Патологии восприятия: тема №3 «Патология ощущений и восприятия»

Патологии восприятия: тема №3 «Патология ощущений и восприятия»

Содержание

Патология восприятия: клиническая и психологическая феноменология


1. Психосенсорные расстройства.

2. Иллюзии.

3. Галлюцинации.

Восприятиеявляется результатом сложной аналитико-синтетической деятельности, предполагающей выделение наиболее общих, существенных признаков и объединение их в одно осмысленное целое - в образ предмета.

Патология восприятиявключает в себя психосенсорные расстройства, иллюзии и галлюцинации.

  1. Психосенсорные расстройства или нарушения сенсорного синтеза– нарушение восприятия размеров, формы, взаимного расположения окружающих предметов в пространстве (метаморфопсии), и (или) размеров, вес, формы собственного тела (расстройства схемы тела).

Симптомы психосенсорных расстройств:

Аутометаморфопсия - искажение формы или величины своего тела, переживание несоответствия между ощущением, получаемым от того или иного органа и тем, как этот орган был ранее отражен в сознании.

Метаморфопсии - нарушение восприятия размеров и формы предметов и пространства в целом. Предметы кажутся увеличенными или уменьшенными (макро- и микропсия), удлиненными, перекрученными вокруг оси, скошенными (дисмегалопсия), изменяется восприятие структуры пространства.

Нарушения восприятия времени, кроме ощущения его ускорения или замедления, проявляются также в утрате различия между прошлым, настоящим и будущим.

Состояние деперсонализации - это ощущение измененности собственного “Я”, с утратой эмоционального компонента психических процессов.

  1. Иллюзии – ошибочное восприятие реально существующих в данный момент предметов и явлений. Иллюзорное восприятие можно отнести к обманам восприятия, стоящих на границе с галлюцинациями, хотя некоторые иллюзии встречаются и у здоровых людей.

Выделяются физические,

физиологическиеиллюзии у психически здоровых лиц и психические (патологические) иллюзии при психопатологических расстройствах. К первой группе относятся феномены, связанные с обманчивым проявлением физических свойств предмета или действия (восприятие палки, опущенной в воду) или обусловленные физиологическими особенностями нормально функционирующих анализаторов (проба Деллофа: ощущение большей тяжести 3-килограммового металлического шара сравнительно с пластмассовым шаром того же веса).

Истинные иллюзии:

- Аффективные иллюзии возникают при патологических изменениях аффективной сферы, под влиянием сильного страха, чрезмерного нервного напряжения. Н-р, висящий в углу халат воспринимается как зловещая фигура.

- Вербальные иллюзиизаключаются в извращенном восприятии различного рода звуковых раздражителей. Н-р, нейтральная речь воспринимается как угрозы.

- Парейдолическиеиллюзии – зрительные иллюзии фантастического содержания. Н-р, в кроне деревьев видятся необычные фигуры, сказочные персонажи, пейзажи и т.

п.

Иллюзии, в основном, встречаются при остро возникающих экзогенных психических расстройствах, например, в состоянии опьянения некоторыми наркотическими веществами (препараты опия, гашиш) и при лихорадочных состояниях.

  1. Галлюцинации - мнимые восприятия, восприятия без объекта.

  1. Истинные галлюцинации характеризуются внешней проекцией галлюцинаторного образа (проекция в окружающее пространство, «во вне»), они связаны с реальной, конкретной обстановкой, чувственно - крайне живые, яркие и обладают такой степенью объективной достоверности, что галлюцинант полностью отождествляет их с действительностью: галлюцинации так же естественны для больного, как и реальные вещи. Характерны также направленность на физическое «Я», телесность, предметность и поведенческие реакции.(их деление, признаки)

  2. Псевдогаллюцинации

    , впервые описанные В. Х. Кандинским (1890), проецируются, в отличие от истинных, в субъективное пространство (внутри головы, в теле, «во внутрь»). Вне возможностей анализатора.

Как правило, галлюцинации - симптом психического расстройства, хотя в отдельных случаях они могут возникнуть и у здоровых людей (внушенные в гипнозе, индуцированные) или при патологии органов зрения (катаракта, отслойка сетчатки и т.д.) и слуха. Критическое отношение во время галлюцинирования, как правило, отсутствует, очень важно учитывать объективные признаки галлюцинаций (изменения мимики, жестикуляции, поведения). Содержание галлюцинаций при этом крайне разнообразно.

В зависимости от органа восприятия различают:

- Слуховые галлюцинации, которые подразделяются на акоазмы (отдельные звуки, шорохи, шумы - неречевые) и фонемы или «голоса» - патологическое восприятие каких - то слов, фраз, разговоров, речи.

- Зрительные галлюцинации могут быть элементарными (т.

н. фотопсии - в виде мушек, искр, зигзагов) либо предметными («видение» различных не существующих в действительности животных (зоопсии) и т.д.

- Тактильные галлюцинации выражаются в ощущении неприятного прикосновения к телу (термические галлюцинации), появления на теле влаги, жидкости (гигрические галлюцинации), ощущения схватывания (гаптические галлюцинации). Разновидностью тактильных галлюцинаций являются и висцеральные галлюцинации - ощущение присутствия в собственном теле животных, каких-то предметов, посторонних органов. Эротические тактильные галлюцинации.

- Обонятельные и вкусовые галлюцинации подчас сложно отличить от иллюзий и бреда. Галлюцинаторные переживания такого рода характеризуются крайне неприятным содержанием («трупный, гнилостный запах», «омерзительный привкус»).

- Галлюцинации общего чувства (интероцептивные) – инородные тела, живые существа, приборы.

Отличие от сенестопатий – телесность, предметность.

О наличии галлюцинаций судят не только по тому, что больной сам о них рассказывает, но также по его внешнему виду и поведению.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дополнительная информация.

 

При тотальной аутометаморфопсии все тело воспринимается явно увеличенным или уменьшенным (макросомия и микросомия) вплоть до его полного исчезновения, при парциальной речь идет об изменениях веса, формы, объема и взаиморасположения отдельных частей тела; может быть нарушено восприятие положения отдельных частей тела в пространстве (голова кажется повернутой затылком вперед и т.п.).

Возникают ощущения отделения, смещения, исчезновения тех или иных частей тела, нарушение восприятия единства тела, ощущения невесомости и легкости, при резко выраженных нарушениях тело воспринимается искаженным до полной неузнаваемости, полностью потерявшим прежнюю физическую индивидуальную форму.

Аутометаморфопсии могут быть постоянными или периодическими, возникают чаще при закрытых глазах, при засыпании (при открытых глазах тело может восприниматься нормально), они характеризуются стремлением к коррекции и отрицательными аффективными переживаниями. Это может встречаться при органических поражениях головного мозга.

Виды деперсонализаций.

Различают аллопсихическую деперсонализацию (дереализацию) к которой относятся потеря или притупление эмоционального восприятия окружающего мира. Больные жалуются на то, что окружающее стало «тусклым», «бесцветным», воспринимается как «через пленку», или «мутное стекло». Они говорят, что различают цвета, но не осознают их различие, все кажется одинаково бесцветным. Аутопсихическая деперсонализация - ощущение «пустоты в голове», полное отсутствие мыслей и воспоминаний, но при этом нет чувства отнятия мыслей. Утрачивается ощущение знакомости, привычная обстановка воспринимается как чуждая.

Невозможно воссоздать мысленно образ близкого человека. Нарушается восприятие собственного «Я», «как будто пропала душа», «стал роботом, автоматом», возникает ощущение полной утраты чувств, сопровождающееся ощущением мучительности такого состояния. Это «скорбное бесчувствие» - anaesthesia phsychica dolorosa. При этом отмечается отсутствие чувства тоски, гнева, жалости. Иногда наблюдается отчуждение процессов мышления и памяти – ощущение отсутствия мыслей и воспоминаний. Важным компонентом деперсонализации является нарушение восприятия времени: реальное время течет для больных невыносимо долго и даже останавливается, поскольку образы и мысли не сопровождаются эмоциональной окраской. Прошедшее время как бы не оставляет следов и поэтому воспринимается, как короткое мгновение.

Часто наблюдаются явления соматопсихической деперсонализации. Это отсутствие чувства голода, насыщения, снижение температурной, болевой, тактильной и проприоцептивной чувствительности. В некоторых случаях массивная соматопсихическая деперсонализация, развивающаяся на фоне тревоги, приводит к бредовой интерпретации, ипохондрическим нигилистическим идеям, достигающим степени бреда Котара.

При слуховых галлюцинациях, особенно возникающих остро. Больной к чуму-то прислушивается, его мимика и пантомимика изменчивы и выразительны. При некоторых психозах, например, алкогольных, на словесное обращение врача к больному он может жестом или короткой фразой не мешать ему слушать. О наличие слуховых галлюцинаций может говорить факт сообщения больным окружающим лицам каких-либо необычных фактов, например, о начале войны. Очень часто при слуховых галлюцинациях больные стремятся выяснить источник (место) из которого доносятся «голоса». При галлюцинациях угрожающего содержания больные могут спасаться бегством, совершая импульсивные поступки – выпрыгнуть из окна, спрыгнуть с поезда, и.т.п., или, напротив, перейти к обороне, например, забаррикадироваться в том помещении, в котором они в данный момент находятся (ситуация осадного положения), оказывая упорное, подчас сопряженное с агрессией сопротивление, направленное против мнимых врагов или самих себя.

Некоторые больные, обычно с длительно существующими слуховыми галлюцинациями, затыкают ватой уши, прячутся под одеяло. Однако очень многие больные с длительно существующими слуховыми галлюцинациями ведут себя, особенно – на людях совершенно правильно. В ряде случаев некоторые из таких больных способны годами выполнять профессиональные обязанности, требующие значительного умственного и душевного напряжения приобретать новые специальные знания. Обычно речь идет о больных зрелого возраста, страдающих шизофренией.

При зрительных галлюцинациях, особенно сопровождаемых помрачением сознания, поведение больного всегда дезорганизуется в той или иной степени. Чаще больной становится неусидчивым, внезапно оборачивается, начинает пятиться, от чего-то отмахивается, что-то стряхивает с себя. Значительно реже появляется двигательная неподвижность или же двигательные реакции ограничиваются лишь изменчивой мимикой: страх, изумление, любопытство, сосредоточенность, восхищение, отчаяние и т. д., возникающее то обособленно, то сменяющие одно другое.

Особенно резко меняется поведение больных с интенсивными тактильными галлюцинациями. В острых случаях они ощупывают себя, что-то сбрасывают или стряхивают с тела или одежды, пытаются раздавить, снимают одежду. В ряде случаев больные начинают дезинфицировать окружающие их предметы: моют и гладят нательное или постельное белье, дезинфицируют различными способами пол и стены комнаты, в которой живут и т. д. Нередко они предпринимают ремонт своего помещения.

При обонятельных галлюцинациях больные зажимают или затыкают чем-либо нос. При вкусовых галлюцинациях часты отказы от еды.

Синдром бредового восприятия в норме и патологии

Цитировать:

Короленко Ц.П., Антонова В.В., Дмитриева Н.В. Синдром бредового восприятия в норме и патологии // Universum: психология и образование : электрон. научн. журн. 2015. № 9-10 (19). URL: https://7universum.com/ru/psy/archive/item/2632 (дата обращения: 07.06.2021).

Прочитать статью:

Keywords: delusional perception, preparatory field, utimia, psychodynamics, foreboding, harbinger of delusional perception, temporal type, schizophrenia spectrum

 

АННОТАЦИЯ

В статье представлены особенности синдрома бредового восприятия как состояния, не являющегося ни иллюзией, ни галлюцинацией, в связи с тем, что воспринимаемый объект на самом деле присутствует и иллюзорно не изменяется, но ему при этом придается необычное значение, которое кардинально изменяет отношение к нему, к себе и к окружающему миру. Статья содержит описание двух механизмов, связанных с бредовым восприятием. Первый механизм — подготовительное поле, предшествующее развитию бредового восприятия. Второй механизм - неожиданно возникающая кратковременная ютимия, или эйфория, сменяющаяся свободно плавающей тревогой. В статье приводятся примеры развития разрушительных тенденций, связанных с бредовыми восприятиями. Представлен анализ феномена бредового восприятия с точки зрения психодинамической концепции. Описан механизм патологической динамики развития данного состояния и предвестник бредового восприятия — предчувствие как состояние, находящееся в зоне психического здоровья. Конкретизировано описание феномена предчувствия бредового восприятия у людей височного типа. В статье обосновывается тот факт, что возникновение бредового восприятия на фоне усиленных предчувствий представляет патологический сдвиг, определяющий дальнейшее развитие нарушений шизофренического спектра. Материалы статьи ориентированы на специалистов, работающих в области психического здоровья, психиатров, психотерапевтов, психологов и специалистов социальных служб. Приводятся описания конкретных клинических случаев, что увеличивает значимость и ценность статьи.

ABSTRACT

In the article the features of a delusional perception syndrome are presented as a state that is neither an illusion nor hallucination due to the fact that the perceived object is present and does not change illusory, but at the same time it is given an unusual value which fundamentally changes the attitude to itself and to the world. The article contains two mechanisms connected with delusional perception. The first mechanism is a preparatory field prior to the development of delusional perception. The second mechanism is a sudden brief utimia or euphoria changing with free-floating anxiety. Examples of destructive tendencies related to delusional perceptions are given in the article.

The analysis of the delusional perception phenomenon in terms of psychodynamic concept is carried out. The mechanism of the pathological dynamics of the condition development is described and a harbinger of delusional perception is a premonition as a state located in the area of mental health. Phenomenon description of the foreboding delusional perception is defined concretely in people of the temporal type. In the article the fact is substantiated that the emergence of delusional perception amid increasing foreboding is a pathological change that determines the further development of schizophrenia spectrum disorders. Materials of the article are focused on specialists working in the field of mental health, psychiatrists, psychotherapists, psychologists and social services experts. Descriptions of specific clinical cases are given that increases the importance and the value of the article.

 


Список литературы:

Дмитриева Н.В. Вопросы гигиенического обучения и воспитания населения по профилактике неинфекционных заболеваний // Здравоохранение Российской Федерации. — 1990. — № 7. — С. 37—38.
2.    Дмитриева Н.В., Буравцова Н.В. Психологические концепции харизматической личности // Мир науки, культуры, образования. — 2013. — № 4 (41). — С. 137—141.
3.    Дмитриева Н.В., Буравцова Н.В., Перевозкина Ю.М. Использование ассоциативных карт в нарративной психотерапии работоголизма // Сибирский педагогический журнал. — 2014. — № 4. — С. 166—172.
4.    Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Личностные расстройства. — Санкт-Петербург, 2009.
5.    Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В., Андриенко Е.В. Психологические механизмы формирования нарциссической личности // Мир психологии. — 2002. — № 2. — С. 60—63.


References:

1.    Dmitrieva N.V. Questions of hygienic training and education of the population on the prevention of noncommunicable diseases. Zdravookhranenie Rossiiskoi Federatsii [Healthcare of Russian Federation], 1990, no. 7, pp. 37—38. (In Russian).
2.    Dmitrieva N.V., Buravtsova N.V. Psychological concept of charismatic personality. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniia. [The world of science, culture, education], 2013, no. 4 (41), pp. 137—141. (In Russian).
3.    Dmitrieva N.V., Buravtsova N.V., Perevozkina Iu.M. Using the associative cards narrative therapy of workaholism. Sibirskii pedagogicheskii zhurnal [Siberian Pedagogical Journal], 2014, no. 4, pp. 166—172. (In Russian).
4.    Korolenko Ts.P., Dmitrieva N.V. Personality disorders. St. Petersburg, 2009. (In Russian).
5.    Korolenko Ts.P., Dmitrieva N.V., Andrienko E.V. Psychological mechanisms of formation of the narcissistic personality. Mir psikhologii [World of psychology], 2002, no. 2, pp. 60—63. (In Russian).


Аномалии цветового зрения - ICR

АКРОМАТОПСИЯ И МОНОКРОМАТОПСИЯ

Полное отсутствие восприятия цвета, при первом случае из-за отсутствия конусов в сетчатке, во втором, по наличию только одного типа колбачек.


ДИСХРОМАЗИЯ

Нарушение восприятия цвета элементами сетчатки. Это может быть врожденным, как дальтонизм или приобретенным

ДАЛЬТОНИЗМ

Наследственная, реже приобретённая особенность, выражающаяся в неспособности различать один или несколько цветов.

Этимологическое происхождение слова происходит от имени математика и физика Джона Дальтона, который страдал этим расстройством. Различают разные степени заболевания, от способности видеть цвета или проблемы с различием между оттенками красного и зелёного, которые могут быть проблематичными в повседневной жизни.

Это наследственное заболевание, связанное с Х-хромосомой, поэтому женщины страдают им реже. Степени заболевания классифицированы в соответствии с восприятием цвета и степени восприятия

У человека в центральной части сетчатки расположены цветочувствительные рецепторы — нервные клетки, которые называются колбочками. Каждый из трёх видов колбочек имеет свой тип цветочувствительного пигмента белкового происхождения. Один тип пигмента чувствителен к красному цвету , другой — к зелёному третий — к синему.
Люди с нормальным цветным зрением имеют в колбочках все три пигмента (красный, зелёный и синий) в необходимом количестве. Их называют трихроматами.

Монохромный дальтонизм

имеется только один из трёх пигментов конуса и снижение зрения в одном цвете.

Бихроматный дальтонизм

является серьезным недостатком, при котором наблюдается отсутствие или дисфункция одного из трех основных механизмов цвета или колбочек. Оно может быть трех типов:

Протанопия

Отсутствие рецепторов, которые идентифицируют длинные волны и воспринимают красный цвет. Красный цвет кажется тёмно-бежевым и зелёный напоминает красный.

Дейтеранопия

Это наиболее распространенный вид дихроматическом цветовой слепоты и состоит в отсутствии рецепторов, которые определяют длину средних волн, соответствующих зелёным. Восприятие цвета подобно как и при протанопии, но красные цвета выглядят не такими тёмными.

Тританопия

Отсутствие рецепторов, которые идентифицируют соответствующий короткой длине волны синего цвета. Проблемы с различием синего и зелёного , могут наблюдаться затруднения в различии жёлтого цвета и восприятия красного цвета более тёмным.

В случае, когда активность одного из пигментов всего лишь снижена, говорят об аномальной трихроматии — в зависимости от цвета, ощущение которого ослаблено, такие состояния называют протаномалией, дейтераномалией и тританомалией соответственно.
У тех, кто страдает этим заболеванием имеются три типа колбочек, но с функциональными дефектами. Таким образом, они путают цвета. Это является наиболее распространенной группой среди дальтонизма и эффекты аналогичны дихроматической цветовой слепоте, но более слабые.

Существует три типа  дихроматического дальтонизма:

Протаномалия

Снижение восприятия рецепторов, которые идентифицируют длинные волны, ответственные за красный цвет. Эффект восприятия цвета аналогичен протанопии, но более мягкий.

Дейтераномалия

Это наиболее распространенный вид трехцветной цветовой слепоты и состоит из изменения рецепторов, которые определяют волны средней длины, соответствующие зелёному цвету. Эффекты восприятия схожи с протаномалией, но красные цвет различают не таким тёмным. Эффект восприятия цвета аналогичен дейтеранопии, но более мягкий.

Тританомалия

Снижение восприятия рецепторов, которые идентифицируют волны короткой длины синего цвета. Затруднения восприятия синего и зелёный, желтый похож на красный цвет. Эффект восприятия цвета аналогичен тринанопии, но более мягкий.


ПРИОБРЕТЕННАЯ НЕДОСТАТОЧНОСТЬ

Приобретенная недостаточность может быть как у мужчин, так и у женщин. Чаще всего она проявляется только в одном глазу. Наиболее распространенными являются те, которые соответствуют измененному восприятию голубого цвета и наблюдается у пожилых людей или детей.

Это может быть связано с заболеваниями инфекционного типа (сифилис) или неинфекционного, таких как катаракта, глаукома и дегенерация желтого пятна, а также чрезмерное потребление алкоголя, табака или наркотиков.


ДИАГНОСТИКА И ЛЕЧЕНИЕ

Характер цветового восприятия определяется на специальных полихроматических таблицах Рабкина, с изображениями (обычно цифры), состоящих из множества цветных кружков и точек, имеющих одинаковую яркость, но несколько различных по цвету.

Тест Фарнсворт, состоящий из цветных дисков до 100 различных оттенков, пронумерованных с обратной стороны. Пациент должен сортировать их по цветовой гамме.

Существует также аномалоскоп — устройство с использованием спектральных цветов, которые были получены путем разложения призм и белого цвета. Это очень точный прибор, помогающий обнаружить дефицит и уровни нарушения восприятия цветового зрения.

В настоящнее время есть много попыток улучшить восприятие цветов, особенно у больных дисхроматов, но они не дают тот же уровень восприятия, как у трикроматов.Первоначально использовались монокулярные красные фильтры, но отсутствие эстетики и ограниченная эффективность привели к уменьшению их использования. Позже, началось использование контактных линз X-Крома ™ и Хромоген ™, но ни одни из них не достигли желаемого результата.
Похоже, что информационная революция начинает предоставлять программы поддержки для отображения цветов которые, возможно, в будущем будут являться решением нарушения цветового восприятия.

 

Восприятие - Когнитивная способность

Что такое пространственное восприятие?

