Биполярность это: Недопустимое название — Викисловарь

Биполярность это: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

Биполярное расстройство | Симптомы, осложнения, диагностика и лечение

Биполярное расстройство, ранее называемое маниакальной депрессией, представляет собой состояние психического здоровья, которое вызывает экстремальные колебания настроения, которые включают эмоциональные максимумы (мания или гипомания) и низкие (депрессия). Эпизоды колебаний настроения могут возникать редко или несколько раз в год. 

Когда вы становитесь подавленным, то можете чувствовать себя грустным или безнадежным и терять интерес или удовольствие в большинстве видов деятельности. Когда настроение переходит к мании или гипомании (менее экстремальной, чем мания), вы можете ощущать эйфорию, полную энергии или необычайно раздражительной. Эти колебания настроения могут влиять на сон, энергию, активность, суждение, поведение и способность мыслить ясно.

Хотя биполярное расстройство является пожизненным заболеванием, вы можете справиться с колебаниями настроения и другими симптомами, следуя плану лечения. В большинстве случаев биполярное расстройство лечится медикаментами и психологическим консультированием (психотерапия).

Симптомы

Существует несколько типов биполярных и связанных расстройств. Они могут включать манию, гипоманию и депрессию. Симптомы могут приводить к непредсказуемым изменениям настроения и поведения, что приводит к значительным стрессам и трудностям в жизни.

  • Биполярное расстройство I. У вас был хотя бы один маниакальный эпизод, которому могут предшествовать или сопровождаться гипоманиакальные или крупные депрессивные эпизоды. В некоторых случаях мания может вызвать разрыв с реальностью (психоз).
  • Биполряное расстройство II. У вас был хотя бы один серьезный депрессивный эпизод и по крайней мере один гипоманический эпизод, но у вас никогда не было маниакального эпизода.
  • Циклотимическое расстройство. У вас было, по крайней мере, два года – или один год у детей и подростков – много периодов симптомов гипомании и периодов депрессивных симптомов (хотя и менее серьезных, чем основная депрессия).
  • Другие типы. К ним относятся, например, биполярные и связанные с ними расстройства, вызванные некоторыми лекарственными средствами или алкоголем или из-за состояния здоровья, такие как болезнь Кушинга, рассеянный склероз или инсульт.

Биполярное расстройство II не является более мягкой формой биполярного расстройства I, а отдельным диагнозом. Хотя маниакальные эпизоды биполярного расстройства I могут быть тяжелыми и опасными, люди с биполярным расстройством II могут быть подавлены в течение более длительных периодов времени, что может вызвать значительные нарушения.

Хотя биполярное расстройство может возникать в любом возрасте, как правило, оно диагностируется в подростковом возрасте или в начале двадцати лет. Симптомы могут варьироваться от человека к человеку, и симптомы могут меняться со временем.

Мания и гипомания

Мания и гипомания – это два разных типа эпизодов, но они имеют те же симптомы. Мания более выражена, чем гипомания, и вызывает более заметные проблемы на работе, в школе и в социальной деятельности, а также в связи с трудностями в отношениях. Мания может также вызвать разрыв с реальностью (психозом) и потребовать госпитализации.

И маниакальный, и гипоманический эпизод включают три или более из этих симптомов:

  • Аномально оптимистичный или нервный 
  • Повышенная активность, энергия или возбуждение
  • Преувеличенное чувство благополучия и уверенности в себе (эйфория)
  • Снижение потребности в сне
  • Необычная болтливость
  • Отвлекаемость
  • Плохое принятие решений – например, при спекуляциях, в сексуальных контактах или в нерациональных инвестициях

Основной депрессивный эпизод

Основной депрессивный эпизод включает в себя симптомы, которые достаточно серьезны, чтобы вызвать заметные трудности в повседневной деятельности, такие как работа, школа, социальные мероприятия или отношения. Эпизод включает пять или более из этих симптомов:

  • Подавленное настроение, такое как чувство грусти, пустоты, безнадежности или слезливости (у детей и подростков, подавленное настроение может проявляться как раздражительность)
  • Ярко выраженная потеря интереса или чувство не удовольствие во всех (или почти во всех) действиях
  • Значительная потеря веса при отсутствии диеты, прибавке в весе или уменьшении или увеличении аппетита (у детей невозможность набирать вес, как и ожидалось, может быть признаком депрессии)
  • Либо бессонница, либо сон слишком много
  • Либо беспокойство, либо замедление поведения
  • Усталость или потеря энергии
  • Чувства бесполезности или чрезмерной или ненадлежащей вины
  • Снижение способности мыслить или концентрироваться, или нерешительность
  • Размышление, планирование или попытка самоубийства

Другие особенности биполярного расстройства

Признаки и симптомы биполярного I и биполярного расстройства II могут включать в себя другие признаки, такие как тревожное расстройство, меланхолия, психоз или другие. Время симптомов может включать диагностические метки, такие как смешанный или быстрый цикл. Кроме того, биполярные симптомы могут возникать во время беременности или со сменой времени года.

Когда нужно обратиться к врачу

Несмотря на экстремальные настроения, люди с биполярным расстройством часто не понимают, насколько их эмоциональная нестабильность нарушает их жизнь, жизнь их близких и не получают необходимого лечения.

И если вы похожи на людей с биполярным расстройством, вы можете наслаждаться чувствами эйфории и быть более продуктивными. Тем не менее, эта эйфория всегда сопровождается эмоциональной катастрофой, которая может оставить вас в депрессии и, возможно, в финансовых, юридических или других плохих отношениях.

Если у вас есть симптомы депрессии или мании, обратитесь к врачу или специалисту по психическому здоровью. Биполярное расстройство не улучшается само по себе. Получение лечения от психического здоровья с опытом биполярного расстройства может помочь контролировать свои симптомы.

Биполярное аффективное расстройство (БАР), его признаки, типы и методы лечения

Проявления различных эмоций, смена настроения человека, проявления как грусти, так и радости нормальны и зависят от множества факторов — от темперамента и характера до происходящих событий, воздействующих извне. Однако, когда эти изменения чрезмерны, часто происходят неожиданно и без видимой причины, эмоции выходят из-под контроля, либо человек надолго остается в кардинально позитивном или негативном расположении духа, с большой долей вероятности можно диагностировать биполярное расстройство. Впервые это заболевание описал в конце 19 века известный немецкий психиатр Эмиль Крипелин, назвав его маниакально-депрессивный психозом. Многие всемирно известные личности, такие как Винсент Ван Гог, Исаак Ньютон, Людвиг ван Бетховен, Авраам Линкольн страдали от этого недуга. Выраженная форма этого заболевания, которое в международной классификации болезней именуется биполярным аффективным расстройством (БАР), выявляется у 3% населения планеты.

Биполярное расстройство личности – общие сведения

Согласно статистике с биполярным расстройством сталкиваются люди от 14 до 44 лет. В отличие от взрослых, у детей и подростков наблюдается более частая смена настроения от мании к депрессии, иногда по нескольку раз в день. 90% молодых людей дебютирует именно с фазы депрессии или меланхолии. Еще одна особенность БАР заключается в том, что в силу низкого уровня диагностики, больной может 5-10 лет жить с этим заболеванием, не зная причины мучительных симптомов.

Чаще всего биполярное расстройство диагностируется у людей, ближайшие родственники которых имели подобную проблему. Причины возникновения этой болезни неизвестны, но спровоцировать проявление ее симптомов могут перенесенный стресс, перенапряжение, различные заболевания. Однако отгородив человека от воздействия данных факторов, избавиться от проблемы невозможно, нужно обратиться за помощью к врачу-психотерапевту.

Биполярное расстройство это болезнь, избавиться от которой окончательно невозможно. Но при правильно подобранном медикаментозном лечении и психотерапии значительно улучшается качество жизни и удлиняются периоды между фазами. Человек остается социализирован и трудоспособен.

Симптомы и признаки

Из названия ясно, что речь идет о двух различных полюсах аффективных проявлений, то есть проявлений настроения. Одно из этих состояний – депрессия. Депрессия при биполярном расстройстве протекает выражено, с яркими симптомами. Она может длиться до года и проявляться не только сниженным настроением, отсутствием способности получать удовольствие и интереса к происходящим событиям, но также психозами, когда возникают идеи самообвинения, больной чувствует себя неполноценным, ненужным, отравляющим окружающим жизнь. Также присущи нигилистические мысли о страдании каким-то тяжелейшим недугом, несмотря на медицинские подтверждения обратного. Могут иметь место и бредовые мысли, а также суицидальные мысли и даже попытки.

Другой полюс биполярного расстройства – гипоманиакальное состояние или гипомания, характерными признаками которого является повышенный эйфоричный эмоциональный фон, больной постоянно находится в движении, гиперактивен, отличается очень быстрой, ассоциативной речью. Больной постоянно весел, часто гиперсексуален, практически всегда бодрствует или спит 2-3 часа в сутки.

За гипоманией нередко следует маниакальное биполярное состояние с психотическими проявлениями. У больного появляются убеждения в собственном величии, он верит, что способен на все, чувствует, что обладает особым призванием в этом мире или что он – потомок великих людей. В развернутых маниакальных эпизодах мании с психотическими проявлениями, часто возникает гневливость, раздражительность, прямая агрессия. Это состояние приводит больного в крайне неприятные, а иногда и опасные ситуации.

Помимо типичных симптомов заболевания существует и большое количество коморбидных психических расстройств. Коморбидными называют психические расстройства, которые сопутствуют основному заболеванию. Наиболее частым расстройством такого рода является тревога, которая проявляется, в том числе, неспецифическими вегетативными симптомами, в том числе потливостью, учащенным сердцебиением, тремором конечностей, различными нарушениями работы желудочно-кишечного тракта, головокружениями, головными болями, удушьем и множеством других. В случае, когда эти признаки возникают внезапно, преимущественно в общественных местах, их принято называть паническими атаками.

Типы биполярного расстройства

Биполярное расстройство может быть Ι и ΙΙ типов.

Биполярное расстройство Ι типа – это состояние, при котором у пациента наблюдаются постоянные мании, то есть перевозбуждение, восторженное неадекватное поведение, маниакальный психоз, как и тяжелые депрессии. Симптомы этого типа более тяжелые, поэтому в большинстве случаев показана госпитализация.

Для биполярного расстройства ΙΙ типа характерны короткие периоды гипомании, сменяющиеся периодами глубокой депрессии. Гипомания – это предманиакальное состояние с меньшей активностью проявлений. Гипомании длятся очень непродолжительный отрезок времени – от нескольких дней до нескольких часов, поэтому иногда больные даже их не замечают и не информируют об этом доктора. Только тщательная, кропотливая работа с пациентом позволяет выявить гипоманию, поставить правильный диагноз и назначить лечение.

Сбоева Елена Михайловна

 

Врач-психотерапевт высшей категории

Записать на прием

Фазы биполярного расстройства

Существует несколько фаз биполярного расстройства личности:

  1. Депрессивная (униполярная депрессия). Люди испытывают подавленное настроение, отчаяние и уныние, жалуются на отсутствие энергии и умственной концентрации, могут либо слишком много, либо очень мало есть и спать.

На пике биполярного депрессивного расстройства могут наблюдаться деперсонализация и дереализация. Границы собственного «Я» и окружающего мира становятся размыты, больные испытывают трудности в восприятии происходящего. Знакомые места кажутся новыми, меняется цветовая гамма окружающего мира, больной постоянно испытывает чувство «дежавю». Звуки становятся приглушенными, даже, если кто-то говорит совсем рядом, больному кажется, что голос доносится издалека.

  1.  Маниакальная (гипоманиакальная). В таком состоянии больные полны энергии, чрезмерно счастливы или оптимистичны, испытывают эйфорию и имеют крайне высокую самооценку. С первого взгляда это положительные признаки, но когда человек испытывает масштабные маниакальные эпизоды, эти симптомы и такое эмоциональное состояние могут доходить до опасных крайностей. Больной, находящийся в данной фазе, может неразборчиво тратить огромные суммы денег или вести себя неосторожно, не осознавая всей опасности. В разговоре люди могут захлебываться словами, говорить с высокой скоростью или перескакивать с одной мысли на другую. Данные эпизоды могут также сопровождаться бредом величия или принятием серьезных решений, не задумываясь о дальнейших последствиях.

В развитии маниакальной фазы можно выделить следующие стадии развития:

  • Гипомания – повышенное возбуждение, эмоциональный подъем.
  • Мания – все признаки более ярко выражены, возможны агрессия, раздражительность, вспыльчивость и ярость.
  • Пик фазы. Больной постоянно испытывает нервное возбуждение, он не может расслабиться. Все его эмоции «накалены» до предела, координация движений нарушена, мысли нелогичны и обрывисты, в речи постоянно перескакивает с одного предложения на другое.
  • Ослабление симптоматики. Больной постепенно успокаивается. Двигательные нарушения идут на спад. Скорость мышления и повышенное эмоциональное настроение остаются неизменными.
  • Возвращение к нормальному состоянию.
  1. Смешанная. Иногда у людей проявляются жалобы, свойственные и депрессии, и мании одновременно. Они также могут испытывать частую смену фаз – 4 или более эпизодов в течение одного года.

В промежутках между депрессивными и маниакальными фазами при биполярном расстройстве существует светлый промежуток, в течение которого общий фон настроения становится относительно стабильным, человек продолжает адекватно реагировать на те или иные события, эмоциональная сфера находится под его контролем. Это является главным критерием ремиссии биполярного заболевания.

Биполярное расстройство у женщин

Согласно статистике, биполярное расстройство Ι типа встречается с одинаковой частотой у мужчин и у женщин, а заболевание ΙΙ типа чаще диагностируют именно у женщин. Также известно, что женскому течению болезни присущи быстрые циклы и смешанные эпизоды. Коморбидными патологиями часто являются нарушения пищевого поведения, пограничное расстройство личности, алкогольная или наркотическая зависимости, а также злоупотребление психотропными препаратами. Женщины больше подвержены таким соматическим болезням, как мигрень (интенсивные головные боли), патологии щитовидной железы, диабет, ожирение.

Для женщин разрабатывается специальная методика, позволяющая ослабить данное расстройство, так как от подросткового возраста до менопаузы существует специфика изменений гормонального фона, которую необходимо учесть. Кроме того, психотропные вещества, которые должны стабилизировать состояние, могут неблагоприятно воздействовать на внутриутробное развитие плода, если женщина находится в положении. Отмечают, что в первом триместре беременности это расстройство протекает в более легкой форме, но после родов им часто приходится иметь дело с послеродовой депрессией. Таким образом, на каждом этапе развития женского организма грамотный врач должен пересматривать и корректировать схему лечения. Нередко в лечении женщин используется комплексный метод, сочетающий в себе медикаментозную терапию и когнитивно-поведенческую или интерперсональную терапию с психотерапевтом. Такой подход дает наиболее быстрые результаты.

Лечение биполярного расстройства личности

Попытки самостоятельно избавиться от биполярного расстройства не приносят желаемого результата и, в конечном итоге, приводят к усугублению ситуации, в том числе к развитию наркотической или алкогольной зависимости. В диагностике болезни может помочь ведение дневника настроения, где пациент фиксирует все свои мысли, эмоции, чувства, изменения в настроении. Такие записи помогут доктору детально оценить психическое состояние и поставить правильный диагноз. При подозрении на биполярное расстройство следует обратиться к доктору, причем чем раньше человек поймет, что у него есть заболевание и придет в клинику за помощью, тем раньше ему будет оказана профессиональная помощь и мучительные симптомы сменятся стабильным состоянием. Самостоятельно избавиться от болезни невозможно, поскольку человек не может в полной мере адекватно оценивать не только свои поступки, но и чередование фаз болезни.

Биполярное расстройство – одно из немногих расстройств психики, при котором медикаментозное лечение показано в 100% случаев, а психотерапия является вспомогательным инструментом. Эта болезнь неизлечима, но ее диагностика и лечение крайне важны. Лечение позволяет уменьшить количество эпизодов, их остроту и интенсивность, а также предупредить негативные события в жизни, помочь предотвратить разрыв отношений, потерю работы и даже суицидальные попытки. Таким образом качество жизни пациента с биполярным расстройством, который проходит лечение, будет в разы выше, чем у человека, пренебрегающего лечением. Если больной теряет связь с реальностью и наносит вред себе и окружающим, он подлежит госпитализации, амбулаторное лечение в таком случае не допустимо.

При наличии заболевания рекомендуют исключить из своего рациона кофе, крепкий чай, алкогольные и энергетические напитки для того, чтобы не провоцировать сверхвозбуждённое состояние. По возможности следует отказаться от курения и ни в коем случае не принимать даже легкие наркотики. Также очень важно наладить режим сна, спать не менее 8 часов в сутки и стараться отходить ко сну примерно в одно и то же время. Следует научиться распознавать перепады настроения и замечать ранние проявления новых эпизодов.

Если Вы заподозрили у себя биполярное расстройство личности, не нужно паниковать, диагностировать заболевание может только доктор, поэтому нужно записаться на прием к психотерапевту с большим опытом ведения подобных пациентов в нашу клинику «МедАструм». В случае подтверждения диагноза, врач составит необходимое медикаментозное лечение, при необходимости назначит психотерапевтические сессии и даст рекомендации по дальнейшей корректировке образа жизни. Записаться на прием можно самостоятельно на сайте или связавшись с нашими администраторами.

РСМД :: Новая биполярность и последствия ее становления: взгляды Китая и России

Китайские власти никогда официально не принимали и не следовали концепции биполярности Китая и США. Ни так называемое совместное управление (G2), ни биполярная конфронтация между Китаем и Соединенными Штатами не согласуются с дипломатической философией и политикой Китайской Народной Республики. Российский официальный нарратив также не поддерживает идею о том, что мир движется в направлении новой биполярности, напротив, настаивает на постепенной трансформации однополярной, ориентированной на США международной системы начала XXI в. в многополярный (или полицентрический) миропорядок.

Несмотря на это, в китайских и российских академических кругах все чаще поднимается вопрос о формировании биполярной системы с участием Китая и США. Он стал актуализироваться после вспышки COVID-19: китайско-американские отношения резко ухудшились, конфликты между двумя странами обострились, а биполяризация пост-ковидного мира стала острой темой академических и политических дискуссий о международной политике. Все чаще исследователи современных международных отношений смотрят на биполяризацию сквозь призму конфронтации между Западом и Востоком (или между либеральными демократиями и нелиберальными автократиями, между атлантизмом и евразийством, между морскими и континентальными державами и т.д.), которая на первый взгляд кажется непримиримой. Такой популярный взгляд на мироустройство требует непредвзятого анализа значения биполярности для Пекина и Москвы, а также понимания, впишется ли он в китайское и российское восприятие формирующегося мирового порядка.

Выделяют по меньшей мере три вида биполярности: политическую, структурную и ценностную. Политическая биполярность — это биполярность в геополитическом понимании данного термина, которая обладает определенными свойствами и рядом последствий для международного статуса и влияния государств, представляющих два полюса международного влияния. Примерами такого вида биполярности является совместное биполярное управление или биполярная конфронтация. Структурная биполярность представляется в материальном выражении. Она отражает явное превосходство двух крупных держав над другими международными субъектами в силу имеющихся у этих держав материальных ресурсов. Материальная или структурная биполярность, по существу, является основой политической биполярности, а последняя возникает на основе первой. Наконец, ценностная биполярность подразумевает, что при определении полюсов следует учитывать расхождения основных акторов в вопросах ценностей. В частности, либеральные демократии по определению не могут быть отнесены к противоположным полюсам из-за близости их ценностей. Граница между полюсами должна, среди прочего, отражать конфликт ценностей — например, демократии западного типа и различные авторитарные режимы незападного типа.

Исходя из теоретического допущения о том, что политические отношения между великими державами являются гибкими, Китай выдвигает концепцию нового типа взаимодействия между ними, предполагающую равноправные, основанные на взаимном уважении, кооперативные и взаимовыгодные отношения. Такой подход противоречит популярной теории «ловушки Фукидида», согласно которой конфронтационная природа биполярности носит естественный характер, является неизбежной и не может быть изменена. Иными словами, Китай ставит под вопрос предположение об исключительно конфронтационной природе биполярных отношений.

При наличии определенной материальной национальной силы Китаю не приходится выбирать свой статус в системе мироустройства, так как он формируется естественным путем и не является результатом субъективного выбора руководства страны. Однако, руководство определяет то, как это объективное положение Китая трансформируется в китайскую внешнюю политику.

Предположим, что глобальная биполярность уже сформировалась в материальном плане, и Китай является одним из ее полюсов. На какую концепцию будет опираться это государство, и какой политический курс оно выберет? Как считают в Поднебесной, наиболее разумным и оптимальным выбором является продолжение политики многостороннего подхода. Иными словами, Китай не воспринимает биполярность как основной принцип, на котором должна строиться международная политика, и не рассматривает ее как управляющую миром сверхструктуру, даже если национальная мощь КНР объективно больше, чем у других стран. Китай возьмет на себя еще больше ответственности в международных делах, увеличит свой вклад в создание и сохранение «глобальных общественных благ», но при этом будет по-прежнему готов сосуществовать на равных с другими странами.

На протяжении последних десятилетий сотрудничество между Россией и Китаем продолжает крепнуть и развиваться по всем направлениям: от экономики до политики и вопросов безопасности. Ось Китай — Россия создает дополнительные возможности для обеих сторон и привлекает как соседние, так и более отдаленные государства, что приводит к ускорению институционального развития таких образований, как ШОС или БРИКС. Хотя в Москве все еще оперируют понятиями многополярного или полицентричного мира, создается впечатление, что в реальности наблюдается все большая готовность де-факто принять новую биполярную реальность во главе с США и Китаем, которые стали новыми полюсами, центрами притяжения глобальной политики. При этом Москва рассчитывает на то, что ей удастся закрепить за собой особый статус в новой системе, отличный от статуса большинства других «рядовых» ее участников, и тем самым скорректировать правила игры в системе. Некоторые российские авторы говорят о глубоких различиях между «жесткой» и «мягкой» биполярностью, полагая, что именно «фактор России» позволит не допустить выстраивания полноценного «жесткого» варианта новой биполярности.

Такое положение вещей в исторической ретроспективе следует считать явной стратегической неудачей для Вашингтона. По крайней мере, с начала XX в. одной из важнейших целей внешней политики США всегда было предотвращение появления любого консолидированного антиамериканского центра силы в Евразии. Американские политики воспринимали раскол на евразийском континенте как непременную предпосылку глобальной стратегической гегемонии США. Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, как никто другой, понимал крайнюю необходимость сохранить такой раскол в Евразии. В начале 1970-х гг. он эффективнее, чем любой его предшественник, пользовался растущими разногласиями между Пекином и Москвой. Вплоть до самого последнего времени большинство американских экспертов-международников неизменно подчеркивали наличие «глубоких противоречий» между Россией и Китаем, заявляли о «ситуативном» и «тактическом» характере российско-китайского партнерства и выражали надежду на способность США закрепить за собой доминирующие позиции в американо-китайско-российском балансе.

Многосторонность, безусловно, может сыграть в развитии российско-китайских отношений важную роль, как в плане формулирования идей, так и в плане влияния на выработку практического политического курса обеих держав. Многосторонность противоположна однополярности, но при этом не отрицает многополярности. Она по-прежнему оставляет России возможность занять место великой державы в многополярном мире. Многосторонность является воплощением духа политического равенства, согласно которому Китай и Россия являются равноправными партнерами как в международных делах, так и в двусторонних отношениях.

Кроме того, многосторонность соответствует дипломатической идеологии России. Москва сама является сторонником принципа многосторонности в международных отношениях и несет его как знамя российской дипломатии, отстаивая справедливый и демократический характер будущей многополярности, которая будет основана не только на балансе сил, но и на взаимодействии национальных интересов, стратегий, культур и традиций. Такую позицию можно трактовать как требование России придерживаться нравственных принципов в формировании системы международных отношений, и это, безусловно, верно. Китай же, несмотря на все изменения, будет, прежде всего, продолжать преследовать те же цели в международных делах: противодействие появлению гегемона, недопущение односторонности и неоинтервенционизма, поддержание международной стратегической стабильности и установление более справедливого и честного мирового порядка. В этой связи совпадение целей Китая и России в международной политике останется неизменным.

Китайские власти никогда официально не принимали и не следовали концепции биполярности Китая и США. Ни так называемое совместное управление (G2), ни биполярная конфронтация между Китаем и Соединенными Штатами не согласуются с дипломатической философией и политикой Китайской Народной Республики. Российский официальный нарратив также не поддерживает идею о том, что мир движется в направлении новой биполярности, напротив, настаивает на постепенной трансформации однополярной, ориентированной на США международной системы начала XXI в. в многополярный (или полицентрический) миропорядок.

Несмотря на это, в китайских и российских академических кругах все чаще поднимается вопрос о формировании биполярной системы с участием Китая и США. Он стал актуализироваться после вспышки COVID-19: китайско-американские отношения резко ухудшились, конфликты между двумя странами обострились, а биполяризация пост-ковидного мира стала острой темой академических и политических дискуссий о международной политике. Все чаще исследователи современных международных отношений смотрят на биполяризацию сквозь призму конфронтации между Западом и Востоком (или между либеральными демократиями и нелиберальными автократиями, между атлантизмом и евразийством, между морскими и континентальными державами и т.д.), которая на первый взгляд кажется непримиримой. Такой популярный взгляд на мироустройство требует непредвзятого анализа значения биполярности для Пекина и Москвы, а также понимания, впишется ли он в китайское и российское восприятие формирующегося мирового порядка.

Три вида биполярности

Выделяют по меньшей мере три вида биполярности: политическую, структурную и ценностную. Политическая биполярность — это биполярность в геополитическом понимании данного термина, которая обладает определенными свойствами и рядом последствий для международного статуса и влияния государств, представляющих два полюса международного влияния. Примерами такого вида биполярности является совместное биполярное управление или биполярная конфронтация. Структурная биполярность представляется в материальном выражении. Она отражает явное превосходство двух крупных держав над другими международными субъектами в силу имеющихся у этих держав материальных ресурсов. Материальная или структурная биполярность, по существу, является основой политической биполярности, а последняя возникает на основе первой. Наконец, ценностная биполярность подразумевает, что при определении полюсов следует учитывать расхождения основных акторов в вопросах ценностей. В частности, либеральные демократии по определению не могут быть отнесены к противоположным полюсам из-за близости их ценностей. Граница между полюсами должна, среди прочего, отражать конфликт ценностей — например, демократии западного типа и различные авторитарные режимы незападного типа.

