пунктов, в котором различались три отдельные категории поведения или темперамента. Трехзначная шкала темперамента, по-видимому, была в значительной степени связана с профилем соматотипа, связь, которая не впечатлила персонологов.

Также в 1930-х годах исследования личности начали рассматривать более широкий социальный контекст, в котором жил человек. Американский антрополог Маргарет Мид изучила модели сотрудничества и конкуренции в 13 первобытных обществах и смогла задокументировать большие различия в таком поведении в разных обществах.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.