Пространственное восприятие - это способность человека осознавать отношения со своим окружением (экстероцептивные процессы) и с самим собой (интероцептивные процессы). Пространственное восприятие формируют два вида процессов: экстероцептивные - процессы, которые создают представление о нашем пространстве при помощи чувств, и интероцептивные - процессы, создающие представление о нашем теле, его позиции или направлении. Пространство - это то, что нас окружает: объекты, элементы, люди и т.д. Пространство также является частью нашего мышления, так как именно оттуда мы черпаем информацию для нашего жизненного опыта. Для того, чтобы получить полную информацию о характеристиках окружающего мира, человек использует две системы.

Когда мы говорим о пространственном восприятии, обычно под "пространством" мы подразумеваем всё, что нас окружает: предметы, объекты, люди и т.д. Однако пространство также является частью нашего мышления, поскольку мы храним в памяти полученный нами жизненный опыт.

Хорошее пространственное восприятие позволяет нам понять состояние окружающего нас мира и наше с ним взаимоотношение. К пространственному восприятию также относится понимание соотношения объектов при изменении их положения в пространстве. Кроме того, оно помогает нам представлять объекты в двух или трёх измерениях, что даёт возможность визуализировать их под различными углами зрения вне зависимости от перспективы, с которой мы смотрим.

  • Зрительная система: в сетчатке глаза находятся зрительные рецепторы, которые отвечают за информацию, получаемую от окружающей среды при помощи зрения.
  • Тактильно-кинестетическая система: находится вокруг тела человека и предоставляет информацию о положении различных частей тела, движении конечностей, а также характеристиках обнаруженных физических поверхностей, в том числе их скорости и неподвижности.

Самой важной характеристикой этой когнитивной способности является то, что с её помощью мы воспринимаем окружающий мир посредством размеров, форм, расстояний и т. д. Благодаря этому навыку мы можем воспроизвести предметы "в уме", как в 2D, так и 3D, а также предвидеть изменения в окружающем нас пространстве.

Пространственное восприятие важно и необходимо нам с самого детства, мы постоянно используем эту когнитивную способность. Например, когда мы идём, одеваемся или даже когда рисуем. С другой стороны, пространственное восприятие постоянно помогает нам не натыкаться на окружающие предметы. Когда мы ведём машину, мы стараемся не пересекать разделительные полосы, а также не задевать колёсами тротуар при парковке. В эти моменты мы обращаем внимание на дистанцию, положение и размеры объектов по отношению к нам. Даже когда нам нужно добраться до места, в котором мы раньше не были, нам нужно сориентироваться, и для этого также необходим данный навык.

Когда мы тренируем пространственное восприятие, мы развиваем способность осознавать расположение окружающих нас объектов. Для этого очень важно понимать расположение объектов, понятия дистанции, скорости и местонахождения (наверху, внизу, сверху, снизу и т.д.).

Пространственное восприятие может быть нарушено при некоторых расстройствах развития, таких, как аутизм, синдром Аспергера, церебральный паралич и другие. Страдающие этими заболеваниями не могут правильно воспринимать стимулы окружающего пространства, объединять их в единое целое и интерпретировать.

Примеры пространственного восприятия

За развитие этой когнитивной способности отвечает левое полушарие. С помощью этого полушария мы выполняем математические и пространственные расчёты, которые непосредственно связаны с пространственным восприятием, пониманием пространства. Представьте, что если из-за травмы мозга будет повреждено левое полушарие, это может вызвать трудностости с ориентированием, распознаванием и толкованием, таким образом, пространственное восприятие будет нарушено.

Патологии и расстройства, связанные с нарушением пространственного восприятия

Таким образом, обладать хорошим пространственным восприятием означает иметь способность стоять, двигаться, ориентироваться, принимать различные решения, анализировать ситуации и события в нашем окружении, а также взаимоотношение с ним нашего тела.

Пример: вы решаете пойти в новое кафе в торговом центре. При входе разглядываете план и находите местоположение кафе. Для чтения карт и понимания знаков в двух измерениях нам необходимо пространственное восприятие.

Как измерить и оценить пространственное восприятие?

Пример: пространственное восприятие необходимо нам, чтобы положить на место коробки, книги, например, на полку или в кладовку. При этом мы перебираем в уме возможное расположение и выбираем оптимальный для себя вариант.

Пример: когда мы должны определить маршрут или направление движения, мы должны выбрать наиболее подходящую нам позицию. Для этого нам нужно сориентироваться одним из двух способов: либо с помощью декартовой системы координат, базирующейся на использовании сторон света (север, юг, восток и запад) либо используя точку отсчёта. Например, взять за точку отсчёта какой-то объект - дерево, дом или иной, для того, чтобы вернуться в нужное нам место.

  • Тест на Программирование VIPER-PLAN: необходимо как можно быстрее провести шар по лабиринту за минимальное количество шагов.
  • Тест на Концентрацию VISMEM-PLAN: на экране в случайном порядке будут появляться стимулы. Далее символы будут загораться по очереди в определённом порядке под звуковые сигналы. Необходимо наблюдать как за изображением, так и за звуком. Во время вашей очереди игры нужно будет воспроизвести последовательность.

Как реабилитировать или улучшить пространственное восприятие?

Все когнитивные способности, включая пространственное восприятие, можно улучшить с помощью тренировки. CogniFit ("КогниФит") даёт возможность делать это профессионально.

Пластичность мозга лежит в основе реабилитации пространственного восприятия и других когнитивных способностей. CogniFit ("КогниФит") предлагает батарею упражнений, созданных для реабилитации дефицита пространственного восприятия и других когнитивных функций. Мозг и его нейронные связи укрепляются при использовании функций, которые от них зависят. Таким образом, при регулярной тренировке пространственного восприятия укрепляются нейронные связи задействованных при этом отделов мозга. Поэтому когда наши глаза передают пространственную информацию мозга и он начинает её обрабатывать, нейронные соединения становятся более быстрыми и эффективными, и наше пространственное восприятие улучшается.

CogniFit ("КогниФит") состоит из опытной команды профессионалов, специализирующихся на изучении синаптической пластичности и процессов нейрогенеза. Это позволило создать персонализированную программу когнитивной стимуляции для каждого пользователя. Программа начинается с точной оценки пространственного восприятия и других основных когнитивных функций. По итогам тестирования программа когнитивной стимуляции CogniFit ("КогниФит") автоматически предложит персональную когнитивную тренировку для улучшения пространственного восприятия и других когнитивных функций, которые, по результатам оценки, в этом нуждаются.

Чтобы улучшить пространственное восприятие, тренироваться нужно правильно и регулярно. CogniFit ("КогниФит") предлагает инструменты оценки и реабилитации этой когнитивной функции. Для корректной стимуляции необходимо уделять 15 минут в день тренировке, два или три раза в неделю.

Программа когнитивной стимуляции CogniFit ("КогниФит") доступна онлайн. Разнообразные интерактивные упражнения представлены в форме увлекательных умных игр, в которые можно играть с помощью компьютера. В конце каждой сессии CogniFit ("КогниФит") представит подробный график прогресса когнитивного состояния.

Синдром бредового восприятия в норме и патологии Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

UNIVERSUM:

ПСИХОЛОГИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ

• 7universum.com

СИНДРОМ БРЕДОВОГО ВОСПРИЯТИЯ В НОРМЕ И ПАТОЛОГИИ

Дмитриева Наталья Витальевна

д-р психол. наук, профессор кафедры психологии девиантного поведения

Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы; 199178, Россия, г. Санкт-Петербург, дом 13А, 12-я линия В.О.

E-mail: [email protected]

Короленко Цезарь Петрович

д-р мед. наук, профессор кафедры психиатрии Новосибирского государственного медицинского университета; 630091, Россия, г. Новосибирск, Красный проспект, дом 52

E-mail: [email protected]

Антонова Вера Васильевна

психолог Новосибирского института клинической психологии;

630031, Россия, г. Новосибирск, ул. Писарева 4

E-mail: [email protected]

Natalia Dmitrieva

Doctor of Psychology, Professor of Psychology of deviant behavior Department of St. Petersburg State Institute of Psychology and Social Work; 199178, Russia, Saint Petersburg, 13A, 12th Line V.O.

Tsezar Korolenko

Doctor of Medical Sciences, professor ofpsychiatry Department,

Novosibirsk State Medical University; 630091, Russia, Novosibirsk, Krasnyi Prospect, 52,

Vera Antonova

Psychologist, Novosibirsk Institute of clinical psychology, 630031, Russia, Novosibirsk, Pisareva st, 4

DELUSIONAL PERCEPTION SYNDROME IN NORMALITY AND PATHOLOGY

Дмитриева Н.В., Короленко Ц.П., Антонова В.В. Синдром бредового восприятия в норме и патологии // Universum: Психология и образование : электрон. научн. журн. 2015. № 9-10 (19) . URL: http ://7universum. com/ru/psy/archive/item/2632

АННОТАЦИЯ

В статье представлены особенности синдрома бредового восприятия как состояния, не являющегося ни иллюзией, ни галлюцинацией, в связи с тем, что воспринимаемый объект на самом деле присутствует и иллюзорно не изменяется, но ему при этом придается необычное значение, которое кардинально изменяет отношение к нему, к себе и к окружающему миру. Статья содержит описание двух механизмов, связанных с бредовым восприятием. Первый механизм — подготовительное поле, предшествующее развитию бредового восприятия. Второй механизм - неожиданно возникающая кратковременная ютимия, или эйфория, сменяющаяся свободно плавающей тревогой. В статье приводятся примеры развития разрушительных тенденций, связанных с бредовыми восприятиями. Представлен анализ феномена бредового восприятия с точки зрения психодинамической концепции. Описан механизм патологической динамики развития данного состояния и предвестник бредового восприятия — предчувствие как состояние, находящееся в зоне психического здоровья. Конкретизировано описание феномена предчувствия бредового восприятия у людей височного типа. В статье обосновывается тот факт, что возникновение бредового восприятия на фоне усиленных предчувствий представляет патологический сдвиг, определяющий дальнейшее развитие нарушений шизофренического спектра. Материалы статьи ориентированы на специалистов, работающих в области психического здоровья, психиатров, психотерапевтов, психологов и специалистов социальных служб. Приводятся описания конкретных клинических случаев, что увеличивает значимость и ценность статьи.

ABSTRACT

In the article the features of a delusional perception syndrome are presented as a state that is neither an illusion nor hallucination due to the fact that the perceived object is present and does not change illusory, but at the same time it is given an unusual value which fundamentally changes the attitude to itself and to the world. The article contains two mechanisms connected with delusional perception. The first

mechanism is a preparatory field prior to the development of delusional perception. The second mechanism is a sudden brief utimia or euphoria changing with free-floating anxiety. Examples of destructive tendencies related to delusional perceptions are given in the article.

The analysis of the delusional perception phenomenon in terms of psychodynamic concept is carried out. The mechanism of the pathological dynamics of the condition development is described and a harbinger of delusional perception is a premonition as a state located in the area of mental health. Phenomenon description of the foreboding delusional perception is defined concretely in people of the temporal type. In the article the fact is substantiated that the emergence of delusional perception amid increasing foreboding is a pathological change that determines the further development of schizophrenia spectrum disorders. Materials of the article are focused on specialists working in the field of mental health, psychiatrists, psychotherapists, psychologists and social services experts. Descriptions of specific clinical cases are given that increases the importance and the value of the article.

Ключевые слова: бредовое восприятие, подготовительное поле, ютимия, психодинамика, предчувствие, предшественники бредового восприятия, височный тип, шизофренический спектр.

Keywords: delusional perception, preparatory field, utimia, psychodynamics, foreboding, harbinger of delusional perception, temporal type, schizophrenia spectrum.

Термин бредовое восприятие используется в психиатрии и клинической психологии для обозначения особого психического нарушения, заключающегося в том, что какому-то воспринимаемому явлению, объекту, событию придается совершенно необычное, не поддающееся рациональному логическому объяснению значение. Это значение не только количественно, но и качественно отличается от обычного. Оно обладает чрезвычайной

мистической сверхъестественной силой. Клиенты оценивают его как послание из другого мира, как высшую форму реальности, как Специальный Знак Предупреждения о чем-то.

Бредовое восприятие не является ни иллюзией, ни галлюцинацией, так как воспринимаемый объект на самом деле присутствует и иллюзорно не изменяется (а воспринимается как таковой), но ему при этом придается необычное значение, которое кардинально изменяет отношение к нему, к себе и к окружающему миру.

Бредовое восприятие вписывается в реестр шизофренического спектра психических расстройств [4]. Описаны два существенных элемента связанной с бредовым восприятием психодинамики психических нарушений:

1. Возникновению бредового восприятия предшествует развитие психического состояния, называемого подготовительным полем (Forbereitungs Feld). Оно характеризуется явлениями деперсонализации и дереализации, изменением восприятия себя и окружающего мира, внезапно возникающими по внутренним механизмам колебаниями настроения, что происходит на фоне общего эмоционального напряжения.

Неожиданно все становится смешным, возникает кратковременная ютимия, или эйфория, сменяющаяся свободно плавающей тревогой, которая постепенно приобретает и сменяет кратковременные проекции. Все кажется странным, непривычным, каким-то другим.

Состояние подготовительного поля длится обычно от нескольких часов до нескольких дней. На его фоне возникает феномен бредового восприятия, которое может иметь также множественный характер, затрагивая в основном сферу зрительного и слухового восприятия.

2. После возникновения бредового восприятия (восприятий) через какое-то время появляются слуховые галлюцинации и развивается параноидный синдром, содержание которого объясняет смысл происходящего, но в рамках модели бредовых идей преследования и бредовых идей отношения

с формированием параноидного синдрома с последующей тенденцией к психической деградации.

Психодинамической анализ феномена бредового восприятия обнаруживает причину его возникновения в виде механизма, в чем-то родственного механизму воздействия трансформационного объекта. Считается, что встреча с трансформационным объектом приводит к значительному изменению видения себя и окружающего мира. В этом процессе раскрывается новая (новые), ранее не осознаваемые возможности и перспективы, задействуются скрытые в бессознании потенциальные возможности, раскрываются новые, чрезвычайно увлекательные мотивации.

Существует мнение, что человеку свойственен особый драйв поиска трансформационных объектов. Ими могут оказаться мимолетная встреча с каким-то человеком, произнесенные кем-то фразы, отдельное слово, прослушивание музыки, явления природы, ощущение определенного запаха и др. Анализируемое в этом ракурсе бредовое восприятие является своего рода патологическим трансформационным объектом, воздействие которого приводит к разрушительным последствиям для психики, активизируя процессы нарастающего регресса, что можно метафорически сравнить с погружением в засасывающую воронку черной дыры Гантрипа.

Известно, что встреча с трансформационным объектом активизирует творческую зону психики [1—3]. Эта зона участвует, очевидно, в бредовых восприятиях трансформационных объектов. В этих случаях трансформационный объект может оказаться глубоко патологичным. Его отрицательная трансформационная сила связана с активизацией бессознательных глубинных коллективных архетипных разрушительных, регрессивных энергий, ведущих в конечном итоге к психической аннигиляции.

В заключение следует отметить, что нами наблюдались клиенты, у которых патологическая динамика данного процесса останавливалась на этапе подготовительного поля, что было связано со своевременным психофармакологическим вмешательством. Оказание психофармакологической

помощи оказалось возможным и эффективным в связи с тем, что клиенты уже имели опыт возникновения бредового восприятия и осознавали, что промедление приведет к драматическому развитию процесса, что повлечет за собой полное исчезновение критической оценки происходящего.

Развитие разрушительных тенденций, непосредственно связанных с бредовыми восприятиями, прекрасно продемонстрировано в фильме Романа Полянского «Отвращение» (Repulsion). Главная героиня фильма, которую играет Катрин Денев, после бредового восприятия во время делания маникюра (героиня работала маникюршей) одной из посетительниц вышла на улицу, и бредовое восприятие повторилось. Она увидела трещину в асфальте, которая ассоциировалась в ее сознании с непосредственной угрозой ее жизни и существованию. Угроза висела в воздухе, вся атмосфера была пропитана ею. Героиня совершает ряд убийств под влиянием развившихся бредовых идей и зрительных галлюцинаций, когда из стен коридора вырастают руки и пытаются ее схватить.

Нами наблюдалась женщина с нарциссическим личностным радикалом, у которой, после кратковременного, длящегося всего несколько минут периода подготовительного поля, возникло бредовое восприятие, когда при встрече в компании знакомых людей в комнату вошел незнакомый ей мужчина. Произнесенная им фраза «Небо безоблачное, можно будет наблюдать лунное затмение» сразу же ассоциировалась с нависающей угрозой. Обстановка воспринималась как похожая на ту, которая бывает накануне приближающейся катастрофы вселенского характера. Клиентка позднее сравнивала это состояние с атмосферой фильма «Меланхолия» (режиссера Ларса фон Триера), в котором Земля переживает последние дни перед гибелью, в связи со столкновением с планетой Меланхолия. Это состояние продолжалось несколько минут и сменилось сонливостью, которую было очень трудно преодолеть. После кратковременного сна переживания прекратились. Подобные случаи представляют интерес в связи с выявлением возможности возникновения

подготовительного поля и бредового восприятия не только в рамках шизофренического, но и эпилептического спектров.

Приведем еще один пример. Наблюдавшийся нами 35-летний работоголик, вспоминая свое детство, рассказывал.

Мой отец был военным. За годы своего детства мы успели пожить и на холодном севере, и в жаркой степи, и в горах. Мне часто приходилось привыкать к новому климату и находить новых друзей. Я был контактным, добрым, весёлым мальчиком, не имеющим проблем с общением. К тому же с четырёх лет я занимался борьбой и в случае чего мог за себя постоять, может и это придавало уверенности. Как-то мой отец получил назначение в приморский городок. Я сразу полюбил море. Оно было тёплое и ласковое. Помню городок, в котором мы тогда жили, он был уютным, зелёным, все его улицы вели к морю. По любой из них можно было спуститься, полюбоваться морем и по набережной дойти до своей улицы. Школа мне понравилась, класс был дружным, у меня сразу появилось много друзей. Проблемы начались тогда, когда в школе появился новенький. Он был старше меня на два года, был толстым и вредным, ко всем задирался и отбирал у тех, кто послабее, бутерброды и деньги. Меня он не трогал, наверное, знал, что я занимаюсь борьбой. На моих глазах этот толстяк, а звали его Валерка, обижал младших, и при этом смотрел на меня насмешливо и нахально потому, что от страха я всегда проходил мимо, делая вид, что ничего не замечаю. Мне было стыдно и плохо от того, что испугался и не заступился, но я ничего не мог с собой поделать. Однажды, возвращаясь из школы, я случайно свернул на незнакомую улицу. Дома на ней были все разные: одни похожи на китайские — с загнутыми крышами, другие — резные деревянные теремки с петушком на крыше, были и маленькие замки с башнями и тут же обычные многоэтажки. «Как здесь интересно, — подумал я, — почему я раньше не видел этой улицы?». И вдруг совершенно неожиданно вспомнил, что недавно уже видел похожую картинку в одном из фильмов, смотреть которые я очень любил. Небо затянуло тучами, пошёл сильный ливень. Я забежал в открытую дверь какого-то подвала

и закрыл за собой дверь, спасаясь от потоков воды. Неожиданно передо мной возникли странные картины. Вдруг стало темно, но в противоположной от двери стороне пробивался свет. Я увидел какого-то мальчика, который пошёл на этот свет, заглянул в приоткрытую дверь и увидел поле, залитое ярким солнцем. По полю бежала тропинка, по которой мальчик пошел дальше. Вскоре он увидел на поле еще одного мальчика, тот пропалывал посаженные на поле какие-то маленькие арбузы, только розовые. Одет он был очень странно, в светлую длинную рубаху, тёмные шаровары и соломенную шляпу. Он работал, не обращая ни на кого внимания. На поле росли совсем незнакомые фрукты, они напоминали груши, только оранжевые и огромные, не похожие не на что. Везде работали одинаково одетые мальчики. Тут на дорогу вышел паренек с тачкой, нагруженной розовыми арбузами. Никого не замечая, он покатил её вперёд по тропинке. Вот к ним присоединился ещё один мальчик с гружёной тачкой, затем ещё и ещё.., и вот уже с десяток мальчиков идут по дороге со своими тачками, а за ними иду я. Вот показались дома. Они как будто были составлены из разноцветных кубиков. Процессия направилась к самому большому дому. Войдя внутрь, я увидел огромный стол, заставленный тарелками со всевозможными сладостями: пирожными, конфетами,

булочками и тортами. Девочки, одетые в длинные просторные платья, стали выкладывать на яркие тарелки привезённые фрукты. Во главе стола стоял единственный стул, большой и плюшевый. На нём сидел мальчик, одетый в плюшевую жёлтую курточку, зелёные штаны и в плюшевый красный берет, и до чего же он был похож на вредного Валерку! «Вырядился как светофор», — подумал я, и мне стало смешно. А девочки все ставили и ставили на стол новые сладости, а мальчик всё ел и ел. «И как только он не лопнет?» — подумал я и рассмеялся. Девочка, наливавшая сок, вдруг вздрогнула и пролила немного сока прямо на жёлтую курточку обжоры. Как же он взбеленился! Он подскочил и замахнулся на девочку. «Только попробуй!» — крикнул я, подбежал и толкнул толстяка. Тот потерял равновесие и шлепнулся прямо в тачку с красной ягодой. Зелёные штаны тут же окрасились ярким ягодным соком.