Такие три вида биполярности являются важной теоретической предпосылкой при анализе биполяризации и логической отправной точкой для понимания расхождений в когнитивных и теоретических подходах Китая, России и Запада к данному вопросу. В Китае традиционно принято делать акцент на материальную составляющую биполярности (или многополярности). Изначально для китайцев международная структура имеет природный атрибут. Независимо от того, какой является система международного мироустройства (однополярная, биполярная или многополярная), она, в общем и целом, отражает существующую асимметрию материального потенциала международных субъектов. Если какие-либо два актора обладают материальными ресурсами, намного превосходящими ресурсы других «игроков», такую систему можно считать биполярной. Этому термину не присуща никакая политическая коннотация: он по своей природе не говорит ни о конфронтации, ни о сотрудничестве. Его политическая природа определяется решениями двух данных «полюсов», которые могут либо следовать идее равноправного сотрудничества, либо проводить политику конкуренции и конфронтации.

В России, как правило, при определении «полюса» на международной арене, акцент делается на политической составляющей. Такой подход отражает активную российскую внешнюю политику и ее инициативы, направленные на демонстрацию мощи, в то время как страна испытывает относительный дефицит материальных ресурсов. В Москве часто заявляют, что именно Соединенные Штаты, Китай и Россия составляют высшую лигу мировой политики. Утверждается, что очевидная слабость материальной базы РФ может быть компенсирована ее удивительной способностью концентрироваться на достижении конкретных внешнеполитических целей, способностью мобилизовать необходимые ресурсы, готовностью поддерживать последовательную долгосрочную стратегию в различных регионах и так далее. С таким подходом Москва может прыгнуть намного выше своей головы, привнося важный дополнительный аспект в отношения между США и Китаем.

Для Запада характерно делать акцент на ценностном аспекте, которым измеряется биполярность. Такой манихейский подход к международным отношениям подразумевает, что структурная биполярность преобразуется в политическую и приобретает конфронтационный характер прежде всего из-за несоответствия ценностей, которое может существовать между основными игроками на международной арене. Если мировые лидеры (один ослабевающий, а другой, напротив, набирающий силу) не имеют ценностных противоречий (например, Великобритания и США в конце XIX — начале XX вв.), то система не будет по-настоящему биполярной. В лучшем случае можно утверждать, что система содержит некоторые элементы биполярности. Однако если ценностный разрыв существует (США и СССР во время холодной войны), то система становится биполярной в полном смысле этого слова.

Новый тип отношений между великими державами vs «ловушка Фукидида»

Исходя из теоретического допущения о том, что политические отношения между великими державами являются гибкими, Китай выдвигает концепцию нового типа взаимодействия между ними, предполагающую равноправные, основанные на взаимном уважении, кооперативные и взаимовыгодные отношения. Такой подход противоречит популярной теории «ловушки Фукидида», согласно которой конфронтационная природа биполярности носит естественный характер, является неизбежной и не может быть изменена. Иными словами, Китай ставит под вопрос предположение об исключительно конфронтационной природе биполярных отношений.

Именно в понимании этого аспекта появляются расхождения в восприятии между Китаем и Западом. Если великие державы обречены на антагонизм, то теория о новом типе отношений между великими державами, выдвинутая Китаем, теряет свое значение. С другой стороны, если теория об отношениях между великими державами обоснована, то «ловушка Фукидида» является лишь одним из возможных исходов, но отнюдь не единственным. Хотя как в теории, так и на практике возникновение антагонистических отношений биполярности происходит проще, нежели кооперативных, ведь для возникновения первых достаточно намерений и действий у одной из сторон, в то время как для формирования вторых оба полюса должны иметь общие намерения.

В России, судя по всему, разделяют мнение Китая о невозможности какого-либо детерминизма в характере отношений между двумя самыми могущественными мировыми державами. Действительно, даже во время холодной войны были периоды ослабления напряженности и определенной разрядки между Москвой и Вашингтоном. И все же преобладает мнение, что Запад (точнее, Соединенные Штаты) в ближайшем будущем не откажется от своих притязаний на мировую гегемонию. Поэтому он не примет «кооперативной» биполярности или многополярности, не говоря уже о подлинно демократическом и инклюзивном полицентрическом мире. В целом в Москве считают, что, если во внешнеполитическом истеблишменте США не произойдет коренных изменений, какой бы политик не стоял во главе страны, он будет пытаться вернуть однополярный мир во главе с США, что, скорее всего, приведет к возникновению конфронтационной модели биполярности. Эта биполярность скорее может быть реализована по формуле «США против остального мира», а не «Запад против остального мира» или «США против Китая».

На Западе же многие политические умы руководствуются тем, что хотя в американо-китайском соперничестве и противостоянии между США и Россией могут быть какие-то перемирия и затишья, в конечном счете добиться примирения на международной арене можно только на основе общих ценностей. Такой подход означает, что в исторической перспективе одной стороне суждено победить, а другой — проиграть. Другими словами, либеральная демократия западного типа должна, в конечном счете, возобладать над ее нелиберальными альтернативами. Таким образом, биполярное противостояние в конечном счете — это отношения не столько между двумя равными «полюсами» силы и стоящими за этими полюсами двумя сопоставимыми моделями развитиями, сколько между глобальным «ядром» в лице Запада и глобальной «периферией» в лице страны или стран, находящихся на более низкой ступни социального и политического развития. Поэтому политическая трансформация Китая в направлении западной модели развития представляется необходимой и неизбежной, хотя сроки и особенности такой трансформации могут быть предметом дискуссии.

По логике Запада, следующей в фарватере «ловушки Фукидида», сильная страна не может не стремиться к гегемонии и неизбежно будет вести борьбу с альтернативными ценностями. Сильная держава приравнивается к гегемону, а ее ценности становятся универсальными. Здесь также наблюдается расхождение между логикой, которой руководствуется Запад и логикой, которой руководствуется Китай. Согласно китайскому подходу, между сильной страной и силовой политикой не обязательно есть взаимная увязка. Сильная держава не обязательно придерживается политики унилатерализма и стремится к гегемонии.

Более того, слабая страна, естественно, не руководствуется исключительно соображениями справедливости и рациональности. Сила также носит относительный характер. Большинству стран присуща определенная двойственность: они слабее перед лицом сильного, но сильнее перед лицом слабого. Они могут быть сильными в одних областях, но слабыми в других; сильными в своих материальных возможностях, но бессильными в своем стремлении использовать их. При различных обстоятельствах страны попадают в пограничное положение между статусом «сильной» или «слабой» державы, и перед ними встает вопрос выбора стратегии, когда они сталкиваются с более сильной или более слабой страной.

При этом не отрицается ни основополагающая роль структуры в принятии политический решений, ни базовый принцип «бытие определяет сознание»; также понимаются сильные и реальные доводы теории структурного детерминизма. Однако в отличие от структурного детерминизма, в «бытии» мы усматриваем не только отражение структуры, но и влияние исторической цивилизационной составляющей, влияние политической системы и культуры, смены эпох и изменений международной обстановки, развитие и рост влияния технических средств и других факторов. Более того, влияние бытия на сознание вовсе не является «улицей с односторонним движением».

Выбор Китая

При наличии определенной материальной национальной силы Китаю не приходится выбирать свой статус в системе мироустройства, так как он формируется естественным путем и не является результатом субъективного выбора руководства страны. Однако, руководство определяет то, как это объективное положение Китая трансформируется в китайскую внешнюю политику.

Предположим, что глобальная биполярность уже сформировалась в материальном плане, и Китай является одним из ее полюсов. На какую концепцию будет опираться это государство, и какой политический курс оно выберет? Как считают в Поднебесной, наиболее разумным и оптимальным выбором является продолжение политики многостороннего подхода. Иными словами, Китай не воспринимает биполярность как основной принцип, на котором должна строиться международная политика, и не рассматривает ее как управляющую миром сверхструктуру, даже если национальная мощь КНР объективно больше, чем у других стран. Китай возьмет на себя еще больше ответственности в международных делах, увеличит свой вклад в создание и сохранение «глобальных общественных благ», но при этом будет по-прежнему готов сосуществовать на равных с другими странами.

Подобный подход не противоречит положению Китая как одного из двух сильнейших полюсов, поскольку следовать многосторонности или нет — вопрос субъективного политического выбора. Понятие многосторонности тесно связано с многополярностью, поэтому его часто трактуют как схожее или даже идентичное понятие, однако на самом деле они не тождественны. Будь то в китайском, английском или русском языках, эти понятия существенно отличаются друг от друга. По своей природе многосторонность — это не только метод ведения политики, но и политический подход, в основе которого лежат определенные ценности. Многосторонность основана на принципе политического равенства, в то время как многополярность — это, в основном, политика, основанная на отношениях между крупными державами. Многосторонность учитывает интересы всех заинтересованных государств и основывается на балансе их интересов, в то время как многополярность придает значение силе и рассматривает ее в качестве основной составляющей. Многосторонность не исключает многополярность и может включать в себя ее элементы, однако многополярность не обязательно включает в себя элементы многосторонности; многополярность вполне может демонстрировать совместимость с многосторонностью, а может и противоречить ей.

Теперь, когда статус Китая как великой державы прочно утвердился, и он является не только одним из многих, но и, возможно, одним из двух сильнейших полюсов, его отношения с внешним миром изменились: беспокойство о своем собственном статусе уступило место выстраиванию устойчивых отношений с другими странами. В этом контексте многосторонность, которая ориентируется на развитие равноправных связей с другими государствами, больше отвечает дипломатическим потребностям Китая, чем альтернативные подходы. Многосторонность не связана с конкретной международной структурой и выходит за пределы накладываемых ей ограничений. Поэтому она не противоречит статусу Китая как одному из предполагаемых полюсов биполярного мира.

Выбор России

На протяжении последних десятилетий сотрудничество между Россией и Китаем продолжает крепнуть и развиваться по всем направлениям: от экономики до политики и вопросов безопасности. Ось Китай — Россия создает дополнительные возможности для обеих сторон и привлекает как соседние, так и более отдаленные государства, что приводит к ускорению институционального развития таких образований, как ШОС или БРИКС. Хотя в Москве все еще оперируют понятиями многополярного или полицентричного мира, создается впечатление, что в реальности наблюдается все большая готовность де-факто принять новую биполярную реальность во главе с США и Китаем, которые стали новыми полюсами, центрами притяжения глобальной политики. При этом Москва рассчитывает на то, что ей удастся закрепить за собой особый статус в новой системе, отличный от статуса большинства других «рядовых» ее участников, и тем самым скорректировать правила игры в системе. Некоторые российские авторы говорят о глубоких различиях между «жесткой» и «мягкой» биполярностью, полагая, что именно «фактор России» позволит не допустить выстраивания полноценного «жесткого» варианта новой биполярности.

Возникает вопрос: есть ли что-то принципиально неприемлемое для России в «жестком» биполярном мире? Разве не «жесткая» советско-американская биполярность лежала в основе поддержания мира и стабильности на международной арене на протяжении примерно сорока лет после окончания Второй мировой войны? Разве не является справедливым утверждение о том, что биполярный мир, несмотря на все его несовершенства и ограничения, все же намного лучше, чем потенциальная альтернатива постепенного распада системы глобального управления и торжества анархии и хаоса в международных отношениях? Так почему же Москва не может просто принять возникновение этих новых полюсов как приемлемый и реалистичный вариант мироустройства, от которого будет зависеть формирование иерархии и структура международной системы в XXI веке?

Парадоксальным образом некоторые консервативные российские аналитики, выступающие апологетами новой глобальной биполярности, фактически солидаризируются со своими западными коллегами, утверждая, что, будучи основанным на «объективных реалиях», новое разделение мира на полюса было исторически предопределено и неизбежно. Нередко можно услышать, что атлантическая и евразийская цивилизации с незапамятных времен противостояли друг другу, что «сухопутные» державы всегда отличались и будут отличаться от «морских», что «глобальный континент» (Евразия) является неизменным противовесом «мировому острову» (Америка). И что нет никакого смысла в оспаривании законов истории и географии. Логический вывод состоит в том, что мы должны воспринимать формирующуюся биполярность как естественное и, в некотором смысле, даже желаемое развитие событий. Единственной реальной целью должно быть сохранение этой биполярности во взаимоприемлемых рамках, чтобы избежать неконтролируемой конфронтации с недопустимо высокими рисками и последствиями.

На наш взгляд, такой вывод является по меньшей мере преждевременным. Трудно отрицать, что тенденция к новой биполярности уже проявилась не только в геополитике, но и в глобальном стратегическом балансе и мировой экономике. Однако можно ли считать эту тенденцию положительной и следует ли считать ее неизбежной — вопросы неоднозначные. Рассмотрим в общих чертах несколько доводов против этих гипотез.

В истории интеллектуальной мысли любой жесткий детерминизм — будь то религиозный, этнический, экономический или географический — никогда не был способен объяснить и предсказать социальные изменения и ход международных событий. Период холодной войны вряд ли можно назвать эпохой мира и стабильности — он был ознаменован многочисленными региональными войнами и кризисами, а также беспрецедентной гонкой вооружений. Кроме того, в ряде случаев мир был очень близок к глобальному ядерному конфликту.

Стоит отметить, что еще более важным аспектом является сильное отличие современного мира от того, каким он был во второй половине XX в. Еще пятьдесят лет назад мир был разделен на две системы — западную (капиталистическую) и восточную (коммунистическую), между которыми существовали непримиримые (антагонистические) противоречия. Иными словами, биполярная система зиждилась на прочном идеологическом фундаменте. Этого фундамента больше нет, и трудно представить его возвращение в ближайшем будущем. Национализм, даже в его крайних проявлениях, и религиозный фундаментализм вряд ли смогут прийти на смену коренному антагонизму прошлого столетия.

Более того, всем основным международным игрокам сегодня приходится сталкиваться, по существу, с одним и тем же набором угроз и вызовов своей безопасности, которые разительно отличаются от традиционных угроз и вызовов XX в. и более ранних периодов. Сегодня лидеры государств вынуждены бороться с международным терроризмом и политическим экстремизмом, с транснациональной преступностью и незаконным оборотом наркотиков, с неконтролируемой миграцией и изменением климата, с нестабильностью мировой финансовой системы и возросшими рисками техногенных катастроф. Некоторые из этих вызовов существовали и во время холодной войны, но только в «зародышевой» форме, находясь в тени всеобъемлющей конфронтации Восток-Запад.

Одной из характерных черт, отличающих новые вызовы, является их происхождение — большинство из них не исходят от других великих держав-соперниц. На самом деле эти угрозы не имеют ничего общего с государственными субъектами международной системы, за исключением небольшого числа безответственных, радикальных режимов (государств-изгоев). Угрозы и вызовы нового поколения исходят от негосударственных субъектов, осуществляющих подрывную деятельность. Они могут олицетворять негативные побочные эффекты технического и экономического прогресса, или усиливающуюся нехватку природных ресурсов, или устаревание многих ключевых международных институтов и норм международного публичного права. Таково принципиальное отличие эпохи холодной войны от современного мира. Помимо всего прочего, даже если новая биполярная система и будет создана, она вряд ли обеспечит сколько-нибудь долгосрочную безопасность или стабильность.

Следует иметь в виду еще одно важное отличие современной обстановки на международной арене от ситуации времен холодной войны. В период холодной войны советский блок был полностью экономически автономен от Запада; два полюса не зависели друг от друга в своем развитии. Сегодня, в эпоху глобализации, уровень взаимозависимости между Востоком и Западом, между «глобальным континентом» и «мировым островом» беспрецедентно высок. Поэтому возникновение любой политической биполярности, которая неизбежно повлияет на экономические, финансовые, технологические, культурные и гуманитарные аспекты международных отношений, наверняка обернется намного более серьезными последствиями, чем во времена холодной войны. Стоит ли говорить о том, что произойдет более чем масштабный отток материальных и человеческих ресурсов, которые могли быть направлены на решение многочисленных проблем, угрожающих всему миру?

В целом тенденция к возникновению новой биполярности представляется тревожной и опасной. Даже в своей модифицированной и «модернизированной» форме биполярное мироустройство вряд ли сможет успешно решить важнейшие международные вопросы нынешнего столетия. Если мир снова разделится, это скорее всего будет иметь долгосрочные негативные последствия для всего мирового сообщества, несмотря на определенную тактическую выгоду, которую возможно предвкушают лидеры новых «полюсов». В общих интересах избежать этого варианта и перейти к более инклюзивной, демократической и подлинно глобальной международной системе. Ведь «никто не вливает молодого вина в мехи ветхие; а иначе молодое вино прорвет мехи, и само вытечет, и мехи пропадут».

Выбор США

Рассматривая мировой геополитический ландшафт на современном этапе, мы можем сделать вывод, что, хотя триада США — Китай — Россия по-прежнему является распространенной и практичной аналитической моделью и одним из возможных сценариев развития отношений трех стран в будущем, ни одна ее потенциальная конфигурация не напоминает расстановку сил времен холодной войны. На практике в течение нескольких лет мы наблюдаем американскую политику «двойного сдерживания», когда Вашингтон оказывает все большее давление, как на Пекин, так и на Москву, что стало важным фактором, укрепляющим китайско-российское стратегическое партнерство.

Такое положение вещей в исторической ретроспективе следует считать явной стратегической неудачей для Вашингтона. По крайней мере, с начала XX в. одной из важнейших целей внешней политики США всегда было предотвращение появления любого консолидированного антиамериканского центра силы в Евразии. Американские политики воспринимали раскол на евразийском континенте как непременную предпосылку глобальной стратегической гегемонии США. Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, как никто другой, понимал крайнюю необходимость сохранить такой раскол в Евразии. В начале 1970-х гг. он эффективнее, чем любой его предшественник, пользовался растущими разногласиями между Пекином и Москвой. Вплоть до самого последнего времени большинство американских экспертов-международников неизменно подчеркивали наличие «глубоких противоречий» между Россией и Китаем, заявляли о «ситуативном» и «тактическом» характере российско-китайского партнерства и выражали надежду на способность США закрепить за собой доминирующие позиции в американо-китайско-российском балансе.

Сможет ли новоизбранный президент Джо Байден повторить успех Г. Киссинджера и возродить триаду США — Китай — Россия во главе с США? Конечно, со времен знаменитой поездки Г. Киссинджера в Пекин в июле 1971 г. прошло почти 50 лет. Сегодняшний мир по определению сильно отличается от мира XX века. Теоретические постулаты, некогда лежавшие в основе геополитики, могут показаться устаревшими. Давайте все же рассмотрим, какие варианты для сохранения раскола в Евразии есть у руководства США.

Первый вариант — в прямом смысле придерживаться линии Г. Киссинджера, то есть поддержать более слабого противника США в противостоянии более сильному. Сегодня это означало бы, что Вашингтон должен попытаться привлечь Москву на сторону США в их предопределенной конфронтации с Пекином. В конце концов, Россия больше не является коммунистической страной, и российские лидеры должны быть обеспокоены растущей асимметрией сил между Москвой и Пекином. Столкнуть одного более слабого противника с более сильным было одной из целей, заявленных администрацией Д. Трампа, выполнение которой так и не было достигнуто. Американо-российские отношения не улучшились при Д. Трампе, а, напротив, упали до беспрецедентно низкого уровня.

Весьма маловероятно, что Дж. Байден сможет добиться большего успеха в достижении этой цели, чем его предшественник. США просто нечего предложить В. Путину, чтобы убедить его пересмотреть свою нынешнюю тесную дружбу с Председателем КНР Си Цзиньпином — будь то в экономической, политической или стратегической областях. Даже если бы Дж. Байден рассматривал возможность перезагрузки отношений с Кремлем, он вряд ли бы смог ее осуществить: в Вашингтоне сохраняется устойчивый антироссийский консенсус, и нет никаких признаков, что он пойдет на спад. Складывается впечатление, что российско-американские отношения еще долгие годы будут развиваться на основе конфронтации.

Второй путь, по которому может пойти Дж. Байден, пытаясь возродить триаду США — Китай — Россия, — подойти к решению проблемы с диаметрально противоположной точки зрения: заключить приемлемое соглашение с более сильным Пекином и оказывать все более сильное давление на более слабую Москву. Подобное изменение вектора стратегии Г. Киссинджера на противоположный наверняка найдет в Вашингтоне немало сторонников и защитников. Для них Россия является гораздо более удобным оппонентом, нежели Китай. За полномасштабную конфронтацию с КНР Америке пришлось бы заплатить непомерную цену: снижение объемов двусторонней торговли, которая очень важна для США, разрыв сложившихся глобальных технологических цепочек, стремительный рост военных расходов и т.д. Противостояние США и России обойдется гораздо дешевле, учитывая, что между двумя государствами существует очень слабая экономическая и технологическая взаимозависимость, а Москва гораздо в меньшей степени готова вступать в дорогостоящее военное соперничество с Вашингтоном.

Однако может ли Дж. Байден действительно рассчитывать на заключение выгодного для себя соглашения с Китаем? Подобная сделка потребует от Белого дома готовности пересмотреть свои основополагающие представления о месте США в системе международных отношений. США придется отказаться от своих притязаний на мировое первенство, подобное американской гегемонии времен Г. Киссинджера. Конечно, ни Дж. Байден, ни его окружение к этому не готовы. Если революция в самосознании США и их восприятии мира когда-либо и начнется, то это вряд ли произойдет раньше 2024 года, а до этого времени отношения между Вашингтоном и Пекином будут оставаться сложными и напряженными.

Что еще важнее, Дж. Байден будет наблюдать невозможность разъединения Китая и России — так же, как и его предшественник Дональд Трамп, который убедился в этом за время своего четырехлетнего президентского срока. Пекин нуждается в Москве вне зависимости от текущего положения дел и перспектив китайско-американских отношений. Китайское руководство будет с удовольствием выступать в качестве арбитра или «балансера» в отношениях между Россией и Америкой, но не будет активно поддерживать США в их стремлении загнать Россию в угол. Иными словами, если возникновение триады США — Китай — Россия и было бы возможным, то ее лидером и ее главным бенефициаром стал бы Пекин, а не Вашингтон.

Таким образом, администрация Дж. Байдена не добьется многого, если попытается возродить триаду США — Китай — Россия. В нынешних условиях наиболее вероятным подходом новой американской администрации к Пекину и Москве представляется вариант формулы «двойного сдерживания», при котором Китай рассматривается, скорее, как равноправный конкурент, а Россия — как глобальное государство-изгой. Чтобы сократить издержки от реализации формулы двойного сдерживания, Дж. Байден попытается мобилизовать западных союзников США в Европе и Восточной Азии. Он также попытается сохранить разобщенность на евразийском континенте, укрепляя связи с соперниками Китая в Азии — прежде всего, с Индией. Тем самым Дж. Байден неизбежно приблизит мир к новой геополитической биполярности, а не к модернизированной версии триады США — Китай — Россия (при том понимании, что та же Индия едва ли захочет играть на международной арене по правилам, определяемым в Вашингтоне).

Многосторонность — путь к будущему китайско-российскому сотрудничеству

В последние годы содействие становлению многополярности было важной целью китайско-российского международного сотрудничества. Теперь ситуация изменилась: Китай становится одним из предполагаемых полюсов новой биполярности, статус Пекина и Москвы в системе международных отношений уже не будет прежним. Ощущается усиление обеспокоенности России тем, что она может оказаться в неравном положении в китайско-российских отношениях. Кроме того, раньше говорили, что Китай и Россия составляли коалицию двух более слабых государств в ответ на давление со стороны единственной сверхдержавы — США. Собственно, изначально концепция «многополярного мира» и возникла как попытка дать ответ на гегемонистские притязания США, как реакция на «однополярный момент» 90-х гг. прошлого века. Теперь, когда Китай сам становится «сверхдержавой», какие концепции лягут в основу будущего китайско-российского международного сотрудничества?

Многосторонность, безусловно, может сыграть в развитии этих отношений важную роль, как в плане формулирования идей, так и в плане влияния на выработку практического политического курса обеих держав. Многосторонность противоположна однополярности, но при этом не отрицает многополярности. Она по-прежнему оставляет России возможность занять место великой державы в многополярном мире. Многосторонность является воплощением духа политического равенства, согласно которому Китай и Россия являются равноправными партнерами как в международных делах, так и в двусторонних отношениях.

Кроме того, многосторонность соответствует дипломатической идеологии России. Москва сама является сторонником принципа многосторонности в международных отношениях и несет его как знамя российской дипломатии, отстаивая справедливый и демократический характер будущей многополярности, которая будет основана не только на балансе сил, но и на взаимодействии национальных интересов, стратегий, культур и традиций. Такую позицию можно трактовать как требование России придерживаться нравственных принципов в формировании системы международных отношений, и это, безусловно, верно. Китай же, несмотря на все изменения, будет, прежде всего, продолжать преследовать те же цели в международных делах: противодействие появлению гегемона, недопущение односторонности и неоинтервенционизма, поддержание международной стратегической стабильности и установление более справедливого и честного мирового порядка. В этой связи совпадение целей Китая и России в международной политике останется неизменным.


Биполярность, однополярность и многополярность в современном мире

Никогда еще не было врага, подобного коронавирусу, который представлял бы общую угрозу для всех стран и даже всего человечества. Когда мир и человечество переживают бедствие, Китаю и Соединенным Штатам следовало бы объединить усилия и сотрудничать в борьбе с эпидемией. Вопреки ожиданиям международного сообщества и Китая, эпидемия не только ухудшила отношения между Китаем и США, но и значительно усугубила противостояние двух стран. Есть все основания полагать, что в постпандемический период тенденция к установлению биполярного мира с центрами в Китае и США, скорее всего, не только сохранится, но и продолжит набирать силу.

После окончания холодной войны главный вопрос в становлении структуры мирового порядка заключался в выборе в сторону однополярности или многополярности. Однако теперь положение дел изменилось. С актуализацией теории биполярности, концепции многополярности и однополярности перестали быть единственно возможными моделями мирового устройства. Как биполярность соотносится с многополярностью и однополярностью — новый предмет анализа, значение которого постоянно возрастает.

Говоря о биполярном мире, мы имеем в виду центры силы в лице Китая и Соединенных Штатов. Основными доводами в пользу биполярного мироустройства являются национальный потенциал и экономическая мощь государств-центров силы. Под таким углом зрения становление биполярной структуры мирового порядка представляется весьма обоснованным и хорошо аргументированным.