Он попытался выбраться из тачки и не смог и вдруг громко заплакал, а ребята стали смеяться. Я подошёл к обжоре, подал ему руку, помог выбраться из тележки и сказал: «Больше не смей никого обижать!» А ребята всё смеялись. Этот «фильм» крутился в моей голове всего несколько минут. Я как будто проснулся. Открыв глаза, я увидел, что сижу на ступеньках подвала. С улицы доносился громкий смех. Отворив дверь, я увидел, что дождь уже прошёл, о нем напоминали лишь огромные лужи. На небе ярко светило солнце, пели птицы. У дома напротив стояли мальчики, один из них рассказывал что-то смешное, и все задорно смеялись. Я пошёл к морю, после дождя оно казалось ещё ярче. Настроение было праздничным. Придя на следующее утро в школу, я увидел, как Валерка отбирает яблоко у первоклашки. «Только попробуй!» —сказал я. — «И запомни: я всё про тебя знаю!». Подойдя к Валерке, я оттолкнул его от малыша. Толстяк не удержался, шлёпнулся и, глядя на меня, заплакал. Валерку с тех пор как подменили. Он перестал обижать младших и даже стал лучше учиться. Ну а я потом долго пытался отыскать тот дом с подвалом, но так и не нашёл. Да и важно ли это?

При анализе этих двух случаев психически здоровых клиентов возникает вопрос, насколько произведения искусства, в том числе кинофильмы, способны активизировать формирующуюся в бессознательном предрасположенность к возникновению феномена бредового восприятия преимущественно в спектре здоровой зоны психики [2; 3; 5].

Психологическим состоянием, которое можно рассматривать как предвестник бредового восприятия, является Предчувствие, находящееся в зоне психического здоровья. Этот феномен свойственен многим здоровым лицам, однако у лиц височного типа предчувствия возникают особенно часто. Они касаются ощущения угрозы наступления плохих событий, надвигающейся беды, поражения, неуспеха в делах и др. Во многих случаях предчувствие имеет защитную функцию и связано с повышенной активностью глубинной бессознательной системы разума. Эта филогенетически древняя система палеокортекса существует для раннего распознавания опасностей с целью

немедленного реагирования, необходимого для выживания. В то же время предчувствия могут быть настолько сильны, что их переживание нарушает адаптацию. На их основе формируются такие отрицательные эмоции, как депрессия, страхи, тревога различного уровня выраженности. Возникновение бредового восприятия на фоне усиленных предчувствий представляет собой качественный патологический сдвиг, определяющий дальнейшее развитие главным образом шизофренического спектра в зоне психической патологии. В этом отношении психическое нарушение подготовительного поля, очевидно, не является единственным регистрируемым предшественником возникновения бредового восприятия. Роль и значение усиленных предчувствий как состояний, которые могут непосредственно предшествовать возникновению бредового восприятия или же предварять развитие самого подготовительного поля, требует дальнейшего изучения. Такие ранние этапы диагностики очень важны для своевременного предотвращения катастрофического развития психических нарушений [1].

Список литературы:

1. Дмитриева Н.В. Вопросы гигиенического обучения и воспитания населения по профилактике неинфекционных заболеваний // Здравоохранение Российской Федерации. — 1990. — № 7. — С. 37—38.

2. Дмитриева Н.В., Буравцова Н.В. Психологические концепции харизматической личности // Мир науки, культуры, образования. — 2013. — № 4 (41). — С. 137—141.

3. Дмитриева Н.В., Буравцова Н.В., Перевозкина Ю.М. Использование ассоциативных карт в нарративной психотерапии работоголизма // Сибирский педагогический журнал. — 2014. — № 4. — С. 166—172.

4. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Личностные расстройства. — Санкт-Петербург, 2009.

5. Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В., Андриенко Е.В. Психологические механизмы формирования нарциссической личности // Мир психологии. — 2002. — № 2. — С. 60—63.

References:

1. Dmitrieva N.V. Questions of hygienic training and education of the population on the prevention of noncommunicable diseases. Zdravookhranenie Rossiiskoi Federatsii [Healthcare of Russian Federation], 1990, no. 7, pp. 37—38. (In Russian).

2. Dmitrieva N.V., Buravtsova N.V. Psychological concept of charismatic personality. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniia. [The world of science, culture, education], 2013, no. 4 (41), pp. 137—141. (In Russian).

3. Dmitrieva N.V., Buravtsova N.V., Perevozkina Iu.M. Using the associative cards narrative therapy of workaholism. Sibirskii pedagogicheskii zhurnal [Siberian Pedagogical Journal], 2014, no. 4, pp. 166—172. (In Russian).

4. Korolenko Ts.P., Dmitrieva N.V. Personality disorders. St. Petersburg, 2009. (In Russian).

5. Korolenko Ts.P., Dmitrieva N.V., Andrienko E.V. Psychological mechanisms of formation of the narcissistic personality. Mir psikhologii [World of psychology], 2002, no. 2, pp. 60—63. (In Russian).

Дежавю: патология или норма? - Санкт-Петербургский государственный университет

А вот учёные с такой теорией в корне не согласны. Они пришли к выводу, что частые дежавю могут указывать на нарушения работы головного мозга. «Диалог» решил разобраться в вопросе и выяснить, что же это: мистика или зреющие проблемы со здоровьем.

За ответом корреспондент «Диалога» обратился к кандидату биологических наук, доценту СПбГУ Екатерине Виноградовой.

Впервые термин «дежа вю» был введён Эмилем Буараком в конце XIX века в книге «Будущее психологических наук». Это слово переводится как «уже пережитое», есть и аналогичные термины: «дежа фе» — уже сделанное, «дежа векю» — уже испытанное (когда человек узнаёт впервые переживаемые ощущения), «дежа раконте» — уже рассказанное.

«Аналогичные термины менее распространёны, чем дежавю, суть которого в том, что увиденное впервые нам кажется знакомым. После Буарака эффект стали изучать тщательнее. И сегодня среди учёных идут споры: это норма или патология? Дело в том, что явление относят к группе расстройств дереализации (нарушение восприятия, при котором окружающий мир воспринимается как нереальный или отдалённый, и при котором могут происходить нарушения памяти — ИА "Диалог"). Одна из теорий, хотя она не очень подтверждается, связывает это с понятием "ложная память" — когда человеку внедряют несуществующие воспоминания. Например, две-три недели рассказывают то, чего не было, затем человек сам начинает верить в это. Однако речь в данном случае всё-таки о разных вещах», — объясняет Виноградова.

Эксперт, ссылаясь на работы российских, американских и чешских учёных, рассказала, что эффект дежавю испытывает на себе большинство людей. Так, в некоторых исследовательских работах говорится о 70% населения земного шара, в других — о 97%. Другими словами, это ощущение свойственно как больным, там и совершенно здоровым. У первых оно встречается чаще обычного — раз или даже несколько раз в неделю. А вот вторые испытывают его гораздо реже — несколько случаев в год или несколько лет.

У здорового человека в основном это происходит на фоне нарушения сна, повышенной тревожности, беспокойства, но иногда такое случается абсолютно спонтанно. Частое появление дежавю может быть симптомом возникновения депрессии, височной эпилепсии или шизофрении.

Доцент СПбГУ Екатерина Виноградова

«Авторы некоторых работ считают, что это может быть ранним критерием для дифференциальной диагностики проявления заболевания. Но, опять же, данная теория не подтверждена. Поскольку такое бывает и у здоровых людей», — говорит кандидат биологических наук.

Она отметила, у тех, кто страдает эпилепсией, чувство пережитого момента сопровождается негативными эмоциями — тревогой, страхом, также это может быть предвестником эпилептического припадка. Если же говорить о человеке, не страдающим заболеваниями головного мозга, то это не психопатология, а некое неврологическое отклонение. Сейчас эффект дежавю изучают на основе энцефалограмм или данных МРТ, у здоровых и нездоровых людей показатели отличаются.

«В основном, дежавю связывают с гиппокампом (это часть лимбической системы головного мозга, отвечает за формирование эмоций и консолидацию памяти — ИА "Диалог"). Когда мы видим что-то знакомое, у нас активируется вещество в префронтальной или средневисочной областях головы. И, грубо говоря, мозг сравнивают то, что находится там с тем, что лежит в гиппокампе. Если совпадение есть, то происходящее действительно было, если нет, то это ложное воспоминание. То есть ощущение пережитого момента возникает в результате нарушения контакта между новой корой и гиппокампом или височной областью. Такое бывает на фоне усталости, потому что ослабевает корковое влияние. А вот эпилептическое дежавю несколько отличается от неэпилептического. Речь о другой характеристике на энцефалограмме. У больных по картинке это состояние похоже на лёгкий вариант эпилептического припадка», — рассказывает Екатерина Виноградова.

У людей с диагнозом «эпилепсия» можно вызвать дежавю искусственным путём.

Это связано с методом лечения: медики вживляют им в мозг электроды, чтобы снизить количество приступов. Их стимулируют определённым образом, и у человека возникает чувство, что он уже переживал тот или иной момент.

Если же брать в расчёт только здоровых, то учёные поделили их на две группы: тех, у кого ощущение «уже пережитого» бывает часто и редко. В первом случае результаты МРТ показали некоторое изменение соотношения серого и белого вещества.

«Об этом говорится в чешской исследовательской работе 2018 года. Получается, что серого вещества в некоторых областях головного мозга меньше, чем при норме. В основном, страдают некоторые отделы гиппокампа», — говорит специалист.

Несмотря на продвижение в изучении дежавю, учёные не останавливаются на достигнутом. Они продолжают развенчивать мифы, связанные с этим явлением, отсеивая религиозную версию о реинкарнации. Сегодня главный вопрос заключается в том, что это всё же — норма или патология? Пока специалисты со всего мира сходятся в одном — речь идёт об ошибке головного мозга, которую можно сравнить со сбоем в компьютерной программе.

диагностика и лечение в Москве, цена

К патологии зрительного нерва относятся:

  • врожденные аномалии (гипоплазия, колобома, миелиновые волокна, врожденная атрофия, друзы зрительного нерва)
  • воспалительные заболевания (невриты, оптикохиазмальный арахноидит)
  • травматические повреждения (сотрясение, ранение, ушиб)
  • застойные явления (застойный диск зрительного нерва)
  • атрофия

Причины и патогенез патологии зрительного нерва

Патология зрительного нерва может быть вызвана различными причинами.

Среди причин воспалительных заболеваний зрительного нерва — воспаление головного мозга (энцефалит, абсцесс, менингит), нарушение обмена веществ, локальные очаги воспаления (пазух носа, зубов, ротовой полости), воспалительные заболевания глаз (увеит), травматические повреждения глаз, интоксикации, острые и хронические инфекции.

Травматические повреждения зрительного нерва могут быть вызваны проникающим ранением черепа или глазницы, ушибом, сотрясением, сдавлением зрительного нерва.

Застойный диск зрительного нерва — это отек зрительного нерва невоспалительного характера. К отеку, нарушению кровообращения и обмена веществ в зрительном нерве приводит ухудшение циркуляции тканевой жидкости. Это может стать следствием заболеваний центральной нервной системы, преимущественно внутричерепной опухоли.

Атрофия зрительного нерва — воспалительное или дегенеративное поражение зрительного нерва, которое приводит к его деструкции. Основными причинами развития патологии являются общие, инфекционные, аутоиммунные заболевания, офтальмологические заболевания, заболевания ЦНС, интоксикации, механические повреждения, наследственность.

Симптомы патологии зрительного нерва

Клиническая картина заболеваний зрительного нерва зависит от вида патологии, но все они ведут к снижению остроты зрения и при отсутствии лечения могут стать причиной слепоты. В целом патология зрительного нерва может проявляться затуманиванием зрения, изменением поля зрения, появлением слепых участков в поле зрения, нарушением восприятия цвета, головной болью, головокружением и др.

Диагностика патологии зрительного нерва в Клиническом госпитале на Яузе

Специалисты отделения офтальмологии Клинического госпиталя на Яузе для диагностики патологии зрительного нерва выполняют следующие исследования:

  • анализы крови
  • визометрия
  • исследование цветового зрения
  • микроскопия
  • оптическая когерентная томография
  • офтальмоскопия
  • периметрия
  • КТ
  • МРТ
  • УЗИ
  • электрофизиологические исследования

Лечение патологии зрительного нерва в Клиническом госпитале на Яузе

Мы назначаем лечение в соответствии с патологией. Терапия направлена на устранение причины, вызывавшей заболевание, и максимально возможное сохранение зрительной функции.

Врач может прописать препараты для снижения воспалительной инфильтрации и отека зрительного нерва, улучшения кровообращения, питания зрительного нерва, нормализации внутриглазного давления. Мы назначаем спазмолитические, тромболитические, противовоспалительные, антибактериальные препараты, антикоагулянты, витамины и др.

Эффективными методами лечения являются электростимуляция, магнитотерапия, лазерстимуляция волокон зрительного нерва, рассечение спаек вокруг зрительного нерва и зрительного перекреста, нейрохирургические операции.

Цены на услуги Вы можете посмотреть в прайсе или уточнить по телефону, указанному на сайте.

 

Человеческое восприятие и патология личности

Curr Dir Psychol Sci. Авторская рукопись; доступно в PMC 2010, 9 июня.

Опубликован в окончательной отредактированной форме как:

Curr Dir Psychol Sci. 1 января 2009 г .; 18 (1): 32–36.

PMCID: PMC2882793

NIHMSID: NIHMS197119

Thomas F. Oltmanns

1 Вашингтонский университет в Сент-Луисе

Эрик Туркхаймер

2 Университет Вирджинии

1Луи

2 Университет Вирджинии

Адресная переписка Томасу Ф. Олтманнсу, Департамент психологии, Кампус 1125, Уан Брукингс Драйв, Вашингтонский университет, Сент-Луис, Миссури 63130-4899; [email protected] См. другие статьи в PMC, в которых цитируется опубликованная статья.

Abstract

Исследования восприятия человека (впечатления и убеждения людей о других) позволили разработать важные концепции и методы, которые можно использовать для улучшения оценки расстройств личности.Они также могут способствовать развитию наших знаний о природе и происхождении этих состояний. Информация, полученная от сверстников и других типов информантов, является надежной и дает представление, которое часто существенно отличается от того, что получено с помощью анкет и интервью. Для некоторых целей эта информация весьма полезна. Еще многое предстоит узнать о возрастающей достоверности (и потенциальных предубеждениях), связанных с данными, полученными от различных информаторов.

Ключевые слова: оценка , расстройства личности, восприятие человека, самопознание

Расстройства личности - это устойчивые модели поведения и эмоций, которые приводят человека к повторяющимся конфликтам с другими и не позволяют ему выполнять ожидаемые социальные и профессиональные роли.Люди с расстройствами личности часто усугубляют свои собственные межличностные проблемы, потому что они негибкие и негибкие, неспособные адаптироваться к социальным вызовам. Тем не менее, они могут не думать, что их беспокоят, и приписывают свои проблемы поведению других людей. Многие формы расстройства личности, такие как параноидальное, нарциссическое, антисоциальное и театральное расстройство личности, определяются в первую очередь с точки зрения проблем, которые люди создают для других, а не с точки зрения собственного субъективного дистресса человека (Westen & Heim, 2003).

Исследования восприятия человека (как люди воспринимают других людей, особенно их личностные характеристики) поднимают сложные вопросы и интересные возможности для оценки расстройств личности (Clark, 2007; Widiger & Samuel, 2005). В лучшем случае существует лишь небольшая корреляция между описаниями самих себя отдельными людьми и их описаниями, предоставленными другими (Biesanz, West, & Millevoi, 2007; Watson, Hubbard, & Weise, 2000). Поэтому удивительно, что большая часть знаний о расстройствах личности основана на данных, полученных с помощью самоотчетов (анкетирование и диагностические интервью).Человека просят ответить на такие вопросы, как «Вы упрямы и непоколебимы?», «Вы ведете себя высокомерно и высокомерно?» И «Легко ли вам солгать, если это служит вашей цели?» Данные из этих инструментов должны дополняться другими источниками информации о личности, такими как отчеты информаторов, наблюдения за поведением в структурированных ситуациях и данные о жизненных результатах. Цель этой статьи - описать данные о взаимосвязи и относительных достоинствах оценок расстройств личности на основе самоотчетов и информации, предоставленной информантами, которые хорошо знают этого человека.

Наша исследовательская группа изучила межличностное восприятие патологических черт личности у двух больших выборок молодых людей - примерно 2000 призывников и 1700 первокурсников колледжей (Oltmanns & Turkheimer, 2006). Участники были определены и протестированы в группах. Группы военной подготовки включали от 27 до 53 новобранцев, а группы общежитий колледжей - от 12 до 22 студентов. Каждая группа состояла из ранее не знакомых молодых людей, у которых было много возможностей наблюдать за поведением друг друга после совместного проживания в непосредственной близости в течение стандартного периода времени (6 недель для новобранцев и от 5 до 7 месяцев для студентов).Хотя это не были клинические образцы пациентов, получающих лечение от психических расстройств, они включали людей со значительными личностными проблемами. Диагностические интервью показали, что, в соответствии с данными из других выборок сообществ, примерно 10% наших участников имели право на диагноз по крайней мере одного расстройства личности.

Все участники в каждой группе заполнили анкеты самоотчета, а также назначили членов своей группы, у которых проявлялись специфические черты расстройств личности.Каждый служил и судьей, и возможной мишенью. Выступая в качестве судьи по каждому конкретному пункту, участник оценивал только тех людей, которые, по его мнению, имели указанные характеристики. Точно такие же элементы были включены как в шкалу самооценки, так и в шкалу номинаций коллег. Все они были непрофессиональными переводами конкретных диагностических признаков, используемых для определения расстройств личности в официальной системе психиатрической классификации. Примеры включают в себя: «заносчивый или« сильный и могучий »» (нарциссический PD), «нуждается в такой идеальной работе, чтобы ничто никогда не было закончено» (обсессивно-компульсивное PD) и «не имеет близких друзей, кроме семьи. члены »(шизоидный ПД).

Этот дизайн позволил нам изучить четыре проблемы, касающиеся межличностного восприятия: консенсус , сам - другое согласие , точность и метаперцепция (Funder, 1999; Kenny, 2004). Консенсус касается того, согласны ли разные судьи в своем восприятии личности целевого человека. Соглашение между собой и другими людьми включает в себя степень, в которой люди видят себя так же, как их описывают другие люди. Точность относится к обоснованности собственных суждений и других суждений.Другими словами, связан ли какой-либо из источников информации значимым образом с результатами в жизни человека, такими как социальная адаптация или профессиональные нарушения? Метааперцепция описывает степень, в которой люди осознают впечатления о них других людей. Другими словами, независимо от того, как я себя описываю, знаю ли я, что обо мне думают другие?

СОГЛАСИЕ СРЕДИ СОВМЕСТНИКОВ СКОРЕЕ

Исследования восприятия человека показывают приемлемый уровень консенсуса среди непрофессионалов при вынесении суждений о нормальных личностных качествах, особенно когда оценки суммируются по большому количеству судей (Funder, 1999; Vazire, 2006).Данные нашего исследования указывают на умеренный консенсус среди сверстников в суждениях о патологии личности других людей. Надежность сводных оценок на основе коллег, усредненных по ряду судей, была хорошей (Clifton, Turkheimer, & Oltmanns, 2005; Thomas, Turkheimer, & Oltmanns, 2003). Их суждения предположительно основывались на возможностях, которые у них были, чтобы наблюдать за поведением друг друга, часто в сложных ситуациях, в течение нескольких недель. Сверстники выработали значимые взгляды на личностные проблемы других членов группы, и они были склонны прийти к согласию относительно того, у кого из членов были эти проблемы.

Предыдущие исследования показывают, что уровень консенсуса среди судей варьируется в зависимости от многих факторов, таких как степень знакомства между судьями и целевым лицом (Letzring, Wells, & Funder, 2006). Многие решения о расстройствах личности, в том числе принимаемые клиницистами, а также членами семьи, друзьями и сверстниками в наших исследованиях, основаны на вдумчивом размышлении после продолжительных наблюдений за непоследовательным, озадачивающим, раздражающим и иногда тревожным поведением.Однако также ясно, что некоторые личностные суждения о других людях формируются быстро и без сознательных усилий или причин (Ambady, Bernieri, & Richeson, 2000).

Данные нашей лаборатории показывают, что на основе минимальной информации наблюдатели могут сформировать достоверные впечатления о людях, которым можно поставить диагноз различных типов расстройства личности. Нетренированные оценщики смотрели только первые 30 секунд видеозаписи интервью с целевыми участниками нашего исследования. Основываясь только на этих тонких срезах поведения, оценщики сформировали надежные суждения относительно общих черт личности, используя пятифакторную модель, широко принятую систему описания личности.Более высокий уровень согласия был обнаружен в отношении экстраверсии, уступчивости, открытости и добросовестности, тогда как меньший уровень согласия был обнаружен в отношении невротизма. Рейтинги судей также в некотором роде были точными. Люди, которые в остальном не были знакомы с нашими целевыми людьми, обнаружили низкую экстраверсию людей с чертами шизоидных и избегающих расстройств личности и высокую экстраверсию людей с театральными чертами личности. Они также были надежными в оценке конкретных характеристик расстройств личности (таких как «заносчивый или« высокий и могучий »в отношении нарциссического расстройства личности»), и эти суждения в значительной степени коррелировали с более обширной диагностической информацией, полученной от людей и от них. их сверстники (Friedman, Oltmanns, & Turkheimer, 2007).

Восприятие патологических черт личности также повлияло на степень, в которой эксперты-оценщики любили людей, за которыми они наблюдали. Их меньше интересовали встречи с людьми с шизоидными и избегающими чертами личности, и их больше интересовало знакомство с людьми, которые проявляли черты, связанные с театральными и нарциссическими расстройствами личности. Эти закономерности предполагают возможные механизмы, которые могут поддерживать или усугублять личностные трудности. В той мере, в какой избегающие люди создают негативное первое впечатление, они могут стать еще более тревожными по поводу своего взаимодействия с другими людьми.С другой стороны, театральное и нарциссическое поведение может сохраняться за счет того, как оно привлекает других, по крайней мере, временно. Эти черты не могут стать разрушительными для межличностных отношений, пока отношения не станут более близкими.

ДРУГОЕ СОГЛАШЕНИЕ ТАКЖЕ СКРОМНОЕ

Одна из основных проблем нашего исследования заключалась в соответствии между самоотчетом и номинациями сверстников по характерным чертам расстройств личности. представляет результаты нашей выборки призывников с использованием баллов, основанных на факторном анализе самоотчетов и данных о выдвижении коллег (Thomas et al., 2003). Факторы близко соответствуют диагностическим категориям расстройств личности: истерический-нарциссический, зависимый-избегающий, отстраненность (аналогично шизоиду), агрессия-недоверие (аналогично паранойе), антисоциальный, обсессивно-компульсивный и шизотипический (стойкий паттерн дискомфорта с другие люди вкупе со своеобразным мышлением и поведением). Данные показывают умеренный уровень конвергентной и дискриминантной валидности (т. Е. Показатели одной и той же концепции более сильно коррелированы друг с другом, чем показатели разных концепций) для восприятия сверстниками и самовосприятия этих конкретных черт.На диагонали отображаются межличностные корреляции между методами. В каждом случае межличностная корреляция внутри черт (например, между самоотчетом об антисоциальных чертах личности и номинациями сверстников на антисоциальные черты личности) была выше, чем любая из перекрестных корреляций. Самые высокие корреляции приходятся на диагональ, но они также были скромными по размеру, что свидетельствует о несогласии между тем, как люди описывали себя, и тем, как их описывали их сверстники.Эти данные и результаты исследований, проведенных в других лабораториях, предполагают, что самоотчеты дают ограниченное представление о проблемах личности (Furr, Dougherty, Marsh, & Matthias, 2007; Miller, Pilkonis, & Clifton, 2005).

ТАБЛИЦА 1

Корреляция между оценками сверстников и самоотчетов по факторам патологии личности в военной выборке

Соперник
Самостоятельная HN DA DET AM ANT OC STY
HN .22 −.09 .02 −.07 .01 −.07 .07
DA −.18 .30 −.07 −.08 −.01 −.07 .05
DET −.08 −.03 ,21 .03 .19 .03 −.07
AM −.07 .10 −.04 ,29 .10 .08 −.08
ANT −.17 .08 .03 .07 .30 .12 −.04
OC −.08 .00 .03 .08 .05 0,27 −.02
STY .07 -.01 −.01 −.07 .03 −.02 0,24

Уровень согласия между самоотчетом и отчетом коллег довольно хороший и на самом деле не лучше и не хуже, чем уровень согласия между любыми двумя конкретными коллегами. Одним из преимуществ отчетов информаторов является то, что существует множество возможных источников. Совокупные баллы, усредненные по нескольким друзьям, членам семьи или сверстникам, вероятно, будут более надежными, чем один балл самооценки.Но наиболее важным вопросом является возрастающая достоверность: добавляют ли отчеты коллег важную информацию помимо той, которая предоставляется в показателях самоотчета?

МЕТАПЕРЦЕПЦИИ НЕ ОСНОВАНЫ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА САМООБРАЗИИ

Тот факт, что люди не всегда согласны с их восприятием другими, не обязательно означает, что они не знают, что думают другие. Они могут просто придерживаться другой точки зрения. Литература, посвященная метаперцепции нормальных черт личности, предполагает, что люди на самом деле обладают некоторыми точными обобщенными знаниями о том, что о них думают другие (Kenny, 1994).

Участников нашего исследования попросили предугадать, как большинство других членов их группы описали бы их. Эти «ожидаемые оценки сверстников» сильно коррелировали с собственными описаниями самих себя участниками (то есть: «Какой вам на самом деле нравится ?»). Люди верят, что другие придерживаются того же мнения, что и они, о своих личностных характеристиках. С другой стороны, мы также обнаружили, что ожидаемые оценки сверстников предсказывали некоторую изменчивость в отчетах сверстников, помимо самоотчетов, для всех различных форм расстройства личности (Oltmanns, Gleason, Klonsky, & Turkheimer, 2005).Этот вывод предполагает, что люди действительно обладают хотя бы небольшим количеством дополнительных знаний о том, как на них смотрят другие. Иногда они осознают тот факт, что другие люди думают, что у них проблемы с личностью, но обычно они не говорят вам об этом, если вы их не спросите.

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ОТЧЕТЫ О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ТОЧНЫ

Возможно, самая важная проблема в области межличностного восприятия связана с точностью или достоверностью. Несогласие между источниками информации (собственное лицо и информатор) не означает, что один вид меры более действителен, чем другой.Самый важный вопрос: какой источник данных наиболее полезен и для какой цели? В одном из релевантных исследований изучались сообщения о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в последующем исследовании с пациентами с депрессией (Klein, 2003). Как самоотчеты, так и отчеты информаторов о расстройствах личности были связаны с худшим исходом с точки зрения симптомов депрессии и глобального функционирования. Однако сообщения информантов о патологии личности были наиболее полезным предиктором будущих социальных нарушений.

Аналогичные результаты были получены в нашем исследовании в отношении успешности работы после успешного завершения базовой военной подготовки (Fiedler, Oltmanns, & Turkheimer, 2004). Все призывники были зачислены на службу сроком на 4 года. Во время наблюдения мы разделили новобранцев на две группы: (а) те, кто все еще находился на действительной военной службе, и (б) те, кого досрочно уволили из армии. Досрочное увольнение обычно выдается вышестоящим должностным лицом на недобровольной основе и чаще всего оправдывается повторяющимися дисциплинарными проблемами, серьезными межличностными трудностями или плохой успеваемостью.

Мы провели анализ выживаемости по «времени до отказа», то есть анализ предикторов того, сколько времени потребовалось новобранцам, чтобы досрочно уволиться. Мы использовали стандартные процедуры на основе рангов (с использованием порядковых, а не интервальных данных) для оценки одномерных отношений между самоотчетами и оценками коллег по 10 расстройствам личности и ранним увольнением из армии. Результаты показаны на рисунке, который иллюстрирует степень связи между каждым заболеванием и риском выписки.Для всех расстройств, кроме обсессивно-компульсивного расстройства личности, более высокие баллы были связаны с большим риском ранней выписки. Рисунок показывает, что в целом отчеты коллег о расстройствах личности были лучшими прогностическими факторами, чем самоотчеты. Когда мы объединили самоотчет и информацию коллег, используя их вместе для выявления новобранцев, досрочно уволенных из армии, лучшими прогностическими переменными были оценки сверстников антисоциальных и пограничных расстройств личности.

Относительная сила самоотчета и экспертного заключения в прогнозировании раннего увольнения с военной службы для 10 типов расстройств личности. (Сила связи между характеристиками, назначаемыми самим и коллегой, и риском преждевременного прерывания беременности, выражается как критерий хи-квадрат лог-ранга Уилкоксона.)

Эти результаты указывают на несколько общих выводов. И самооценка, и номинация сверстников смогли выявить значимую связь между личностными проблемами и приспособлением к военной жизни.Меры самооценки подчеркивали особенности, которые можно было бы описать как внутренние проблемы (субъективный дистресс и членовредительство), в то время как данные экспертных отчетов подчеркивали внешние проблемы (антисоциальные черты). Вместе взятые, баллы по выдвижению коллег оказались более эффективными, чем шкалы самооценки при прогнозировании профессиональных результатов. Относительные достоинства самоотчетов и отчетов коллег, вероятно, различаются в отношении меры функционирования или прогнозируемого результата, и будущие исследования должны быть сосредоточены на этих сравнениях по широкому кругу конструкций.

РЕЗЮМЕ И ВОПРОСЫ ДАЛЬНЕЙШЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Информаторы могут предоставить надежную и достоверную информацию о человеке, которая в значительной степени не зависит от информации, полученной из его собственного отчета. Корреляции между самоотчетами и сообщениями информантов неизменно скромны, а независимая информация, предоставленная информантами, говорит нам кое-что важное о проблемах личности. Этот вывод согласуется с более общим наблюдением, что расстройства личности часто определяются и переживаются в терминах межличностного конфликта и проблем в восприятии личности.Хотя большинство исследователей полагаются на самооценки для оценки расстройств личности, более полное описание человека можно получить, также рассматривая данные информантов. Наиболее комплексным подходом может быть тот, который собирает и объединяет данные от множества разных людей, включая самого себя, таким образом отражая максимально широкий диапазон впечатлений о поведении целевого человека в различных контекстах.

Конечно, сложно собрать данные от большого количества людей, которые знают целевого человека, и редко возможно связаться с людьми, которые не выбраны (и могут не любить) целевого человека.Следовательно, насколько бы они ни могли собирать данные от информаторов, большинство исследователей будет полагаться на небольшое количество информаторов, выбранных субъектом. Дальнейшие исследования должны изучить эти вопросы. Сколько информаторов необходимо для того, чтобы предоставить полезную перспективу, которая дополняет собственное описание самого себя? Какую предвзятость вносят различного рода информаторы, выбранные самостоятельно (родители, супруги, друзья)? Чем данные, которые предоставляют эти люди, отличаются от данных, которые могут быть получены от информаторов, которые не были выбраны целевым лицом? И, что, возможно, наиболее важно, насколько достоверность отчетов информаторов соотносится с достоверностью самоотчетов, когда рассматривается более широкий спектр показателей результатов?

Лонгитюдные исследования восприятия человека в контексте конкретных отношений также будут важны.Тонкие исследования показывают, что люди с различными личностными проблемами могут создавать заметные впечатления (как положительные, так и отрицательные) на других в самом начале отношений. Будет интересно узнать, как эти впечатления влияют на развитие отношений и как такое восприятие может измениться с течением времени.

Рекомендуемая литература

Ахенбах Т.М., Круковски Р.А., Думенчи Л. и Иванова М.Ю. (2005). Оценка психопатологии взрослых: метаанализ и последствия корреляций между информантами. Психологический бюллетень , 131 , 361–382. Тщательный и критический обзор вопросов, касающихся ограничений инструментов самоотчета для измерения психопатологии при многих различных типах психических расстройств.

Клонски, Э.Д., Олтманнс, Т.Ф., и Туркхаймер, Э. (2002). Отчеты информаторов о расстройстве личности: отношение к самоотчетам и направлениям будущих исследований. Клиническая психология: наука и практика , 9 , 300–311.Краткое изложение научных данных исследований, в которых специально сравнивали отчеты о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в отношении одних и тех же целевых лиц.

Уилсон, Т.Д., и Данн, Э.В. (2004). Самопознание: его пределы, ценность и потенциал для улучшения. Ежегодный обзор психологии , 55 , 493–518. Исчерпывающий обзор доказательств, касающихся способности людей понимать, что о них думают другие.

ССЫЛКИ

  • Ambady N, Bernieri FJ, Richeson JA.К гистологии социального поведения: точность суждения на основе тонких срезов поведенческого потока. Успехи экспериментальной социальной психологии. 2000. 32: 201–271. [Google Scholar]
  • Biesanz JC, West SG, Millevoi A. Что вы узнаете о человеке с течением времени? Взаимосвязь между длительностью знакомства и согласием и соглашением между собой в суждениях о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2007. 92: 119–135. [PubMed] [Google Scholar]
  • Clark LA. Оценка и диагностика расстройства личности: вечные проблемы и возникающая переосмысление.Ежегодный обзор психологии. 2007. 58: 227–257. [PubMed] [Google Scholar]
  • Клифтон А., Тюркхаймер Э., Олтманнс Т.Ф. Перспективы себя и сверстников в отношении патологических черт личности и межличностных проблем. Психологическая оценка. 2005. 17: 123–131. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фидлер Э.Р., Олтманнс Т.Ф., Тюркхаймер Э. Черты характера, связанные с расстройствами личности и приспособлением к военной жизни: прогностическая достоверность собственных отчетов и отчетов коллег. Военная медицина. 2004. 169: 207–211.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Friedman JNW, Oltmanns TF, Turkheimer E. Межличностное восприятие и расстройства личности: использование подхода «тонкого среза». Журнал исследований личности. 2007. 41: 667–688. [Google Scholar]
  • Финансирующий округ Колумбия. Оценка личности: реалистичный подход к восприятию человека. Академическая пресса; Сан-Диего, Калифорния: 1999. [Google Scholar]
  • Furr RM, Dougherty DM, Marsh DM, Mathias DW. Суждение о личности и личностная патология: согласие между собой у подростков с расстройством поведения.Журнал личности. 2007. 75: 629–662. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кенни Д.А. Межличностное восприятие: анализ социальных отношений. Гилфорд; Нью-Йорк: 1994. [Google Scholar]
  • Kenny DA. ЧЕЛОВЕК: Общая модель межличностного восприятия. Обзор личности и социальной психологии. 2004. 8: 265–280. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кляйн Д.Н. Отчеты пациентов по сравнению с информантами о расстройствах личности при прогнозировании 7,5-летних исходов у амбулаторных пациентов с депрессивными расстройствами.Психологическая оценка. 2003. 15: 216–222. [PubMed] [Google Scholar]
  • Летцринг Т.Д., Уэллс С.М., Финансирующий округ Колумбия. Количество и качество информации влияют на реалистичную точность суждения о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2006. 91: 111–123. [PubMed] [Google Scholar]
  • Миллер Дж. Д., Пилконис П. А., Клифтон А. Само- и другие отчеты о чертах из пятифакторной модели: Отношение к расстройствам личности. Журнал расстройств личности. 2005. 19: 400–419. [PubMed] [Google Scholar]
  • Oltmanns TF, Gleason MEJ, Klonsky ED, Turkheimer E.Мета-восприятие патологических черт личности: знаем ли мы, когда другие думают, что мы трудные? Сознание и познание. 2005; 14: 739–751. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Олтманнс Т.Ф., Туркхаймер Э. Восприятие себя и других относительно патологических черт личности. В: Krueger RF, Tackett JL, редакторы. Личность и психопатология. Гилфорд; Нью-Йорк: 2006. С. 71–111. [Google Scholar]
  • Thomas C, Turkheimer E, Oltmanns TF. Факторная структура патологических черт личности по оценке сверстников.Журнал аномальной психологии. 2003; 112: 1–12. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Вазир С. Информатор сообщает: Дешевый, быстрый и простой метод оценки личности. Журнал исследований личности. 2006; 40: 472–481. [Google Scholar]
  • Уотсон Д., Хаббард Б., Вайз Д. Согласие друг с другом в личностном и эмоциональном отношении: роль знакомства, видимость черт и предполагаемое сходство. Журнал личности и социальной психологии. 2000. 78: 546–558. [PubMed] [Google Scholar]
  • Вестен Д., Хайм А.К.Нарушения личности и личности при расстройствах личности. В: Лири MR, Tangney JP, редакторы. Справочник самости и личности. 2003. С. 643–664. [Google Scholar]
  • Widiger TA, Samuel DB. Доказательная оценка расстройств личности. Психологическая оценка. 2005. 17: 278–287. [PubMed] [Google Scholar]

Человеческое восприятие и патология личности

Curr Dir Psychol Sci. Авторская рукопись; доступно в PMC 2010, 9 июня.

Опубликован в окончательной отредактированной форме как:

Curr Dir Psychol Sci.1 января 2009 г .; 18 (1): 32–36.

PMCID: PMC2882793

NIHMSID: NIHMS197119

Thomas F. Oltmanns

1 Вашингтонский университет в Сент-Луисе

Эрик Туркхаймер

2 Университет Вирджинии

1

2 Университет Вирджинии

Адресная корреспонденция Томасу Ф. Олтманнсу, Департамент психологии, Campus Box 1125, One Brookings Drive, Вашингтонский университет, St.Louis, MO 63130-4899; [email protected] См. другие статьи в PMC, в которых цитируется опубликованная статья.

Abstract

Исследования восприятия человека (впечатления и убеждения людей о других) позволили разработать важные концепции и методы, которые можно использовать для улучшения оценки расстройств личности. Они также могут способствовать развитию наших знаний о природе и происхождении этих состояний. Информация, полученная от сверстников и других типов информантов, является надежной и дает представление, которое часто существенно отличается от того, что получено с помощью анкет и интервью.Для некоторых целей эта информация весьма полезна. Еще многое предстоит узнать о возрастающей достоверности (и потенциальных предубеждениях), связанных с данными, полученными от различных информаторов.

Ключевые слова: оценка , расстройства личности, восприятие человека, самопознание

Расстройства личности - это устойчивые модели поведения и эмоций, которые приводят человека к повторяющимся конфликтам с другими и не позволяют ему выполнять ожидаемые социальные и профессиональные роли.Люди с расстройствами личности часто усугубляют свои собственные межличностные проблемы, потому что они негибкие и негибкие, неспособные адаптироваться к социальным вызовам. Тем не менее, они могут не думать, что их беспокоят, и приписывают свои проблемы поведению других людей. Многие формы расстройства личности, такие как параноидальное, нарциссическое, антисоциальное и театральное расстройство личности, определяются в первую очередь с точки зрения проблем, которые люди создают для других, а не с точки зрения собственного субъективного дистресса человека (Westen & Heim, 2003).

Исследования восприятия человека (как люди воспринимают других людей, особенно их личностные характеристики) поднимают сложные вопросы и интересные возможности для оценки расстройств личности (Clark, 2007; Widiger & Samuel, 2005). В лучшем случае существует лишь небольшая корреляция между описаниями самих себя отдельными людьми и их описаниями, предоставленными другими (Biesanz, West, & Millevoi, 2007; Watson, Hubbard, & Weise, 2000). Поэтому удивительно, что большая часть знаний о расстройствах личности основана на данных, полученных с помощью самоотчетов (анкетирование и диагностические интервью).Человека просят ответить на такие вопросы, как «Вы упрямы и непоколебимы?», «Вы ведете себя высокомерно и высокомерно?» И «Легко ли вам солгать, если это служит вашей цели?» Данные из этих инструментов должны дополняться другими источниками информации о личности, такими как отчеты информаторов, наблюдения за поведением в структурированных ситуациях и данные о жизненных результатах. Цель этой статьи - описать данные о взаимосвязи и относительных достоинствах оценок расстройств личности на основе самоотчетов и информации, предоставленной информантами, которые хорошо знают этого человека.

Наша исследовательская группа изучила межличностное восприятие патологических черт личности у двух больших выборок молодых людей - примерно 2000 призывников и 1700 первокурсников колледжей (Oltmanns & Turkheimer, 2006). Участники были определены и протестированы в группах. Группы военной подготовки включали от 27 до 53 новобранцев, а группы общежитий колледжей - от 12 до 22 студентов. Каждая группа состояла из ранее не знакомых молодых людей, у которых было много возможностей наблюдать за поведением друг друга после совместного проживания в непосредственной близости в течение стандартного периода времени (6 недель для новобранцев и от 5 до 7 месяцев для студентов).Хотя это не были клинические образцы пациентов, получающих лечение от психических расстройств, они включали людей со значительными личностными проблемами. Диагностические интервью показали, что, в соответствии с данными из других выборок сообществ, примерно 10% наших участников имели право на диагноз по крайней мере одного расстройства личности.

Все участники в каждой группе заполнили анкеты самоотчета, а также назначили членов своей группы, у которых проявлялись специфические черты расстройств личности.Каждый служил и судьей, и возможной мишенью. Выступая в качестве судьи по каждому конкретному пункту, участник оценивал только тех людей, которые, по его мнению, имели указанные характеристики. Точно такие же элементы были включены как в шкалу самооценки, так и в шкалу номинаций коллег. Все они были непрофессиональными переводами конкретных диагностических признаков, используемых для определения расстройств личности в официальной системе психиатрической классификации. Примеры включают в себя: «заносчивый или« сильный и могучий »» (нарциссический PD), «нуждается в такой идеальной работе, чтобы ничто никогда не было закончено» (обсессивно-компульсивное PD) и «не имеет близких друзей, кроме семьи. члены »(шизоидный ПД).

Этот дизайн позволил нам изучить четыре проблемы, касающиеся межличностного восприятия: консенсус , сам - другое согласие , точность и метаперцепция (Funder, 1999; Kenny, 2004). Консенсус касается того, согласны ли разные судьи в своем восприятии личности целевого человека. Соглашение между собой и другими людьми включает в себя степень, в которой люди видят себя так же, как их описывают другие люди. Точность относится к обоснованности собственных суждений и других суждений.Другими словами, связан ли какой-либо из источников информации значимым образом с результатами в жизни человека, такими как социальная адаптация или профессиональные нарушения? Метааперцепция описывает степень, в которой люди осознают впечатления о них других людей. Другими словами, независимо от того, как я себя описываю, знаю ли я, что обо мне думают другие?

СОГЛАСИЕ СРЕДИ СОВМЕСТНИКОВ СКОРЕЕ

Исследования восприятия человека показывают приемлемый уровень консенсуса среди непрофессионалов при вынесении суждений о нормальных личностных качествах, особенно когда оценки суммируются по большому количеству судей (Funder, 1999; Vazire, 2006).Данные нашего исследования указывают на умеренный консенсус среди сверстников в суждениях о патологии личности других людей. Надежность сводных оценок на основе коллег, усредненных по ряду судей, была хорошей (Clifton, Turkheimer, & Oltmanns, 2005; Thomas, Turkheimer, & Oltmanns, 2003). Их суждения предположительно основывались на возможностях, которые у них были, чтобы наблюдать за поведением друг друга, часто в сложных ситуациях, в течение нескольких недель. Сверстники выработали значимые взгляды на личностные проблемы других членов группы, и они были склонны прийти к согласию относительно того, у кого из членов были эти проблемы.