Определить сегодняшнее мироустройство весьма непросто. Мир, в котором мы живем, представляет собой некое смешение многополярности, биполярности и однополярности, что и отличает нынешнее состояние структуры мирового порядка. По идее, биполярность, однополярность и многополярность несовместимы. Если мир является биполярным или однополярным, он не может быть многополярным, а если он многополярный, то не может быть биполярным и однополярным. Но в сегодняшнем мире дело обстоит иначе. Сегодняшний мир еще не имеет четкой структуры. Реальность такова, что в определенной степени и в определенном смысле, как в субъективном признании, так и в объективной реальности, все они существуют одновременно в различных формах и с разным влиянием, что является уникальным явлением для нынешней международной структуры. Они не существуют параллельно, а переплетаются и взаимодействуют друг с другом. Это противоречит общей теории и логике, но является отражением сложности и противоречий реального мира, который переживает очень непростой, нестабильный и малопонятный переходный процесс.

Однако фундаментальный уровень занимает многополярность, которая и задает тон всей структуре в целом. Ее можно описать как многополярную структуру, в которой биполярные силы набирают обороты, а однополярные силы уходят в небытие.


После окончания холодной войны главный вопрос в становлении структуры мирового порядка заключался в выборе в сторону однополярности или многополярности. Однако теперь положение дел изменилось. С актуализацией теории биполярности концепции многополярности и однополярности перестали быть единственно возможными моделями мирового устройства. Как биполярность соотносится с многополярностью и однополярностью — новый предмет анализа, значение которого постоянно возрастает.

О биполярности заговорили около десяти лет назад, но особую актуальность этот вопрос приобрел лишь в последние годы. Говоря о биполярном мире, сегодня мы имеем в виду центры силы в лице Китая и Соединенных Штатов.

Надо сказать, что четких дефиниций для описания понятия «полюс» не существует, как нет их и в отношении однополярной, биполярной и многополярной моделях мироустройства. Эти определения носят в основном описательный характер, в них нет конкретных количественных показателей, и они весьма условны при рассмотрении в различных аспектах.

Что говорит в пользу теории биполярности?

Основными доводами в пользу биполярного мироустройства являются национальный потенциал и экономическая мощь государств-центров силы. Под таким углом зрения становление биполярной структуры мирового порядка представляется весьма обоснованным и хорошо аргументированным.

Во-первых, совокупные экономические показатели Китая близки к показателям Соединенных Штатов, а разрыв между экономиками двух стран существенно сократился, что сделало их сопоставимыми. В 1980 г. ВВП Китая составлял всего 10,7% от ВВП США, в 2007 г. он вырос до 23,7%, а к 2017 г. уже достиг 62%.

Во-вторых, экономика Китая и Соединенных Штатов намного больше экономики страны, идущей за ними на третьем месте. В настоящее время ВВП крупнейших стран мира представляют собой типичную пирамидальную конструкцию. В 2019 г. Америка была единственной страной в мире, чей ВВП превышал 20 трлн долларов (22 трлн долларов). Китай — единственная страна в мире, имеющая ВВП более 10 трлн долларов (12 трлн долларов). За ними следуют Япония и Германия, чей ВВП составляет 4-6 трлн долларов, а также Великобритания, Франция, Индия, Италия, Россия, Канада (ВВП 2-3 трлн долларов) [1]. По словам китайского официального представителя, в 2019 г. ВВП Китая составил совокупный ВВП Японии, Германии, Великобритании и Франции за 2018 год.

В-третьих, совокупный агрегированный экономический показатель Китая и США составляет значительную часть мировой экономики и оказывает на нее решающее влияние. В 2018 г. общая экономическая стоимость мировой экономики составила около 84 трлн долларов. На Соединенные Штаты приходилось около 24%, а на Китай — около 16%, то есть доля этих двух стран в мировой экономике составляет 40%. Что касается международной торговли, то в 2018 г. Китай импортировал и экспортировал товаров и услуг на сумму 4,62 трлн долларов, что составляет 11,75% мировой торговли. Поскольку доля США в ней составляет 10,87%, то на две страны приходится более одной пятой всей мировой торговли.

В-четвертых, лидерами в продолжающейся новой научно-технической революции также являются Китай и США. Приведем в качестве примера технологии искусственного интеллекта (ИИ). По количеству специалистов и компаний, занимающихся разработкой ИИ, США и Китай занимают первое и второе место в мире. А по количеству патентов в сфере искусственного интеллекта Китай даже немного опережает США [2]. Что касается цифровой экономики, то доля Китая и США в блокчейне, интернете вещей, облачных вычислениях и прочих смежных областях намного выше, чем других стран. В 2018 г. в десятку крупнейших интернет-компаний мира входили только китайские и американские компании (6 компаний — из США, 4 компании — из Китая) [3].

В-пятых, Китай и Соединенные Штаты имеют самые крупные вооруженные силы с передовой военной техникой. В военном отношении Россия сильнее Китая по ряду позиций, особенно в сфере стратегического ядерного вооружения, однако Китай и США намного опережают остальные страны по военному бюджету и обладают наибольшим оборонным потенциалом. По данным Стокгольмского института исследования проблем мира, в 2019 г. военный бюджет США составил 732 млрд долларов, а Китая — 261 млрд долларов. За ними следуют Индия — 71,1 млрд долларов, Россия — 65,1 млрд долларов, Саудовская Аравия — 61,9 млрд долларов, Франция — 50,1 млрд долларов, Германия — 49,3 млрд долларов, Великобритания — 48,7 млрд долларов и Япония — 47,6 млрд долларов [4]. Иными словами, Соединенные Штаты тратят на свои вооруженные силы гораздо больше Китая, но Китай выделяет на них в несколько раз больше, чем другие крупные страны.

Согласно вышеперечисленным критериям, Китай действительно стал второй по значению державой в мире, и говорить о формировании биполярной модели есть веские основания.

Что говорит не в пользу биполярности?

Однако «новая биполярность» не получила всеобщего признания.

Есть два вопроса. Первый — достаточно ли мощности у Китая, чтобы являться одним из двух полюсов? И второй — имеет ли китайско-американская биполярная структура достаточно влияния на мир, чтобы стать доминирующей основой мирового порядка?

Главными аргументами в пользу биполярной теории являются экономические показатели. Не вызывает сомнения, что экономическая мощь — это основа национальной мощи государства и любой международной структуры. Что касается экономических показателей, то мощь Китая в этом плане не вызывает сомнений, однако одни лишь экономические показатели не превращают государство в центр силы. Использование ВВП в качестве единственного критерия представляется недостаточным, и гораздо целесообразнее использовать в качестве критерия всеобъемлющий и реалистичный международный потенциал станы и ее влияние.

В плане возможностей и влияния у Китая есть как сильные стороны, так и слабые. Китай не может предложить миру систему ценностей, которая находила бы в нем широкий отклик. КНР не располагает стабильной и надежной системой партнерских и союзнических связей, он не задает тон на международных дискуссионных площадках и не обладает структурной мощью в международных организациях. Исторически сложилось так, что штаб-квартиры важнейших мировых многосторонних механизмов расположены в основном в Европе и Америке. Хотя после реформы 2016 г. доля Китая в МВФ и увеличилась с 3,996% до 6,394%, и он поднялся с шестого места на третье, но доля США составляет 16,5%, и они по-прежнему имеют право вето. В международных валютных резервах, которые должны «дать стране невероятную мощь», доля доллара составляет около 55% против примерно 2% юаня.

Даже в тех экономических областях, где Китай силен, у страны по-прежнему имеется немало слабых мест. Его мощь промышленного производства велика, но недостаточна. Хотя Китай и занимает лидирующие позиции в отдельных областях науки и техники, он не самый лучший в передовых технологиях и науке в целом, а его потенциал в разработке научных и технологических инновациях по-прежнему оставляет желать лучшего. В списке из 189 стран и регионов по индексу человеческого развития, который был опубликован ООН в 2019 г., Китай занимает 85-е место. Главной долгосрочной задачей страны станет внутреннее развитие. Эти слабости и недостатки пока не позволяют Китаю стать полноценной «сверхдержавой». Однако набирает силу благоприятная для Китая общая тенденция в отношении всех этих слабых мест, а именно — эти слабости постепенно преодолеваются, а недостатки устраняются.

Если говорить в более широком плане, то биполярность Китая и США — это не просто размежевание между двумя странами. Несмотря на ослабление связей внутри Запада, Соединенные Штаты по-прежнему поддерживают систему идеологических и военных союзов в мире, хотя уже и не столь жесткую, как раньше, и по-прежнему являются для Запада авторитетом и силой притяжения.

Степень влияния на мир также является ключевым фактором для установления биполярного формата. Главный вопрос заключается в том, является ли он основополагающим в международной структуре и единственным центром международной политики. В качестве образца биполярности принято считать мироустройство во времена холодной войны и соперничества Советского Союза и Соединенных Штатов. По сравнению с тем периодом, статус нынешней биполярности в международной структуре с Китаем и США как центрами силы явно ниже, да и влияние этих стран на мир намного слабее. Хотя двусторонние отношения Китая и США и оказывают на мировые события огромное влияние, они не затрагивают весь мир и не формируют его повестку.

Соединенные Штаты не признают биполярность. По сути, основной причиной конфликта между Китаем и США является именно отказ Америки воспринимать Китай как равноправную державу. На самом деле, Соединенные Штаты стремятся предотвратить становление биполярности и не допустить превращения Китая в державу, сопоставимую с США. Другими словами, Соединенные Штаты не устраивает ни многополярность, ни биполярность, и они отстаивают однополярность.

В этом отношении нынешние двусторонние отношения между Китаем и США существенно отличаются от отношений между США и Советским Союзом. Соединенные Штаты считали Советский Союз равным противником, признавали за ним те же международные права и мировой статус и взаимодействовали с Советским Союзом на принципах равноправия. Таким образом, биполярная структура мироустройства с центрами силы в лице Соединенных Штатов и Советского Союза подразумевала не только их соперничество, но и «сотрудничество» в форме «совместного управления». В этом ракурсе, достижение приемлемой структурной стабильности в китайско-американских отношениях возможно только после признания Соединенными Штатами за Китаем равного статуса, причем неважно, в каком качестве — противника или партнера.

И ценности…

В международной политике мироустройство имеет двойственную природу: объективную и субъективную. С одной стороны, это естественно сформированное объективное существование; с другой стороны, оно выполняет поставленные задачи. Это наделяет его ценностным содержанием.

Суть оценочного суждения заключается в определении «правильности» или «неправильности» чего-либо. Под таким углом зрения преимущества многополярности не вызывают сомнения.

Концепция многополярности появилась во времена холодной войны, и стремление к многополярности с самого начала представляло собой противодействие гегемонии и желанию утвердить принципы демократии в международных отношениях. Вот почему многополярность в определенном смысле носит характер «политкорректности». Биполярность, как и однополярность, не имеет и не будет иметь такого ценностного значения.

«Политическая корректность» многополярности также весьма относительна. Многополярность отрицает гегемонию, предоставляет иным державам или группам стран равные возможности на международной арене и повышает международный статус других государств. В этом отношении она отвечает критерию справедливости.

Вместе с тем многополярность не является равноправным мироустройством в полном смысле этого слова. Она по-прежнему остается структурой власти, сформированной государствами-центрами силы, количество которых может меняться от одного-двух до многих. Чтобы занять место в многополярной структуре, необходимо сначала стать полюсом. В современной международной политике странами, чей потенциал позволяет стать «полюсом», обычно считаются Китай, Америка, Россия, Европа, Япония, Индия и другие крупные страны или группы стран. Малым и средним странам стать полюсом в одиночку крайне сложно. Хотя число участников многополярной структуры может быть любым, но она все же является конечной и состоит из ограниченного количества стран. Она не может расширяться до бесконечности и тем более включать в себя все страны. Ничем не ограниченная многополюсность равносильна отсутствию полюсов силы как таковых, что, соответственно, лишает ее всякого смысла.

Иными словами, система многополярности является относительно более справедливой и демократичной, однако не подразумевает полного равенства. Последнее вовсе не ставит под сомнение политическую и моральную «правильность» многополярности. Страны равны политически, но на международной арене возможности и ответственность сильных и слабых стран разнятся. В мировых делах крупные державы по-прежнему играют более важную роль. Такова реальность мира, а выйти за пределы реальности для международной политики просто невозможно. В этом смысле многополярность является наиболее разумной и предпочтительной структурой. На практике для малых и средних стран многополярность была бы наиболее выгодным мироустройством, поскольку предоставляла бы им большую политическую свободу и позволяла бы эффективнее отстаивать свои интересы.

Что касается функций, то многополярная структура ограничивает гегемонию и делает распределение международной власти относительно справедливым, тем самым способствуя установлению международного баланса и укреплению стабильности. Однако многополюсная структура не является абсолютной гарантией международной стабильности и универсальным средством решения всех мировых проблем. Существует даже мнение, что многополярность вполне согласуется с теорией соперничества [5]. Многополярная структура не обязательно ориентирована на сотрудничество; она также может порождать и конфликты. Иначе говоря, многополярные структуры могут привести как к стратегической стабильности, так и к нестабильности и конфликтам. Следовательно, более важным вопросом для международной политики являются внутренние отношения в многополярной структуре. Обеспечить структурную стабильность способно только многополярное мироустройство, основанное на сотрудничестве.

Приведет ли новая биполярность к расколу мира?

Есть мнение, что после пандемии COVID-19 соперничество между Соединенными Штатами и Китаем приведет к образованию двух «полушарий». Отношения между Китаем и США могут перерасти в структурную конфронтацию, чего Китай пытается избежать. Вместе с тем последний не может образовать «полушарие».

В некотором смысле нынешняя поляризация является поляризацией между Китаем и США, но вовсе не поляризацией мира. Конфликт между Китаем и США не расколол мир на две части. Вероятность образования «полушария» с Китаем и Россией в центре существует, поскольку Китай и Россия сами по себе почти что «полушарие», однако блоком это не будет. Пекин и Москва могут участвовать в различных формах стратегического сотрудничества, но обе страны являются крупными державами с развитым чувством личностной идентичности. Они могут образовать некую рыхлую систему, параллельную союзу США и Запада, но это не будет тесным альянсом, как в период холодной войны. По сравнению с тем периодом современный мир отличает несравненно большее разнообразие, а распределение власти на международной арене отличают относительное выравнивание и децентрализация. Кроме того, существует много региональных объединений, неправительственных организаций, транснациональных групп и т.д. Малые и средние страны также стали более независимыми в политическом отношении. Они больше не желают быть пассивными реципиентами международной политики и растворяться в биполярных рамках. Их роль в международной политике также чрезвычайно важна.

Какое мироустройство мы имеем сейчас?

Определить сегодняшнее мироустройство весьма непросто. Мир, в котором мы живем, представляет собой некое смешение многополярности, биполярности и однополярности, что и отличает нынешнее состояние структуры мирового порядка. По идее, биполярность, однополярность и многополярность несовместимы. Если мир является биполярным или однополярным, он не может быть многополярным, а если он многополярный, то не может быть биполярным и однополярным. Но в сегодняшнем мире дело обстоит иначе. Сегодняшний мир еще не имеет четкой структуры. Реальность такова, что в определенной степени и в определенном смысле, как в субъективном признании, так и в объективной реальности, все они существуют одновременно в различных формах и с разным влиянием, что является уникальным явлением для нынешней международной структуры. Они не существуют параллельно, а переплетаются и взаимодействуют друг с другом. Это противоречит общей теории и логике, но является отражением сложности и противоречий реального мира, который переживает очень непростой, нестабильный и малопонятный переходный процесс.

Однако фундаментальный уровень занимает многополярность, которая и задает тон всей структуре в целом. Ее можно описать как многополярную структуру, в которой биполярные силы набирают обороты, а однополярные силы уходят в небытие.

Такое положение дел в мировом порядке сохранится еще долгое время, но общая тенденция заключается в том, что усиление биполярности станет более заметным. Наглядным подтверждением этого являются продолжающаяся научно-техническая революция и пандемия COVID-19. Общей чертой этих двух процессов, оказавших сегодня наибольшее влияние на мир, является то, что они усилили соперничество и антагонизм между Китаем и США и тем самым укрепили биполярную структуру.

Новая научно-техническая революция окажет на мир глубокое влияние. Она может привести к быстрому росту национальной мощи, изменить устройство мира, характер военных технологий и войн, а также образ жизни людей и сам ход истории. Вместе с тем она не сводит на нет основную концепцию международной политики, не меняет фундаментального характера международных отношений и не сможет устранить источник противостояния между государствами.

Новая научно-техническая революция не изменила характера отношений между Китаем и США. Вместо того чтобы стать стимулом расширения сотрудничества между этими двумя странами, она явилась новым раздражителем, подстегнувшим ухудшение двусторонних отношений. По сути, эта революция сама стала важной формой и содержанием противоречий между двумя странами.

В принципе, технологические связи определяются именно политическими отношениями. Технологическая революция служит политическим целям, и не технологии меняют политику, а сама политика не подчиняется технологиям. Именно так было с предыдущими технологическими революциями в истории. Примером тому служат и советско-американские отношения во время холодной войны. Ядерное оружие и спутниковые технологии явились военно-технической революцией эпохального значения. Их появление изменило характер войны и ее понимание, но не изменило политический характер американо-советских отношений. Вместо этого они перенесли соперничество между двумя странами на новые области и вывели его на новые высоты.

Вспышка COVID-19 в 2020 году стала уникальным бедствием. Никогда еще не было врага, подобного коронавирусу, который представлял бы общую угрозу для всех стран и даже всего человечества. Когда мир и человечество переживают бедствие, Китаю и Соединенным Штатам следовало бы объединить усилия и сотрудничать в борьбе с эпидемией. Вопреки ожиданиям международного сообщества и Китая, эпидемия не только ухудшила отношения между Китаем и США, но и значительно усугубила противостояние двух стран. Есть все основания полагать, что в постпандемический период тенденция к установлению биполярного мира с центрами в Китае и США, скорее всего, не только сохранится, но и продолжит набирать силу.

1. См. официальный сайт Всемирного банка

2. Российский совет по международным делам, Институт международных исследований Фуданьского университета, Институт Дальнего Востока РАН «Российско-китайский диалог: модель 2019», доклад 46/2019, с. 67

3. Yan Xuetong, “2019 marks the Beginning of a Bipolar World,” Contemporary International Relations, No. 1, 2020, сс. 6-8.

4. Тенденции мировых военных расходов в 2019 году, СИПРИ, Апрель 20120.

5. В.А. Иноземцев и С.А. Караганов также утверждали, что многополярность в качестве противовеса Соединенным Штатам подразумевает нацеленность не на сотрудничество, а на соперничество в международных делах. Цит. по: А. Кортунов «Между полицентризмом и биполярностью: о российской нарративах эволюции миропорядка». Рабочая тетрадь РСМД, No 52 2019, c. 35

Причины и симптомы биполярного расстройства

Любому человеку присуще состояние изменения настроения. Но в каком случае такое состояние можно называть биполярным расстройством? Специалисты определяют термин как психической расстройство, связанное с чередованием депрессивного и маниакального состояния. Аффективные изменения связывают с эмоциями, перепадами настроения. Фазы депрессии и мании характеризуются цикличностью и периодом ремиссии. Так, фаза длиться от семи дней до 3 лет, а период может протекать 4-5 лет.

Получите консультацию по телефону:

+7 (499) 288-19-74

Спасибо Вам за доверие!

Амбулаторный режим лечения

Короткие сроки госпитализации

Научные методы лечения

Быстрый подбор препарата

Симптомы заболевания

Женщины подвергаются биполярному расстройству чаще, чем мужчины. Объяснить этот факт можно тем, что эта группа пациентов больше обращается за помощью к специалистам. Для определения колебаний настроения следует определить наличие эмоциональных фаз.

Для определения симптомов заболевания нужно понимать, что для фазы мании и депрессии они будут отличаться. Основными признаками мании считают:

  • Ощущение душевного подъема, который может длиться больше 3-х часов без каких-либо причин;
  • Отсутствие желания спать;
  • Быстрая, ускорительная речь, которую не всегда можно разобрать. Человек может терять смысл, нить общения, поэтому чаще всего использует электронный вариант коммуникации;
  • О человеке говорят, что он сначала делает, а потом думает о поступках;
  • Неадекватное восприятие себя, как личности – возвышение себя над другими;
  • Переключение с одного на другое, особенно в рабочих делах, что приводит к снижению продуктивности;
  • Рискованное поведение.

К признакам депрессии относят:

  • Спонтанная, не обоснованная грусть, без видим на то причин, факторов влияния;
  • Замыкание в себе – у человека нет желания общаться с близкими, родными, свойственно состояние внутреннего переживания;
  • Отсутствие интереса к жизни, радости от происходящего вокруг;
  • Отсутствие аппетита;
  • Нехватка энергии, усталость, подавленность;
  • Потеря способности самостоятельно решать проблемы, принимать решения, рассеянность, отсутствие возможности сконцентрироваться;
  • Появление мыслей о суициде.
УСЛУГА ЦЕНА
Прием психотерапевта 4 950 руб
Семейная психотерапия 7 150 руб
Гипнотерапия 6 600 руб
Консультация психиатра 3 850 руб
ЛЕЧЕНИЕ В СТАЦИОНАРЕ  
3-х местная палата повышенной комфортности 7 000 руб
2-х местная палата повышенной комфортности 9 000 руб
VIP2 палата повышенной комфортности 17 000 руб
VIP1 палата повышенной комфортности 21 000 руб
VIP+ палата повышенной комфортности 23 000 руб
Доставка в стационар Бесплатно
Прием врача через 2 недели после выписки Бесплатно

* Администрация медицинского центра «КОРСАКОВ» принимает все меры по своевременному обновлению размещенного на сайте прайс-листа, однако во избежание возможных недоразумений, советуем уточнять стоимость услуг в контакт-центре по телефону +7 (499) 288-19-74

Для биполярного расстройства характерны специфические причины, вызывающие такое заболевание. Это может быть генетическая наследственность. В группу риска входят люди, у которых в роду были больные недугом. Толчком для проявления заболевания может стать серьезный стресс, который становиться катализатором.

Также к причинам относят эмоциональное перенапряжение, утомляемость. Стрессовые ситуации способны изменить отношение человека к окружающему, образу жизни. К примеру, это может быть потеря родственника, увольнение с работы.

Биполярное расстройство может возникать на фоне гормонального сбоя, что чаще всего характерно для женщин в период беременности, климакса.

Гиперреактивность, характер меланхолика приводят к тому, что человек легко подвергается стрессам. Биполярное расстройство развивается из-за травм головного мозга, вирусных инфекций, алкогольной, наркотической зависимости, употребления наркотиков, чрезмерное употребление кофе, сигарет, энергетических напитков.

У женщин биполярное расстройство проявляется после родов, если в период беременности отсутствовал правильный режим, питание, были частые стрессы. Активная стадия начинается во время менструального цикла, менопаузы. Также для заболевания характерна предрасположенность или же болезнь протекает на стадии ремиссии. Для профилактики и предупреждения рекомендуется пройти диагностику, терапию, что позволит избежать периода обострения.

Что делать при наличии биполярного расстройства?

Изначально нужно определить, если у человека болезнь. Для каждого характерны эмоциональные перепады, но, если они имеют гиперболизированный характер, теряется социальная активность, отсутствует интерес к жизни, работе, изменяются привычки, — тогда это явные признаки биполярного расстройства. Нужно определить, есть ли симптомы фаз заболевания, как они проявляются. В таком случае необходимо обратиться в специализированную наркологическую клинику «Просветление». Предварительная консультация со специалистом поможет подтвердить или исключить наличие биполярного расстройства.

Не всегда признаки можно распознать на первой стадии развития. Особенно, если недуг находится на фазе мании, ведь человек всячески отрицает, что он болен. Для родных нужно набраться терпения, и приступить к разговору в период депрессии. В таком состоянии пациент способен услышать и согласиться на помощь. Лучшим советом станет обращение в клинику для диагностирования болезни. Человек должен понимать, что в этом нет ничего постыдного, а только ему во благо.

Экстренная и плановая госпитализация в психиатрический стационар в Москве проводится круглосуточно, в том числе в праздничные и выходные дни. Время ожидания выездного врача-психиатра обычно составляет от 30 минут до 1 часа.

Лечение биполярного расстройства в клинике «КОРСАКОВ»

В качестве основных методов лечения применяется электросудорожная, психосоциальная терапия. Психотерапия может проводиться индивидуально, в группах, в семейном кругу, когнитивно-поведенческим методом. В нашей психиатрической клинике «КОРСАКОВ» пациенты имеют возможность пройти эффективный курс лечения, который назначают и ведут опытные специалисты данной отрасли. Помощь врача позволит вернуться в нормальное состояние, достичь периода ремиссии заболевания. Психотерапия выявляет проблемы, вызывающие расстройства, учит понимать, решать их, контролировать эмоциональный фон.  

Чтобы пройти лечение биполярного расстройства в Москве, оставляйте заявки по бесплатному многоканальному телефону 8-800-555-4023. Или запишитесь на прием дистанционным способом.

ЛЕЧЕНИЕ В СТАЦИОНАРЕ ПРОВОДЯТ

  • Полина Сергеевна
    НОСОВА

    Заведующая психиатрическим отделением. Старший научный сотрудник. Врач психиатр

  • Антон Евгеньевич
    НИКОЛИШИН

    Врач-психиатр, врач эксперт

  • Сергей Владимирович
    КУРЕНКОВ

    Клинический психолог. Психотерапевт. Гипнотерапевт

  • Юрий Борисович
    МОЖГИНСКИЙ

    Доктор медицинских наук. Врач психиатр-психотерапевт

  • Асият Мустафаевна
    НИЯЗОВА

    Аналитический психотерапевт, клинический психолог

  • Александра Михайловна
    МАКАРОВА

    Врач психиатр-психотерапевт

  • Теона Отариевна
    КАЧАРАВА

    Врач-подростковый психиатр, врач-сексолог

С полным прайс-листом можно ознакомиться в медицинском центре или задать вопрос по телефону горячей линии: +7 (499) 288-19-74

* Администрация медицинского центра «КОРСАКОВ» принимает все меры по своевременному обновлению размещенного на сайте прайс-листа, однако во избежание возможных недоразумений, советуем уточнять стоимость услуг в контакт-центре по телефону +7 (499) 288-19-74 

Размещенный прайс не является офертой. Медицинские услуги оказываются на основании договора.
Имеются противопоказания. Необходима консультация специалиста.