Предыдущие исследования показывают, что уровень консенсуса среди судей варьируется в зависимости от многих факторов, таких как степень знакомства между судьями и целевым лицом (Letzring, Wells, & Funder, 2006). Многие решения о расстройствах личности, в том числе принимаемые клиницистами, а также членами семьи, друзьями и сверстниками в наших исследованиях, основаны на вдумчивом размышлении после продолжительных наблюдений за непоследовательным, озадачивающим, раздражающим и иногда тревожным поведением.Однако также ясно, что некоторые личностные суждения о других людях формируются быстро и без сознательных усилий или причин (Ambady, Bernieri, & Richeson, 2000).

Данные нашей лаборатории показывают, что на основе минимальной информации наблюдатели могут сформировать достоверные впечатления о людях, которым можно поставить диагноз различных типов расстройства личности. Нетренированные оценщики смотрели только первые 30 секунд видеозаписи интервью с целевыми участниками нашего исследования. Основываясь только на этих тонких срезах поведения, оценщики сформировали надежные суждения относительно общих черт личности, используя пятифакторную модель, широко принятую систему описания личности.Более высокий уровень согласия был обнаружен в отношении экстраверсии, уступчивости, открытости и добросовестности, тогда как меньший уровень согласия был обнаружен в отношении невротизма. Рейтинги судей также в некотором роде были точными. Люди, которые в остальном не были знакомы с нашими целевыми людьми, обнаружили низкую экстраверсию людей с чертами шизоидных и избегающих расстройств личности и высокую экстраверсию людей с театральными чертами личности. Они также были надежными в оценке конкретных характеристик расстройств личности (таких как «заносчивый или« высокий и могучий »в отношении нарциссического расстройства личности»), и эти суждения в значительной степени коррелировали с более обширной диагностической информацией, полученной от людей и от них. их сверстники (Friedman, Oltmanns, & Turkheimer, 2007).

Восприятие патологических черт личности также повлияло на степень, в которой эксперты-оценщики любили людей, за которыми они наблюдали. Их меньше интересовали встречи с людьми с шизоидными и избегающими чертами личности, и их больше интересовало знакомство с людьми, которые проявляли черты, связанные с театральными и нарциссическими расстройствами личности. Эти закономерности предполагают возможные механизмы, которые могут поддерживать или усугублять личностные трудности. В той мере, в какой избегающие люди создают негативное первое впечатление, они могут стать еще более тревожными по поводу своего взаимодействия с другими людьми.С другой стороны, театральное и нарциссическое поведение может сохраняться за счет того, как оно привлекает других, по крайней мере, временно. Эти черты не могут стать разрушительными для межличностных отношений, пока отношения не станут более близкими.

ДРУГОЕ СОГЛАШЕНИЕ ТАКЖЕ СКРОМНОЕ

Одна из основных проблем нашего исследования заключалась в соответствии между самоотчетом и номинациями сверстников по характерным чертам расстройств личности. представляет результаты нашей выборки призывников с использованием баллов, основанных на факторном анализе самоотчетов и данных о выдвижении коллег (Thomas et al., 2003). Факторы близко соответствуют диагностическим категориям расстройств личности: истерический-нарциссический, зависимый-избегающий, отстраненность (аналогично шизоиду), агрессия-недоверие (аналогично паранойе), антисоциальный, обсессивно-компульсивный и шизотипический (стойкий паттерн дискомфорта с другие люди вкупе со своеобразным мышлением и поведением). Данные показывают умеренный уровень конвергентной и дискриминантной валидности (т. Е. Показатели одной и той же концепции более сильно коррелированы друг с другом, чем показатели разных концепций) для восприятия сверстниками и самовосприятия этих конкретных черт.На диагонали отображаются межличностные корреляции между методами. В каждом случае межличностная корреляция внутри черт (например, между самоотчетом об антисоциальных чертах личности и номинациями сверстников на антисоциальные черты личности) была выше, чем любая из перекрестных корреляций. Самые высокие корреляции приходятся на диагональ, но они также были скромными по размеру, что свидетельствует о несогласии между тем, как люди описывали себя, и тем, как их описывали их сверстники.Эти данные и результаты исследований, проведенных в других лабораториях, предполагают, что самоотчеты дают ограниченное представление о проблемах личности (Furr, Dougherty, Marsh, & Matthias, 2007; Miller, Pilkonis, & Clifton, 2005).

ТАБЛИЦА 1

Корреляция между оценками сверстников и самоотчетов по факторам патологии личности в военной выборке

Соперник
Самостоятельная HN DA DET AM ANT OC STY
HN .22 −.09 .02 −.07 .01 −.07 .07
DA −.18 .30 −.07 −.08 −.01 −.07 .05
DET −.08 −.03 ,21 .03 .19 .03 −.07
AM −.07 .10 −.04 ,29 .10 .08 −.08
ANT −.17 .08 .03 .07 .30 .12 −.04
OC −.08 .00 .03 .08 .05 0,27 −.02
STY .07 -.01 −.01 −.07 .03 −.02 0,24

Уровень согласия между самоотчетом и отчетом коллег довольно хороший и на самом деле не лучше и не хуже, чем уровень согласия между любыми двумя конкретными коллегами. Одним из преимуществ отчетов информаторов является то, что существует множество возможных источников. Совокупные баллы, усредненные по нескольким друзьям, членам семьи или сверстникам, вероятно, будут более надежными, чем один балл самооценки.Но наиболее важным вопросом является возрастающая достоверность: добавляют ли отчеты коллег важную информацию помимо той, которая предоставляется в показателях самоотчета?

МЕТАПЕРЦЕПЦИИ НЕ ОСНОВАНЫ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА САМООБРАЗИИ

Тот факт, что люди не всегда согласны с их восприятием другими, не обязательно означает, что они не знают, что думают другие. Они могут просто придерживаться другой точки зрения. Литература, посвященная метаперцепции нормальных черт личности, предполагает, что люди на самом деле обладают некоторыми точными обобщенными знаниями о том, что о них думают другие (Kenny, 1994).

Участников нашего исследования попросили предугадать, как большинство других членов их группы описали бы их. Эти «ожидаемые оценки сверстников» сильно коррелировали с собственными описаниями самих себя участниками (то есть: «Какой вам на самом деле нравится ?»). Люди верят, что другие придерживаются того же мнения, что и они, о своих личностных характеристиках. С другой стороны, мы также обнаружили, что ожидаемые оценки сверстников предсказывали некоторую изменчивость в отчетах сверстников, помимо самоотчетов, для всех различных форм расстройства личности (Oltmanns, Gleason, Klonsky, & Turkheimer, 2005).Этот вывод предполагает, что люди действительно обладают хотя бы небольшим количеством дополнительных знаний о том, как на них смотрят другие. Иногда они осознают тот факт, что другие люди думают, что у них проблемы с личностью, но обычно они не говорят вам об этом, если вы их не спросите.

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ОТЧЕТЫ О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ТОЧНЫ

Возможно, самая важная проблема в области межличностного восприятия связана с точностью или достоверностью. Несогласие между источниками информации (собственное лицо и информатор) не означает, что один вид меры более действителен, чем другой.Самый важный вопрос: какой источник данных наиболее полезен и для какой цели? В одном из релевантных исследований изучались сообщения о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в последующем исследовании с пациентами с депрессией (Klein, 2003). Как самоотчеты, так и отчеты информаторов о расстройствах личности были связаны с худшим исходом с точки зрения симптомов депрессии и глобального функционирования. Однако сообщения информантов о патологии личности были наиболее полезным предиктором будущих социальных нарушений.

Аналогичные результаты были получены в нашем исследовании в отношении успешности работы после успешного завершения базовой военной подготовки (Fiedler, Oltmanns, & Turkheimer, 2004). Все призывники были зачислены на службу сроком на 4 года. Во время наблюдения мы разделили новобранцев на две группы: (а) те, кто все еще находился на действительной военной службе, и (б) те, кого досрочно уволили из армии. Досрочное увольнение обычно выдается вышестоящим должностным лицом на недобровольной основе и чаще всего оправдывается повторяющимися дисциплинарными проблемами, серьезными межличностными трудностями или плохой успеваемостью.

Мы провели анализ выживаемости по «времени до отказа», то есть анализ предикторов того, сколько времени потребовалось новобранцам, чтобы досрочно уволиться. Мы использовали стандартные процедуры на основе рангов (с использованием порядковых, а не интервальных данных) для оценки одномерных отношений между самоотчетами и оценками коллег по 10 расстройствам личности и ранним увольнением из армии. Результаты показаны на рисунке, который иллюстрирует степень связи между каждым заболеванием и риском выписки.Для всех расстройств, кроме обсессивно-компульсивного расстройства личности, более высокие баллы были связаны с большим риском ранней выписки. Рисунок показывает, что в целом отчеты коллег о расстройствах личности были лучшими прогностическими факторами, чем самоотчеты. Когда мы объединили самоотчет и информацию коллег, используя их вместе для выявления новобранцев, досрочно уволенных из армии, лучшими прогностическими переменными были оценки сверстников антисоциальных и пограничных расстройств личности.

Относительная сила самоотчета и экспертного заключения в прогнозировании раннего увольнения с военной службы для 10 типов расстройств личности. (Сила связи между характеристиками, назначаемыми самим и коллегой, и риском преждевременного прерывания беременности, выражается как критерий хи-квадрат лог-ранга Уилкоксона.)

Эти результаты указывают на несколько общих выводов. И самооценка, и номинация сверстников смогли выявить значимую связь между личностными проблемами и приспособлением к военной жизни.Меры самооценки подчеркивали особенности, которые можно было бы описать как внутренние проблемы (субъективный дистресс и членовредительство), в то время как данные экспертных отчетов подчеркивали внешние проблемы (антисоциальные черты). Вместе взятые, баллы по выдвижению коллег оказались более эффективными, чем шкалы самооценки при прогнозировании профессиональных результатов. Относительные достоинства самоотчетов и отчетов коллег, вероятно, различаются в отношении меры функционирования или прогнозируемого результата, и будущие исследования должны быть сосредоточены на этих сравнениях по широкому кругу конструкций.

РЕЗЮМЕ И ВОПРОСЫ ДАЛЬНЕЙШЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Информаторы могут предоставить надежную и достоверную информацию о человеке, которая в значительной степени не зависит от информации, полученной из его собственного отчета. Корреляции между самоотчетами и сообщениями информантов неизменно скромны, а независимая информация, предоставленная информантами, говорит нам кое-что важное о проблемах личности. Этот вывод согласуется с более общим наблюдением, что расстройства личности часто определяются и переживаются в терминах межличностного конфликта и проблем в восприятии личности.Хотя большинство исследователей полагаются на самооценки для оценки расстройств личности, более полное описание человека можно получить, также рассматривая данные информантов. Наиболее комплексным подходом может быть тот, который собирает и объединяет данные от множества разных людей, включая самого себя, таким образом отражая максимально широкий диапазон впечатлений о поведении целевого человека в различных контекстах.

Конечно, сложно собрать данные от большого количества людей, которые знают целевого человека, и редко возможно связаться с людьми, которые не выбраны (и могут не любить) целевого человека.Следовательно, насколько бы они ни могли собирать данные от информаторов, большинство исследователей будет полагаться на небольшое количество информаторов, выбранных субъектом. Дальнейшие исследования должны изучить эти вопросы. Сколько информаторов необходимо для того, чтобы предоставить полезную перспективу, которая дополняет собственное описание самого себя? Какую предвзятость вносят различного рода информаторы, выбранные самостоятельно (родители, супруги, друзья)? Чем данные, которые предоставляют эти люди, отличаются от данных, которые могут быть получены от информаторов, которые не были выбраны целевым лицом? И, что, возможно, наиболее важно, насколько достоверность отчетов информаторов соотносится с достоверностью самоотчетов, когда рассматривается более широкий спектр показателей результатов?

Лонгитюдные исследования восприятия человека в контексте конкретных отношений также будут важны.Тонкие исследования показывают, что люди с различными личностными проблемами могут создавать заметные впечатления (как положительные, так и отрицательные) на других в самом начале отношений. Будет интересно узнать, как эти впечатления влияют на развитие отношений и как такое восприятие может измениться с течением времени.

Рекомендуемая литература

Ахенбах Т.М., Круковски Р.А., Думенчи Л. и Иванова М.Ю. (2005). Оценка психопатологии взрослых: метаанализ и последствия корреляций между информантами. Психологический бюллетень , 131 , 361–382. Тщательный и критический обзор вопросов, касающихся ограничений инструментов самоотчета для измерения психопатологии при многих различных типах психических расстройств.

Клонски, Э.Д., Олтманнс, Т.Ф., и Туркхаймер, Э. (2002). Отчеты информаторов о расстройстве личности: отношение к самоотчетам и направлениям будущих исследований. Клиническая психология: наука и практика , 9 , 300–311.Краткое изложение научных данных исследований, в которых специально сравнивали отчеты о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в отношении одних и тех же целевых лиц.

Уилсон, Т.Д., и Данн, Э.В. (2004). Самопознание: его пределы, ценность и потенциал для улучшения. Ежегодный обзор психологии , 55 , 493–518. Исчерпывающий обзор доказательств, касающихся способности людей понимать, что о них думают другие.

ССЫЛКИ

  • Ambady N, Bernieri FJ, Richeson JA.К гистологии социального поведения: точность суждения на основе тонких срезов поведенческого потока. Успехи экспериментальной социальной психологии. 2000. 32: 201–271. [Google Scholar]
  • Biesanz JC, West SG, Millevoi A. Что вы узнаете о человеке с течением времени? Взаимосвязь между длительностью знакомства и согласием и соглашением между собой в суждениях о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2007. 92: 119–135. [PubMed] [Google Scholar]
  • Clark LA. Оценка и диагностика расстройства личности: вечные проблемы и возникающая переосмысление.Ежегодный обзор психологии. 2007. 58: 227–257. [PubMed] [Google Scholar]
  • Клифтон А., Тюркхаймер Э., Олтманнс Т.Ф. Перспективы себя и сверстников в отношении патологических черт личности и межличностных проблем. Психологическая оценка. 2005. 17: 123–131. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фидлер Э.Р., Олтманнс Т.Ф., Тюркхаймер Э. Черты характера, связанные с расстройствами личности и приспособлением к военной жизни: прогностическая достоверность собственных отчетов и отчетов коллег. Военная медицина. 2004. 169: 207–211.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Friedman JNW, Oltmanns TF, Turkheimer E. Межличностное восприятие и расстройства личности: использование подхода «тонкого среза». Журнал исследований личности. 2007. 41: 667–688. [Google Scholar]
  • Финансирующий округ Колумбия. Оценка личности: реалистичный подход к восприятию человека. Академическая пресса; Сан-Диего, Калифорния: 1999. [Google Scholar]
  • Furr RM, Dougherty DM, Marsh DM, Mathias DW. Суждение о личности и личностная патология: согласие между собой у подростков с расстройством поведения.Журнал личности. 2007. 75: 629–662. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кенни Д.А. Межличностное восприятие: анализ социальных отношений. Гилфорд; Нью-Йорк: 1994. [Google Scholar]
  • Kenny DA. ЧЕЛОВЕК: Общая модель межличностного восприятия. Обзор личности и социальной психологии. 2004. 8: 265–280. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кляйн Д.Н. Отчеты пациентов по сравнению с информантами о расстройствах личности при прогнозировании 7,5-летних исходов у амбулаторных пациентов с депрессивными расстройствами.Психологическая оценка. 2003. 15: 216–222. [PubMed] [Google Scholar]
  • Летцринг Т.Д., Уэллс С.М., Финансирующий округ Колумбия. Количество и качество информации влияют на реалистичную точность суждения о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2006. 91: 111–123. [PubMed] [Google Scholar]
  • Миллер Дж. Д., Пилконис П. А., Клифтон А. Само- и другие отчеты о чертах из пятифакторной модели: Отношение к расстройствам личности. Журнал расстройств личности. 2005. 19: 400–419. [PubMed] [Google Scholar]
  • Oltmanns TF, Gleason MEJ, Klonsky ED, Turkheimer E.Мета-восприятие патологических черт личности: знаем ли мы, когда другие думают, что мы трудные? Сознание и познание. 2005; 14: 739–751. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Олтманнс Т.Ф., Туркхаймер Э. Восприятие себя и других относительно патологических черт личности. В: Krueger RF, Tackett JL, редакторы. Личность и психопатология. Гилфорд; Нью-Йорк: 2006. С. 71–111. [Google Scholar]
  • Thomas C, Turkheimer E, Oltmanns TF. Факторная структура патологических черт личности по оценке сверстников.Журнал аномальной психологии. 2003; 112: 1–12. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Вазир С. Информатор сообщает: Дешевый, быстрый и простой метод оценки личности. Журнал исследований личности. 2006; 40: 472–481. [Google Scholar]
  • Уотсон Д., Хаббард Б., Вайз Д. Согласие друг с другом в личностном и эмоциональном отношении: роль знакомства, видимость черт и предполагаемое сходство. Журнал личности и социальной психологии. 2000. 78: 546–558. [PubMed] [Google Scholar]
  • Вестен Д., Хайм А.К.Нарушения личности и личности при расстройствах личности. В: Лири MR, Tangney JP, редакторы. Справочник самости и личности. 2003. С. 643–664. [Google Scholar]
  • Widiger TA, Samuel DB. Доказательная оценка расстройств личности. Психологическая оценка. 2005. 17: 278–287. [PubMed] [Google Scholar]

Человеческое восприятие и патология личности

Curr Dir Psychol Sci. Авторская рукопись; доступно в PMC 2010, 9 июня.

Опубликован в окончательной отредактированной форме как:

Curr Dir Psychol Sci.1 января 2009 г .; 18 (1): 32–36.

PMCID: PMC2882793

NIHMSID: NIHMS197119

Thomas F. Oltmanns

1 Вашингтонский университет в Сент-Луисе

Эрик Туркхаймер

2 Университет Вирджинии

1

2 Университет Вирджинии

Адресная корреспонденция Томасу Ф. Олтманнсу, Департамент психологии, Campus Box 1125, One Brookings Drive, Вашингтонский университет, St.Louis, MO 63130-4899; [email protected] См. другие статьи в PMC, в которых цитируется опубликованная статья.

Abstract

Исследования восприятия человека (впечатления и убеждения людей о других) позволили разработать важные концепции и методы, которые можно использовать для улучшения оценки расстройств личности. Они также могут способствовать развитию наших знаний о природе и происхождении этих состояний. Информация, полученная от сверстников и других типов информантов, является надежной и дает представление, которое часто существенно отличается от того, что получено с помощью анкет и интервью.Для некоторых целей эта информация весьма полезна. Еще многое предстоит узнать о возрастающей достоверности (и потенциальных предубеждениях), связанных с данными, полученными от различных информаторов.

Ключевые слова: оценка , расстройства личности, восприятие человека, самопознание

Расстройства личности - это устойчивые модели поведения и эмоций, которые приводят человека к повторяющимся конфликтам с другими и не позволяют ему выполнять ожидаемые социальные и профессиональные роли.Люди с расстройствами личности часто усугубляют свои собственные межличностные проблемы, потому что они негибкие и негибкие, неспособные адаптироваться к социальным вызовам. Тем не менее, они могут не думать, что их беспокоят, и приписывают свои проблемы поведению других людей. Многие формы расстройства личности, такие как параноидальное, нарциссическое, антисоциальное и театральное расстройство личности, определяются в первую очередь с точки зрения проблем, которые люди создают для других, а не с точки зрения собственного субъективного дистресса человека (Westen & Heim, 2003).

Исследования восприятия человека (как люди воспринимают других людей, особенно их личностные характеристики) поднимают сложные вопросы и интересные возможности для оценки расстройств личности (Clark, 2007; Widiger & Samuel, 2005). В лучшем случае существует лишь небольшая корреляция между описаниями самих себя отдельными людьми и их описаниями, предоставленными другими (Biesanz, West, & Millevoi, 2007; Watson, Hubbard, & Weise, 2000). Поэтому удивительно, что большая часть знаний о расстройствах личности основана на данных, полученных с помощью самоотчетов (анкетирование и диагностические интервью).Человека просят ответить на такие вопросы, как «Вы упрямы и непоколебимы?», «Вы ведете себя высокомерно и высокомерно?» И «Легко ли вам солгать, если это служит вашей цели?» Данные из этих инструментов должны дополняться другими источниками информации о личности, такими как отчеты информаторов, наблюдения за поведением в структурированных ситуациях и данные о жизненных результатах. Цель этой статьи - описать данные о взаимосвязи и относительных достоинствах оценок расстройств личности на основе самоотчетов и информации, предоставленной информантами, которые хорошо знают этого человека.

Наша исследовательская группа изучила межличностное восприятие патологических черт личности у двух больших выборок молодых людей - примерно 2000 призывников и 1700 первокурсников колледжей (Oltmanns & Turkheimer, 2006). Участники были определены и протестированы в группах. Группы военной подготовки включали от 27 до 53 новобранцев, а группы общежитий колледжей - от 12 до 22 студентов. Каждая группа состояла из ранее не знакомых молодых людей, у которых было много возможностей наблюдать за поведением друг друга после совместного проживания в непосредственной близости в течение стандартного периода времени (6 недель для новобранцев и от 5 до 7 месяцев для студентов).Хотя это не были клинические образцы пациентов, получающих лечение от психических расстройств, они включали людей со значительными личностными проблемами. Диагностические интервью показали, что, в соответствии с данными из других выборок сообществ, примерно 10% наших участников имели право на диагноз по крайней мере одного расстройства личности.