биполярность — это… Что такое биполярность?

  • биполярность — биполярность …   Орфографический словарь-справочник

  • БИПОЛЯРНОСТЬ — один из типов распространения организмов, когда один и тот же вид (род, сем.) обитает в умеренных широтах Юж. и Сев. полушарий и отсутствует в тропической обл. Геологический словарь: в 2 х томах. М.: Недра. Под редакцией К. Н. Паффенгольца и др …   Геологическая энциклопедия

  • биполярность — и, ж. bipolarité f. Двуполярность. Сл. 1948. Невозможно понять весь этот период, если не уловить свойственной ему биполярности, непрестанного колебания от натурализма и спиритуализму, от сциентизма к религиозному и фидеистским толкованиям.… …   Исторический словарь галлицизмов русского языка

  • биполярность — Разорванное распространение организмов, при котором один и тот же вид обитает в умеренных широтах Северного и Южного полушарий, но отсутствует в тропическом поясе. Syn.: биполярное распространение …   Словарь по географии

  • Биполярность — (лат. bis – дважды, polaris – относящийся к полюсу). Признак течения психического заболевания, при котором полярно противоположные синдромы чередуются: например, депрессивные и маниакальные фазы при типичном течении МДП …   Толковый словарь психиатрических терминов

  • БИПОЛЯРНОСТЬ — один из типов прерывистого распространения организмов, при котором один и тот же вид (род, семейство) обитает в умеренных широтах Северного и Южного полушарий, но отсутствует в тропическом поясе. Многие растения Огненной Земли известны в Альпах и …   Словарь ботанических терминов

  • БИПОЛЯРНОСТЬ ФОРМАЦИОННАЯ — см. Формационная биполярность. Геологический словарь: в 2 х томах. М.: Недра. Под редакцией К. Н. Паффенгольца и др.. 1978 …   Геологическая энциклопедия

  • ФОРМАЦИОННАЯ БИПОЛЯРНОСТЬ , — Шатский, 1955, развитие одних и тех же форм. под одинаковыми широтами юж. и сев. полушарий Земли. Геологический словарь: в 2 х томах. М.: Недра. Под редакцией К. Н. Паффенгольца и др.. 1978 …   Геологическая энциклопедия

  • Региональная биполярность — борьба двух государств и их союзников за геополитическое и геоэкономическое влияние в регионе …   Геоэкономический словарь-справочник

  • Биполярный мир — Геополитика История Геополитические школы  Немецкая: Ратцель, Хаусхофер, Челлен  Английская: Маккиндер  Французская: Готтман, Лакост, ля Блаш  Американская: Кеннан, Мэхэн, Спайкмен Русская ш …   Википедия

  • есть повод для осторожного оптимизма — Клуб «Валдай»

    Но есть также последствия биполярности и COVID-19, которые негативно отразятся на международных отношениях.

    Во-первых, они усилят фрагментацию. Биполярность делит систему на две части. Вирус вызывает ещё большее дробление. Это влияет на действия национальных элит. Лидеры сосредотачиваются на работе внутри страны, и у них меньше времени и средств на внешнюю политику. Коронавирус создаёт синергию с деглобализацией и национализмом, и вместе эти три тенденции усиливают фрагментацию.

    Кроме того, пандемия усиливает разрыв международных связей во всех формах. Раскол между США и Китаем будет усиливаться за счёт расширения границ интересов национальной безопасности обеих стран. Высокие технологии были и останутся наиболее пострадавшим сектором. Новым явлением при этом становится раскол 2.0 – вторая волна, важной движущей силой которой является COVID-19. Этот раунд включит в себя мировую торговлю, поскольку не только США и Китай, но и все другие страны стремятся стать более независимыми. Скорее всего, это затронет секторы здравоохранения, цифровых данных и туризма.

    Во-вторых, негативной тенденцией, способствующей фрагментации, являются сферы влияния и их развитие. Сферы влияния никому не нравятся, но это реальность. США и Китай обладают такими огромными возможностями, что в состоянии справиться с таким кризисом, как COVID-19, и сохранить свою власть на мировой арене. Китай будет быстро расширять своё влияние в Юго-Восточной Азии, где странам, сильно пострадавшим от вируса, потребуется экономическая помощь Пекина. Африка связана с обеими сверхдержавами. Европа, Ближний Восток, Северо-Восточная Азия и Латинская Америка будут держаться ближе к США.

    Для России возникновение биполярности после COVID-19 представляет как возможности, так и риски. Для неё дипломатическая возможность маневрировать между США и Китаем возрастёт. Учитывая тесные отношения Москвы с Пекином, Китай останется предпочтительным партнёром, по крайней мере – в краткосрочной перспективе. В долгосрочной перспективе политический вектор России будет меняться в зависимости от её интересов по конкретным вопросам.

    В любом случае – все страны будут стремиться к получению общественных благ. В сфере поддержания мира и безопасности у России есть возможность как ослабить конфликт, так и усилить свою мягкую силу. Однако ей нужно справляться с последствиями экономического раскола, вызванного как биполярностью, так и COVID-19.

    Стоит учесть, что линия раскола между США и Китаем пройдёт в первую очередь по области высоких технологий. И тут России и всем прочим странам, скорее всего, придётся выбирать ту или иную сторону. Несмотря на тесные отношения Москвы с Пекином, способность работать с динамичным технологическим сектором США и покупать там товары останется очень важной. Новая биполярность станет тестом для России как для великой державы и выявит пределы её влияния в военно-политической сфере. Чтобы вести эффективную политику и не ставить заведомо нереализуемых целей, политикам полезно знать реальные возможности России.

    В целом картина неоднозначная. Но не стоит бояться, что будущая международная система приведёт к хаосу. И COVID-19, и новая биполярность могут способствовать укреплению мира и сотрудничества.

    Политика биполярности и IPE в наше время

    Биполярность можно определить как систему мирового порядка, в которой большая часть глобального экономического, военного и культурного влияния находится между двумя государствами. Классический случай биполярного мира — это холодная война между Соединенными Штатами и Советским Союзом, которая доминировала во второй половине двадцатого века. Международная политическая экономия согласно Роберту Гилпину — это «взаимное и динамичное взаимодействие в международных отношениях стремления к богатству и стремления к власти» (Гилпин, 1987).

    Концепция биполярности имеет важные последствия для глобального порядка. Во-первых, две соперничающие державы не могут оставаться в равновесии бесконечно; одно должно превосходить другое, и поэтому конфликт неизбежен в биполярном мире. Все большее значение приобретает также появление силовых блоков, которые возникают по мере того, как меньшие державы подпадают под влияние той или иной сверхдержавы. В этом отношении глобальный порядок нестабилен в периоды биполярности, но вместо этого война, по-видимому, необходима для разрешения соперничества между двумя сверхдержавами.В этом контексте кажется уместным описать биполярный мир как мир, который находится в «динамическом равновесии», где две стороны равны в силе, но одна может достичь более высокой силы на короткое время, прежде чем другая снова будет соответствовать этой силе, чтобы восстановить -установить баланс.

    Моргентау считал, что биполярность — это «механизм, который содержит в себе возможности как для неслыханного добра, так и для беспрецедентного зла». По его словам, это «сделало возможным враждебное противостояние двух гигантских блоков власти», но также дало надежду на регулирование этого противостояния посредством симметрии власти, поддерживаемой умеренной конкуренцией (Morgenthau, 1985).Вальс объяснил отсутствие войны биполярностью, которая, по его утверждению, менее склонна к войне, чем многополярность. Он считал, что война возникла в первую очередь из-за просчета; государства неверно оценивают силу и сплоченность противостоящих коалиций. Вальц утверждал, что международная система переживает мирный переход от биполярности к многополярности, и настаивает на том, что международная система остается биполярной даже после распада Советского Союза.

    Статья Сьюзан Стрэндж 1970 года «Международная экономика и международные отношения: случай взаимного пренебрежения» иллюстрирует происхождение IPE.IPE относится к способу мышления о мире, который создает две взаимосвязи. Во-первых, политика и экономика неразделимы. По словам Пола Херста и Грэхема Томпсона, термин «международная экономика» всегда использовался для обозначения продукта сложного взаимодействия экономических отношений и политики, сформированного и измененного борьбой великих держав (Hirst & Thompson, 2002). Во-вторых, для международной политической экономии различие между международным и национальным больше не действует.В контексте IPE важно изучить такие вопросы, как эволюция мировой экономики и каковы последствия этой эволюции. Стрэндж говорил о фундаментальных изменениях в системе, касающихся смещения баланса между государствами и рынками. Она подчеркнула «неравные темпы изменений в международной политической системе и в международной экономической системе» (Strange, 1970).

    Для Джозефа Ная и Роберта Кеохана изменение означало возникающий «контрольный разрыв» между стремлением правительств к власти и их способностью добиваться ее, учитывая ограничения экономической взаимозависимости.Возрождение торговли и инвестиций после Второй мировой войны создало среду, в которой государства больше не были единственными влиятельными игроками, но транснациональные игроки становились популярными, поскольку они участвовали в различных взаимодействиях через государственные границы. Хотя государства могут по-прежнему оставаться наиболее важными игроками в мировых делах, Най и Кеохан утверждали, что с расширением мировых рынков они больше не могут претендовать на исключительную власть определять результаты. Таким образом, государственно-центризм традиционной реалистической теории больше не подходил для понимания открытой и развитой экономики индустриального мира.Вместо этого потребовалась новая парадигма. Эта неолиберальная перспектива стала известна как «комплексная взаимозависимость», поскольку она подчеркивала множественные каналы, которые теперь связывают многие национальные общества, и отсутствие иерархии между проблемами (Keohane and Nye, 2001). Роберт Кокс подчеркнул новую «глобальную классовую структуру наряду или наложенную на национальные классовые структуры» (Baylis & Smith, 2005). Это было связано с интернационализацией производства за счет инвестиций крупных транснациональных корпораций.Кокс увидел необходимость более широкого взгляда на происходящие изменения, чем это было бы возможно с помощью традиционной теории IR. Он считал, что создаются новые модели социальных отношений, которые, как можно ожидать, фундаментально изменят существующий мировой порядок.

    К 90-м годам на смену сложной взаимозависимости пришла новая концепция — глобализация. С этой концепцией мир рассматривался как глобальная деревня без границ и границ. Революция в коммуникациях и информации устранила расстояния, и это исчезновение расстояния во времени привело к исчезновению пространства.Правительства больше нельзя считать самыми могущественными игроками мировой политики. Говорят, что глобализация увеличила расстояния между различными секторами мирового сообщества, где богатое меньшинство становится богаче, а бедное большинство — беднее. Следовательно, хотя исчезновение границ способствовало сближению людей; он также высветил контрасты и различия между ними.

    Согласно Мохамеду Сид-Ахмеду, с концом биполярности и исчезновением барьеров между людьми возникает однополярный мир, мировой порядок, основанный на глобализации (Mohammed, 1998).Он говорил о новой биполярности, которая, по его мнению, существует между теми, кто идентифицирует себя с новым порядком, и теми, кто противостоит ему, не из-за идеологической принадлежности к альтернативному мировому порядку, а из-за того, что они отчуждены тем, что они считают провалом нового порядка. чтобы откликнуться на их устремления (Mohammed, 1998).

    В конечном итоге биполярность основана на постоянном напряжении, которое ведет к конкуренции и, в конечном итоге, к войне. Международная политическая экономия рассматривается в качестве основного средоточия сил глобализации и основного пути передачи глобализации по всему миру.Ясно, что мир сложен, и он не только включает вопросы, возникающие в связи с вызовами государственной власти и легитимности, но также включает более глубокий анализ изменений, происходящих на глобальном и локальном уровнях. Очевидно, что глобализация — явление многогранное, не поддающееся упрощению.

    Список литературы

    Бейлис, Джон, Стив Смит и Патрисия Оуэнс. Глобализация мировой политики: введение в международные отношения, 2005

    Коэн, Бенджамин Дж. Организация мировых денег: политическая экономия международных валютных отношений (Нью-Йорк: Основные книги), 1977 г.

    Гилпин, Роберт. Политическая экономия международных отношений (Princeton, NJ: Princeton University Press), 1987.

    Ганс Моргентау и Кеннет Томпсон. Политика среди наций , 6-е издание, Нью-Йорк: Макгроу Хилл, 1985.

    Херст и Томпсон. Будущее глобализации: сотрудничество и конфликты, 2002 .

    Хантингтон, Сэмюэл П. Столкновение цивилизаций ?: Дебаты, Нью-Йорк, Иностранные дела, , 1996 (ред.)

    Кеохан, Роберт О. После гегемонии: сотрудничество и разногласия в мировой политической экономии (Princeton, NJ: Princeton University Press), 1984.

    Мохаммед, Сид-Ахмед. Новая версия биполярности . Каир. Август 1998 г. .

    Мохаммед, Сид-Ахмед. Переосмысление глобальной деревни . Каир. Март 2000 г. .

    Странно, Сьюзен. Стерлингов и британская политика (Лондон: Oxford University Press), 1971.

    Вальс, Кеннет. Человек, государство и война (Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета), 1959.

    Написано: Дана-Мари Сиперсад
    Написано для: Марлон Анатол
    Написано: Университет Вест-Индии
    Дата написания: 2008

    Дополнительная литература по электронным международным отношениям

    Биполярность — неправильная концепция для U.Южно-Китайские отношения

    Образование

    Проблемы с получением визы и осенний набор иностранных студентов

    Адам Джулиан, директор по работе с иностранными студентами и учеными Университета Мэриленда, округ Балтимор, и председатель комитета по регулированию практики иностранных студентов и ученых NAFSA до 2021 года, обсуждает визовые проблемы для иностранных студентов и набор иностранных студентов с возвращением в человек, обучающийся этой осенью. ИРИНА ФАСКИАНОС: Добрый день и добро пожаловать на веб-семинар CFR по высшему образованию. Я Ирина Фаскианос, вице-президент Национальной программы и связей с общественностью Совета по международным отношениям. Сегодняшнее обсуждение записано, а видео и стенограмма будут доступны на нашем веб-сайте CFR.org/academic. Как всегда, CFR не занимает институциональных позиций по вопросам политики. Мы рады, что Адам Джулиан с нами поговорил о проблемах с визами для иностранных студентов и сокращении набора иностранных студентов.Мы поделились с вами его биографией, но я расскажу вам несколько основных моментов. Г-н Джулиан является директором по работе с иностранными студентами и учеными в Университете Мэриленда, округ Балтимор, и с 2021 по 2022 год возглавляет Комитет по нормативной практике для международных студентов и ученых в NAFSA: Association of International Educators. С 2015 по 2020 год он был директором по работе с иностранными студентами и учеными, а также по связям с общественностью в Аппалачском государственном университете в Северной Каролине. Адам, большое спасибо за то, что были с нами сегодня.Очевидно, мы выходим из этой пандемии. Я подумал, что мы могли бы начать с рассмотрения основных проблем с визами, с которыми сейчас сталкиваются иностранные студенты, и того, что это означает для набора иностранных студентов, поскольку школы возвращаются к очному обучению этой осенью. АДАМ ДЖУЛИАН: Да, большое спасибо, что пригласили меня, Ирина. И я ценю приглашение и всю работу, которую Совет по международным отношениям делает в этой сфере. И для меня большая честь быть здесь сегодня. Итак, я хотел начать сегодня просто с обсуждения нескольких моментов.И я знаю, что многое из этого — информация, которая никому не будет новой, но, надеюсь, она спровоцирует хороший разговор и хороший диалог в группе. И поэтому сегодня я в основном коснусь некоторых проблем с визами для иностранных студентов, которые хотят учиться в США, не обязательно только в данный момент, вроде как в смысле COVID, но также и в целом некоторых проблемах для иностранных студентов. . Кроме того, я хочу немного рассказать о своем опыте в качестве председателя комитета по нормативной практике международных студентов и ученых в NAFSA, а также о том, как взаимодействовать с федеральными агентствами и нашими партнерскими агентствами, как это действительно изменилось, в частности, при администрации Байдена. , за последние пару лет.И затем, наконец, я хочу немного поговорить о некоторых проблемах с международным зачислением и напряженности в осеннем семестре, действительно о текущих моментах. Итак, то, что я хочу сказать о проблемах с визами для иностранных студентов, и на самом деле, обо всех англоязычных странах назначения для получения высшего образования, так что подумайте о Великобритании, подумайте о Австралии, Новой Зеландии и других странах, о визе в США, я Можно утверждать, что это дороже и труднее получить, и дает меньше преимуществ с точки зрения возможностей работы после окончания учебы, с точки зрения путей к гражданству или постоянному месту жительства, чем у любого из его конкурентов.Но, несмотря на это, я думаю, что США по-прежнему в значительной степени рассматриваются как одна из лучших систем высшего образования в мире, а образование в США по-прежнему пользуется большим спросом среди иностранных студентов. Итак, когда я говорю, что студентам сложно и сложно получить визу, когда вы думаете об этом только с точки зрения стоимости, правильно, если вы принимаете во внимание сбор SEVIS, который является иммиграционной базой данных Министерства внутренней безопасности и другие используют сбор за регистрацию самой визы.Только это стоит 510 долларов. И это не говоря уже о стоимости поездки в другой город. В большинстве случаев консульства США, в зависимости от страны, как вы все знаете, находятся либо в столице, либо в региональном городе, заявителю, возможно, придется предоставить или, возможно, придется поехать и остаться на ночь, отвлечься от работы, все эти разные вещи просто ради возможности подать заявку на собеседование. Это особенно усложняется в других геополитических осложнениях, например, в случае с иранским студентом, у которого нет U.S. Посольство в своей стране, чтобы подать заявку, и должно идти в стороннюю страну, как правило, в консульство третьей стороны в Ереване или Анкаре, и это добавляет дополнительные расходы. Итак, есть та часть, которая представляет собой стоимость самой визы, даже для того, чтобы просто получить письмо-приглашение или так называемую форму I-20 от высшего учебного заведения или любого типа учреждения, уполномоченного выдавать визы в США, студенты должны предоставить доказательство финансовой платежеспособности в течение двенадцати календарных месяцев, чтобы иметь право на его получение.Таким образом, в дополнение к стоимости самого процесса подачи заявки и самой подачи, эта система установления финансовой платежеспособности в течение двенадцати месяцев или более на самом деле, я бы сказал, создает реальную несправедливость в отношении того, кто может получить доступ к высшему образованию в США, и это в основном доступно только богатым, поскольку мобильность в США действительно, по большей части, доступна только тем, у кого есть средства. Итак, после того, как вы подали заявку на визу и явились в посольство, вы прошли все эти шаги, а затем путь U.S. иммиграционные законы и правила структурированы, это бремя доказательства, чтобы преодолеть эту идею о намерении иммигранта или идею о том, что вы, заявитель, намереваетесь иммигрировать в Соединенные Штаты, и сотрудники консульства обучены делать это предположение, бремя преодоления этого лежит на заявителе. И в большинстве случаев те из вас, кто, я уверен, бывал во многих посольствах США за границей, возможно, это не самые гостеприимные и дружелюбные места. Часто эти собеседования проходят в очень стрессовых условиях, в большинстве случаев они должны проводиться лично на языке, который не является родным языком заявителя.Итак, если заявитель ставит своей целью преодолеть неиммиграционное намерение, доказать сотруднику консульства, что он действительно планирует вернуться в свою страну, он должен установить так называемые связи с родной страной. Если вы 17-летний или 18-летний студент, который собирается учиться в США и подает заявление на визу, как вы владеете собственностью? Как вы сформулируете свой план на будущее, если вы даже не знаете, что собираетесь изучать в США? Еще один, я думаю, аспект этого, который делает это очень трудным, особенно со стороны получения визы, это действительно просто, честно говоря, получить визу в «образцовом» государственном университете труднее, чем в Гарварде, или Айви, или университет, имеющий международное признание, не так ли? Таким образом, преодоление предвзятости, которая может исходить от консульского должностного лица, также является серьезной проблемой.Итак, в целом, для процесса получения визы и некоторых проблем в целом, это действительно самый сложный процесс для любой, на мой взгляд, любой студенческой визы с наименее благоприятными результатами — нет пути к гражданству. , действительно строгие правила, действительно строгая проверка, очень ограниченные возможности работы для студентов в США Итак, теперь я хочу обратиться к моей роли в NAFSA и Международном комитете по нормативной практике для студентов и ученых, а также к тому, как все было по-другому при администрации Байдена.И, как упомянула Ирина, я являюсь членом ISSRP в некотором качестве с 2016 года. Я возглавляю группу с 2020 года. И разница между последними шестью месяцами и предыдущими пятью годами действительно дневная и ночь, как мне кажется. Я хотел бы описать это, поскольку эта администрация действительно менее преднамеренно упряма, или мы вернулись к тому, чтобы иметь партнера, а не противника. Жизнь более предсказуема, более стабильна для людей, у которых есть такая работа, как моя, работа с иностранными студентами и учеными и выполнение большой нормативной работы.И я приведу вам несколько примеров того, как это изменилось за первые пару месяцев этого администрирования. Многие люди, участвующие в звонке, могут знать, что Министерство внутренней безопасности выпустило временное облегчение или дополнительные инструкции или исключения для иностранных студентов во время пандемии COVID. И это был процесс, который продолжал обновляться и расширяться, как бы частичный, и это очень беспокоило администраторов, а в высшем образовании студентов и ученых, которые на него влияли, но в течение нескольких месяцев новый руководство выпускало руководство на протяжении всего учебного года.И я думаю, что многие из нас действительно рассматривают это как заявление солидарности и поддержки, что мы находимся в этом вместе, и мы не собираемся и дальше создавать ситуацию, которая постоянно меняется, нестабильна и ненадежна и может быстро меняться. Администрация также отменила план администрации Трампа по созданию подразделения по обеспечению соблюдения требований OPT. В рамках ICE — это был один из последних нескольких месяцев правления Трампа — было объявлено, что Министерство внутренней безопасности и ICE собираются создать OPT, факультативное практическое обучение, форму разрешения на работу для иностранных студентов, они собирались создать подразделение правоприменения.Это было отменено в течение первых нескольких недель после введения администрации. Кроме того, идея внесения некоторых значительных изменений, менее благоприятных для студентов OPT, факультативного практического обучения, продолжительности статуса или продолжительности, в течение которой студент или ученый может оставаться в США, мы всегда находимся на горизонте регулирования. , или повестку дня прошлой администрации. И эти вещи, так сказать, больше не на рубеже. И на самом деле, это было другое ощущение наличия партнера, противника в нашей работе по прямому взаимодействию, мы только что завершили нашу ежегодную конференцию в NAFSA.Моя группа отвечает за организацию сессий, на которые мы приглашаем представителей правительства прийти и обсудить тенденции, темы и вопросы, касающиеся иностранных студентов, ученых и нормативных актов. Честно говоря, последние четыре года организация этих мероприятий была очень сложной, потому что, я думаю, наши партнерские агентства боялись того, что они могут сказать, или того, что им может быть запрещено говорить, что они не хотят, чтобы их видели. как говорят что-то в протоколе. Это был принципиально иной опыт, в этом году более коллегиальный, более позитивный по своему характеру.Впервые за много-много лет мы смогли наладить связь со Службой гражданства и иммиграции. И в целом это действительно помогло, я бы сказал, восприятию и общему чувству оптимизма среди международных преподавателей и иностранных студентов и ученых, которые хотят приехать и учиться в США. Итак, наконец, где сейчас дела с международной регистрацией? Какая напряженность? Я думаю, что чьи-либо предположения не хуже моих. Я думаю, что сейчас самая большая проблема, с которой сталкиваются многие из нас, — это просто влияние пандемии COVID-19 на консульские операции, очень, очень сложно, если не невозможно, записаться на прием, получить визу.Многие посты просто не работают. Это часто от случая к случаю, от страны к стране, от каждой отдельной почты в зависимости от ситуации в области общественного здравоохранения. Те, которые работают, имеют значительные отставания. Говоря немного об опыте студентов в UMBC, у нас было много студентов, которые изначально планировали прибыть в августе 2020 года, но из-за пандемии отложили до января и снова отложили до августа. И это привело к значительному отставанию.И Государственный департамент США, я думаю, очень любезно объявил о своем намерении сделать действительно приоритетным мобильность студентов и ученых. Но мы можем сделать так много только с теми ресурсами, которые у нас есть. Я думаю, что другие проблемы, с которыми мы сталкиваемся, помимо простого отсутствия визы или простого обхода ограничений на поездки, в верхней части я упомянул случай с иранским студентом, которому, возможно, придется поехать в Армению или в Азербайджан, чтобы подать заявление на получение статуса США. студенческая виза, как этот студент или ученый преодолевает ограничения на поездки, введенные из-за COVID? Независимо от того, находятся ли они на национальном уровне, независимо от того, относятся ли они к конкретной авиакомпании, на конкретной консоли, это очень сложно отслеживать и ориентироваться, и это очень сложно и зависит от конкретного случая.Одна из вещей, которые, на мой взгляд, интересны, — это то, что вы скажете о том, как США справились с ситуацией с COVID, но в некотором смысле то, где мы сейчас находимся, в некотором смысле превратилось в небольшое конкурентное преимущество, это проще чтобы приехать в США, чем во многие наши конкуренты англоязычных стран, получающих высшее образование. И я думаю, для конкретного примера, Великобритания требует обязательного десятидневного карантинного пребывания в отеле по прибытии, и это оплачивается путешественником.Австралия и Новая Зеландия приняли другие более строгие меры для предотвращения передвижения иностранных посетителей и путешественников. В каком-то смысле это превратилось в небольшое конкурентное преимущество. Но на самом деле все дело в том, смогут ли студенты и ученые получить визы? Прямо сейчас многие из нас сталкиваются с напряженностью и вопросами, связанными с вакцинацией. Это баланс между личной безопасностью. Мы хотим, чтобы у студентов был опыт работы в кампусе, мы осознаем важность экономики кампуса.И, честно говоря, я думаю, что это то, что держит на плаву многие высшие учебные заведения США. И поэтому для тех из нас, кому требуются вакцины в наших кампусах, и если вы студент из страны X, который может не иметь доступа к вакцине, одобренной ВОЗ или одобренной FDA, как с этим будут поступать, когда вы прибыть? Будем ли мы считать вас вакцинированным, предоставим ли вам вакцину, рискуете ли вы своим личным здоровьем и безопасностью и не получите вакцину, возможно, вакцину Sputnik российского производства или вакцину, не одобренную ВОЗ, а затем придете U.S. и что университет требует от университета получить вакцину, одобренную FDA? Насколько мне известно, на самом деле нет научного понимания эффекта наслоения вакцины. Итак, студенты принимают эти трудные решения прямо сейчас. Получу ли я вакцину, к которой у меня есть доступ, а затем рискну снова пройти вакцинацию, когда приеду в США? Не так ли? Я думаю, что последнее, что я действительно хотел бы сказать, я думаю, два заключительных момента о своего рода напряженности и, возможно, о том, как мы должны думать об этом прямо сейчас.На мой взгляд, пандемия действительно подчеркнула важность наличия более стратегического международного плана приема учащихся. И под стратегическим я имею в виду диверсификацию источников приема. Для студентов, многие учебные заведения находятся на расстоянии одной геополитической проблемы, одной пандемии или одного стихийного бедствия от значительного сокращения набора. Я думаю, что недавний всплеск вакцины против COVID в Индии — хороший тому пример. Конечно, в новейшей истории есть и другие случаи, отношения с Китаем, валютная ситуация в Южной Корее несколько лет назад, разные типы вещей, которые имели место.Итак, я думаю, второй момент в том, что мы, я думаю, в Соединенных Штатах, действительно, мы живем настоящим моментом, мы не думаем о будущем, верно? Насколько мне известно, мы единственные из наших конкурентов, у которых нет национальной политики в области международного образования. У нас нет общегосударственного подхода, у нас нет стратегического плана того, как мы будем поддерживать себя в качестве предпочтительного направления для получения высшего образования для студентов и ученых со всего мира. И я думаю, что это близорукость, и, на мой взгляд, для этого есть много причин.На этом я оставлю свои замечания и открою их для вопросов и, надеюсь, приятного разговора. ФАСКИАНОС: Отлично, спасибо, Адам, за это. Это так сложно, и, как вы описали, нужно так много ориентироваться. Мы собираемся обратиться ко всем с вашими вопросами, комментариями. Таким образом, вы можете поднять руку, щелкнув поднятую руку, или написать свой вопрос в поле «Вопросы и ответы», если вы предпочитаете это делать. Но, конечно, мы хотели бы услышать ваше мнение и услышать ваш голос.Итак, я собираюсь сначала обратиться к Кэтрин Мур, которая подняла руку. Сообщите нам, в каком учреждении вы работаете, это даст нам контекст. Не забудьте включить звук для себя. Кэтрин, ты все еще… вот так. Q: [неразборчиво]. ФАСКИАНОС: Адам, ты понял это или это было слишком сложно, чтобы получить это? ДЖУЛИАН: К сожалению, я не получил его. ФАСКИАНОС: Хорошо. Кэтрин, не могли бы вы просто ввести свой вопрос в поле для вопросов и ответов? Поскольку у вас такое плохое соединение, мы не смогли его расшифровать.Если это нормально, отлично. Отлично. Я собираюсь перейти к написанному вопросу Моджубаолу Олуфунке Окоме, профессору политологии в Бруклинском колледже. У нее есть два вопроса: «Есть ли какие-либо оценки того, сколько США потеряли при зачислении из-за обременительных правил получения студенческих виз с точки зрения иностранных студентов, обучающихся здесь?» И затем ее второй вопрос: «Можно было ожидать, что COVID-19 увеличит барьеры для доступа иностранных студентов к U.С. образование. Но, судя по вашей презентации, США более доступны, чем другие англоязычные страны. Надеюсь, у нас не будет новой волны инфекций, поскольку большинство кампусов снова откроются, но если мы это сделаем, как это усложнит ситуацию? » Итак, это двоякое. ДЖУЛИАН: Я начну с первого вопроса. Мне не известно о каких-либо конкретных опросах или исследованиях, которые были проведены, чтобы действительно понять, как иммиграционная политика влияет на мобильность студентов. Я знаю, что Институт международного образования ежегодно публикует отчет Open Doors, и это, по сути, перепись или учет международной студенческой мобильности.Вы можете найти это легко доступным, и это покажет вам сравнение по годам. Я также знаю, что Государственный департамент США публикует их расценки на выдачу виз. Итак, они также общедоступны. И вторая часть вопроса — Ирина, помоги мне здесь — я думаю, мы могли предположить, что пандемия COVID-19 увеличит бремя, но это не обязательно так или увеличило препятствия для студентов. ФАСКИАНОС: Справа. ДЖУЛИАН: Я бы сказал, что количество препятствий увеличилось.Весь прошлый год большинство университетов США работали в принципиально разных условиях — лично или виртуально и т. Д., А консульства были в основном закрыты. И поэтому, я бы сказал, в то время, безусловно, проблем было существенно больше. Но я думаю, я думаю, что сейчас я пытаюсь подчеркнуть, что, поскольку мы в Соединенных Штатах, откровенно говоря, приняли гораздо более невмешательский подход к общественному здравоохранению, теперь нет никаких национальных ограничений на вход, как и для других конкурентов.Итак, если я, в частности, студент, который последние два года пытался думать о том, что я хочу приехать в Соединенные Штаты, я хочу учиться за границей для получения ученой степени, у вас есть отложенная потребность, и прямо сейчас, действительно, единственным легкодоступным источником поставок являются Соединенные Штаты, в некотором смысле. Я имею в виду, что, безусловно, есть способы поехать в другие страны-конкуренты, но с меньшими ограничениями. Я надеюсь, что это касается вопроса. ФАСКИАНОС: Отлично. Давайте перейдем к Сьюзан Брициарелли, которая является помощником проректора по глобальным вопросам в Университете Адельфи: «Мы слышали о планах разрешить проведение собеседований на получение визы на консолях виртуально, это все еще возможно?» ДЖУЛИАН: Это отличный вопрос.Я видел много, много слухов, и я знаю, что AIEA и другие предпринимают попытки отстаивать это. Я не слышал ничего от Государственного департамента или кого-либо из моих коллег, что заставляет меня думать, что это произойдет в ближайшем будущем. Я просто — это мое, Адам Джулиан, мое личное мнение, а не тот университет Мэриленда, округа Балтимор или NAFSA, — что я просто не думаю, что это будет в картах в ближайшем будущем. Я знаю, что многие люди этого хотят. И я знаю, что это, по-видимому, избавит от многих проблем, устранит множество препятствий, с которыми мы сталкиваемся.Но я просто не думаю, что это происходит. Надеюсь, я ошибаюсь. FASKIANOS: Следующий вопрос от Мартина Эдвардса, доцента Университета Сетон Холл: «Известны ли вам какие-либо разговоры на более высоком уровне, чтобы лучше координировать взаимодействие между CBP DOS и USCIS?» ДЖУЛИАН: Еще один отличный вопрос. И я думаю об этом. И причина, по которой я говорю, что это отличный вопрос, заключается в том, что мы постоянно задаем его и постоянно получаем разные ответы, и это действительно важно.Вспомните первые дни администрации Трампа с запретом мусульман, если вы помните, когда этот указ был подписан и вступил в силу, в воздухе буквально были люди, которые, когда они были в воздухе, Служба таможенной охраны границы США не понимали, что это происходит, и получали эту информацию только по мере поступления. И поэтому я считаю, что такого рода межведомственное общение абсолютно необходимо, особенно в реальной ситуации, в которой мы оказались за последние четыре или пять лет, когда у вас такие быстро меняющиеся правила и тому подобное.Каждый раз, когда мы задаем этот вопрос, мы получаем разную степень, в частности, я думаю, что с CBP вы получаете гораздо больше общения между агентствами Министерства внутренней безопасности, и не обязательно между Консульскими отделами Государственного департамента или программой обмена посетителями, потому что Если вы помните, CBP является частью Министерства внутренней безопасности, а Государственный департамент — отдельным в этом смысле. Так что межведомственного сотрудничества гораздо больше. Я знаю, что пару раз мы задавали этот вопрос на последней ежегодной конференции NAFSA наших агентств-партнеров, каждому человеку, каждый из которых выражал важность этого и что они прилагают большие усилия для этого.Но я не знаю о каких-либо конкретных действиях или планах, которые предпринимаются для улучшения межведомственного взаимодействия, кроме того, чтобы просто думать прямо сейчас, в нынешней обстановке это легче осуществить естественным путем, особенно среди основных профессиональных дипломатов и карьерные бюрократы, которые являются администрацией для администрации, которые, возможно, больше не боятся выходить за рамки. ФАСКИАНОС: Спасибо. Я собираюсь пойти рядом с Хамди Эльнузахи, который поднял руку, помощником директора по спонсируемым студентам в Государственном университете Миннесоты, Манкато.Итак, если бы вы могли включить звук самостоятельно. Вопрос: Здравствуйте. Спасибо, Адам и вы, за то, что подняли это здесь. Я думаю, что сейчас это очень важная тема. И многие школы ищут, как стратегически решить эту проблему, чтобы осенью увеличить число учащихся. Это не вопрос, но я просто хочу поделиться кое-чем, что очень важно, что может уменьшить или уменьшить количество зачислений осенью, — это время ожидания визы во многих странах. Основываясь на имеющейся у меня информации, в более чем восьмидесяти шести странах время ожидания визы может превышать шестьдесят пять календарных дней, возможно, до двухсот с лишним дней, а в большинстве стран США.У посольств С. в этих странах может быть только один вариант — срочная встреча. Я думаю, что у заявителей из этих восьмидесяти шести стран нет надежды даже на получение визы, и они не смогут приехать, даже если их примут. Во-вторых, если они хотят записаться, им нужно просто выбрать один вариант — зарегистрироваться онлайн из стран, пока они не назначат встречу. Мистер Адам, не могли бы вы рассказать нам об этом и как мы можем помочь этим студентам в этих странах? ДЖУЛИАН: Спасибо, это несколько замечательных моментов, и я был бы очень рад затронуть их.Я думаю, что вопрос о значительных задержках и назначениях на получение визы, времени между тем, когда вы действительно можете назначить встречу, это, я думаю, то, с чем большинство из нас имеет дело прямо сейчас, это самый важный момент. И я думаю, что все, что я бы сказал по этому поводу, я думаю, было бы в положительном смысле, я знаю, что вернемся к этой идее ощущения, что у нас есть коллега, а не противник. Государственный департамент указал, что они будут отдавать приоритет студенческим визам, как только это позволят условия общественного здравоохранения.Итак, если оптимист во мне ищет и надеется, что это будет означать, что будет больше ресурсов, будет доступно больше встреч, дела будут приближаться, и мы сможем иметь некоторых студентов, которые получат больше виз и быстрее назначат больше встреч. Очевидно, это не дано. Но такова ситуация, как сейчас. Ваша точка зрения на регистрацию онлайн действительно интересна. И поэтому, по крайней мере, с моей точки зрения, здесь, в Университете Мэриленда, округ Балтимор, многие наши студенты — мы действительно предлагали нашим студентам возможность в течение прошлого года зарегистрироваться полностью онлайн, если они захотят, из-за пределов США.S. Но из-за этих ограниченных разрешений на работу существует программа, известная как Curricular Practical Training, которая, по сути, является разрешением на работу, работой вне кампуса или стажировкой или разрешением студенту получить практический опыт в своей области. И по большей части, по большому счету, вы должны физически присутствовать в Соединенных Штатах в течение года, прежде чем вы сможете иметь право на получение CPT. И поэтому мы обнаружили, что, я думаю, в прошлом году многие наши студенты просто не хотели этого, особенно наши магистранты или студенты-прикладники, для которых CPT является такой важной частью того, за чем они едут. , просто не хотели регистрироваться онлайн, просто хотели подождать, чтобы получить право на получение CPT, которое может начаться только тогда, когда они находятся в Соединенных Штатах.Так что это очень важный момент. И затем я также думаю — возвращаясь к онлайн-материалу — одна из вещей, с которой, как я знаю, борются многие коллеги по всей стране, — это то, как мы открываемся и когда мы возвращаемся к большему количеству личного обучения в наших кампусах, возможно, те доступные онлайн-варианты могут исчезнуть, возможно, их станет меньше. Итак, то, что мы пытаемся сделать, — это найти золотую середину, в которой мы все еще можем предложить студенту полный набор онлайн или гибридных курсов, на которые они могут записаться из-за границы, если такая ситуация дойдет до это, но не ограничивающим образом.И я думаю, время покажет, я думаю, что в следующем месяце шесть недель будут действительно, очень важными для того, как будет выглядеть осенний набор с международной точки зрения. И я надеюсь на лучшее, думаю, как и все. ФАСКИАНОС: Да, большое спасибо. Я собираюсь пойти рядом с Дженнифер Тишлер, заместителем директора Университета Висконсина в Мэдисоне. В нашем центре есть несколько иностранных докторантов, а также несколько постдокторантов из других стран.У постдока будет статус занятости в нашем университете, а не статус студента. Они будут поступать как студенты F-1 и / или стипендиаты J-1. Этим летом ситуация начинает открываться, знаете ли вы, будет ли одна визовая классификация приоритетнее другой? ДЖУЛИАН: Короткий ответ: нет. Я так много знаю о разговоре, когда мы проводили нашу конференцию с консульскими отделами, и NAFSA было вокруг студентов F-1, но я знаю, что они также уделяют приоритетное внимание — и, как мы видели в прошлом в этих исключениях для национальных интересов для «Академики», и поэтому я думаю, что было много манипуляций — это не слово, много переговоров, скорее, вокруг того, что означает академический.Означает ли это, что кто-то с визой J-1, означает ли это h2B, который приезжает преподавать и тому подобное. Итак, я не знаю ответа на этот вопрос, но я думаю, что я бы сказал в целом, я знаю, что консульские отделы понимают потребности высшего образования в этом отношении. И я думаю, есть понимание, что это касается не только студентов категории F-1. Так что да, не совсем хороший ответ, но, как говорится, это то, что есть. ФАСКИАНОС: Справа. Я имею в виду, что еще так много предстоит решить, поскольку штаты сейчас открываются снова и так много всего перемещается этим летом, что мы видим, как вещи разворачиваются в этой стране.Итак, следующий вопрос исходит от Деви Потлури, декана аспирантуры Чикагского государственного университета. Если бы вы могли включить звук самостоятельно, это было бы потрясающе. Q: Спасибо. Добрый день, Адам. Вы упомянули трудности с получением студенческой визы у тех из нас, кто учится в небольших государственных университетах. До COVID мы часто слышали новости о том, что, поскольку мы не требуем GRE, сотрудники консульства смотрели бы на это скорее как на негатив, чем на позитив. Считаете ли вы, что COVID изменил это, потому что большинство университетов теперь отказываются от требования GRE? У нас были несколько студентов, которые рассказывали нам, они задавали вопрос, есть ли в вашем университете GRE, в каком университете его нет, даже если мы государственный университет, точные данные и все остальное.Не знаю, слышали ли вы что-нибудь подобное или какие-то другие идеи. ДЖУЛИАН: В общем, эта идея — это то, что я случайно слышал от людей, коллег, таких как вы, со всей страны, и коллег, с которыми я работал в своем качестве в NAFSA, годами говорили что-то из «О, вы не можете «не требуется GRE» на «О, ваши [неразборчиво] требования очень низкие. Это те вопросы, которые мы задавали консульским работникам в прошлом, и я, конечно, признаю, что такая практика имела место.Я бы предположил, что они немного более изолированы, чем я думаю, это убеждение, я думаю, что мы, человеческая природа, просто как бы улавливаем эти идеи, что когда есть воспринимаемая несправедливость или несправедливость, я думаю, что есть человеческая природа действительно думать об этом как о тенденции, а не о нескольких отдельных инцидентах. Но это не значит, что этого абсолютно не происходит, я, конечно, думаю, что это происходит. И, исходя из моего опыта работы в прошлом в государственном государственном университете без особого международного признания, я сам сталкивался с некоторыми из этих вещей.Я думаю, что есть кое-что, что вы можете сделать, чтобы улучшить эту ситуацию. Я думаю, одна из вещей, на которых мы действительно сосредоточены в UMBC и в других местах, на протяжении всей моей карьеры, где я работал, действительно актуальна, я не хочу говорить о коучинге, это не коучинг студентов по визе процесс подачи заявки, но помогает им понять, что они должны сформулировать. И часть этого процесса объясняет сотруднику консульства, почему штат Чикаго? Где находится штат Чикаго? Что вы изучаете, каковы ваши будущие цели, почему вы выбрали именно этот университет? Я думаю, вы поднимаете действительно интересный вопрос — особенно потому, что многие из нас собираются пройти тестирование по желанию, даже не только с GRE и для поступления в бакалавриат, SAT и ACT и тому подобного, но и в области тестирования по английскому языку.Думаю, Duolingo значительно продвинулась в английском языке. Итак, сотрудники консульства сообщают: у них есть предвзятость в отношении TOEFL или Duolingo, или типа тестирования, будь то государственный университет, муниципальный колледж и тому подобное. Я не слышал ничего конкретного, но, как я предполагаю, моя стратегия или то, что моя команда пытается сделать, — это действительно научить наших студентов и наших абитуриентов тому, как это бремя доказывания лежит на них. И не обязательно просто бремя доказательства того, что они не собираются иммигрировать, но бремя помощи в том, чтобы помочь сформулировать, каков их план на будущее, почему ваш конкретный университет, школа или учреждение вписывается в эти планы и что это такое.И я думаю, что это будет иметь большое значение. ФАСКИАНОС: Спасибо. У нас есть еще один вопрос от Мартина Эдвардса: «Многие университеты сократили свой штат и ресурсы для иностранных студентов в кампусах за последний год, чтобы компенсировать трудности пандемии и снижение набора иностранных студентов. Не могли бы вы предложить какие-либо ресурсы данных, на которые мы могли бы указать, чтобы обосновать необходимость увеличения штата и ресурсов для поддержки ожидаемого увеличения числа иностранных студентов? » ДЖУЛИАН: Итак, пытаясь ломать голову над любыми конкретными данными, я знаю о некоторых сравнительных исследованиях, которые некоторые из моих коллег, особенно люди в моей роли директора международных студенческих и научных служб, провели с NAFSA, действительно говорить о том, как выглядит идеальное укомплектование кадрами в зависимости от набора.В остальном, если бы вы могли отправить мне сообщение, я мог бы связаться с вами по этому поводу. Я мог бы поделиться этой информацией; Я должен его найти. Я не знаю, где это и насколько легко или легко доступно. Я бы сказал, что один момент, который мы могли бы затронуть в этом разговоре, — это то, как вы подойдете к созданию дополнительного персонала и поддержке увеличения числа студентов? Я знаю, что существует множество различных моделей, которые используют люди, будь то плата за обучение иностранных студентов за семестр или плата за услуги, которые вы взимаете за обрабатываемые вами заявки OPT или заявки H-1B, которые вы обрабатываете.Очевидно, что у всех нас есть свой политический и культурный контекст, в котором мы можем работать в рамках возможностей наших университетских городков и учебных заведений. Но я бы сказал, что одно место, на котором я хотел бы сосредоточиться, — это то, как мы можем творчески увеличить эти ресурсы. Но я был бы счастлив поделиться этим сравнительным опросом, если мы сможем каким-то образом подключиться к офлайн-сети. FASKIANOS: Конечно, мы можем в этом убедиться. Следующий вопрос от Даниэль МакМартин, директора по глобальному образованию Калифорнийского государственного университета в Сан-Маркосе.«Мы действительно ожидаем изменения в правилах F-1, касающихся допуска к онлайн-занятиям, поскольку многие учебные заведения и преподаватели стали более дружелюбными к онлайн при планировании своих учебных программ. Возможно, вы затронули этот вопрос, но я хочу просто снова упомянуть об этом ». ДЖУЛИАН: Это отличный вопрос. И для тех из вас, кто тесно сотрудничает с правилами для учащихся F-1, вы должны помнить, что большая часть формулировок, связанных с гибридным, дистанционным или виртуальным образованием, в лучшем случае устарела. Я думаю, что в правилах есть ссылка на замкнутое телевидение. мы должны использовать, чтобы ориентироваться в этом.Итак, я надеюсь, что есть некоторые изменения, я думаю, что в прошлом году произошло много вещей, которые никуда не денутся. Я думаю, что когда я слышу этот вопрос, я думаю о том, что именно означает гибрид? Как вы определяете гибрид? Правильно? Это было руководство, с которым нам приходилось работать на протяжении большей части пандемии с нашими студентами F-1. Как вы определяете гибрид? Это одна минута личного обучения? Это одно занятие? Это большинство? Нет, как и в большинстве наших работ, нет черного и белого, это то, что есть.И поэтому я думаю, что это своего рода виртуальное обучение, гибридное, онлайн или личное, я думаю, одна из важнейших областей, требующих ясности в правилах для студентов F-1 в Своде федеральных правил США. Так что, надеюсь, с этим что-нибудь выйдет. Я надеюсь, что мы извлечем из этого урок и расставим приоритеты в дальнейшем. ФАСКИАНОС: Спасибо. Я собираюсь ответить на следующий письменный вопрос Кэти Кроссли-Фролик, доцента Университета Денисон: «Вы обсуждали необходимость долгосрочного стратегического мышления в отношении международного набора и мобильности.Чувствуете ли вы сдвиг в администрации Байдена с точки зрения поворота в этом направлении? И что нужно предпринять в первую очередь? » Если бы ты собирался дать им 1, 2, 3, что бы ты посоветовал, Адам? ДЖУЛИАН: О, да, мне это нравится, я внезапно получил некоторую силу. Это здорово. Чувствую ли я его смену? Да, я думаю, в целом, я думаю, что это просто более дружелюбная администрация, вы видите это не только в международном образовании, но и в более дружественном к высшему образованию. Вы видели это в некоторых недавних действиях Title Nine, вы видели это в некоторых других вещах.Я знаю, что эту идею национальной политики выдвинули и отстаивали другие ассоциации и другие группы. Для меня это номер один — я не знаю, смогу ли я придумать три, — но номер один, который я бы исправил или решился бы в рамках этой политики, — это расширить возможности для работы для иностранных студентов и облегчить который иностранный студент имеет возможность получить ПМЖ или гражданство. Я знаю, что проповедую хору или, так сказать, здесь.Но ценность иностранных студентов для этой страны и мира поистине неизмерима. Верно, сколько из наших лауреатов Нобелевской премии и других, а также основателей и руководителей компаний из списка Fortune 500 являются бывшими иностранными студентами, верно. Сделать США более привлекательным местом для будущих лучших и ярких умов мира, облегчить им работу, получить практический опыт, инвестировать в эту страну в эту экономику, и если они в конечном итоге решат найти путь к постоянному На мой взгляд, резидентство должно быть элементом номер один любой стратегии.Иностранные студенты создают рабочие места, иностранные студенты вводят новшества, иностранные студенты, на мой взгляд, ответственны за некоторые из величайших достижений этой страны. Я также сосредоточился бы на возможностях учиться за границей или учиться за границей. Я думаю, что ценность взаимопонимания, особенно если вспомнить свой опыт, полученный в небольших государственных школах или когда я вырос в сельской местности на юго-западе Индианы, как и я, ценность взаимодействия с людьми с разными взглядами и опытом неизмерима, поэтому я бы попытался найти что-нибудь способ создать поддержку для учебы или поездки за границу для U.Студенты на базе С. Думаю, их всего два, но это первые два, которые приходят на ум. ФАСКИАНОС: Отлично, и Адам, говоря с вашего места в UMBC, что вы сделали в ходе пандемии, чтобы укрепить чувство общности у ваших иностранных студентов? И каковы стратегии, которые вы применяете для возвращения этой осенью, особенно если некоторые из них не собираются попасть в кампус, если они пытаются пройти эти собеседования, и они не собираются там присутствовать? осенью или дожить до осени, вы предлагаете онлайн-вариант? Как ты обо всем этом думаешь? ДЖУЛИАН: Ну, я думаю, это вопрос номер один, над которым мы думаем каждый день.Итак, первая часть: что мы сделали за осень, мы фактически учредили новую программу — я уверен, что у большинства людей, участвующих в телефонных разговорах с университетами, есть аналогичные программы — наша программа Global Ambassadors Programme. И он действительно предназначен для одновременного выполнения двух задач: обеспечения финансирования и поддержки иностранных студентов, которые уже имеют ограниченные возможности трудоустройства в США, которые, возможно, потеряли работу из-за того, что трудоустройство в кампусе недоступно из-за COVID. И поэтому мы нанимаем их, чтобы они действительно служили послами для новых студентов и принятых студентов, чтобы помочь им подключиться, создать чувство сообщества в Интернете, на виртуальных платформах разных типов, в различных видах деятельности, в которых они участвуют вместе.И действительно, это было чем-то вроде замены, чтобы попытаться во времена COVID создать чувство общности и попытаться воспроизвести эти узы и важность взаимопонимания и доверия, которые приходят с опытом работы в кампусе. Но опыт университетского городка, опыт учебы в американском университете с динамичной кампусной жизнью — это действительно в некотором роде то, что отличает систему высшего образования США от других систем высшего образования в мире. И я думаю, что все мы были бы наивны, если бы сказали, что это не очень ценно.Итак, мы ищем способы сделать это безопасно, как, я уверен, и все остальные, это то, что, по нашему мнению, должно иметь решающее значение, это приоритет. И вдобавок у нас есть целая группа студентов, их немного, но они приехали осенью или весной во время COVID, но никогда не посещали кампус. Так что в этом есть настоящая скрытая потребность. Итак, мы планируем кое-что на осенний семестр, мы проводим своего рода гибридную ориентацию и проводим встречи и приветствия, а также своего рода приветственный прием с нашей старшей администрацией для иностранных студентов, чтобы они признали значительные препятствия, которые они преодолели, чтобы присоединиться к нам. .И мы действительно хотим отпраздновать это и признать это на самом высоком уровне, поэтому мы планируем такие вещи на осень. ФАСКИАНОС: Спасибо, а затем наденьте свою NAFSA или свою роль в NAFSA. Что вы делаете — очевидно, что во многом это зависит от нашей иммиграционной политики США и ее реформирования — что вы делаете, чтобы поговорить с Конгрессом, чтобы отстаивать некоторые из этих изменений, которые вы упомянули здесь, и которые необходимо положить на месте, чтобы уменьшить препятствия для приезда в эту страну для учебы? ДЖУЛИАН: Да, у NAFSA есть отличное правозащитное крыло, группа профессиональных сотрудников, которые действительно преданы делу защиты интересов Ассоциации и ее членов.Они делают несколько вещей, которые вы можете себе представить, от дня защиты интересов до конкретных призывов к действию. В частности, одна из вещей, которые группа регуляторной практики, с которой я работал в прошлом, — это когда предлагались эти предлагаемые изменения в иммиграционных правилах, способ работы процесса, как правило, есть период общественного обсуждения, когда любой может прокомментировать, как это правило повлияет на них или повлияет на их штат, их университет, их институт, их семью. И поэтому мы действительно работали с NAFSA, чтобы собрать энергию среди людей, чтобы написать эти письма с комментариями и чтобы наш голос был услышан.Я думаю, что благодаря этому, безусловно, были достигнуты успехи. Я вспоминаю [неразборчиво]. Я знаю, что в какой-то момент продолжительность статуса была на рубеже, так сказать, так сказать, было, это было для общественного обсуждения, и были получены тысячи и тысячи комментариев. И, в конце концов, это было отброшено следующей администрацией, это больше не в опасности. Итак, я бы сказал, в общем, два момента. Подразделение по защите интересов NAFSA действительно тесно сотрудничает с другими ассоциациями и действительно ежедневно работает на холме за наши средства.Кроме того, я думаю, что мы, как члены ассоциации, действительно должны активно участвовать в периодах общественного обсуждения и тому подобном. FASKIANOS: Потрясающе, я просто хочу посмотреть — наше время почти подошло к концу. Итак, я просто хочу посмотреть, есть ли что-нибудь — мы прошли большой путь. Итак, я думаю, что могу просто обратиться к вам за любыми заключительными замечаниями, которые вы хотите сделать, прежде чем мы закончим нашу сессию. ДЖУЛИАН: Спасибо. Что ж, я просто хочу сказать, я действительно ценю всех присутствующих, и я ценю множество замечательных вопросов и комментариев, которые, как я знаю, были — для тех из нас, кто, так сказать, в этой комнате прямо сейчас, в зарослях, это очень напряженное время.Но я вспоминаю прошлое лето, и тут мне напомнили, что это не так напряженно, как было тогда. Так что имейте надежду, сохраняйте веру, мы увидим, я думаю, что по мере того, как дела улучшаются, откроются встречи, и мы вернемся к какому-то установлению того, что является нашим новым чувством нормальной жизни, и мы будем делать это так, как мы. делать все вместе. И я с нетерпением жду этого, если я когда-нибудь смогу чем-то помочь, и кому-нибудь, кто звонит по телефону, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться к нам. Я всегда рад рассказать о том, как вы можете принять участие в NAFSA, с иностранными студентами, позвонить в комитет по регулирующей практике или просто попытаться поделиться полезными ресурсами, с которыми я, возможно, столкнулся в своей работе с этой группой.И я думаю, это все, что я должен сказать. ФАСКИАНОС: Адам, у меня есть еще один последний вопрос, точно так же, как ваши люди ориентируются в течение лета, есть ли один источник или пара, горстка, которые, по вашему мнению, должны быть точкой соприкосновения: перейти к чтению или пойти проверить, как через день, или ежедневно, или раз в неделю, просто посмотреть, где что? ДЖУЛИАН: Да, я бы сказал так, если вы посмотрите на это с точки зрения того, что меняется с точки зрения регулирования, я думаю, что NAFSA, по крайней мере, для статей студентов и ученых, является окончательным источником.Итак, я бы добавил плагин для NAFSA.org/reginfo, это целевая страница, на которой происходят любые недавние изменения и обновления. Что касается консульства, это действительно зависит от должности. Итак, если вы работаете со студентом или у вас есть население, у которого много студентов из той или иной страны, я бы действительно порекомендовал вам это конкретное посольство или консульство и их каналы в социальных сетях. Они отлично справляются со своей работой с общественностью. И они отличный источник информации. FASKIANOS: Фантастика.И мы разошлем ссылку на этот вебинар, некоторые из упомянутых ресурсов, а также эталонное исследование, которое Адам собирается выкопать для нас. Так что цените это. Итак, Адам Джулиан, большое спасибо за то, что были с нами, и всем вам. Я надеюсь, что люди смогут немного отдохнуть. Это был изнурительный год для педагогов. Лето, вероятно, не даст вам особой передышки. Но, надеюсь, у вас будет несколько выходных, чтобы попытаться восстановить силы и позаботиться о себе, что так важно.Так что мы очень ценим это. Так что спасибо тебе. Вы можете следить за Адамом в Twitter @Adam_l_Julian. Так что я надеюсь, что вы последуете за ним туда. Мы ценим ваш опыт. И снова, подпишитесь на нас на @CFR_Academic, и вы можете посетить CFR.org и ForeignAffairs.com для получения дополнительных ресурсов. Мы с нетерпением ждем встречи с вами снова на наших следующих вебинарах, так что оставайтесь здоровыми, оставайтесь в безопасности и берегите себя. (КОНЕЦ)