Все участники в каждой группе заполнили анкеты самоотчета, а также назначили членов своей группы, у которых проявлялись специфические черты расстройств личности.Каждый служил и судьей, и возможной мишенью. Выступая в качестве судьи по каждому конкретному пункту, участник оценивал только тех людей, которые, по его мнению, имели указанные характеристики. Точно такие же элементы были включены как в шкалу самооценки, так и в шкалу номинаций коллег. Все они были непрофессиональными переводами конкретных диагностических признаков, используемых для определения расстройств личности в официальной системе психиатрической классификации. Примеры включают в себя: «заносчивый или« сильный и могучий »» (нарциссический PD), «нуждается в такой идеальной работе, чтобы ничто никогда не было закончено» (обсессивно-компульсивное PD) и «не имеет близких друзей, кроме семьи. члены »(шизоидный ПД).

Этот дизайн позволил нам изучить четыре проблемы, касающиеся межличностного восприятия: консенсус , сам - другое согласие , точность и метаперцепция (Funder, 1999; Kenny, 2004). Консенсус касается того, согласны ли разные судьи в своем восприятии личности целевого человека. Соглашение между собой и другими людьми включает в себя степень, в которой люди видят себя так же, как их описывают другие люди. Точность относится к обоснованности собственных суждений и других суждений.Другими словами, связан ли какой-либо из источников информации значимым образом с результатами в жизни человека, такими как социальная адаптация или профессиональные нарушения? Метааперцепция описывает степень, в которой люди осознают впечатления о них других людей. Другими словами, независимо от того, как я себя описываю, знаю ли я, что обо мне думают другие?

СОГЛАСИЕ СРЕДИ СОВМЕСТНИКОВ СКОРЕЕ

Исследования восприятия человека показывают приемлемый уровень консенсуса среди непрофессионалов при вынесении суждений о нормальных личностных качествах, особенно когда оценки суммируются по большому количеству судей (Funder, 1999; Vazire, 2006).Данные нашего исследования указывают на умеренный консенсус среди сверстников в суждениях о патологии личности других людей. Надежность сводных оценок на основе коллег, усредненных по ряду судей, была хорошей (Clifton, Turkheimer, & Oltmanns, 2005; Thomas, Turkheimer, & Oltmanns, 2003). Их суждения предположительно основывались на возможностях, которые у них были, чтобы наблюдать за поведением друг друга, часто в сложных ситуациях, в течение нескольких недель. Сверстники выработали значимые взгляды на личностные проблемы других членов группы, и они были склонны прийти к согласию относительно того, у кого из членов были эти проблемы.

Предыдущие исследования показывают, что уровень консенсуса среди судей варьируется в зависимости от многих факторов, таких как степень знакомства между судьями и целевым лицом (Letzring, Wells, & Funder, 2006). Многие решения о расстройствах личности, в том числе принимаемые клиницистами, а также членами семьи, друзьями и сверстниками в наших исследованиях, основаны на вдумчивом размышлении после продолжительных наблюдений за непоследовательным, озадачивающим, раздражающим и иногда тревожным поведением.Однако также ясно, что некоторые личностные суждения о других людях формируются быстро и без сознательных усилий или причин (Ambady, Bernieri, & Richeson, 2000).

Данные нашей лаборатории показывают, что на основе минимальной информации наблюдатели могут сформировать достоверные впечатления о людях, которым можно поставить диагноз различных типов расстройства личности. Нетренированные оценщики смотрели только первые 30 секунд видеозаписи интервью с целевыми участниками нашего исследования. Основываясь только на этих тонких срезах поведения, оценщики сформировали надежные суждения относительно общих черт личности, используя пятифакторную модель, широко принятую систему описания личности.Более высокий уровень согласия был обнаружен в отношении экстраверсии, уступчивости, открытости и добросовестности, тогда как меньший уровень согласия был обнаружен в отношении невротизма. Рейтинги судей также в некотором роде были точными. Люди, которые в остальном не были знакомы с нашими целевыми людьми, обнаружили низкую экстраверсию людей с чертами шизоидных и избегающих расстройств личности и высокую экстраверсию людей с театральными чертами личности. Они также были надежными в оценке конкретных характеристик расстройств личности (таких как «заносчивый или« высокий и могучий »в отношении нарциссического расстройства личности»), и эти суждения в значительной степени коррелировали с более обширной диагностической информацией, полученной от людей и от них. их сверстники (Friedman, Oltmanns, & Turkheimer, 2007).

Восприятие патологических черт личности также повлияло на степень, в которой эксперты-оценщики любили людей, за которыми они наблюдали. Их меньше интересовали встречи с людьми с шизоидными и избегающими чертами личности, и их больше интересовало знакомство с людьми, которые проявляли черты, связанные с театральными и нарциссическими расстройствами личности. Эти закономерности предполагают возможные механизмы, которые могут поддерживать или усугублять личностные трудности. В той мере, в какой избегающие люди создают негативное первое впечатление, они могут стать еще более тревожными по поводу своего взаимодействия с другими людьми.С другой стороны, театральное и нарциссическое поведение может сохраняться за счет того, как оно привлекает других, по крайней мере, временно. Эти черты не могут стать разрушительными для межличностных отношений, пока отношения не станут более близкими.

ДРУГОЕ СОГЛАШЕНИЕ ТАКЖЕ СКРОМНОЕ

Одна из основных проблем нашего исследования заключалась в соответствии между самоотчетом и номинациями сверстников по характерным чертам расстройств личности. представляет результаты нашей выборки призывников с использованием баллов, основанных на факторном анализе самоотчетов и данных о выдвижении коллег (Thomas et al., 2003). Факторы близко соответствуют диагностическим категориям расстройств личности: истерический-нарциссический, зависимый-избегающий, отстраненность (аналогично шизоиду), агрессия-недоверие (аналогично паранойе), антисоциальный, обсессивно-компульсивный и шизотипический (стойкий паттерн дискомфорта с другие люди вкупе со своеобразным мышлением и поведением). Данные показывают умеренный уровень конвергентной и дискриминантной валидности (т. Е. Показатели одной и той же концепции более сильно коррелированы друг с другом, чем показатели разных концепций) для восприятия сверстниками и самовосприятия этих конкретных черт.На диагонали отображаются межличностные корреляции между методами. В каждом случае межличностная корреляция внутри черт (например, между самоотчетом об антисоциальных чертах личности и номинациями сверстников на антисоциальные черты личности) была выше, чем любая из перекрестных корреляций. Самые высокие корреляции приходятся на диагональ, но они также были скромными по размеру, что свидетельствует о несогласии между тем, как люди описывали себя, и тем, как их описывали их сверстники.Эти данные и результаты исследований, проведенных в других лабораториях, предполагают, что самоотчеты дают ограниченное представление о проблемах личности (Furr, Dougherty, Marsh, & Matthias, 2007; Miller, Pilkonis, & Clifton, 2005).

ТАБЛИЦА 1

Корреляция между оценками сверстников и самоотчетов по факторам патологии личности в военной выборке

Соперник
Самостоятельная HN DA DET AM ANT OC STY
HN .22 −.09 .02 −.07 .01 −.07 .07
DA −.18 .30 −.07 −.08 −.01 −.07 .05
DET −.08 −.03 ,21 .03 .19 .03 −.07
AM −.07 .10 −.04 ,29 .10 .08 −.08
ANT −.17 .08 .03 .07 .30 .12 −.04
OC −.08 .00 .03 .08 .05 0,27 −.02
STY .07 -.01 −.01 −.07 .03 −.02 0,24

Уровень согласия между самоотчетом и отчетом коллег довольно хороший и на самом деле не лучше и не хуже, чем уровень согласия между любыми двумя конкретными коллегами. Одним из преимуществ отчетов информаторов является то, что существует множество возможных источников. Совокупные баллы, усредненные по нескольким друзьям, членам семьи или сверстникам, вероятно, будут более надежными, чем один балл самооценки.Но наиболее важным вопросом является возрастающая достоверность: добавляют ли отчеты коллег важную информацию помимо той, которая предоставляется в показателях самоотчета?

МЕТАПЕРЦЕПЦИИ НЕ ОСНОВАНЫ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА САМООБРАЗИИ

Тот факт, что люди не всегда согласны с их восприятием другими, не обязательно означает, что они не знают, что думают другие. Они могут просто придерживаться другой точки зрения. Литература, посвященная метаперцепции нормальных черт личности, предполагает, что люди на самом деле обладают некоторыми точными обобщенными знаниями о том, что о них думают другие (Kenny, 1994).

Участников нашего исследования попросили предугадать, как большинство других членов их группы описали бы их. Эти «ожидаемые оценки сверстников» сильно коррелировали с собственными описаниями самих себя участниками (то есть: «Какой вам на самом деле нравится ?»). Люди верят, что другие придерживаются того же мнения, что и они, о своих личностных характеристиках. С другой стороны, мы также обнаружили, что ожидаемые оценки сверстников предсказывали некоторую изменчивость в отчетах сверстников, помимо самоотчетов, для всех различных форм расстройства личности (Oltmanns, Gleason, Klonsky, & Turkheimer, 2005).Этот вывод предполагает, что люди действительно обладают хотя бы небольшим количеством дополнительных знаний о том, как на них смотрят другие. Иногда они осознают тот факт, что другие люди думают, что у них проблемы с личностью, но обычно они не говорят вам об этом, если вы их не спросите.

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ОТЧЕТЫ О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ТОЧНЫ

Возможно, самая важная проблема в области межличностного восприятия связана с точностью или достоверностью. Несогласие между источниками информации (собственное лицо и информатор) не означает, что один вид меры более действителен, чем другой.Самый важный вопрос: какой источник данных наиболее полезен и для какой цели? В одном из релевантных исследований изучались сообщения о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в последующем исследовании с пациентами с депрессией (Klein, 2003). Как самоотчеты, так и отчеты информаторов о расстройствах личности были связаны с худшим исходом с точки зрения симптомов депрессии и глобального функционирования. Однако сообщения информантов о патологии личности были наиболее полезным предиктором будущих социальных нарушений.

Аналогичные результаты были получены в нашем исследовании в отношении успешности работы после успешного завершения базовой военной подготовки (Fiedler, Oltmanns, & Turkheimer, 2004). Все призывники были зачислены на службу сроком на 4 года. Во время наблюдения мы разделили новобранцев на две группы: (а) те, кто все еще находился на действительной военной службе, и (б) те, кого досрочно уволили из армии. Досрочное увольнение обычно выдается вышестоящим должностным лицом на недобровольной основе и чаще всего оправдывается повторяющимися дисциплинарными проблемами, серьезными межличностными трудностями или плохой успеваемостью.

Мы провели анализ выживаемости по «времени до отказа», то есть анализ предикторов того, сколько времени потребовалось новобранцам, чтобы досрочно уволиться. Мы использовали стандартные процедуры на основе рангов (с использованием порядковых, а не интервальных данных) для оценки одномерных отношений между самоотчетами и оценками коллег по 10 расстройствам личности и ранним увольнением из армии. Результаты показаны на рисунке, который иллюстрирует степень связи между каждым заболеванием и риском выписки.Для всех расстройств, кроме обсессивно-компульсивного расстройства личности, более высокие баллы были связаны с большим риском ранней выписки. Рисунок показывает, что в целом отчеты коллег о расстройствах личности были лучшими прогностическими факторами, чем самоотчеты. Когда мы объединили самоотчет и информацию коллег, используя их вместе для выявления новобранцев, досрочно уволенных из армии, лучшими прогностическими переменными были оценки сверстников антисоциальных и пограничных расстройств личности.

Относительная сила самоотчета и экспертного заключения в прогнозировании раннего увольнения с военной службы для 10 типов расстройств личности. (Сила связи между характеристиками, назначаемыми самим и коллегой, и риском преждевременного прерывания беременности, выражается как критерий хи-квадрат лог-ранга Уилкоксона.)

Эти результаты указывают на несколько общих выводов. И самооценка, и номинация сверстников смогли выявить значимую связь между личностными проблемами и приспособлением к военной жизни.Меры самооценки подчеркивали особенности, которые можно было бы описать как внутренние проблемы (субъективный дистресс и членовредительство), в то время как данные экспертных отчетов подчеркивали внешние проблемы (антисоциальные черты). Вместе взятые, баллы по выдвижению коллег оказались более эффективными, чем шкалы самооценки при прогнозировании профессиональных результатов. Относительные достоинства самоотчетов и отчетов коллег, вероятно, различаются в отношении меры функционирования или прогнозируемого результата, и будущие исследования должны быть сосредоточены на этих сравнениях по широкому кругу конструкций.

РЕЗЮМЕ И ВОПРОСЫ ДАЛЬНЕЙШЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Информаторы могут предоставить надежную и достоверную информацию о человеке, которая в значительной степени не зависит от информации, полученной из его собственного отчета. Корреляции между самоотчетами и сообщениями информантов неизменно скромны, а независимая информация, предоставленная информантами, говорит нам кое-что важное о проблемах личности. Этот вывод согласуется с более общим наблюдением, что расстройства личности часто определяются и переживаются в терминах межличностного конфликта и проблем в восприятии личности.Хотя большинство исследователей полагаются на самооценки для оценки расстройств личности, более полное описание человека можно получить, также рассматривая данные информантов. Наиболее комплексным подходом может быть тот, который собирает и объединяет данные от множества разных людей, включая самого себя, таким образом отражая максимально широкий диапазон впечатлений о поведении целевого человека в различных контекстах.

Конечно, сложно собрать данные от большого количества людей, которые знают целевого человека, и редко возможно связаться с людьми, которые не выбраны (и могут не любить) целевого человека.Следовательно, насколько бы они ни могли собирать данные от информаторов, большинство исследователей будет полагаться на небольшое количество информаторов, выбранных субъектом. Дальнейшие исследования должны изучить эти вопросы. Сколько информаторов необходимо для того, чтобы предоставить полезную перспективу, которая дополняет собственное описание самого себя? Какую предвзятость вносят различного рода информаторы, выбранные самостоятельно (родители, супруги, друзья)? Чем данные, которые предоставляют эти люди, отличаются от данных, которые могут быть получены от информаторов, которые не были выбраны целевым лицом? И, что, возможно, наиболее важно, насколько достоверность отчетов информаторов соотносится с достоверностью самоотчетов, когда рассматривается более широкий спектр показателей результатов?

Лонгитюдные исследования восприятия человека в контексте конкретных отношений также будут важны.Тонкие исследования показывают, что люди с различными личностными проблемами могут создавать заметные впечатления (как положительные, так и отрицательные) на других в самом начале отношений. Будет интересно узнать, как эти впечатления влияют на развитие отношений и как такое восприятие может измениться с течением времени.

Рекомендуемая литература

Ахенбах Т.М., Круковски Р.А., Думенчи Л. и Иванова М.Ю. (2005). Оценка психопатологии взрослых: метаанализ и последствия корреляций между информантами. Психологический бюллетень , 131 , 361–382. Тщательный и критический обзор вопросов, касающихся ограничений инструментов самоотчета для измерения психопатологии при многих различных типах психических расстройств.

Клонски, Э.Д., Олтманнс, Т.Ф., и Туркхаймер, Э. (2002). Отчеты информаторов о расстройстве личности: отношение к самоотчетам и направлениям будущих исследований. Клиническая психология: наука и практика , 9 , 300–311.Краткое изложение научных данных исследований, в которых специально сравнивали отчеты о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в отношении одних и тех же целевых лиц.

Уилсон, Т.Д., и Данн, Э.В. (2004). Самопознание: его пределы, ценность и потенциал для улучшения. Ежегодный обзор психологии , 55 , 493–518. Исчерпывающий обзор доказательств, касающихся способности людей понимать, что о них думают другие.

ССЫЛКИ

  • Ambady N, Bernieri FJ, Richeson JA.К гистологии социального поведения: точность суждения на основе тонких срезов поведенческого потока. Успехи экспериментальной социальной психологии. 2000. 32: 201–271. [Google Scholar]
  • Biesanz JC, West SG, Millevoi A. Что вы узнаете о человеке с течением времени? Взаимосвязь между длительностью знакомства и согласием и соглашением между собой в суждениях о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2007. 92: 119–135. [PubMed] [Google Scholar]
  • Clark LA. Оценка и диагностика расстройства личности: вечные проблемы и возникающая переосмысление.Ежегодный обзор психологии. 2007. 58: 227–257. [PubMed] [Google Scholar]
  • Клифтон А., Тюркхаймер Э., Олтманнс Т.Ф. Перспективы себя и сверстников в отношении патологических черт личности и межличностных проблем. Психологическая оценка. 2005. 17: 123–131. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фидлер Э.Р., Олтманнс Т.Ф., Тюркхаймер Э. Черты характера, связанные с расстройствами личности и приспособлением к военной жизни: прогностическая достоверность собственных отчетов и отчетов коллег. Военная медицина. 2004. 169: 207–211.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Friedman JNW, Oltmanns TF, Turkheimer E. Межличностное восприятие и расстройства личности: использование подхода «тонкого среза». Журнал исследований личности. 2007. 41: 667–688. [Google Scholar]
  • Финансирующий округ Колумбия. Оценка личности: реалистичный подход к восприятию человека. Академическая пресса; Сан-Диего, Калифорния: 1999. [Google Scholar]
  • Furr RM, Dougherty DM, Marsh DM, Mathias DW. Суждение о личности и личностная патология: согласие между собой у подростков с расстройством поведения.Журнал личности. 2007. 75: 629–662. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кенни Д.А. Межличностное восприятие: анализ социальных отношений. Гилфорд; Нью-Йорк: 1994. [Google Scholar]
  • Kenny DA. ЧЕЛОВЕК: Общая модель межличностного восприятия. Обзор личности и социальной психологии. 2004. 8: 265–280. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кляйн Д.Н. Отчеты пациентов по сравнению с информантами о расстройствах личности при прогнозировании 7,5-летних исходов у амбулаторных пациентов с депрессивными расстройствами.Психологическая оценка. 2003. 15: 216–222. [PubMed] [Google Scholar]
  • Летцринг Т.Д., Уэллс С.М., Финансирующий округ Колумбия. Количество и качество информации влияют на реалистичную точность суждения о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2006. 91: 111–123. [PubMed] [Google Scholar]
  • Миллер Дж. Д., Пилконис П. А., Клифтон А. Само- и другие отчеты о чертах из пятифакторной модели: Отношение к расстройствам личности. Журнал расстройств личности. 2005. 19: 400–419. [PubMed] [Google Scholar]
  • Oltmanns TF, Gleason MEJ, Klonsky ED, Turkheimer E.Мета-восприятие патологических черт личности: знаем ли мы, когда другие думают, что мы трудные? Сознание и познание. 2005; 14: 739–751. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Олтманнс Т.Ф., Туркхаймер Э. Восприятие себя и других относительно патологических черт личности. В: Krueger RF, Tackett JL, редакторы. Личность и психопатология. Гилфорд; Нью-Йорк: 2006. С. 71–111. [Google Scholar]
  • Thomas C, Turkheimer E, Oltmanns TF. Факторная структура патологических черт личности по оценке сверстников.Журнал аномальной психологии. 2003; 112: 1–12. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Вазир С. Информатор сообщает: Дешевый, быстрый и простой метод оценки личности. Журнал исследований личности. 2006; 40: 472–481. [Google Scholar]
  • Уотсон Д., Хаббард Б., Вайз Д. Согласие друг с другом в личностном и эмоциональном отношении: роль знакомства, видимость черт и предполагаемое сходство. Журнал личности и социальной психологии. 2000. 78: 546–558. [PubMed] [Google Scholar]
  • Вестен Д., Хайм А.К.Нарушения личности и личности при расстройствах личности. В: Лири MR, Tangney JP, редакторы. Справочник самости и личности. 2003. С. 643–664. [Google Scholar]
  • Widiger TA, Samuel DB. Доказательная оценка расстройств личности. Психологическая оценка. 2005. 17: 278–287. [PubMed] [Google Scholar]

Человеческое восприятие и патология личности

Curr Dir Psychol Sci. Авторская рукопись; доступно в PMC 2010, 9 июня.

Опубликован в окончательной отредактированной форме как:

Curr Dir Psychol Sci.1 января 2009 г .; 18 (1): 32–36.

PMCID: PMC2882793

NIHMSID: NIHMS197119

Thomas F. Oltmanns

1 Вашингтонский университет в Сент-Луисе

Эрик Туркхаймер

2 Университет Вирджинии

1

2 Университет Вирджинии

Адресная корреспонденция Томасу Ф. Олтманнсу, Департамент психологии, Campus Box 1125, One Brookings Drive, Вашингтонский университет, St.Louis, MO 63130-4899; [email protected] См. другие статьи в PMC, в которых цитируется опубликованная статья.

Abstract

Исследования восприятия человека (впечатления и убеждения людей о других) позволили разработать важные концепции и методы, которые можно использовать для улучшения оценки расстройств личности. Они также могут способствовать развитию наших знаний о природе и происхождении этих состояний. Информация, полученная от сверстников и других типов информантов, является надежной и дает представление, которое часто существенно отличается от того, что получено с помощью анкет и интервью.Для некоторых целей эта информация весьма полезна. Еще многое предстоит узнать о возрастающей достоверности (и потенциальных предубеждениях), связанных с данными, полученными от различных информаторов.

Ключевые слова: оценка , расстройства личности, восприятие человека, самопознание

Расстройства личности - это устойчивые модели поведения и эмоций, которые приводят человека к повторяющимся конфликтам с другими и не позволяют ему выполнять ожидаемые социальные и профессиональные роли.Люди с расстройствами личности часто усугубляют свои собственные межличностные проблемы, потому что они негибкие и негибкие, неспособные адаптироваться к социальным вызовам. Тем не менее, они могут не думать, что их беспокоят, и приписывают свои проблемы поведению других людей. Многие формы расстройства личности, такие как параноидальное, нарциссическое, антисоциальное и театральное расстройство личности, определяются в первую очередь с точки зрения проблем, которые люди создают для других, а не с точки зрения собственного субъективного дистресса человека (Westen & Heim, 2003).