    Вебинар с Адамом Джулианом 22 июня 2021 г. Вебинары по академическим и высшим образованиям

    Биполярность возвращается — Американский интерес

    Прошло 30 лет после окончания холодной войны, почти 20 лет после террористических атак 11 сентября на Соединенные Штаты, 12 лет после вторжения России в Грузию и шесть лет после захвата Россией Крыма.В течение этого периода времени мы наблюдали значительные изменения в общем распределении власти в Европе, Евразии, Индо-Тихоокеанском регионе и во всем мире — изменения, которые были отражены в Стратегии национальной безопасности США 2017 года и Стратегии национальной обороны 2018 года. Соединенные Штаты и их союзники по НАТО сейчас готовятся к эре «соперничества великих держав» с Россией и Китаем, которые определены как главные державы, стремящиеся, соответственно, пересмотреть и заменить существующее глобальное распределение власти, в котором доминируют Соединенные Штаты.

    Новая биполярность быстро вырастает из политических обломков десятилетий после холодной войны, которая, вероятно, окажется более прочной и непреодолимой, чем ее предшественница в период холодной войны. Мы следим за миром двух всеобъемлющих систем, в котором идеологическая и культурная поляризация между Западом и Востоком вызовет конфронтацию даже в большей степени, чем быстро меняющееся экономическое и военное равновесие. Эта зарождающаяся системная биполярность может оказаться более прочной, чем ее предшественница в период холодной войны, поскольку ее идеологическая основа будет заложена в фундаментальных цивилизационных различиях.Непосредственными движущими силами являются в своей основе идеологические, два взаимоисключающих видения того, как организовать общество: с одной стороны, все более дезагрегированная либеральная демократия и, с другой стороны, все более консолидирующийся китайский бренд коммерческого коммунизма, оба пропитаны исторически несовместимыми культурами. .

    По мере того, как Вашингтон (и в некоторой степени Европа) осознает угрозу, исходящую от Китая и России, разговоры о конкуренции великих держав по-прежнему в основном развиваются вокруг экономики и серьезных проблем военной безопасности.Чего не хватает в глобальной перестройке, так это четкой формулировки целей — того, что мы видим в качестве результата в этом контексте, и какое видение вносят наши противники за стол переговоров. В отличие от «холодной войны», в большинстве нынешних анализов идеологические и культурные основы нынешнего раунда межгосударственного соперничества рассматриваются как приглушенные, а то и вовсе отсутствующие. Создается впечатление, что, особенно в случае с Китаем, мы не желаем четко сформулировать основы того, с чем мы сталкиваемся.Это еще более поразительно, учитывая растущий консенсус в отношении того, что китайская угроза Соединенным Штатам является неотложной. Как недавно язвительно заметил один из коллег, хотя действия России в глобальной системе сопоставимы с действиями внезапной бури, вызов, брошенный Китаем, больше похож на изменение климата, поскольку Пекин обладает потенциалом переделать самые основы международной системы.

    То, как мы видим себя, — это не то, как наши противники видят нас, и, что, возможно, более важно, то, как мы их видим, не так, как они видят себя.Когда дело доходит до России и Китая, мы действуем под коренным заблуждением: экономическая модернизация приведет к большему спросу на политическое участие, которое нам уже знакомо; и что это, в свою очередь, приведет к возникновению некой универсальной глобальной культуры, которая в своей основе будет, по крайней мере, узнаваемо «квази-западной». Попросту говоря, ключевая теория, лежащая в основе этого мировоззрения, заключается в том, что институты в конечном итоге превосходят культуру. Смелые либеральные заявления периода после холодной войны — что история была завоевана экономикой и институтами, а культура, в свою очередь, адаптируется — можно сравнить с идеологической уверенностью марксистских революционеров начала 20-х, -х годов -го века, которые считали, что у них есть открыл внутренние механизмы человеческого прогресса.

    Во время войн в Афганистане и на Ближнем Востоке цель «государственного строительства», которая включала создание институциональных основ для представительного демократического правительства, рассматривалась как самоочевидно желательная стратегическая конечная цель. То, что эти проекты провалились, было признано более интроспективными аналитиками, но даже среди них сама цель редко подвергалась сомнению. С более широкой точки зрения, наши злоключения в государственном строительстве были дорогостоящими, но в конечном итоге доступными промахами и отвлекающими факторами.Но наша уверенность в неизбежной победе либерализма дорого обошлась нам в наших отношениях с Китаем и, в некоторой степени, с Россией. После окончания холодной войны китайцы извлекли выгоду из десятилетий беспрепятственного доступа к американским технологиям и исследованиям, в то время как Россия использовала озабоченность Америки борьбой с терроризмом, чтобы вернуть себе сферу привилегированных интересов на своей периферии. До недавнего времени ни то, ни другое не подвергалось сомнению по стратегическим соображениям, поскольку направление истории было правильно понято.

    Но идеология была не только стратегически вредной. Это дало нам набор приятных самообманов, которые причинили нам гораздо более глубокую боль. «Глобализация» была аккуратным способом объяснить уступки в отношении передачи технологий и знаний, сделанные Пекину ради баланса. Краткосрочное зарабатывание денег получило налет добродетели, поскольку считалось, что оно способствует системной модернизации. Корпоративной жадности было позволено маскироваться под респектабельную идеологию. Теперь мы пожинаем плоды этого самообмана.Деиндустриализация Америки с сопутствующим разрывом наших традиционных общественных связей — лишь наиболее яркий и политически яркий пример. Однако, в отличие от немалых затрат, связанных с провалом государственного строительства, их нельзя просто списать. Мы были значительно ослаблены как общество.

    Единство Запада находится под угрозой исчезновения не только из-за конкурирующих экономических интересов, когда речь идет о Китае и России — касается ли это технологий, производства или энергетики, — но и потому, что наши элиты все больше лишаются идеологических убежденность в том, что западное наследие и наше будущее нуждаются в защите, особенно сейчас, когда убеждения наших противников бросают им прямой вызов.В нынешнем раунде соревнования великих держав отсутствует фундаментальное «почему?» помимо самых очевидных соображений экономической и военной мощи. Поколение назад у нас не было бы проблем с ответом на такой вопрос.

    Да, в какой-то степени западный консенсус в некоторой степени расшатывается из-за все большего расхождения во взглядах на то, что представляют наши противники: Соединенные Штаты смотрят на Китай и Россию через призму безопасности, в то время как Европа видит преимущественно экономические возможности в Китае, а также ослабленные и слабые стороны. управляемая угроза в России.Согласование этих двух взглядов станет краткосрочной задачей для трансатлантического сообщества. Но эта задача меркнет по сравнению с императивом восстановления более широкой приверженности нашему общему культурному наследию и ценностям, которые из него возникли.

    Что дает Китаю и России стойкую силу для конкуренции с Западом, так это их собственная уверенная историчность — чего Европе не хватало на протяжении десятилетий, и то, что Соединенные Штаты начали отбрасывать в начале века, отчасти из-за неудач. интервенции в Ираке и Афганистане, и отчасти из-за удара мирового финансового кризиса.Путинская Россия рассматривает свое ревизионистское повторное утверждение притязаний на великую державу в Евразии как типичную компенсацию — мстительную империю, «лишенную» Западом места под солнцем. Идеологический пыл Китая проявляется в его национализме как фундаментальном коррективе, направленном на корректировку его исторической траектории.

    Заявление китайских коммунистов о прерогативе «спасителя народа» особенно поучительно. Он предлагает Китаю путь к национальному искуплению, который не осмеливается принимать застенчивые постмодернистские элиты Запада.Вера на Западе в то, что трансграничная связь, ставшая возможной в цифровую эпоху, гомогенизирует и универсализирует не только экономику, но и самые глубоко укоренившиеся представления о том, что составляет национальную гордость, национальную культуру и национальные интересы, — оказывается пустой. Между тем, островные культурных коммунистов претендуют на легитимность солдат.

    По мере того, как пыль эпохи глобализма начинает оседать, устойчивость западных обществ не является данностью. Столкнувшись с гневным ревизионизмом российской великой державы и уверенным китайским экономическим, военным и культурным империализмом, найдут ли Соединенные Штаты и Европа достаточно точек соприкосновения и остаточной уверенности в себе, чтобы снова объединиться в защиту ценностей, которые мы, по их словам, разделяем? Фундаментальный сдвиг в ближайшие годы должен заключаться в отказе от релятивизированного институционализма эпохи после холодной войны и привязке нашего политического выбора к четко определенному набору культурных ценностей, который отличает Запад от его противников.

    NIMH »Биполярное расстройство

    Лечение может помочь многим людям, в том числе с наиболее тяжелыми формами биполярного расстройства. Эффективный план лечения обычно включает комбинацию лекарств и психотерапии, также называемую «разговорной терапией».

    Биполярное расстройство — болезнь на всю жизнь. Эпизоды мании и депрессии обычно возвращаются со временем. Между эпизодами у многих людей с биполярным расстройством нет изменений настроения, но у некоторых людей могут наблюдаться затяжные симптомы.Длительное непрерывное лечение может помочь людям справиться с этими симптомами.

    Лекарства

    Некоторые лекарства могут помочь справиться с симптомами биполярного расстройства. Некоторым людям может потребоваться попробовать несколько разных лекарств и проконсультироваться со своим врачом, прежде чем найти лекарства, которые работают лучше всего.

    Лекарства, обычно используемые для лечения биполярного расстройства, включают стабилизаторы настроения и антипсихотические препараты второго поколения («атипичные»).В планы лечения также могут входить лекарства, снижающие сонливость или тревожность. Медицинские работники часто прописывают антидепрессанты для лечения депрессивных эпизодов биполярного расстройства, комбинируя антидепрессант со стабилизатором настроения, чтобы предотвратить возникновение маниакального эпизода.

    Людям, принимающим лекарства, следует:

    • Поговорите со своим врачом, чтобы узнать о рисках и преимуществах лекарства.
    • Сообщите своему врачу обо всех рецептурных и безрецептурных лекарствах или добавках, которые они уже принимают.
    • Немедленно сообщайте врачу о любых опасениях по поводу побочных эффектов. Возможно, врачу потребуется изменить дозу или попробовать другое лекарство.
    • Помните, что лекарства от биполярного расстройства необходимо принимать постоянно, в соответствии с предписаниями, даже когда человек чувствует себя хорошо.

    Не прекращайте прием лекарств, не посоветовавшись предварительно с врачом. Внезапное прекращение приема лекарства может привести к «отскоку» или ухудшению симптомов биполярного расстройства.Для получения основной информации о лекарствах посетите веб-страницу NIMH, посвященную лекарствам для психического здоровья. Для получения самой последней информации о лекарствах, побочных эффектах и ​​предупреждениях посетите веб-сайт Руководств по лекарствам Управления по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA).

    Психотерапия

    Психотерапия, также называемая «разговорной терапией», может быть эффективной частью плана лечения людей с биполярным расстройством. Психотерапия — это термин, обозначающий различные методы лечения, которые направлены на то, чтобы помочь человеку определить и изменить беспокоящие эмоции, мысли и поведение.Он может обеспечить поддержку, образование и руководство людям с биполярным расстройством и их семьям. Лечение может включать такие методы лечения, как когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) и психообразование, которые используются для лечения различных состояний.

    Лечение может также включать новые методы лечения, разработанные специально для лечения биполярного расстройства, включая терапию межличностного и социального ритма (IPSRT) и терапию, ориентированную на семью. Определение того, может ли интенсивное психотерапевтическое вмешательство на самых ранних стадиях биполярного расстройства предотвратить или ограничить его полномасштабное начало, является важной областью текущих исследований.

    Посетите веб-страницу NIMH Psychotherapies, чтобы узнать о различных типах психотерапии.

    Другие варианты лечения

    Некоторым людям могут быть полезны другие методы лечения симптомов биполярного расстройства, в том числе:

    Электросудорожная терапия (ЭСТ) : ЭСТ — процедура стимуляции мозга, которая может помочь людям избавиться от тяжелых симптомов биполярного расстройства. При современной ЭСТ человек обычно проходит серию сеансов лечения в течение нескольких недель.Электростанция проводится под общим наркозом и безопасна. Он может быть эффективным при лечении тяжелых депрессивных и маниакальных эпизодов, которые чаще всего возникают, когда лекарства и психотерапия неэффективны или небезопасны для конкретного пациента. ЭСТ также может быть эффективной, когда требуется быстрое реагирование, например, в случае риска самоубийства или кататонии (состояния отсутствия реакции).

    Необходимы дополнительные исследования для определения эффектов других методов лечения, в том числе:

    Транскраниальная магнитная стимуляция (ТМС) : ТМС — это новый подход к стимуляции мозга, использующий магнитные волны.Он доставляется бодрствующим пациентам большую часть дней в течение 1 месяца. Исследования показывают, что ТМС полезна для многих людей с различными подтипами депрессии, но ее роль в лечении биполярного расстройства все еще изучается.

    Добавки: Хотя есть сообщения о том, что некоторые добавки и травы могут помочь, было проведено недостаточно исследований, чтобы полностью понять, как эти добавки могут повлиять на людей с биполярным расстройством.

    Для медицинского работника важно знать обо всех рецептурных и безрецептурных лекарствах и добавках, которые принимает пациент.Некоторые лекарства и добавки, взятые вместе, могут вызвать нежелательные или опасные эффекты.

    Без лечения: вещи, которые вы можете сделать

    Регулярные упражнения: Регулярные аэробные упражнения, такие как бег трусцой, быстрая ходьба, плавание или езда на велосипеде, помогают при депрессии и тревожности, способствуют лучшему сну и полезны для сердца и мозга. Есть также некоторые свидетельства того, что анаэробные упражнения, такие как тяжелая атлетика, йога и пилатес, могут быть полезны.Проконсультируйтесь со своим врачом, прежде чем переходить к новому режиму тренировок.

    Ведение графика жизни: Даже при правильном лечении могут произойти изменения настроения. Лечение более эффективно, когда пациент и поставщик медицинских услуг работают вместе и открыто обсуждают проблемы и варианты выбора. Ведение карты жизни, в которой записываются ежедневные симптомы настроения, лечение, режимы сна и жизненные события, может помочь пациентам и медицинским работникам отслеживать и лечить биполярное расстройство с течением времени.Пациенты могут легко обмениваться данными, собранными с помощью приложений для смартфонов, включая самоотчеты, самооценки и данные о деятельности, со своими поставщиками медицинских услуг и терапевтами.

    Поиск лечения

    Для немедленной помощи

    Если вы находитесь в кризисной ситуации: Позвоните на бесплатную Национальную линию помощи по предотвращению самоубийств по телефону 1-800-273-TALK (8255) , доступную 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Услуга доступна каждому. Все звонки конфиденциальны.Свяжитесь с социальными сетями напрямую, если вас беспокоят обновления в социальных сетях вашего друга, или позвоните по номеру 911 в экстренных случаях.

    Если вы думаете о причинении себе вреда или о самоубийстве:

    • Скажите кому-нибудь, кто может вам помочь.
    • Позвоните своему лицензированному специалисту в области психического здоровья, если вы уже работаете с ним.
    • Позвоните своему врачу или поставщику медицинских услуг.
    • Сходите в ближайшее отделение неотложной помощи больницы или позвоните по номеру 911.

    Если любимый человек подумывает о самоубийстве:

    • Не оставляйте его или ее в покое.
    • Попытайтесь убедить вашего близкого немедленно обратиться за помощью к врачу, поставщику медицинских услуг или в ближайшую больницу, или позвоните по номеру 911.
    • Закройте доступ к огнестрельному оружию или другим потенциальным средствам совершения самоубийства, включая лекарства.

    Как справиться с биполярным расстройством

    Жизнь с биполярным расстройством может быть сложной задачей, но есть способы облегчить жизнь себе, другу или любимому человеку.

    • Пройдите курс лечения и придерживайтесь его — выздоровление требует времени, а это непросто. Но лечение — лучший способ почувствовать себя лучше.
    • Приходите на прием к врачу и терапевту и обсуждайте с врачом варианты лечения.
    • Принимайте все лекарства в соответствии с указаниями.
    • Структурируйте занятия: придерживайтесь режима приема пищи и сна, а также старайтесь высыпаться и заниматься спортом.
    • Научитесь распознавать перепады настроения и предупреждающие знаки, такие как недосыпание.
    • Обратитесь за помощью, если пытаетесь продолжить лечение.
    • Будьте терпеливы; улучшение требует времени. Социальная поддержка помогает.
    • Избегайте злоупотребления алкоголем и наркотиками.

    Помните : биполярное расстройство — это болезнь на всю жизнь, но продолжительное постоянное лечение может помочь контролировать симптомы и позволить вам вести здоровый образ жизни.

    просмотров из Китая и России

    Китайские власти никогда не принимали и не использовали концепцию China-U.С. биполярность. Ни так называемое совместное управление (G2), ни биполярная конфронтация между Китаем и США не соответствуют дипломатической философии и политике Китая. Официальный российский нарратив также отверг идею о том, что мир движется в направлении новой биполярности, настаивая на постепенном преобразовании однополярной, ориентированной на США международной системы начала XXI века в многополярный (или полицентричный) мировой порядок. .

    Несмотря на это, в академических кругах как в Китае, так и в России появляется все больше и больше дискуссий о биполяризации Китая и США.Особенно после вспышки COVID-19 Китай-США. отношения резко ухудшились, конфликты между Китаем и США обострились, а биполярность стала горячей проблемой в научных и политических дискуссиях по международной политике. Все чаще и чаще обозреватели современных международных отношений смотрят на эти отношения сквозь призму кажущейся непримиримой конфронтации между Западом и Востоком (или между либеральными демократиями и нелиберальными автократиями, между атлантизмом и евразийством, между морскими и континентальными державами и т. Д. на).Этот интеллектуальный оттенок месяца требует беспристрастного анализа того, что означает биполярность для Пекина и Москвы и как она соответствует или не вписывается в Китай и российские представления о формирующемся мировом порядке.

    Существует по крайней мере три формы биполярности: политическая биполярность, структурная биполярность и биполярность ценностей. Политическая биполярность — это биполярность в политическом познании. Он имеет определенные политические атрибуты и показывает ряд политических последствий с точки зрения международного статуса и влияния.Например, биполярное совместное управление или биполярная конфронтация относятся к политической биполярности. Структурная биполярность — это биполярность в материальном познании. Это отражает явное превосходство двух крупных стран над другими международными игроками с точки зрения материальных ресурсов, которыми они располагают. По сути, материальная или структурная биполярность является основой политической биполярности; последнее возникает на основе первого. Наконец, ценностная биполярность подразумевает, что при определении полюсов следует учитывать различия в ценностях между основными участниками.В частности, демократии, основанные на клевете, по определению не могут быть разделены на разные полюса из-за их ценностной близости друг к другу; Граница между полюсами должна, среди прочего, отражать столкновение систем ценностей — например, между демократиями западного типа и незападным авторитаризмом различного рода.

    Основываясь на теоретической предпосылке, что политические отношения между великими державами податливы, Китай предлагает концепцию нового типа отношений великих держав, означающую равные, взаимно соответствующие, кооперативные и взаимовыгодные отношения.Это противоположно популярной теории «ловушки Фукидида», считающей, что конфронтационная природа биполярности естественна, неизбежна и неизменна. Другими словами, Китай ставит под сомнение предположение, что биполярность означает и может быть только конфронтацией.

    С учетом национальной мощи в качестве индекса статус Китая в мировой структуре не должен выбирать Китай. Он формируется естественным путем, а не в результате выбора страны. Государство может стремиться к какой-то международной структуре, но это только субъективная воля, но не обязательно объективная реальность.

    Предположим, что биполярность уже сформировалась в материальном плане, и Китай является одним из них, какую концепцию и политику выберет Китай? По мнению Китая, наиболее разумным и возможным выбором является сохранение многосторонности. То есть Китай не считает биполярность центром международной политики и не рассматривает биполярность как надстройку над миром, даже если национальная мощь Китая выше, чем у других стран.Китай возьмет на себя большую международную ответственность, но он по-прежнему будет готов жить с другими странами на политическом уровне.

    Российско-китайское сотрудничество набирает обороты во всех сферах — от экономики до политики и безопасности. Китайско-российская ось создает возможности и соблазны для соседних и более удаленных государств, что приводит к быстрому институциональному развитию таких образований, как ШОС или БРИКС. Хотя в Москве по-прежнему ссылаются на понятие многополярного или полицентричного мира, в действительности, похоже, растет готовность принять новую биполярную реальность, в которой Соединенные Штаты и Китай являются центрами притяжения этой новой поляризации глобального мира. политика.

    Глядя на текущий глобальный геополитический ландшафт, мы должны сделать вывод, что, хотя треугольник по-прежнему является популярным и полезным аналитическим шаблоном и одним из возможных сценариев будущего для отношений США-Китай-Россия, сегодня ни один треугольник США-Китай-Россия не похож на него. что времен холодной войны. Вместо этого в течение нескольких лет мы наблюдали за американской политикой «двойного сдерживания», когда Вашингтон оказывал все большее давление как на Пекин, так и на Москву. Это давление стало важным фактором, укрепляющим китайско-российское стратегическое партнерство.

    Эта ситуация — явный стратегический удар для Вашингтона. По крайней мере, с начала 20 века одной из важнейших целей внешней политики США всегда было предотвращение любого консолидированного антиамериканского центра силы в Евразии. Политики США воспринимают разделенный евразийский континент как необходимую предпосылку для глобальной стратегической гегемонии США. Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер понимал критическую важность сохранения раздела Евразии лучше, чем кто-либо другой.Он был более эффективным, чем любой другой лидер США до него, в использовании растущих разногласий между Пекином и Москвой в начале 1970-х годов.

    Многосторонность противостоит однополярности, но не отрицает многополярность. Он по-прежнему оставляет дверь открытой для России как великой державы в многополярном мире. Многосторонность воплощает в себе дух политического равенства. В нем говорится, что Китай и Россия являются равноправными партнерами как в международных делах, так и в двусторонних отношениях. Многосторонность также согласуется с дипломатической идеологией России.Сама Россия является сторонником многосторонности и воспринимает ее как знамя российской дипломатии. Россия предлагает, чтобы будущая многополярность имела справедливый и демократический характер и чтобы она основывалась не только на балансе сил, но на взаимодействии национальных интересов, моделей, культур и традиций. Это можно интерпретировать как моральное требование России к международной структуре, и это, безусловно, правда. Прежде всего, несмотря на все изменения, Китай по-прежнему будет преследовать те же цели в международных делах, например, противодействие гегемонии, противодействие односторонним действиям, противодействие неоинтервенционизму, поддержание международной стратегической стабильности и установление более справедливого и справедливого мирового порядка.Следовательно, цели Китая и России в международной политике останутся неизменными.

    Китайские власти никогда не принимали и не использовали концепцию Китай-США. биполярность. Ни так называемое совместное управление (G2), ни биполярная конфронтация между Китаем и США не соответствуют дипломатической философии и политике Китая. Российская официальная версия также отвергла идею о том, что мир движется в направлении новой биполярности, настаивая на постепенной трансформации однополярной системы U.С. -центрированная международная система начала XXI века на многополярный (или полицентричный) миропорядок.

    Несмотря на это, в академических кругах как в Китае, так и в России появляется все больше и больше дискуссий о биполяризации Китая и США. Особенно после вспышки COVID-19 Китай-США. отношения резко ухудшились, конфликты между Китаем и США обострились, а биполярность стала горячей проблемой в научных и политических дискуссиях по международной политике.Все чаще и чаще обозреватели современных международных отношений смотрят на эти отношения сквозь призму кажущейся непримиримой конфронтации между Западом и Востоком (или между либеральными демократиями и нелиберальными автократиями, между атлантизмом и евразийством, между морскими и континентальными державами и т. Д. на). Этот интеллектуальный оттенок месяца требует беспристрастного анализа того, что означает биполярность для Пекина и Москвы и как она соответствует или не вписывается в Китай и российские представления о формирующемся мировом порядке.

    Три биполярности

    Существует как минимум три формы биполярности: политическая биполярность, структурная биполярность и биполярность ценностей. Политическая биполярность — это биполярность в политическом познании. Он имеет определенные политические атрибуты и показывает ряд политических последствий с точки зрения международного статуса и влияния. Например, биполярное совместное управление или биполярная конфронтация относятся к политической биполярности. Структурная биполярность — это биполярность в материальном познании.Это отражает явное превосходство двух крупных стран над другими международными игроками с точки зрения материальных ресурсов, которыми они располагают. По сути, материальная или структурная биполярность является основой политической биполярности; последнее возникает на основе первого. Наконец, ценностная биполярность подразумевает, что при определении полюсов следует учитывать различия в ценностях между основными участниками. В частности, демократии, основанные на клевете, по определению не могут быть разделены на разные полюса из-за их ценностной близости друг к другу; Граница между полюсами должна, среди прочего, отражать столкновение систем ценностей — e.ж., между демократиями западного типа и незападным авторитаризмом различного рода.

    Этот тройной атрибут биполярности является важной теоретической предпосылкой в ​​анализе биполярности и логической отправной точкой для понимания когнитивных и теоретических различий между Китаем, Россией и Западом по этому вопросу. В Китае существует традиция подчеркивать материальный аспект биполярности (или многополярности). Для китайцев международная структура изначально имеет естественный атрибут.Будь то однополярные, биполярные или многополярные, эти структуры сливаются как чистое отражение существующих асимметрий в материальных потенциалах международных игроков. Если какие-либо два участника имеют материальные ресурсы, намного превосходящие всех других участников, мы можем определить систему как биполярную. Этот термин не имеет политической коннотации. По своей природе это не конфронтация и сотрудничество. Его политический характер определяется решениями двух рассматриваемых «полюсов». Эти «полюса» могут либо следовать идее равноправного сотрудничества, либо проводить политику конкуренции и конфронтации.

    В России при определении «полюсов» мировой политики акцентируют внимание на политическом измерении. Такой подход отражает активную внешнюю политику России и инициативы по проецированию силы, в то время как страна испытывает относительный дефицит материальных ресурсов. В Москве часто заявляют, что Соединенные Штаты, Китай и Россия составляют высшую лигу мировой политики. Материальную слабость России якобы можно компенсировать ее замечательной способностью сосредоточиться на достижении конкретных внешнеполитических целей, на ее способности мобилизовать необходимые ресурсы, на ее готовности поддерживать согласованную долгосрочную стратегию в различных регионах и так далее.В этой парадигме Москва может превзойти свой вес, внося важный аспект в уравнение между США и Китаем.

    На Западе принято подчеркивать ценностное измерение биполярности. Этот манихейский подход к международным отношениям подразумевает, что биполярность становится конфронтационной, прежде всего из-за разрыва в ценностях, который может существовать между основными игроками в международной системе. Если у нисходящего и восходящего мировых лидеров нет этого разрыва (например, Соединенное Королевство и США в конце XIX — начале XX веков), система не является истинно биполярной.В лучшем случае мы можем утверждать, что система содержит элементы биполярности. Однако если существует ценностный разрыв (Соединенные Штаты и Советский Союз во время холодной войны), система становится биполярной в полном смысле этого слова.

    Новый тип отношений великих держав против «ловушки Фукидида»

    Основываясь на теоретической посылке, что политические отношения между великими державами податливы, Китай предлагает концепцию нового типа отношений великих держав, означающую равные, взаимно соответствующие, кооперативные и взаимовыгодные отношения.Это противоположно популярной теории «ловушки Фукидида», считающей, что конфронтационная природа биполярности естественна, неизбежна и неизменна. Другими словами, Китай ставит под сомнение предположение, что биполярность означает и может быть только конфронтацией.

    Именно в этом отношении китайское и западное восприятие расходятся. Если великим державам суждено быть враждебными, новая теория великих держав, выдвинутая Китаем, потеряет свое значение. С другой стороны, если теория великих держав нового типа является разумной, то «ловушка Фукидида» — лишь один из возможных результатов, а не единственный.Хотя как в теории, так и на практике антагонистические отношения биполярности гораздо легче проявить, чем отношения сотрудничества, поскольку отношения сотрудничества должны иметь общее намерение обоих полюсов, антагонистические отношения могут быть сформированы намерением и поведением одной стороны.

    В России, похоже, разделяют мнение Китая о том, что не может быть детерминизма в характере отношений между двумя самыми могущественными странами мира. Действительно, даже во время холодной войны были периоды ослабления напряженности и ограниченной разрядки между Москвой и Вашингтоном.Тем не менее, преобладает мнение, что Запад (точнее, США) не откажется от претензий на глобальную гегемонию в обозримом будущем. Следовательно, он не приемлет «кооперативной» биполярности или многополярности, не говоря уже о подлинно демократическом и инклюзивном полицентричном мире. В Москве в целом считают, что, если во внешнеполитическом истеблишменте США не произойдут фундаментальные изменения, любой лидер США попытается вернуться в возглавляемый США однополярный мир, что, вероятно, приведет к созданию враждебной модели биполярности.Эта биполярность не должна быть «Запад против остальных». Он может принять форму «США против остальных».

    Что касается Запада, то многие политические мыслители предполагают, что, хотя в противостоянии США и Китая, а также в противоборстве США и России могут быть определенные перемирие и перемирие, в конце концов, можно примирить глобальную систему только на основе общих ценностей. Это предположение означает, что одна сторона обречена на победу, а другая обречена на поражение.Излишне говорить, что либеральная демократия западного типа в конечном итоге должна преобладать над своими нелиберальными альтернативами.

    Западная логика «ловушки Фукидида» состоит в том, что сильная страна обязана стремиться к гегемонии и ведет борьбу против альтернативных наборов ценностей. Другими словами, сильная страна приравнивается к гегемонии и универсализму ценностей. В этом отношении это также противоречит логике Китая. Согласно мнению Китая, отношения между сильной страной и политикой силы не обязательно совпадают.Сильная страна не обязательно принимает односторонний подход и движется к гегемонии.

    Более того, слабая страна, естественно, не придерживается справедливых и разумных мыслей и политики. Сила тоже относительна. Большинство стран мира имеют двойную идентичность. Они слабее перед более сильным, но сильнее перед более слабым. Они могут быть сильными в одних областях, но слабыми в других. Они могут быть сильны в своих материальных возможностях, но бессильны в своем стремлении использовать их.В различных обстоятельствах нации имеют статус трансформации между «сильной страной» и «слабой страной», и перед ними стоит вопрос о выборе политики при столкновении с более сильной или более слабой страной.

    Здесь не отрицается основная роль структуры для вариантов политики, ни основной принцип существования определяет сознание, а также понимаются сильные исторические и реалистические аргументы теории структурного детерминизма. Однако, в отличие от структурного детерминизма, то, что мы видим в «существовании», — это не только структура, но также исторический фон цивилизации, политическая система и культура, изменения времен и международных условий, развитие и влияние технологических средств и другие факторы.Более того, влияние существования на сознание не является абсолютно односторонним направлением.

    Выбор Китая

    С учетом национальной мощи в качестве индекса статус Китая в мировой структуре не должен выбирать Китай. Он формируется естественным путем, а не в результате выбора страны. Государство может стремиться к какой-то международной структуре, но это только субъективная воля, но не обязательно объективная реальность.

    Предположим, что биполярность уже сформировалась в материальном плане, и Китай является одним из них, какую концепцию и политику выберет Китай? По мнению Китая, наиболее разумным и возможным выбором является сохранение многосторонности.То есть Китай не считает биполярность центром международной политики и не рассматривает биполярность как надстройку над миром, даже если национальная мощь Китая выше, чем у других стран. Китай возьмет на себя большую международную ответственность, но он по-прежнему будет готов жить с другими странами на политическом уровне.

    Это не противоречит позиции Китая как одного из двух сильнейших полюсов, поскольку многосторонность — это политическая позиция, которая не является обязательной.Концепция многосторонности тесно связана с многополярностью, поэтому ее часто рассматривают как схожую или даже одинаковую концепцию, но на самом деле они разные. Будь то китайский, английский или русский, все они — существительные с разными значениями. По своей природе многосторонность — это не только метод, но и политическая мысль и позиция с ценностной ориентацией. Многосторонность основана на принципе политического равенства, в то время как многополярность — это в основном политика, основанная на отношениях между большими державами.Многосторонность учитывает интересы всех связанных стран и основана на балансе интересов всех связанных стран, в то время как многополярность придает большое значение силе и принимает власть в качестве основного элемента. Многосторонность не отрицает многополярность, и она также может содержать многополярность, но многополярность не обязательно подразумевает многосторонность. Он может быть как совместимым, так и противоречащим многостороннему подходу.

    Теперь, когда статус Китая как великой державы прочно утвердился и Китай является не только одним из многих полюсов, но и, возможно, одним из двух сильнейших, отношения Китая с миром изменились в сторону его отношения к отношениям с другими странами, а не к другим. беспокоясь о собственном статусе.В этом контексте многосторонность, ориентированная на отношения с другими странами, больше соответствует дипломатическим потребностям Китая. Многосторонность не связана с конкретной международной структурой и выходит за рамки ее ограничений. Следовательно, это не противоречит статусу Китая как страны с предполагаемой биполярностью.

    Выбор России

    Российско-китайское сотрудничество набирает обороты во всех сферах — от экономики до политики и безопасности.Китайско-российская ось создает возможности и соблазны для соседних и более удаленных государств, что приводит к быстрому институциональному развитию таких образований, как ШОС или БРИКС. Хотя в Москве по-прежнему ссылаются на понятие многополярного или полицентричного мира, в действительности, похоже, растет готовность принять новую биполярную реальность, в которой Соединенные Штаты и Китай являются центрами притяжения этой новой поляризации глобального мира. политика.

    Можно задать вопрос: есть ли что-то принципиально неправильное в биполярном мире для России? Разве не Советский-У.S. биполярность, которая служила основой глобального мира и стабильности в течение примерно сорока лет после Второй мировой войны? Разве не справедливо сказать, что биполярный мир — со всеми его несовершенствами и ограничениями — все же намного лучше, чем потенциальная альтернатива постепенной эрозии глобального управления и наступления анархии и хаоса в международных отношениях? Так почему же Москва просто не может принять эту новую полярность как правдоподобный и реалистичный вариант, который может определить иерархию и структуру международной системы в XXI веке?

    Некоторые аналитики в России пошли еще дальше и утверждают, что этот новый глобальный раскол был исторически предопределен и неизбежен, поскольку он основан на «объективных» реалиях.Часто утверждают, что атлантическая и евразийская цивилизации противостояли друг другу с незапамятных времен, что «сухопутные» державы всегда и всегда будут отличаться от «морских» держав, что «глобальный континент» (Евразия) является вечным. противовес «глобальному острову» (Америка). И что бессмысленно бросать вызов законам истории и географии. Логический вывод состоит в том, что мы должны воспринимать возникающую биполярность как естественное и, в некотором смысле, даже желательное положение вещей.Единственной реальной целью должно быть поддержание этой биполярности во взаимоприемлемых рамках, чтобы избежать неконтролируемой конфронтации с неприемлемо высокими рисками и затратами.

    На наш взгляд, такой вывод как минимум преждевременен. Трудно отрицать, что тенденция к новой биполярности уже проявилась не только в геополитике, но и в глобальном стратегическом балансе и мировой экономике. Но можно ли считать эту тенденцию положительной и следует ли считать ее неизбежной — это вопросы, которые можно оспаривать.Позвольте мне кратко изложить пару аргументов против этих предположений.

    В истории интеллектуальной мысли любой жесткий детерминизм — будь то религиозный, этнический, экономический или географический — всегда был не в состоянии объяснить и предсказать социальные изменения и международные события. Период «холодной войны» сложно назвать эпохой мира и стабильности — он включал в себя многочисленные региональные войны и кризисы, а также беспрецедентную гонку вооружений. Более того, в ряде случаев мир был очень близок к глобальному ядерному конфликту.

    Еще более важно подчеркнуть следующее. Современный мир сильно отличается от того, каким он был во второй половине XX века. Пятьдесят лет назад мир разделился на две системы — западную (капиталистическую) и восточную (коммунистическую) с непримиримыми (антагонистическими) противоречиями между ними. Другими словами, биполярная система имела прочную идеологическую основу. Этого фундамента больше нет, и трудно представить, что он появится снова в обозримом будущем.Национализм, даже в его крайних формах, и религиозный фундаментализм вряд ли заменят фундаментальный идеологический раскол прошлого века.

    Более того, всем основным международным игрокам сегодня приходится противостоять, по сути, одному и тому же набору угроз и вызовов своей безопасности, которые сильно отличаются от традиционных угроз и вызовов XX века и более ранних периодов. Сегодня лидерам государств приходится иметь дело с международным терроризмом и политическим экстремизмом, с транснациональной преступностью и незаконным оборотом наркотиков, с неконтролируемой миграцией и изменением климата, с нестабильностью мировой финансовой системы и повышенным риском технологических катастроф.Некоторые из этих вызовов существовали во время «холодной войны», но только в «зачаточной» форме, будучи омрачены всеохватывающей конфронтацией между Востоком и Западом.

    Одна из особенностей этого нового набора вызовов заключается в том, что большинство из них не порождено другими (конкурирующими) великими державами. Фактически, эти угрозы не имеют ничего общего с государственными субъектами международной системы, за исключением небольшого числа безответственных, радикальных режимов (государств-изгоев). Новое поколение угроз и вызовов исходит от подрывных негосударственных субъектов.Они могут представлять собой негативные побочные эффекты технологического и экономического прогресса, растущей нехватки природных ресурсов или устаревания многих ключевых международных институтов и норм международного публичного права. В этом фундаментальное отличие периода холодной войны от современного мира. Вдобавок именно поэтому новая биполярная система, даже если ее удастся создать, вряд ли обеспечит долгосрочную безопасность или стабильность.

    Следует иметь в виду еще одно важное различие между современной международной ситуацией и ситуацией времен холодной войны.Во время холодной войны советский блок был экономически почти полностью отделен от Запада, поскольку два полюса мира не зависели друг от друга в своем развитии. Сегодня, в эпоху глобализации, уровень взаимозависимости между Востоком и Западом, между «глобальным континентом» и «глобальным островом» беспрецедентно высок. Следовательно, любая политическая биполярность, которая неизбежно повлияет на экономические, финансовые, культурные и гуманитарные аспекты международных отношений, вероятно, обойдется всем гораздо дороже, чем когда-либо была холодная война.Не говоря уже о массовом перемещении материальных и человеческих ресурсов из решения многочисленных глобальных проблем, вырисовывающихся на горизонте.

    В общем, тенденция к новой биполярности хлопотна и опасна. Даже в его модифицированной и «модернизированной» форме биполярное устройство вряд ли сможет успешно решить важнейшие международные вопросы этого столетия. Если мир снова расколется, это, вероятно, будет иметь долгосрочные негативные последствия для всей системы, несмотря на некоторые тактические выгоды, которых могут ожидать лидеры новых «полюсов».«В наших общих интересах избегать этого варианта и двигаться к более инклюзивной, демократической и поистине глобальной международной системе. Так как «никто не наливает молодое вино в старые мехи. Если он это сделает, молодое вино лопнет кожицы и прольется, и они будут уничтожены ».

    Выбор США

    Глядя на текущий глобальный геополитический ландшафт, мы должны сделать вывод, что, хотя треугольник по-прежнему является популярным и полезным аналитическим шаблоном и одним из возможных сценариев будущего для U.Отношения между Южным Китаем и Россией, ни один треугольник США-Китай-Россия сегодня не похож на треугольник времен холодной войны. Вместо этого в течение нескольких лет мы наблюдали за американской политикой «двойного сдерживания», когда Вашингтон оказывал все большее давление как на Пекин, так и на Москву. Это давление стало важным фактором, укрепляющим китайско-российское стратегическое партнерство.

    Эта ситуация — явный стратегический удар Вашингтона. По крайней мере, с начала 20 века одна из важнейших целей У.Внешняя политика С. всегда была направлена ​​на предотвращение любого консолидированного антиамериканского центра силы в Евразии. Политики США воспринимают разделенный евразийский континент как необходимую предпосылку для глобальной стратегической гегемонии США. Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер понимал критическую важность сохранения раздела Евразии лучше, чем кто-либо другой. Он был более эффективным, чем любой другой лидер США до него, в использовании растущих разногласий между Пекином и Москвой в начале 1970-х годов.

    Сможет ли избранный президент Джо Байден повторить успех Киссинджера и воскресить треугольник США-Китай-Россия с США во главе? Конечно, прошло почти 50 лет со времени знаменитой поездки Киссинджера в Пекин в июле 1971 года. Сегодняшний мир определенно сильно отличается от мира 20 века. Бывшее фундаментальное богословие геополитики может выглядеть старомодным и даже устаревшим. Тем не менее, давайте рассмотрим варианты, которые есть у руководства США в попытках сохранить разделение Евразии.

    Первый вариант — буквально читать Киссинджера. Это делается для того, чтобы поддержать более слабого противника США против более сильного. Сегодня это означало бы, что Вашингтону следует попытаться привлечь Москву на сторону Америки в ее преднамеренном противостоянии с Пекином. В конце концов, Россия больше не коммунистическая страна, и российские лидеры должны быть обеспокоены растущей асимметрией сил между их страной и Китаем. Играть более слабого противника против более сильного было заявленной целью администрации Трампа, которой она не достигла.При Трампе американо-российские отношения не улучшились. Напротив, они упали до исторического минимума.

    Маловероятно, что Байден сможет добиться большего успеха в достижении этой цели, чем его предшественник. США просто нечего предложить президенту Путину, чтобы заставить его пересмотреть свою нынешнюю тесную дружбу с президентом Си Цзиньпином — будь то в экономической, политической или стратегической областях. Даже если бы Байден рассматривал новую перезагрузку с Кремлем, он вряд ли был бы в состоянии пойти на такую ​​перезагрузку: антироссийский консенсус в Вашингтоне слишком силен и не подает признаков разрушения.Похоже, что отношения между США и Россией еще долгие годы будут находиться в конфронтационном режиме.

    Второй вариант для Байдена в попытке возродить треугольник США-Китай-Россия — это играть на противоположной стороне сцены, стремясь найти приемлемое соглашение с более сильным Пекином и давить на более слабую Москву. Если перевернуть геополитическую схему Киссинджера с ног на голову, то в Вашингтоне наверняка найдется множество сторонников и защитников. Для них Россия — гораздо более удобный противник, чем Китай.Америке придется заплатить непомерную цену за полноценную конфронтацию с Китаем: падение их двусторонней торговли, что очень важно для США, разрыв устоявшихся глобальных технологических цепочек, быстрое увеличение военных расходов и т. Д. — Противостояние России будет стоить намного дешевле, учитывая, что экономическая и технологическая взаимозависимость между двумя государствами очень мала, а Москва гораздо менее готова к дорогостоящему военному соревнованию с Вашингтоном.

    Однако реально ли Байдену рассчитывать на выгодную сделку с Китаем? Такая сделка требует, чтобы Белый дом был готов пересмотреть свои фундаментальные представления о месте, которое США занимают в системе международных отношений. США придется отказаться от своих претензий на глобальную американскую гегемонию, как это было во времена Киссинджера. Конечно, ни Байден, ни его окружение к этому не готовы. Если когда-либо начнется революция в самовосприятии США и их мировосприятии, это вряд ли произойдет раньше 2024 года, и до этого времени отношения Вашингтона и Пекина останутся сложными и напряженными.

    Что еще более важно, точно так же, как Трамп на протяжении четырех лет своего президентства неоднократно видел, что невозможно оторвать Россию от Китая, Байден будет неуклонно видеть, что Китай нельзя оторвать от России. Москва нужна Пекину независимо от текущего положения дел и перспектив Китая и США. связи. Руководство Китая с удовольствием выступит в роли арбитра или «балансира» между Россией и Америкой, но оно не будет активно поддерживать США в их стремлении загнать Россию в угол.Другими словами, если треугольник США-Китай-Россия мог когда-либо возникнуть, это был бы треугольник, на вершине которого находился бы Пекин, а не Вашингтон.

    Таким образом, администрация Байдена не добьется многого, если попытается воскресить треугольник США-Китай-Россия. В нынешних обстоятельствах вариант уравнения «двойного сдерживания» представляется наиболее вероятным подходом этой новой администрации США к Пекину и Москве, при этом Китай рассматривается скорее как равный конкурент, а Россия — как глобальное преступное государство.Чтобы сократить расходы на двойное сдерживание, Байден попытается мобилизовать западных союзников США в Европе и в Восточной Азии. Он также попытается сохранить разделение Евразии, налаживая более тесные связи с противниками Китая в Азии, прежде всего с Индией. Поступая так, Байден неизбежно подтолкнет мир к новой геополитической биполярности вместо модернизированной версии треугольника США-Китай-Россия.

    Многосторонность — путь к будущему китайско-российскому сотрудничеству

    В последние годы содействие многополярности стало важной целью международного сотрудничества между Китаем и Россией.Теперь ситуация изменилась. Китай становится одной из предполагаемых новых биполярных стран, статус Китая и России в международной структуре больше не будет прежним. Можно почувствовать, что озабоченность России по поводу того, что она может оказаться в неравном положении в китайско-российских отношениях, возрастает. Кроме того, раньше говорили, что Китай и Россия были коалицией двух более слабых государств в ответ на давление со стороны единственной сверхдержавы, США. Теперь, когда Китай сам становится «сверхдержавой», какие концепции будут служить в качестве пути на будущее Китайско-российское международное сотрудничество?

    Многосторонность, безусловно, могла бы сыграть в этом важную роль как в плане идей, так и в плане политики.Многосторонность противостоит однополярности, но не отрицает многополярность. Он по-прежнему оставляет дверь открытой для России как великой державы в многополярном мире. Многосторонность воплощает в себе дух политического равенства. В нем говорится, что Китай и Россия являются равноправными партнерами как в международных делах, так и в двусторонних отношениях. Многосторонность также согласуется с дипломатической идеологией России. Сама Россия является сторонником многосторонности и воспринимает ее как знамя российской дипломатии. Россия предлагает, чтобы будущая многополярность имела справедливый и демократический характер и чтобы она основывалась не только на балансе сил, но на взаимодействии национальных интересов, моделей, культур и традиций.Это можно интерпретировать как моральное требование России к международной структуре, и это, безусловно, правда. Прежде всего, несмотря на все изменения, Китай по-прежнему будет преследовать те же цели в международных делах, например, противодействие гегемонии, противодействие односторонним действиям, противодействие неоинтервенционизму, поддержание международной стратегической стабильности и установление более справедливого и справедливого мирового порядка. Следовательно, цели Китая и России в международной политике останутся неизменными.


    Иллюзии новой биполярности

    У пандемии COVID-19 есть определенное внешнеполитическое измерение, которое начинает поднимать голову все чаще и, таким образом, может объяснить текущее поведение государств на международной арене.Коронавирус играет две во многом противоречивые роли: он ускоряет одни процессы и в то же время тормозит или даже останавливает другие. Первые включают в себя, в том числе, геополитические планы ряда государств, а вторые — поиск решений глобальных социально-экономических проблем и внутриполитических процессов. Одна из областей, в которой события ускоряются, — это соперничество между США и Китаем, которое побудило многих заговорить о «новой биполярности».«Действительно ли мы наблюдаем возрождение биполярности, но в современной форме? То есть в истинном определении этого слова — раскалывается ли мир на две антагонистические системы?