Исследования восприятия человека (как люди воспринимают других людей, особенно их личностные характеристики) поднимают сложные вопросы и интересные возможности для оценки расстройств личности (Clark, 2007; Widiger & Samuel, 2005). В лучшем случае существует лишь небольшая корреляция между описаниями самих себя отдельными людьми и их описаниями, предоставленными другими (Biesanz, West, & Millevoi, 2007; Watson, Hubbard, & Weise, 2000). Поэтому удивительно, что большая часть знаний о расстройствах личности основана на данных, полученных с помощью самоотчетов (анкетирование и диагностические интервью).Человека просят ответить на такие вопросы, как «Вы упрямы и непоколебимы?», «Вы ведете себя высокомерно и высокомерно?» И «Легко ли вам солгать, если это служит вашей цели?» Данные из этих инструментов должны дополняться другими источниками информации о личности, такими как отчеты информаторов, наблюдения за поведением в структурированных ситуациях и данные о жизненных результатах. Цель этой статьи - описать данные о взаимосвязи и относительных достоинствах оценок расстройств личности на основе самоотчетов и информации, предоставленной информантами, которые хорошо знают этого человека.

Наша исследовательская группа изучила межличностное восприятие патологических черт личности у двух больших выборок молодых людей - примерно 2000 призывников и 1700 первокурсников колледжей (Oltmanns & Turkheimer, 2006). Участники были определены и протестированы в группах. Группы военной подготовки включали от 27 до 53 новобранцев, а группы общежитий колледжей - от 12 до 22 студентов. Каждая группа состояла из ранее не знакомых молодых людей, у которых было много возможностей наблюдать за поведением друг друга после совместного проживания в непосредственной близости в течение стандартного периода времени (6 недель для новобранцев и от 5 до 7 месяцев для студентов).Хотя это не были клинические образцы пациентов, получающих лечение от психических расстройств, они включали людей со значительными личностными проблемами. Диагностические интервью показали, что, в соответствии с данными из других выборок сообществ, примерно 10% наших участников имели право на диагноз по крайней мере одного расстройства личности.

Все участники в каждой группе заполнили анкеты самоотчета, а также назначили членов своей группы, у которых проявлялись специфические черты расстройств личности.Каждый служил и судьей, и возможной мишенью. Выступая в качестве судьи по каждому конкретному пункту, участник оценивал только тех людей, которые, по его мнению, имели указанные характеристики. Точно такие же элементы были включены как в шкалу самооценки, так и в шкалу номинаций коллег. Все они были непрофессиональными переводами конкретных диагностических признаков, используемых для определения расстройств личности в официальной системе психиатрической классификации. Примеры включают в себя: «заносчивый или« сильный и могучий »» (нарциссический PD), «нуждается в такой идеальной работе, чтобы ничто никогда не было закончено» (обсессивно-компульсивное PD) и «не имеет близких друзей, кроме семьи. члены »(шизоидный ПД).

Этот дизайн позволил нам изучить четыре проблемы, касающиеся межличностного восприятия: консенсус , сам - другое согласие , точность и метаперцепция (Funder, 1999; Kenny, 2004). Консенсус касается того, согласны ли разные судьи в своем восприятии личности целевого человека. Соглашение между собой и другими людьми включает в себя степень, в которой люди видят себя так же, как их описывают другие люди. Точность относится к обоснованности собственных суждений и других суждений.Другими словами, связан ли какой-либо из источников информации значимым образом с результатами в жизни человека, такими как социальная адаптация или профессиональные нарушения? Метааперцепция описывает степень, в которой люди осознают впечатления о них других людей. Другими словами, независимо от того, как я себя описываю, знаю ли я, что обо мне думают другие?

СОГЛАСИЕ СРЕДИ СОВМЕСТНИКОВ СКОРЕЕ

Исследования восприятия человека показывают приемлемый уровень консенсуса среди непрофессионалов при вынесении суждений о нормальных личностных качествах, особенно когда оценки суммируются по большому количеству судей (Funder, 1999; Vazire, 2006).Данные нашего исследования указывают на умеренный консенсус среди сверстников в суждениях о патологии личности других людей. Надежность сводных оценок на основе коллег, усредненных по ряду судей, была хорошей (Clifton, Turkheimer, & Oltmanns, 2005; Thomas, Turkheimer, & Oltmanns, 2003). Их суждения предположительно основывались на возможностях, которые у них были, чтобы наблюдать за поведением друг друга, часто в сложных ситуациях, в течение нескольких недель. Сверстники выработали значимые взгляды на личностные проблемы других членов группы, и они были склонны прийти к согласию относительно того, у кого из членов были эти проблемы.

Предыдущие исследования показывают, что уровень консенсуса среди судей варьируется в зависимости от многих факторов, таких как степень знакомства между судьями и целевым лицом (Letzring, Wells, & Funder, 2006). Многие решения о расстройствах личности, в том числе принимаемые клиницистами, а также членами семьи, друзьями и сверстниками в наших исследованиях, основаны на вдумчивом размышлении после продолжительных наблюдений за непоследовательным, озадачивающим, раздражающим и иногда тревожным поведением.Однако также ясно, что некоторые личностные суждения о других людях формируются быстро и без сознательных усилий или причин (Ambady, Bernieri, & Richeson, 2000).

Данные нашей лаборатории показывают, что на основе минимальной информации наблюдатели могут сформировать достоверные впечатления о людях, которым можно поставить диагноз различных типов расстройства личности. Нетренированные оценщики смотрели только первые 30 секунд видеозаписи интервью с целевыми участниками нашего исследования. Основываясь только на этих тонких срезах поведения, оценщики сформировали надежные суждения относительно общих черт личности, используя пятифакторную модель, широко принятую систему описания личности.Более высокий уровень согласия был обнаружен в отношении экстраверсии, уступчивости, открытости и добросовестности, тогда как меньший уровень согласия был обнаружен в отношении невротизма. Рейтинги судей также в некотором роде были точными. Люди, которые в остальном не были знакомы с нашими целевыми людьми, обнаружили низкую экстраверсию людей с чертами шизоидных и избегающих расстройств личности и высокую экстраверсию людей с театральными чертами личности. Они также были надежными в оценке конкретных характеристик расстройств личности (таких как «заносчивый или« высокий и могучий »в отношении нарциссического расстройства личности»), и эти суждения в значительной степени коррелировали с более обширной диагностической информацией, полученной от людей и от них. их сверстники (Friedman, Oltmanns, & Turkheimer, 2007).

Восприятие патологических черт личности также повлияло на степень, в которой эксперты-оценщики любили людей, за которыми они наблюдали. Их меньше интересовали встречи с людьми с шизоидными и избегающими чертами личности, и их больше интересовало знакомство с людьми, которые проявляли черты, связанные с театральными и нарциссическими расстройствами личности. Эти закономерности предполагают возможные механизмы, которые могут поддерживать или усугублять личностные трудности. В той мере, в какой избегающие люди создают негативное первое впечатление, они могут стать еще более тревожными по поводу своего взаимодействия с другими людьми.С другой стороны, театральное и нарциссическое поведение может сохраняться за счет того, как оно привлекает других, по крайней мере, временно. Эти черты не могут стать разрушительными для межличностных отношений, пока отношения не станут более близкими.

ДРУГОЕ СОГЛАШЕНИЕ ТАКЖЕ СКРОМНОЕ

Одна из основных проблем нашего исследования заключалась в соответствии между самоотчетом и номинациями сверстников по характерным чертам расстройств личности. представляет результаты нашей выборки призывников с использованием баллов, основанных на факторном анализе самоотчетов и данных о выдвижении коллег (Thomas et al., 2003). Факторы близко соответствуют диагностическим категориям расстройств личности: истерический-нарциссический, зависимый-избегающий, отстраненность (аналогично шизоиду), агрессия-недоверие (аналогично паранойе), антисоциальный, обсессивно-компульсивный и шизотипический (стойкий паттерн дискомфорта с другие люди вкупе со своеобразным мышлением и поведением). Данные показывают умеренный уровень конвергентной и дискриминантной валидности (т. Е. Показатели одной и той же концепции более сильно коррелированы друг с другом, чем показатели разных концепций) для восприятия сверстниками и самовосприятия этих конкретных черт.На диагонали отображаются межличностные корреляции между методами. В каждом случае межличностная корреляция внутри черт (например, между самоотчетом об антисоциальных чертах личности и номинациями сверстников на антисоциальные черты личности) была выше, чем любая из перекрестных корреляций. Самые высокие корреляции приходятся на диагональ, но они также были скромными по размеру, что свидетельствует о несогласии между тем, как люди описывали себя, и тем, как их описывали их сверстники.Эти данные и результаты исследований, проведенных в других лабораториях, предполагают, что самоотчеты дают ограниченное представление о проблемах личности (Furr, Dougherty, Marsh, & Matthias, 2007; Miller, Pilkonis, & Clifton, 2005).

ТАБЛИЦА 1

Корреляция между оценками сверстников и самоотчетов по факторам патологии личности в военной выборке

Соперник
Самостоятельная HN DA DET AM ANT OC STY
HN .22 −.09 .02 −.07 .01 −.07 .07
DA −.18 .30 −.07 −.08 −.01 −.07 .05
DET −.08 −.03 ,21 .03 .19 .03 −.07
AM −.07 .10 −.04 ,29 .10 .08 −.08
ANT −.17 .08 .03 .07 .30 .12 −.04
OC −.08 .00 .03 .08 .05 0,27 −.02
STY .07 -.01 −.01 −.07 .03 −.02 0,24

Уровень согласия между самоотчетом и отчетом коллег довольно хороший и на самом деле не лучше и не хуже, чем уровень согласия между любыми двумя конкретными коллегами. Одним из преимуществ отчетов информаторов является то, что существует множество возможных источников. Совокупные баллы, усредненные по нескольким друзьям, членам семьи или сверстникам, вероятно, будут более надежными, чем один балл самооценки.Но наиболее важным вопросом является возрастающая достоверность: добавляют ли отчеты коллег важную информацию помимо той, которая предоставляется в показателях самоотчета?

МЕТАПЕРЦЕПЦИИ НЕ ОСНОВАНЫ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА САМООБРАЗИИ

Тот факт, что люди не всегда согласны с их восприятием другими, не обязательно означает, что они не знают, что думают другие. Они могут просто придерживаться другой точки зрения. Литература, посвященная метаперцепции нормальных черт личности, предполагает, что люди на самом деле обладают некоторыми точными обобщенными знаниями о том, что о них думают другие (Kenny, 1994).

Участников нашего исследования попросили предугадать, как большинство других членов их группы описали бы их. Эти «ожидаемые оценки сверстников» сильно коррелировали с собственными описаниями самих себя участниками (то есть: «Какой вам на самом деле нравится ?»). Люди верят, что другие придерживаются того же мнения, что и они, о своих личностных характеристиках. С другой стороны, мы также обнаружили, что ожидаемые оценки сверстников предсказывали некоторую изменчивость в отчетах сверстников, помимо самоотчетов, для всех различных форм расстройства личности (Oltmanns, Gleason, Klonsky, & Turkheimer, 2005).Этот вывод предполагает, что люди действительно обладают хотя бы небольшим количеством дополнительных знаний о том, как на них смотрят другие. Иногда они осознают тот факт, что другие люди думают, что у них проблемы с личностью, но обычно они не говорят вам об этом, если вы их не спросите.

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ОТЧЕТЫ О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ТОЧНЫ

Возможно, самая важная проблема в области межличностного восприятия связана с точностью или достоверностью. Несогласие между источниками информации (собственное лицо и информатор) не означает, что один вид меры более действителен, чем другой.Самый важный вопрос: какой источник данных наиболее полезен и для какой цели? В одном из релевантных исследований изучались сообщения о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в последующем исследовании с пациентами с депрессией (Klein, 2003). Как самоотчеты, так и отчеты информаторов о расстройствах личности были связаны с худшим исходом с точки зрения симптомов депрессии и глобального функционирования. Однако сообщения информантов о патологии личности были наиболее полезным предиктором будущих социальных нарушений.

Аналогичные результаты были получены в нашем исследовании в отношении успешности работы после успешного завершения базовой военной подготовки (Fiedler, Oltmanns, & Turkheimer, 2004). Все призывники были зачислены на службу сроком на 4 года. Во время наблюдения мы разделили новобранцев на две группы: (а) те, кто все еще находился на действительной военной службе, и (б) те, кого досрочно уволили из армии. Досрочное увольнение обычно выдается вышестоящим должностным лицом на недобровольной основе и чаще всего оправдывается повторяющимися дисциплинарными проблемами, серьезными межличностными трудностями или плохой успеваемостью.

Мы провели анализ выживаемости по «времени до отказа», то есть анализ предикторов того, сколько времени потребовалось новобранцам, чтобы досрочно уволиться. Мы использовали стандартные процедуры на основе рангов (с использованием порядковых, а не интервальных данных) для оценки одномерных отношений между самоотчетами и оценками коллег по 10 расстройствам личности и ранним увольнением из армии. Результаты показаны на рисунке, который иллюстрирует степень связи между каждым заболеванием и риском выписки.Для всех расстройств, кроме обсессивно-компульсивного расстройства личности, более высокие баллы были связаны с большим риском ранней выписки. Рисунок показывает, что в целом отчеты коллег о расстройствах личности были лучшими прогностическими факторами, чем самоотчеты. Когда мы объединили самоотчет и информацию коллег, используя их вместе для выявления новобранцев, досрочно уволенных из армии, лучшими прогностическими переменными были оценки сверстников антисоциальных и пограничных расстройств личности.

Относительная сила самоотчета и экспертного заключения в прогнозировании раннего увольнения с военной службы для 10 типов расстройств личности. (Сила связи между характеристиками, назначаемыми самим и коллегой, и риском преждевременного прерывания беременности, выражается как критерий хи-квадрат лог-ранга Уилкоксона.)

Эти результаты указывают на несколько общих выводов. И самооценка, и номинация сверстников смогли выявить значимую связь между личностными проблемами и приспособлением к военной жизни.Меры самооценки подчеркивали особенности, которые можно было бы описать как внутренние проблемы (субъективный дистресс и членовредительство), в то время как данные экспертных отчетов подчеркивали внешние проблемы (антисоциальные черты). Вместе взятые, баллы по выдвижению коллег оказались более эффективными, чем шкалы самооценки при прогнозировании профессиональных результатов. Относительные достоинства самоотчетов и отчетов коллег, вероятно, различаются в отношении меры функционирования или прогнозируемого результата, и будущие исследования должны быть сосредоточены на этих сравнениях по широкому кругу конструкций.

РЕЗЮМЕ И ВОПРОСЫ ДАЛЬНЕЙШЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Информаторы могут предоставить надежную и достоверную информацию о человеке, которая в значительной степени не зависит от информации, полученной из его собственного отчета. Корреляции между самоотчетами и сообщениями информантов неизменно скромны, а независимая информация, предоставленная информантами, говорит нам кое-что важное о проблемах личности. Этот вывод согласуется с более общим наблюдением, что расстройства личности часто определяются и переживаются в терминах межличностного конфликта и проблем в восприятии личности.Хотя большинство исследователей полагаются на самооценки для оценки расстройств личности, более полное описание человека можно получить, также рассматривая данные информантов. Наиболее комплексным подходом может быть тот, который собирает и объединяет данные от множества разных людей, включая самого себя, таким образом отражая максимально широкий диапазон впечатлений о поведении целевого человека в различных контекстах.

Конечно, сложно собрать данные от большого количества людей, которые знают целевого человека, и редко возможно связаться с людьми, которые не выбраны (и могут не любить) целевого человека.Следовательно, насколько бы они ни могли собирать данные от информаторов, большинство исследователей будет полагаться на небольшое количество информаторов, выбранных субъектом. Дальнейшие исследования должны изучить эти вопросы. Сколько информаторов необходимо для того, чтобы предоставить полезную перспективу, которая дополняет собственное описание самого себя? Какую предвзятость вносят различного рода информаторы, выбранные самостоятельно (родители, супруги, друзья)? Чем данные, которые предоставляют эти люди, отличаются от данных, которые могут быть получены от информаторов, которые не были выбраны целевым лицом? И, что, возможно, наиболее важно, насколько достоверность отчетов информаторов соотносится с достоверностью самоотчетов, когда рассматривается более широкий спектр показателей результатов?

Лонгитюдные исследования восприятия человека в контексте конкретных отношений также будут важны.Тонкие исследования показывают, что люди с различными личностными проблемами могут создавать заметные впечатления (как положительные, так и отрицательные) на других в самом начале отношений. Будет интересно узнать, как эти впечатления влияют на развитие отношений и как такое восприятие может измениться с течением времени.

Рекомендуемая литература

Ахенбах Т.М., Круковски Р.А., Думенчи Л. и Иванова М.Ю. (2005). Оценка психопатологии взрослых: метаанализ и последствия корреляций между информантами. Психологический бюллетень , 131 , 361–382. Тщательный и критический обзор вопросов, касающихся ограничений инструментов самоотчета для измерения психопатологии при многих различных типах психических расстройств.

Клонски, Э.Д., Олтманнс, Т.Ф., и Туркхаймер, Э. (2002). Отчеты информаторов о расстройстве личности: отношение к самоотчетам и направлениям будущих исследований. Клиническая психология: наука и практика , 9 , 300–311.Краткое изложение научных данных исследований, в которых специально сравнивали отчеты о расстройствах личности, полученные от респондентов и информаторов, в отношении одних и тех же целевых лиц.

Уилсон, Т.Д., и Данн, Э.В. (2004). Самопознание: его пределы, ценность и потенциал для улучшения. Ежегодный обзор психологии , 55 , 493–518. Исчерпывающий обзор доказательств, касающихся способности людей понимать, что о них думают другие.

ССЫЛКИ

  • Ambady N, Bernieri FJ, Richeson JA.К гистологии социального поведения: точность суждения на основе тонких срезов поведенческого потока. Успехи экспериментальной социальной психологии. 2000. 32: 201–271. [Google Scholar]
  • Biesanz JC, West SG, Millevoi A. Что вы узнаете о человеке с течением времени? Взаимосвязь между длительностью знакомства и согласием и соглашением между собой в суждениях о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2007. 92: 119–135. [PubMed] [Google Scholar]
  • Clark LA. Оценка и диагностика расстройства личности: вечные проблемы и возникающая переосмысление.Ежегодный обзор психологии. 2007. 58: 227–257. [PubMed] [Google Scholar]
  • Клифтон А., Тюркхаймер Э., Олтманнс Т.Ф. Перспективы себя и сверстников в отношении патологических черт личности и межличностных проблем. Психологическая оценка. 2005. 17: 123–131. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фидлер Э.Р., Олтманнс Т.Ф., Тюркхаймер Э. Черты характера, связанные с расстройствами личности и приспособлением к военной жизни: прогностическая достоверность собственных отчетов и отчетов коллег. Военная медицина. 2004. 169: 207–211.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Friedman JNW, Oltmanns TF, Turkheimer E. Межличностное восприятие и расстройства личности: использование подхода «тонкого среза». Журнал исследований личности. 2007. 41: 667–688. [Google Scholar]
  • Финансирующий округ Колумбия. Оценка личности: реалистичный подход к восприятию человека. Академическая пресса; Сан-Диего, Калифорния: 1999. [Google Scholar]
  • Furr RM, Dougherty DM, Marsh DM, Mathias DW. Суждение о личности и личностная патология: согласие между собой у подростков с расстройством поведения.Журнал личности. 2007. 75: 629–662. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кенни Д.А. Межличностное восприятие: анализ социальных отношений. Гилфорд; Нью-Йорк: 1994. [Google Scholar]
  • Kenny DA. ЧЕЛОВЕК: Общая модель межличностного восприятия. Обзор личности и социальной психологии. 2004. 8: 265–280. [PubMed] [Google Scholar]
  • Кляйн Д.Н. Отчеты пациентов по сравнению с информантами о расстройствах личности при прогнозировании 7,5-летних исходов у амбулаторных пациентов с депрессивными расстройствами.Психологическая оценка. 2003. 15: 216–222. [PubMed] [Google Scholar]
  • Летцринг Т.Д., Уэллс С.М., Финансирующий округ Колумбия. Количество и качество информации влияют на реалистичную точность суждения о личности. Журнал личности и социальной психологии. 2006. 91: 111–123. [PubMed] [Google Scholar]
  • Миллер Дж. Д., Пилконис П. А., Клифтон А. Само- и другие отчеты о чертах из пятифакторной модели: Отношение к расстройствам личности. Журнал расстройств личности. 2005. 19: 400–419. [PubMed] [Google Scholar]
  • Oltmanns TF, Gleason MEJ, Klonsky ED, Turkheimer E.Мета-восприятие патологических черт личности: знаем ли мы, когда другие думают, что мы трудные? Сознание и познание. 2005; 14: 739–751. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Олтманнс Т.Ф., Туркхаймер Э. Восприятие себя и других относительно патологических черт личности. В: Krueger RF, Tackett JL, редакторы. Личность и психопатология. Гилфорд; Нью-Йорк: 2006. С. 71–111. [Google Scholar]
  • Thomas C, Turkheimer E, Oltmanns TF. Факторная структура патологических черт личности по оценке сверстников.Журнал аномальной психологии. 2003; 112: 1–12. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Вазир С. Информатор сообщает: Дешевый, быстрый и простой метод оценки личности. Журнал исследований личности. 2006; 40: 472–481. [Google Scholar]
  • Уотсон Д., Хаббард Б., Вайз Д. Согласие друг с другом в личностном и эмоциональном отношении: роль знакомства, видимость черт и предполагаемое сходство. Журнал личности и социальной психологии. 2000. 78: 546–558. [PubMed] [Google Scholar]
  • Вестен Д., Хайм А.К.Нарушения личности и личности при расстройствах личности. В: Лири MR, Tangney JP, редакторы. Справочник самости и личности. 2003. С. 643–664. [Google Scholar]
  • Widiger TA, Samuel DB. Доказательная оценка расстройств личности. Психологическая оценка. 2005. 17: 278–287. [PubMed] [Google Scholar]

Общественное мнение о патологии: необходимы фундаментальные изменения

«Если бы хирурги были достаточно любезны, чтобы сказать пациенту:« Наш патолог, докторСмит, пришел к выводу, что это… «, возможно, они хотя бы знали, что в больнице есть патолог». 1

Введение

Патологоанатомы играют неотъемлемую роль в предоставлении качественной помощи пациентам; однако на нашу специальность веками влияли общественные заблуждения. Патология была в значительной степени незаметна для населения в целом, только некоторые узкие специальности получают соответствующее внимание средств массовой информации и общественности. В то время как судебно-медицинская патология широко освещается в СМИ, общественность очень мало знает о том, чем обычно занимаются патологоанатомы.На нашу специальность часто обращают внимание только тогда, когда что-то идет не так, а патологоанатомы не всегда считаются врачами. Отсутствие признания влияет на нашу репутацию, затрудняет набор персонала и не помогает сообществу патологоанатомов лоббировать и защищать интересы. Для решения этой проблемы был инициирован ряд творческих международных, национальных и местных кампаний, направленных на признание патологии. Международный день патологии был учрежден несколько лет назад с целью организации местных мероприятий для ознакомления общественности с этой профессией.Канадская ассоциация патологов разработала веб-сайт (www.mypathologist.ca) с аналогичной миссией, а Коллегия американских патологов неустанно защищает и лоббирует нашу профессию. В медицинском образовании также были предприняты усилия по сохранению соответствующей роли патологии в медицинской учебной программе путем установления навыков выхода для студентов-медиков 2, использования клинико-патологических сессий в качестве учебных инструментов3 4 и структурирования надежных ротаций по выбору5. остается увидеть.