    В основных СМИ, особенно в тех СМИ, которые продвигают либеральную политическую повестку дня, стало нормой разделение мира на два лагеря. «Китай находится на подъеме, и благодаря торговой войне Трампа, — сообщает CNN, — мир движется во вселенную« мы против них »[…] Будет два лагеря, проамериканские; прокитайский […] ». Давайте проясним, что здесь речь идет не об эскалации напряженности между двумя государствами, а, скорее, между двумя« лагерями ».”

    Если идея новой биполярности несостоятельна, то возможность новой холодной войны, то есть появления элементов политического, военного, финансового и экономического противостояния между Россией и Западом, также не имеет под собой никакого содержания. Феномен холодной войны неотделим от послевоенных условий, которые привели к возникновению американо-советской биполярности. Его основные параметры хорошо известны, и почти ни один из них не воссоздан. Сегодня никто не заявляет, что существует новый геополитический раскол между Россией и Соединенными Штатами, а значит, и Западом.Фраза «Новая холодная война» по-прежнему будет иметь смысл в отношении траектории, по которой в настоящее время движутся Китай и Соединенные Штаты. Однако даже в этом случае он используется редко, в основном в Вашингтоне [1]. Опять же, мы должны помнить, что холодная война как элемент американо-советской биполярности была путем к определенному балансу интересов, а не скользкой дорожкой к открытой конфронтации.

    Что касается отношений между Россией и Европейским союзом, осмелюсь сказать, что даже с учетом удручающих стратегий, проводимых обеими сторонами, принцип новой биполярности не прижился.Только под крайним давлением и с крайней неохотой Европейский Союз предпринял какие-либо шаги против Китая. Это стало очевидным в трагикомической истории, связанной с докладом ЕС о дезинформации о пандемии COVID-19. Борьба с коронавирусом оставляет все больше и больше людей в Европе без иллюзий относительно Соединенных Штатов и «сияющего города на холме» или даже относительно далеко идущих амбиций Брюсселя. Точка зрения о том, что нынешнее состояние отношений с Москвой только ухудшит ситуацию, очень четко аргументирована в ряде аналитических работ [2], не говоря уже о ряде европейских политиков.Пандемия вызвала определенный всплеск оппортунистической антироссийской и антикитайской риторики. Но он гораздо лучше работает с менее ограниченным взглядом Европейского Союза на мир, чем с неолиберальной апологетикой, которая во многих отношениях извращает наследие либеральной мысли.


    У пандемии COVID-19 есть определенное внешнеполитическое измерение, которое начинает поднимать голову все чаще и, таким образом, может объяснить текущее поведение государств на международной арене.Коронавирус играет две во многом противоречивые роли: он ускоряет одни процессы и в то же время тормозит или даже останавливает другие. Первые включают в себя, в том числе, геополитические планы ряда государств, а вторые — поиск решений глобальных социально-экономических проблем и внутриполитических процессов. Одна из областей, в которой события ускоряются, — это соперничество между США и Китаем, которое побудило многих заговорить о «новой биполярности».«Действительно ли мы наблюдаем возрождение биполярности, но в современной форме? То есть в истинном определении этого слова — раскалывается ли мир на две антагонистические системы?

    В основных СМИ, особенно в тех СМИ, которые продвигают либеральную политическую повестку дня, стало нормой разделение мира на два лагеря. «Китай находится на подъеме, и благодаря торговой войне Трампа, — сообщает CNN, — мир движется во вселенную« мы против них »[…] Будет два лагеря, проамериканские; прокитайский […] ». Давайте проясним, что здесь речь идет не об эскалации напряженности между двумя государствами, а, скорее, между двумя« лагерями ».”

    А теперь давайте не будем забывать, что единственная биполярность, которую мы когда-либо испытывали, была в форме американо-советского противостояния во время холодной войны. Она была отмечена постепенной стабилизацией международных отношений, которая завершилась подписанием Хельсинкского Заключительного акта 1975 года. Другими словами, логика биполярности предполагала не только соперничество между двумя глобальными центрами силы, но и их совместные действия по устранению угрозы крупного вооруженного противостояния. Однако отношения между Вашингтоном и Пекином, похоже, развиваются в совершенно ином направлении.По словам Грэма Эллисона, «конфликт между США и Китаем в предстоящие десятилетия не только возможен, но и гораздо более вероятен, чем это считается в настоящее время». [3] Отсюда следует, что взаимодействие между Китаем и США приведет к ослаблению, а не стабилизации международных отношений.

    Есть и более оптимистичный сценарий, при котором Вашингтон соглашается сосуществовать с Пекином в «соревновании без катастроф» [4]. Проблема с этим сценарием состоит в том, что любое крупномасштабное «ребалансирование» придется проводить на условия, установленные США [5].Однако с учетом нынешних обстоятельств такая перебалансировка может быть достигнута только в атмосфере равенства или, что более вероятно, в условиях, которые устраивают Китай. Для того, чтобы это произошло, американская внешняя политика должна вернуться к некоторому подобию реализма. Но это уже другая история.

    Есть ли благоприятные «внешние условия» для формирования биполярного мира? Есть ли что-нибудь в нынешней международной обстановке, что убедило бы нас доверять Китаю и США как странам, которые, как ожидается, возглавят эти новые полюса? Следует иметь в виду, что во время холодной войны Восток и Запад продолжали активно развиваться.Сегодня и Китай, и Соединенные Штаты по уши в глобализации. Но вы только посмотрите, что происходит с глобализацией. Экономическая, информационная, технологическая и другие формы конкуренции только растут, и то, что раньше было саморегулирующимся экономическим процессом, превращается в политический инструмент подавления бизнес-конкурентов с необоснованными ограничениями, экстерриториальным применением национальных законов и действиями в обход правил ВТО во имя «национальной безопасности» становится нормой.Многие проблемы, которые привели к мировому финансовому кризису в 2008–2009 годах, не были должным образом решены. А пандемия коронавируса сулит еще более тяжелые времена. Оказывается, что в ее нынешнем проявлении глобализация — это не процесс, которым Вашингтон или Пекин могут управлять, скорее, это явление, которое все более затрудняет достижение Китаем и Соединенными Штатами своих соответствующих целей.

    Некоторые сторонники новой биполярности могут признать, что процессы деглобализации действительно происходят прямо сейчас, но это никоим образом не доказывает, что мир не раскалывается надвое и снова не становится биполярным по своей природе.Ответом на это будет то, что ни один из самых уважаемых экономистов мира не станет оспаривать идею о том, что глобализация является отражением взаимозависимости современного мира. Мы говорим о специфической ультралиберальной форме глобализации, которая доминировала последние 30-40 лет, исчерпав свою полезность. Нет объективных причин ожидать возврата к старому виду биполярности, которая функционировала как две части мира, существовавшие почти в полной изоляции друг от друга в социальном и экономическом плане под руководством Соединенных Штатов и Советского Союза.Несмотря на все текущие торговые, финансовые и санкционные войны, глобальный характер рынка нельзя демонтировать и вернуть, например, Совету экономической взаимопомощи и Европейскому экономическому сообществу, которые в любом случае имеют мало общего друг с другом.

    Отсюда следует, что Китаю и США суждено иметь тесные экономические связи, но в то же время они скатываются к конфронтации. И ни первое, ни второе обстоятельство не были характерны для противостояния США и Советского Союза.Оказывается, США и Китай не могут существовать в экономической изоляции друг от друга, и они не могут создать своего рода экономическую взаимозависимость, которая устраивала бы обе стороны, что привело к своего рода острой «ишемии» в соперничестве между ними. страны. Даже на зачаточном этапе подобная биполярность не может предложить миру стабильности или чего-либо, что хотя бы отдаленно напоминало американо-советские отношения.

    Одна из причин, по которой соперничество между Советским Союзом и США переросло в противостояние двух полюсов, заключалась в том, что возникли внешние контуры в виде социалистического и капиталистического лагерей соответственно.События последних 20 лет показывают, что Запада в прежнем смысле слова больше не существует. Доминирование и экономическая мощь Соединенных Штатов находятся в упадке, поскольку их способность эффективно использовать силу и достойно поддерживать свой лидирующий технологический статус. Даже Великобритания, традиционно ближайший союзник Вашингтона, отказалась поддержать Белый дом в его войне против китайского телекоммуникационного гиганта Huawei. По мнению жителей Японии, Канады, Германии и Франции, Соединенные Штаты представляют большую угрозу для их стран, чем Россия и (за исключением Японии) Китай [6].

    Неясно, где именно начинаются и заканчиваются границы Запада. Она превращается в двухъядерную систему с центрами в Вашингтоне и Европейском Союзе, которые претерпевают своего рода стратегическое разделение [7]. Со времени президентства Джорджа Буша Соединенные Штаты проводят курс на монетизацию и прагматизацию отношений со своими союзниками, стратегически уходя из Европы. Европейский Союз пытается избавиться от своего имиджа как чисто экономического центра силы через идею стратегической автономии и общей стратегической культуры.Европа никогда больше не будет в центре внимания Соединенных Штатов, пишет Foreign Affairs , и поэтому должна обеспечить выживание своей собственной модели, чтобы претендовать на мировое лидерство.

    Что касается внешних контуров Китая, то здесь нет ничего похожего на социалистический лагерь, существовавший под эгидой СССР. Политическая и идеологическая сплоченность была ключом к биполярности, свидетелями которой мы стали во время холодной войны. Китай давно превзошел Советский Союз по своему экономическому влиянию, но в политическом плане у Пекина очень мало союзников, особенно когда дело доходит до прямой конфронтации с Соединенными Штатами.Это, пожалуй, самая большая разница между тем, что мы наблюдаем сегодня, и биполярностью прошлого — когда сверхдержавы не окружают себя идеологическими блоками, биполярность становится не чем иным, как двумя государствами, вступающими в противоречие, хотя и с некоторыми глобальными атрибутами. У Китая, возможно, есть один настоящий стратегический партнер — это Россия. У Соединенных Штатов, с другой стороны, много союзников, хотя многие из них, в том числе Франция и Германия, устали от своей вынужденной зависимости от Вашингтона.

    Может ли тандем Россия – Китай заявить о себе в качестве одного из блоков в новом биполярном мире? Возможно нет. Как правило, у поляков может быть только один неоспоримый лидер. Китайско-российские отношения в значительной степени асимметричны в пользу Китая, хотя и не являются подчиненными. Ни одна из сторон не желает позволить другой взять на себя роль лидера. И давайте не будем забывать, что две страны преследуют стратегии, которые не всегда совпадают: военное и политическое противостояние между Китаем и США в основном сосредоточено в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, в тысячах миль от России.У России нет никаких интересов в этом регионе. Но именно здесь находятся наиболее уязвимые геополитические болевые точки Китая (Гонконг, Тайвань, острова Парасель и Спратли). У России есть собственная зона стратегической напряженности на западе, вдали от Китая.

    Еще одна вещь, о которой мы должны помнить, — это то, что биполярность была возможна только в мире, который уже был разделен по идеологическим признакам. Но конфронтация между социализмом и капитализмом ушла в прошлое, и ценностные различия также отошли на второй план, уступив место realpolitik и геополитике [8].Без идеологического противостояния невозможно воссоздать необходимые условия для раскола мира на два лагеря. Верно, что Китай и Соединенные Штаты имеют принципиально разные ценности и политические системы, как это было в случае с Соединенными Штатами и Советским Союзом во время холодной войны. Но эти противоречия далеко не так глубоки. Соединенные Штаты по-прежнему убеждены в своей исключительности и данном Богом праве на глобальное лидерство [9]. Китай же не демонстрирует никакого мессианизма и, в отличие от Советского Союза, не продвигает социалистические и коммунистические идеи.Пекин не полагается на избитые идеологические фразы, а указывает на эффективность своей модели развития. Неизбежный рост конкуренции между Пекином и Вашингтоном объясняется не несовместимостью идеологий, а их геополитической несовместимостью, и этого просто недостаточно для того, чтобы конфронтация превратилась в соперничество на основе блоков.

    Тем не менее, многих по-прежнему соблазняют дискуссии о новой биполярности, и тому есть много причин.Обозначим несколько из них. Во-первых, мировой порядок, существовавший во время холодной войны, был относительно простым. Во-вторых, людьми движут антикитайские настроения. То есть многие связывают биполярность холодной войны с возможной победой одной из сторон и надеются, что Соединенные Штаты победят Китай во многом так же, как они победили Советский Союз. В-третьих, казалось бы, что те, кто все еще верит в возвращение консолидированного Запада под руководством США и появление антизападного блока во главе с Китаем и соседней Россией, видят У.Биполярность Юго-Китайского Китая как жизнеспособный вариант. Такие выводы обычно основываются на незрелой и идеологически мотивированной идее о разделении мира на «либеральные демократии» с одной стороны и «авторитарные режимы» с другой.

    Если идея новой биполярности несостоятельна, то возможность новой холодной войны, то есть появления элементов политического, военного, финансового и экономического противостояния между Россией и Западом, также не имеет под собой никакого содержания.Феномен холодной войны неотделим от послевоенных условий, которые привели к возникновению американо-советской биполярности. Его основные параметры хорошо известны, и почти ни один из них не воссоздан. Сегодня никто не заявляет, что существует новый геополитический раскол между Россией и Соединенными Штатами, а значит, и Западом. Фраза «Новая холодная война» по-прежнему будет иметь смысл в отношении траектории, по которой в настоящее время движутся Китай и Соединенные Штаты. Однако даже в этом случае он используется редко, в основном в Вашингтоне [10].Опять же, мы должны помнить, что холодная война как элемент американо-советской биполярности была путем к определенному балансу интересов, а не скользкой дорожкой к открытой конфронтации.

    Что касается отношений между Россией и Европейским союзом, осмелюсь сказать, что даже с учетом удручающих стратегий, проводимых обеими сторонами, принцип новой биполярности не прижился. Только под крайним давлением и с крайней неохотой Европейский Союз предпринял какие-либо шаги против Китая.Это стало очевидным в трагикомической истории, связанной с докладом ЕС о дезинформации о пандемии COVID-19. Борьба с коронавирусом оставляет все больше и больше людей в Европе без иллюзий относительно Соединенных Штатов и «сияющего города на холме» или даже относительно далеко идущих амбиций Брюсселя. Точка зрения, что нынешнее состояние отношений с Москвой только ухудшит ситуацию, очень четко аргументирована в ряде аналитических работ [11], не говоря уже о ряде европейских политиков.Пандемия вызвала определенный всплеск оппортунистической антироссийской и антикитайской риторики. Но он гораздо лучше работает с менее ограниченным взглядом Европейского Союза на мир, чем с неолиберальной апологетикой, которая во многих отношениях извращает наследие либеральной мысли.

    1. Пенс М. Замечания вице-президента Пенса о политике администрации в отношении Китая. Институт Гудзона, Вашингтон, округ Колумбия, 4 октября 2018 г. Выступление Перлеза Пенса в Китае как предзнаменование «новой простуды.

    Война », The New York Times, 5 октября 2018 г. Рогин Дж. Пенс:« Только Китай должен избежать холодной войны ». Вашингтон Пост, 13 ноября 2018 г.

    2. Монаган А. Работа с русскими. Кембридж, Polity Press, 2019.

    3. Эллисон Г. Обреченные на войну: смогут ли Америка и Китай выбраться из ловушки Фукидида? Бостон и Нью-Йорк: Houghton Mifflin Harcourt. 2017, стр. xvii.

    4. Кэмпбелл К.М. и Дж. Салливан. Конкуренция без катастроф. Как Америка может одновременно бросать вызов Китаю и сосуществовать с ним // Иностранные дела, сентябрь – октябрь 2019 г.

    5. Кэмпбелл К. М. Поворот: будущее американского государственного управления в Азии. Нью-Йорк, Двенадцать, 2016.

    6. Мюнхенский отчет о безопасности за 2019 г., стр. 7.

    7. Громыко А. Расколотый Запад: последствия для евроатлантического региона // Современная Европа, № 4, 2018, с.5–16.

    8. Возвращение геополитики было предметом обсуждения задолго до того, как Дональд Трамп переехал в Белый дом. См., Например, Ларраби С. Россия, Украина и Центральная Европа: возвращение геополитики // Журнал международных отношений, № 2. Весна – лето 2010, стр. 33–52.

    9. Идея американского лидерства появляется 36 раз в 32-страничной Стратегии национальной безопасности страны на 2015 год.

    10.Пенс М. Замечания вице-президента Пенса о политике администрации в отношении Китая. Институт Гудзона, Вашингтон, округ Колумбия, 4 октября 2018 г. Выступление Перлеза Дж. Пенса в Китае как предзнаменование «новой холодной войны» », The New York Times, 5 октября 2018 г. Рогин Дж. Пенс:« Китай должен избегать холодная война ». Вашингтон Пост, 13 ноября 2018 г.

    11. Монаган А. Работа с русскими. Кембридж, Polity Press, 2019.


    Биполярное расстройство — симптомы и причины

    Обзор

    Биполярное расстройство, ранее называвшееся маниакальной депрессией, — это состояние психического здоровья, которое вызывает резкие перепады настроения, включая эмоциональные подъемы (мания или гипомания) и спады (депрессия).

    Когда вы впадаете в депрессию, вы можете чувствовать грусть или безнадежность и терять интерес или удовольствие от большинства занятий. Когда ваше настроение меняется на манию или гипоманию (менее экстремальную, чем мания), вы можете почувствовать эйфорию, полон энергии или необычайно раздражительный. Эти перепады настроения могут влиять на сон, энергию, активность, суждения, поведение и способность ясно мыслить.

    Эпизоды перепадов настроения могут происходить редко или несколько раз в год. В то время как большинство людей между эпизодами испытывают некоторые эмоциональные симптомы, некоторые могут их не испытывать.

    Хотя биполярное расстройство — это пожизненное состояние, вы можете контролировать перепады настроения и другие симптомы, следуя плану лечения. В большинстве случаев биполярное расстройство лечится с помощью лекарств и психологического консультирования (психотерапии).

    Лечение биполярного расстройства в клинике Mayo

    Продукты и услуги

    Показать другие продукты от Mayo Clinic

    Симптомы

    Существует несколько типов биполярных и связанных с ними расстройств.Они могут включать манию или гипоманию и депрессию. Симптомы могут вызывать непредсказуемые изменения настроения и поведения, что приводит к серьезным страданиям и трудностям в жизни.

    • Биполярное расстройство I. У вас был по крайней мере один маниакальный эпизод, которому могут предшествовать или следовать гипоманиакальный или большой депрессивный эпизод. В некоторых случаях мания может спровоцировать разрыв с реальностью (психоз).
    • Биполярное расстройство II типа. У вас был хотя бы один большой депрессивный эпизод и хотя бы один гипоманиакальный эпизод, но никогда не было маниакального эпизода.
    • Циклотимическое расстройство. У вас было как минимум два года — или один год у детей и подростков — многих периодов симптомов гипомании и периодов депрессивных симптомов (хотя и менее тяжелых, чем большая депрессия).
    • Прочие типы. К ним относятся, например, биполярные и родственные расстройства, вызванные определенными лекарствами или алкоголем или из-за состояния здоровья, такого как болезнь Кушинга, рассеянный склероз или инсульт.

    Биполярное расстройство II типа — это не более легкая форма биполярного расстройства I типа, а отдельный диагноз.В то время как маниакальные эпизоды биполярного расстройства I могут быть тяжелыми и опасными, люди с биполярным расстройством II могут находиться в депрессии в течение более длительных периодов времени, что может вызвать значительные нарушения.

    Хотя биполярное расстройство может возникнуть в любом возрасте, обычно оно диагностируется в подростковом возрасте или в начале 20-летнего возраста. Симптомы могут варьироваться от человека к человеку, и симптомы могут меняться со временем.

    Мания и гипомания

    Мания и гипомания — это два разных типа эпизодов, но у них одинаковые симптомы.Мания более серьезна, чем гипомания, и вызывает более заметные проблемы на работе, учебе и общественной деятельности, а также трудности в отношениях. Мания также может вызвать разрыв с реальностью (психоз) и потребовать госпитализации.

    Как маниакальный, так и гипоманиакальный эпизоды включают три или более из этих симптомов:

    • Чрезвычайно оптимистичный, нервный или нервный
    • Повышенная активность, энергия или возбуждение
    • Повышенное чувство благополучия и уверенности в себе (эйфория)
    • Пониженная потребность во сне
    • Необычная разговорчивость
    • Гоночные мысли
    • Отвлекаемость
    • Плохое принятие решений — например, скупость, сексуальный риск или глупые инвестиции

    Большой депрессивный эпизод

    Большой депрессивный эпизод включает симптомы, которые достаточно серьезны, чтобы вызывать заметные трудности в повседневной деятельности, такой как работа, школа, общественная деятельность или отношения.Эпизод включает пять или более из этих симптомов:

    • Подавленное настроение, такое как грусть, опустошенность, безнадежность или слезы (у детей и подростков подавленное настроение может проявляться как раздражительность)
    • Заметная потеря интереса или отсутствие удовольствия от всех или почти всех занятий
    • Значительная потеря веса при отказе от диеты, увеличение веса, снижение или повышение аппетита (у детей неспособность набрать вес, как ожидалось, может быть признаком депрессии)
    • Бессонница или слишком много сна
    • Либо беспокойство, либо замедленное поведение
    • Усталость или потеря энергии
    • Чувство никчемности или чрезмерной или неуместной вины
    • Снижение способности думать или концентрироваться, или нерешительность
    • Мысль о самоубийстве, планирование или попытка самоубийства

    Другие признаки биполярного расстройства

    Признаки и симптомы биполярного расстройства I и биполярного расстройства II могут включать другие признаки, такие как тревожное расстройство, меланхолия, психоз и другие.Время появления симптомов может включать диагностические метки, такие как смешанный или быстрый цикл. Кроме того, симптомы биполярного расстройства могут возникать во время беременности или меняться в зависимости от сезона.

    Симптомы у детей и подростков

    Симптомы биполярного расстройства у детей и подростков сложно распознать. Часто трудно сказать, являются ли это нормальными взлетами и падениями, результатом стресса или травмы или признаками проблемы психического здоровья, отличной от биполярного расстройства.

    У детей и подростков могут быть отдельные депрессивные, маниакальные или гипоманиакальные эпизоды, но их картина может отличаться от таковой у взрослых с биполярным расстройством. А во время эпизодов настроение может быстро меняться. У некоторых детей между эпизодами могут быть периоды без симптомов настроения.

    Наиболее заметные признаки биполярного расстройства у детей и подростков могут включать резкие перепады настроения, которые отличаются от их обычных перепадов настроения.

    Когда обращаться к врачу

    Несмотря на резкие перепады настроения, люди с биполярным расстройством часто не осознают, насколько их эмоциональная нестабильность разрушает их жизнь и жизни их близких, и не получают необходимого лечения.

    И если вы похожи на некоторых людей с биполярным расстройством, вы можете наслаждаться чувством эйфории и циклами повышения продуктивности. Однако за этой эйфорией всегда следует эмоциональный срыв, который может оставить вас подавленным, измотанным — и, возможно, столкнуться с финансовыми, юридическими или семейными проблемами.

    Если у вас есть симптомы депрессии или мании, обратитесь к врачу или психиатру. Биполярное расстройство не проходит само по себе. Получение лечения у специалиста по психическому здоровью, имеющего опыт лечения биполярного расстройства, может помочь вам контролировать свои симптомы.

    Когда обращаться за неотложной помощью

    Суицидальные мысли и поведение распространены среди людей с биполярным расстройством. Если у вас есть мысли о том, чтобы причинить себе вред, немедленно позвоните в службу 911 или на местный номер службы экстренной помощи, обратитесь в отделение неотложной помощи или обратитесь к надежному родственнику или другу. Или позвоните по номеру горячей линии для самоубийц — в Соединенных Штатах позвоните в Национальную линию помощи по предотвращению самоубийств по телефону 1-800-273-TALK (1-800-273-8255).

    Если у вас есть близкий человек, которому угрожает самоубийство или который предпринял попытку самоубийства, убедитесь, что кто-то остается с этим человеком.Немедленно позвоните в службу 911 или на местный номер службы экстренной помощи. Или, если вы считаете, что можете сделать это безопасно, доставьте человека в ближайшее отделение неотложной помощи.

    Причины

    Точная причина биполярного расстройства неизвестна, но могут быть задействованы несколько факторов, например:

    • Биологические различия. У людей с биполярным расстройством наблюдаются физические изменения в мозгу. Значимость этих изменений все еще не ясна, но в конечном итоге они могут помочь выявить причины.
    • Генетика. Биполярное расстройство чаще встречается у людей, у которых есть родственники первой степени родства, такие как брат или сестра, страдающие этим заболеванием. Исследователи пытаются найти гены, которые могут быть причиной биполярного расстройства.

    Факторы риска

    Факторы, которые могут повышать риск развития биполярного расстройства или выступать в качестве триггера для первого эпизода, включают:

    • Наличие родственника первой степени родства, такого как родитель или брат или сестра, с биполярным расстройством
    • Периоды сильного стресса, такие как смерть любимого человека или другое травмирующее событие
    • Злоупотребление наркотиками или алкоголем

    Осложнения

    При отсутствии лечения биполярное расстройство может привести к серьезным проблемам, затрагивающим все сферы вашей жизни, например:

    • Проблемы, связанные с употреблением наркотиков и алкоголя
    • Самоубийство или попытки самоубийства
    • Юридические или финансовые проблемы
    • Испорченные отношения
    • Плохая работа или успеваемость

    Сопутствующие состояния

    Если у вас биполярное расстройство, у вас также может быть другое заболевание, которое необходимо лечить наряду с биполярным расстройством.Некоторые состояния могут ухудшить симптомы биполярного расстройства или сделать лечение менее успешным. Примеры включают:

    • Тревожные расстройства
    • Расстройства пищевого поведения
    • Синдром дефицита внимания с гиперактивностью (СДВГ)
    • Проблемы с алкоголем или наркотиками
    • Проблемы с физическим здоровьем, такие как болезни сердца, проблемы с щитовидной железой, головные боли или ожирение

    Профилактика

    Не существует надежного способа предотвратить биполярное расстройство.Однако лечение при первых признаках психического расстройства может помочь предотвратить ухудшение биполярного расстройства или других состояний психического здоровья.

    Если вам поставили диагноз биполярного расстройства, некоторые стратегии могут помочь предотвратить превращение незначительных симптомов в полноценные эпизоды мании или депрессии:

    • Обратите внимание на предупреждающие знаки.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.