Мы разработали наше исследование для изучения общественного восприятия и знаний о патологии с акцентом на характер работы патолога, образовательные требования для того, чтобы стать патологом, а также репутацию патолога и его роль в уходе за пациентами. Кроме того, мы намеревались выяснить, предлагает ли анализ данных принять какое-либо конкретное направление для продвижения нашей специальности.

Материалы и методы

Анкета была разработана в качестве инструмента для исследования восприятия и понимания респондентами области патологии и одобрена Советом по этике исследований Университета Манитобы.Собранные демографические данные по возрасту, полу и роду занятий, другие категории (раса, доход, занятость) не собирались. Приглашения распространялись онлайн через Survey Monkey с предоставленной ссылкой для доступа к опросу. Целевой группой были все взрослые (> 18) в Канаде и США. В распределении и анализе опроса не было ограничений по полу, возрасту или роду занятий.

Исследование было сосредоточено на восприятии патологов-анатомов, особенно патологов-хирургов; однако в вопросах термин «патолог» использовался без каких-либо модификаторов.Респонденты выбирали ответы из предоставленного списка, и им разрешалось пропускать вопросы. Группа вопросов исследовала общественные знания о различных аспектах профессии патологоанатома, в частности, знали ли респонденты, что патология является медицинской специальностью, насколько они знакомы с тем, что влечет за собой работа патологоанатома, их предположения о продолжительности обучения, чтобы стать патологом и их оценка репутации патологоанатомов. Был разработан отдельный набор вопросов, чтобы определить, какой медицинский специалист ставит диагноз на различных типах образцов.Респондентов также спросили, прошли ли они соответствующую процедуру, чтобы выяснить, было ли это связано с правильным ответом. Отсутствующие или неизвестные значения статуса процедуры были исключены из анализа этой процедуры. Мы использовали критерий Пирсона χ 2 , чтобы оценить связь между правильным ответом и тем, проходил ли респондент ранее эту конкретную процедуру.6 В случае, когда ячейки в таблице 2 × 2 были ≤10, мы использовали точный критерий Фишера7. Двусторонние значения p <0.05 считались статистически значимыми. Для всех анализов использовался R V.3.4.3.8

Результаты

Опрос заполнили 387 респондентов. Их возраст составлял от 18 до 75 лет и старше. Из этих респондентов 57,6% были 45 лет и старше, и 63,6% из них составляли женщины. Из списка, включающего более 20 различных профессий, варианты «образование, профессиональная подготовка и библиотека» представили наибольшее количество респондентов (10,1%).

Патология идентифицирована как медицинская специальность 79.1% респондентов. Это была вторая по величине доля из восьми перечисленных медицинских специальностей (таблица 1). Только 40,5% считают, что патологи являются врачами, и 43,9% в совокупности полагают, что термин «патолог» используется для обозначения других профессий, связанных с медициной, лабораторией или наукой (коронер, лаборант или ученый). Чуть более трети ответов указали на то, что диагностика заболеваний у живых пациентов является основной задачей патологов, в то время как 58,2% ответов выбрали ответ, по крайней мере, отчасти связанный с патологией (проведение вскрытий, лабораторных тестов, исследования или расследование убийств). .Большинство опрошенных (65,2%) недооценили продолжительность необходимого обучения, чтобы стать патологом, хотя эта неточность может относиться и к другим медицинским специальностям. Лишь меньшинство (34,8%) считает, что после окончания средней школы потребуется более 8 лет (таблица 2). Патологоанатомы не имеют репутации совершающих много ошибок или частых судебных исков, и их считают хорошими следователями (таблица 3).

Таблица 1

Распределение ответов респондентов на вопрос «Пожалуйста, укажите, какие профессии ниже представляют медицинскую специальность»

Таблица 2

Распределение ответов на вопрос, посвященный исследованию характера профессии патологоанатома, основной работы патологи и продолжительность обучения.Респондентам было предложено выбрать один ответ на каждый вопрос

Таблица 3

Выбор респондентами утверждения «Патологи имеют репутацию» . Респонденты имели возможность выбрать столько ответов, сколько было применено.

Большинство респондентов не знали, что образцы, взятые с помощью скрининговых тестов, биопсии и хирургического удаления, диагностируются патологами. Во всех категориях чаще всего выбирались клинические специалисты в качестве лиц, принимающих диагностические решения (гинекологи для проведения мазка Папаниколау, гастроэнтерологи для биопсии желудочно-кишечного тракта, онкологи для биопсии груди и хирургического удаления при злокачественных заболеваниях и урологи для биопсии простаты) (таблица 4).Проведение каких-либо обследованных процедур не увеличивало значительно вероятность понимания роли патолога, за исключением биопсии простаты и хирургического удаления. Количество пациентов, которые определили патолога как человека, принимающего окончательное решение, оставалось неизменно низким для всех процедур (13,8–36,4%) (таблица 5).

Таблица 4

Наиболее часто респонденты выбирают медицинских специалистов в качестве лиц, принимающих диагностические решения, на основе выборок из соответствующих процедур.Этот анализ не ограничивается полом или историей соответствующей процедуры

Таблица 5

Ответы, выбирающие патологов в качестве лиц, принимающих окончательные диагностические решения по выборкам между респондентами, которые прошли соответствующие процедуры, а не

Обсуждение

Ответы существенно подтверждают утверждение о том, что в обществе отсутствует понимание патологии как профессии. Только офтальмология была названа медицинской специальностью меньшим количеством респондентов, чем патология, возможно, потому, что границы между ролями оптометристов, оптиков и офтальмологов не очень ясны для общественности.Хотя многие респонденты связывают патологию с миром медицины, они не обязательно думают, что для того, чтобы стать патологом, требуется медицинская степень, не говоря уже о ординатуре. Ответы на вопрос о репутации, кажется, указывают на то, что, хотя роль патологов не ясна для населения, большинство из них, по крайней мере, не связывают профессию с негативными ярлыками.

Прохождение диагностической процедуры в качестве пациента оказывает чрезвычайно разочаровывающее влияние на признание решающей роли патолога в постановке окончательного диагноза.Биопсия груди, эндоскопия с биопсией желудочно-кишечного тракта, биопсия простаты, мазок Папаниколау или хирургическое удаление злокачественного заболевания не оказали значительного влияния на вероятность понимания роли патолога, изменения были значительными только в биопсии простаты и хирургическом удалении.

Даже с учетом потенциальной выгоды получения большего образования о диагностическом процессе путем посещения кабинетов врачей, клиник и больниц и обсуждений с различными членами медицинской бригады, только меньшинство пациентов определили патолога как окончательное решение. производитель (13.8% –36,4%). Еще хуже были показатели среди респондентов, которые не подвергались этим процедурам.

Эти результаты вызывают вопросы об общении с пациентами до и после выбранных диагностических процедур. Напряженные и суетливые клинические службы могут не предоставить медицинским бригадам достаточно времени для надлежащего обучения пациентов процессу принятия диагностических решений, даже если будет присутствовать готовность их проинформировать. Следовательно, большинство пациентов не осознают, что образцы, взятые из их тел, отправляются на анализ, а окончательный диагноз ставит патологоанатом.

Невероятно сложно разорвать круг, образованный ограниченными общедоступными знаниями, маргинализацией патологии в учебной программе медицинских вузов, ограниченным воздействием патологии в клинических программах последипломного образования и отсутствием надлежащего обучения пациентов диагностическим процедурам. Поскольку понимание работы патологоанатома у населения в целом минимально, очень немногие студенты будут поступать в медицинский институт, чтобы стать патологом. Поступив в университет, студенты-медики не получают достаточного количества патологий, чтобы сделать специальность конкурентоспособной карьерой для их резидентства.9 А у коллег-клиницистов может не быть стремления или мотивации разъяснять пациентам важность роли патологоанатома и вносить свой вклад в изменение общественного мнения о своих поспешных клинических услугах.

Дилемма о том, как сделать улучшения, требует ответа, потому что мы не добились значительного прогресса за последние десятилетия.10 Поскольку обнадеживающие спорадические попытки и кампании не привели к значительному улучшению нашего признания до настоящего момента, мы должны подумайте о кардинальном изменении позиционирования своей специальности.Когда взаимодействие между врачом и пациентом не приводит к правильному пониманию роли патологов в принятии диагностических решений, интеграция взаимодействия патолога с пациентом в уход за пациентом может быть потенциальным решением. Патологоанатомы должны иметь возможность взять на себя ответственность за объяснение своих открытий пациентам. Это было предложено несколькими авторами, и результаты являются многообещающими в условиях, когда патологи взяли на себя эту роль.11–13. Включение этого времени контакта в последовательность событий и посещений, связанных с уходом за пациентом, потенциально может значительно увеличить влияние на общественное восприятие нашей профессии, чем все другие попытки вместе взятые.Потенциальная выгода может выходить далеко за рамки улучшения общественного мнения. Патологоанатомы получат большую известность, выйдя из-за «парафиновой завесы» 14, заработают больше уважения в системе здравоохранения среди клиницистов, ординаторов, студентов-медиков, администраторов и пациентов и будут иметь больше возможностей для найма и лоббирования своих целей с помощью более широкое признание.

Конечно, не каждый отчет о патологии или клинико-патологический сценарий требует разговоров между пациентом и патологом.Обсуждение ожидаемых патологических результатов при рутинных малых процедурах (простые холецистэктомии, аппендэктомии, гинекологические, мочеполовые, желудочно-кишечные, биопсии кожи и другие тривиальные рутинные образцы) может быть пустой тратой времени как для пациентов, так и для патологов. Тем не менее, патологи могут сыграть важную роль в объяснении гистологических результатов удаления злокачественных новообразований, избранных биопсий, серьезных неожиданных результатов или патологических диагнозов, противоречащих клиническому и рентгенологическому впечатлению.

Были предложены различные методы для расширения роли патологов путем предоставления пациентам объяснений отчета о патологии, включая письменные пояснительные материалы15 или участие в групповых обсуждениях пациентов в социальных сетях16, и они были хорошо приняты пациентами. Однако личные встречи с пациентами имеют наибольший потенциал положить конец невидимости патологов в системе здравоохранения. Патологоанатомы могут создать разъяснительную клинику патологии и сосредоточить внимание на результатах патологии, или они могут включить свои обсуждения с пациентом в многопрофильную среду вместе с другими специалистами (онкологом, радиологом, хирургом или другими клиницистами).17 18

Патологоанатомы должны осознавать ограничения своей роли и уважать границы территории других специалистов. Некоторые клиницисты поощряют патологов встречаться с пациентами, хотя в основном это относится к сценариям сообщения диагностических ошибок19. Однако введение взаимодействия между пациентом и патологом может не восприниматься некоторыми клиницистами с энтузиазмом, и территории практики должны уважаться обоими. Некоторые патологоанатомы также могут чувствовать себя не готовыми к взаимодействию с пациентами, и это может быть связано с отсутствием возможностей обучения общению с пациентами.Чтобы решить эту проблему, патологам, желающим стать сертифицированными навигаторами по патологии, была предложена разработка особого маршрута обучения.17 Еще одним важным соображением является время, необходимое для встреч и необходимая подготовка, поскольку этот процесс в настоящее время не учитывается в работе патологоанатома. загруженность, распорядок дня и биллинг.

Поскольку процесс проведения дискуссий между пациентом и патологом, безусловно, улучшит качество ухода за пациентами, поможет пациентам понять их болезнь, поможет им принимать более обоснованные решения и предоставит возможность изменить имидж нашей специальности, мы считаем, что это стоило бы инвестировать в этот прогресс.Нет сомнений в том, что это огромная задача, потому что многие детали должны быть проработаны с патологами, клиницистами, администраторами, страховыми компаниями, регулирующими органами и профессиональными организациями, чтобы обеспечить успех инициативы. Однако исследование новых территорий и оспаривание традиционных подходов имеют огромные потенциальные преимущества.

Мы осознаем ограничения нашего исследования. Из-за методологии обследования и размера выборки респонденты и результаты могут не быть репрезентативными для всего населения, поэтому следует учитывать возможность ошибок выборки.Наши вопросы в основном касались хирургической патологии, что ограничивало объем нашего исследования. В целом, мы считаем, что наших выводов достаточно, чтобы выделить существующую реальную проблему, а недостатки можно устранить с помощью более стратифицированных и всеобъемлющих будущих исследований с расширенным охватом, нацеленных на различные фокус-группы.

Изменение восприятия патологии

Мне повезло, что я построил карьеру, которую полностью люблю и в которой чувствую уважение. Я и мои коллеги по патологии полости рта очень редки в своем отделе.Почему? Во-первых, потому, что патология полости рта настолько специализирована, что предоставляемые нами услуги делают нас единственными в своем роде в Уэльсе; во-вторых, я чувствую, потому что наша чрезвычайная специализация привела к прекрасным рабочим отношениям с другими профессионалами в области здравоохранения. Тем не менее, все еще существует большое количество сотрудников, занимающихся патологией, чья ситуация сильно отличается, и я знаю, что не все в лабораторной медицине чувствуют, что их признают за услуги, которые они предоставляют пациентам, и за влияние, которое они оказывают на лечение пациентов.Нам нужно задать себе вопрос: «Достаточно ли мы делаем, чтобы это изменить?» Мы относительно неизвестны общественности - а в некоторых случаях даже неправильно поняты другими специалистами в области здравоохранения - но виноваты ли мы в этом? Принимаем ли мы участие в публичных мероприятиях или обсуждениях карьеры в школах, чтобы изменить это восприятие? Учитывая озабоченность по поводу нехватки кадров в будущем, я считаю, что мы должны действовать, чтобы вовлечь молодых людей в патологию и биомедицинские науки. Я заядлый зритель документального фильма BBC2 «Больница».В шоу довольно часто упоминается «лаборатория», но никогда не используется термин «патология». Почему нет? И может ли небольшое изменение, такое как использование слова «патология», дать толчок тому, чтобы другие узнали, насколько мы вовлечены в здравоохранение?

Около 18 месяцев назад я стал послом STEM, потому что я действительно хотел продемонстрировать свою работу и рассказать студентам о патологии как о возможном выборе карьеры. Я также хотел привлечь внимание общественности к нашей роли в уходе за пациентами. Я посетил несколько школ, чтобы как можно больше продемонстрировать патологию; Вместе со студентами я окрашивал клетки щек для просмотра под микроскопом, выращивал бактериальные культуры и демонстрировал контроль над инфекциями.В рамках Британской недели науки я провел день в начальной школе, где тема была «исследования и открытия». У меня была возможность преподавать на разных курсах карты тела, включая систему кровообращения, что позволило мне рассказать о структуре крови и о том, почему это важно для нас при патологии. Студенты были очень взволнованы извлечением ДНК из клеток их щек, что открыло канал для разговоров о роли генетики. Еще одно посещение начальной школы было посвящено здоровому образу жизни, и это позволило мне поговорить о гемоглобине и важности железа для переноса кислорода.Я показал студентам, как железо содержится в здоровом питании, гоня хлопьями отрубей вокруг чашки Петри с водой с помощью магнита! Это был действительно интересный способ познакомить их с гематологией. Один ребенок даже сказал мне, что они думают, что наука должна быть скучной, но то, что мы делали, было очень весело. Я думаю, что если вы привлекаете детей в раннем возрасте, их интерес к науке потенциально может последовать за ними в процессе обучения.

Я считаю, что нам нужно действовать, чтобы вовлечь молодых людей в патологию и биомедицинские науки.

Я также недавно участвовал в онлайн-проекте под названием «Я ученый, вытащи меня отсюда», который связывал студентов с учеными. Это был невероятный опыт, и я не могу его рекомендовать в достаточной степени - вам даже не нужно покидать лабораторию или офис, поэтому он отлично подходит для тех, кому не хватает времени или кто работает в отдаленных районах.

В целом, мне очень нравится участие общественности, демонстрация и обсуждение того, чем мы занимаемся как клинические ученые, специалисты по анатомической патологии, ученые-биомедики, ассистенты медицинских лабораторий, младшие практикующие врачи и многие другие роли, связанные с патологией.Я организовал мероприятия ко Дню биомедицинской науки (в рамках которого мы разместим стенд в вестибюле университетской больницы Уэльса, чтобы повысить осведомленность о лабораторной медицине, а также посетить школы) и Национальной недели патологии (5–11 ноября), когда в пятницу мы будем приглашать начальные школы в гости, а в субботу проводить дополнительные учебные занятия для общественности.

Не знаете, с чего начать общественную деятельность? Такие организации, как Королевский колледж патологов, IBMS и STEM Learning, предлагают в Интернете замечательные идеи и ресурсы для проведения мероприятий.Принимать участие - это очень весело и может изменить жизнь. Если бы каждое учреждение обязалось проводить хотя бы одно научное мероприятие в год, это было бы огромным, но достижимым способом продвижения лабораторной медицины.

Хейли Пинкотт, младший практикующий врач по патологии полости рта в Университетской стоматологической больнице, Кардифф, Великобритания.

Восприятие патологии студентами-медиками

Основные моменты

При нынешней деэскалации патологического образования в бакалавриате могут возникнуть побочные эффекты.

Патология не была популярным выбором в качестве будущей карьеры среди наших студентов.

Большинство студентов выбрали лекции в качестве предпочтительного способа обучения.

Студентам не хватает знаний, связанных с медицинской ролью патологоанатома.

Сочетание практического, активного обучения и пассивных лекций может помочь восполнить пробел в знаниях.

Реферат

В связи с текущей тенденцией интернационализации учебных программ медицинских школ роль патологии имеет тенденцию постепенно уменьшаться.Это потенциально может негативно повлиять на решение студентов о выборе патологии в качестве будущей карьеры. Кроме того, в качестве побочного эффекта может возникнуть пробел в знаниях, связанных с патологией. В 2013 году Медицинский колледж Университета имама Абдулрахмана бин Фейсала запустил новую учебную программу, принятую в Университете Монаша в Австралии. Следовательно, время патологии было скомпрометировано и составило 72 часа вместо 138 часов в целом. Это исследование было запланировано для изучения точки зрения студентов на патологию, которая решает вышеупомянутые проблемы.Опрос был распространен среди целевых участников. Процент ответивших составил 90,4%. В то время как 8,7% студентов рассматривали патологию как возможную программу повышения квалификации клерков, только 2 студента выбрали ее в качестве первого варианта. Из 230 участников, которые либо предпочли не рассматривать патологию, либо не были уверены, рассматривают ее или нет, 172 заявили свои причины. Почти для половины из них причиной была другая излюбленная специальность. Подавляющее большинство студентов выбрали традиционные лекции в качестве предпочтительного способа обучения.Двадцать шесть и 85 студентов заявили, что либо не осведомлены, либо не уверены, осознают ли они точную роль патологов в клинической помощи; соответственно. В то время как 86,6% студентов считают, что предоставление соответствующих клинических данных и дифференциальных диагнозов необходимо патологам, поскольку они не являются чисто морфологами, только 13,4% когорты были осведомлены о показаниях к интраоперационным консультациям. В заключение, большинство студентов выбрали лекции в качестве предпочтительного способа обучения, но их ответы относительно их знания точной роли патологов и показаний к интраоперационным консультациям, а также их реакция на рассмотрение патологии как будущей карьеры - все это подразумеваются для сочетания практического активного обучения с пассивными лекциями.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *